Юдзуки — парень из Кусагакуре

— Меня не отпускает чувство, что на меня кто-то пялится, — скривился Юдзуки и, оглядевшись по сторонам, погрузился в воду до переносицы. Волосы расплылись вокруг него. — Ха, расслабься, Юдзуки-кун, если бы тут кто-то был, я почувствовал. Это от усталости! — Ли нырнул и тут же оказался почти вплотную к Тору, рассматривая. — Я думал, ты выносливее. Какаши сжал зубы. — «Этот толстобровый гаденыш так близко! И они почти голые! Какого черта?» О, Какаши был в ярости. Юдзуки был только его и ничей больше. Его душа рвалась к Юдзуки без каких-либо объяснений, и Хатаке не сопротивлялся. Он устал. Устал быть сильным, холодным, спокойным. Вся его юность была наполнена кровью и смертью. Ему надоело. Думалось, что душа его давно зачерствела, но когда она резко наполнилась светом и желанием, желанием жить, быть с кем-то рядом, не хотелось обрывать это на корню. Какаши взрослый. Какаши наконец-то понял, что не получится всю жизнь быть одиноким сухарем. Какаши понял, что ему как и всем нужен человек рядом. Не товарищ по команде, не ученик, не наставник. Ему нужна частичка его души. Ему нужен тот, кто сможет заполнить пустоту. Тот, в ком нет тьмы, который не познал боли и войны. Тот, кто сможет полюбить его, несмотря на всё его прошлое. Какаши нужен Юдзуки. — Ты отдохнул? — Нет. — Выходим. Начинаем тренироваться. — Нет, пожалуйста, сжалься, Ли, — простонал Юдзуки, уходя под воду. Ли подхватил его под руки и потащил на берег. — Нет смысла брыкаться, я все равно тебя дотащу! — Боже, какой ужас! — Но было прекрасно слышно, что вопит Тору сквозь смех. — «Весело им? Ну я сейчас устрою веселье» — Хатаке появился перед ними, — Привет, мальчики, — нарочито приторно поздоровался он. — Здравствуйте, Какаши-сенсей! — Здравствуйте, Какаши-сан! Юноши от неожиданности выпрямились. Юдзуки так и не нашёл футболку, а Ли пытался не запутаться в своём комбинезоне. — Ли, иди побегай с Гаем, он что-то засиделся, не удивительно, если в следующий раз он опять проиграет мне в забеге. Совсем не подозрительно, Какаши. Ли насупился и грустно глянул на Юдзуки. Тот улыбнулся: — Иди к сенсею, Ли. Думаю, Какаши-сан сможет показать мне пару упражнений. Встретимся завтра утром у ворот? Чтобы побегать. — Да, Юдзуки-кун! Отлично! — Ли был в восторге, — До встречи! От зелёного урагана и след простыл. Тору с лёгкой неловкость глянул на Хатаке и попытался натянуть футболку. — Не стоит, — остановил его Какаши. — Что? — удивился юноша. — Ты весь вспотеешь и в футболке тебе будет жарко. Искупаешься после тренировки и наденешь свою — Какаши сглотнул, — футболку. — Хорошо. С чего начнём? — Сначала разомни шею, кисти и ступни. Это ты сможешь сделать? Или показать? — Смогу. Этому не только шиноби учат. — Вперёд. Какаши весь горел. И ему почему-то хотелось замучать Юдзуки тренировкой. Чтобы не повадно было с этим Ли возиться. И да, это неправильно. — Ну вроде как размялся. — Хм. Отжимания. По пятнадцать раз пять подходов. — Вы не думаете, что это многовато? — Тору сглотнул. Он умрет после десяти. — Нет. — Хатаке сложил руки на груди, показывая взглядом на землю. Юноша встал в позицию для отжиманий и приступил. Сверху послышался разочарованный вздох. — Что-то не так? — поднял голову Юдзуки. — Всё не так, — Какаши опустился на корточки и протянул руку к телу юноши. Провёл кончиками пальцев от яремной впадины до подбородка, — Держи голову ровно, — погладил плечи, — Плечи должны быть немного ближе к телу, — легонько коснулся живота сначала пальцами, потом положил ладонь полностью, выдохнул, насладился, как удачно получилось, что он сегодня не надевал перчаток, — Втяни живот. Юдзуки послушно все выполнял, но чувствовал, что краснел с каждым движением шиноби. Копирующий поднялся, подошёл к ногам подопечного. Провёл ладонью по икрам, надавливая большими пальцами на их заднюю поверхность. — Ноги чуть-чуть ближе друг к другу, да, вот так. Можешь начинать отжиматься. Юдзуки отжался один раз. Хатаке усмехнулся и опять сел на корточки. Ладонью провёл от затылка до копчика. Положил руку ему на живот. — Держи спину ровнее. И втяни наконец-то живот. Начинай медленно сгибать локти. Да, именно, молодец. Лоб юноши покрылся испариной. И скорее всего не от усердных отжиманий, а от чрезмерно большого количества касаний со стороны наставника. Он выполнял отжимания, а рука Какаши все ещё поддерживала его живот. Хатаке закрыл глаза и сделал три медленных вдохов и выдохов. — Юдзуки, — шиноби ладонью сжал его ягодицы, — напряги ягодицы, чего ты прохлаждаешься? Нормально отжимайся. — А...ага, — неожиданно, однако. Первый подход был позади, парень встал на колени и косо поглядел на Хатаке, который не отводил своего взгляда от обнаженного торса Тору. — Эээ, Какаши-са... Он не договорил. — Продолжай. Ещё подход, — Копирующий ниндзя даже не моргал, да и дышал через раз. Юноша пыхтел, поджимал губы, но отжимался. Руки уже тряслись, а втягивать живот и напрягать ягодицы было уже невозможно. Больно, сложно. Усталость брала верх. — Слушай, Юдзуки-кун, — Какаши, все ещё сидя на корточках рядом с парнем, наклонился к его уху близко-близко, почти вплотную. Он чувствовал его дыхание даже сквозь маску, — сколько тебе лет? — Здесь? Че...четырнадцать, вы же знаете. — Нет, не здесь, — Хатаке убрал прядку волос тому за ухо, нежно проведя по виску, — там. Сколько тебе было там? — Нос ниндзя упёрся в висок подопечного. Взгляд Юдзуки был расфокусирован, он не понимал, что происходит. — Д…двадцать три. — Ох, вот как… но ведешь ты себя точно не на двадцать три, — была отчётливо слышна усмешка. Вдыхая запах парня, Хатаке провёл носом по его скуле. Тот уже давно не отжимался. — Блять, что происходит вообще?! — дернулся Тору и вскочил на ноги, отойдя от наставника на безопасное расстояние, — С ума сошли? — он дотронулся до виска. Глаза Какаши были грустными. И напуганными. Очень напуганными. — Прости… Прости меня, Юдзуки, я не знаю, что на меня нашло, — он смотрел себе под ноги. Плечи опущены. — Достаточно на сегодня нагрузки. Не только физической. Я домой, — схватив свою футболку, быстрым шагом удалился Тору.

