Совместное проживание лиса и кота

Анар всегда такой счастливый. Всегда говорит о любви к себе, о том, как важно принять себя. Но пользуется ли сам Анар этим?

***

Пока Женя, захваченный вдохновением, работал над стихами в своих заметках, Анар был погружен в свою творческую сферу: очередная роль, которую необходимо сыграть идеально. Он перечитывает одну сцену по несколько раз, чтобы подобрать идеальное выражение, затем старается идеально подобрать мимику, движения. Казалось бы, что может пойти не так? Вот только Анар работает без перерыва уже несколько часов. У него уже каша в голове, от чего заплетается язык, путаются слова, реплики, а лицевые мышцы уже просто отказываются выражать хоть что-то. Анар смотрит в зеркало, повторяет текст. Идеально, идеально, идеально...и прямо на последней реплике он запнулся. Секунда тишины и Анар срывается на крик, отбрасывая поганый сценарий куда-то в сторону. Слёзы текут ручьями. Анар опускается на корточки, до боли сжимая собственные плечи. — Да что же я за ничтожество... На истеричные крики в гостиной из спальни выглянул Женя и, увидев Анара, он совсем забыл про свои дела. — Анар! Тебе плохо? Что случилось? — забеспокоился он, опускаясь рядом и приобнимая. Любимый голос тут же возвращает Анара в реальность. Он резко поднимается, быстро вытерает покрасневшие глаза и натягивает улыбку. — Всё хорошо, Жень. Просто утомился. Женя уже не раз видел, слёзы Анара, но это было обычно от какого-то трогательного момента. Но сейчас... Сейчас Анару действительно плохо. Очень плохо. — Анар, ты можешь мне рассказать... Точно всё хорошо? — спросил Женя, нахмурившись. — Да-да... Т-точно... — старался отмазаться Анар, продолжая держать улыбку, только вот дрожь в руках выдавала его. Женя тяжело вздохнул, понимая, что тот продолжает врать и упрямствовать. Он не стал больше упрашивать и просто раскрыл руки для объятий. — Не хочешь - не говори. Но тебе нужно выплакаться. — Я не... — Халилов, если ты со своими красными глазами скажешь, что не плакал, я тебе всеку. — грубо перебил его Шварц, нахмурившись. Однако оба знали, что Женя никогда не поднимет руку на Анара, пока тот сам не попросит. Женя обнял его, поглаживая по спине. — Сколько ещё раз мне нужно повторить это? Ты прекрасен. Твои недостатки прекрасны. Даже если я и ворчу на них. Запомни уже: я тебя люблю. — последние слова он проговорил тихо, почти шёпотом, приблизившись к уху Анара. Анар не смел больше сдерживаться перед ним. Уткнувшись в плечо, снова раздался болезненный крик, а щёки снова намокли от частых слёз. Женино сердце разрывалось от мысли, насколько же Анар строг с собой и как умело он скрывает свои загоны. Они так просидели весь вечер. Анар тихо вхлипывая, немного отстранился от Жени. — Полегчало? В ответ был уставший кивок. Анар к чертям сорвал связки и мог лишь неразборчиво хрипеть. — Пойдём Гарри Поттера смотреть? — предложил Женя, усмехнувшись. Анар моментально оживился, засиял и быстро закивал. Женя наконец выпустил его, поцеловав в лоб.