▪︎ ▪︎ ▪︎

Какаши был в ярости. Он ненавидел себя за то, что сегодня произошло. Как он мог такое допустить? Что вообще произошло? Руками он вцепился в волосы и обречённо завыл. Никогда. Никогда с ним такого не было. А сейчас у него нет объяснений. Возможно, он болен и нужно, нет, просто необходимо сходить к Цунаде. И она возможно уже все знает. Потому что Какаши чувствовал присутствие АНБУ, хотя их уже быть не должно. Хокаге сама ему сказала об этом. Внезапная проверка? — Мне…мне надо к Цунаде. Я болен. Я точно болен. Он даже не успел зайти в кабинет хокаге, как тут же раздались громкое: — Какаши! А ну-ка живо объяснись! Извращенец! Ты… да как! Он… Какаши! Ему четырнадцать! — Я…я не извращенец… И ему не совсем четырнадцать. Там ему было двадцать три. Я не понимаю, что со мной! Я пришёл за помощью, Цунаде-сама. — Он умер там, Какаши! Здесь ему четырнадцать! Не смей прикасаться к нему, это мой приказ как хокаге. Подожди, помощью? — лицо её стало мягче, в глазах поселилась тревога, — Что случилось? — Я не знаю, — он покачал головой, — я с ума схожу, когда вижу его. — Да паренёк тебе голову вскружил! — Цунаде хлопнула в ладоши, — ну хоть кто-то смог растопить сердце нашего Копирующего ниндзя, Но! — Она вновь стала серьёзной, — это не отменяет того факта, что здесь ему четырнадцать. — Помогите мне, Цунаде-сама, я не знаю почему так происходит. — Тебя тянет к нему, потому что он необычный. Не из этого мира, забавный, старательный, юный и не имеет за плечами гору трупов. Он по сравнению со всеми нами невинная душа. В нем много света, который так тянет тебя. Я тебе не помощница в этом деле, Какаши. Мой максимум — посоветовать тебе хорошего психолога. — Не нужен мне мозгоправ! Цуна вскинула руки. — Тогда ты должен сам в себе разобраться и поговорить с ним. — Я? С ним наедине? Больше никогда! — Придётся, Какаши. Он устало прикрыл глаза и потер переносицу. — Это ненормально. Я ненормальный, да? Он совсем юнец. — А ты влюбился. Ниндзя покачал головой. — Я не мог. Не умею. — Чтобы влюбиться не нужны специальные навыки. Ты привязался к нему. Первый, с кем он познакомился в этом мире — ты. Тебе изначально хотелось ему помогать. Потому что было интересно, что он такое. И твое любопытство сгубило тебя столь быстро. — Я никогда не был в подобных ловушках. — Хм. Ты справишься. И не из таких выбирался. Но не ведись на поводу своих желаний. Ему четырнадцать. А ты его главный наставник. Слушай свое сердце, но не переступай черту. — Я понял вас, Цунаде-сама. Меня с ним не будет связывать что-то кроме наставничества. Хокаге кивнула и удовлетворённо улыбнулась. Хатаке покинул её кабинет.