Хорошо горит

      В черном ханьфу с кровавым подкладом, стоя на быстром, словно сорвавшаяся с тетивы стрела, мече, в сторону Цанцюн летел повелитель демонов Ло Бинхэ. Сегодня он наконец завершит свою месть и воздаст сполна и тем, кто насмехался над ним, и тем, кто не пожелал им препятствовать. Именно поэтому он потратил с утра два часа, чтобы подобрать самые роскошные одежды, и не стал пользоваться порталами, отправившись на мече — дабы подчеркнуть торжественность этого момента, пусть и только для себя.       Однако когда он оказался достаточно близко к пиковой школе, глазам его открылась неожиданная картина — над половиной пиков клубились облака дыма, постройки на них пылали ярким пламенем, а среди них метались люди в тщетных попытках затушить пожар.       Ло Бинхэ нахмурился. Неужели кто-то из его излишне ретивых подчиненных решил выслужиться и, зная о нелюбви владыки к родной школе, уничтожить ее? С воинственной Ша Хуалин сталось бы, но это не могла быть она — демоница сейчас находилась на другом краю поднебесной, прореживая тамошнее население. А все прочие подчиненные не осмелились бы посягать на законную добычу Владыки.       Приглядевшись внимательнее, Ло Бинхэ заметил довольно большую группу людей, которые, в отличие от всех остальных стояли на месте и просто смотрели на пожар. В их сторону Ло Бинхэ и направился в надежде разобраться, что же случилось. Кажется, это был то ли Аньдин, то ли Кусин — честно говоря, Бинхэ никогда особо не интересовался другими пиками.       Группа людей и впрямь оказалась адептами Аньдина — это Ло Бинхэ понял по цвету их формы, который во времена его ученичества то и дело мелькал на периферии зрения. Но почему они не помогают тушить пожар, разве это не их прямая обязанность?..       — Хорошо горит, — сказал, судя по узорам на форме, старший ученик. Его поддержал нестройный хор голосов, а Ло Бинхэ запутался окончательно.       — А что здесь происходит? — аккуратно поинтересовался он у девушки, которая стояла чуть с боку, придав себе как можно более располагающий вид.       — Пренеприятнейшая ситуация, — бодро затараторила та. — На пик Байчжан привезли бочки со смолой для горящих стрел. Байчжанцы поднять то их на пик подняли, ну и унести на склад по другую сторону пика не унесли, оставили у входа. А там как раз рядом, через стенку, тренировочное поле. Ну то есть стенка там стоять должна, но уже неделю как не стоит, у них постоянно не стоит то, что должно, — девушка хихикнула своей же шутке и продолжила, — потому что разрушают все своими тренировками. Ну и какой-то шальной сгусток духовной энергии угодил в эти самые бочки, а дальше сам понимаешь...       — Но почему вы не перенесли эти бочки на склад? — спросил Ло Бинхэ. Не то чтобы он особо интересовался внутренним устройством школы, но то, что подобные вещи были обязанностью Аньдин, он знал.       — Так это и не наша работа, — ехидно ответил ему вместо девушки адепт, стоявший неподалеку. Увидев искреннее непонимание на лице гостя, он стал пояснять. — Как учитель Шан пропал, так сразу бардак и начался. По уставу-то Аньдин отвечает только за закупку товаров извне и реализацию продуктов, произведенных Цанцюн, во внешнем мире. Это при позапрошлом поколении глав на нас начали сваливать хозяйственную часть, а потом это закрепилось. Учитель Шан пытался избавиться от этих навязанных обязанностях, но все остальные лорды были резко против, так что ничего у него не получилось.       — Ты подожди, там же, кажется, кто-то его поддержал. Вроде это был глава Юэ, - возразил ему другой адепт.       — Сам ты глава Юэ! Он просто, как всегда, промолчал. А поддержать его хотел лорд Шень, но он тут же снова сцепился с лордом Лю и ничего толкового не сказал, — на недоуменные взгляды соучеников третий адепт не без гордости ответил: — Я тогда под дверью стоял и слушал.       — Ну так вот, — продолжил рассказ первый адепт. — Вся эта система держалась на чувстве долга прошлых глав и нашего учителя, он не ждал просьб и сам давал нам распоряжения насчет помощи другим пикам. А когда он пропал, так мы без его повеления и не делаем ничего больше наших прямых обязанностей.       — Но вы даже не помогаете тушить пожар.       — А кому он мешает? Сейчас день, никто не спит. Молодняк занимается сильно дальше, их не заденет. А что до взрослых... — на лице адепта появилась злая улыбка, — жизнь заклинателя полна опасностей, и смело встречать их лицом к лицу — его долг!       Судя по яду в голосе и иным интонациям, он кого-то цитировал.       Видимо, не одному Бинхэ приходилось тяжко в этой трижды проклятой школе.       — Братец, а ты энергией прицельно стрелять умеешь? — спросила его девушка, с которой он заговорил первым. — Можешь пульнуть во-о-он в тот домик с красной черепицей? Не бойся, там рядом никого нет.       Ло Бинхэ решил послушаться просьбы и посмотреть, что же будет. Видимо, в том домике хранился порох, потому что взорвался он громко и очень ярко. Аньдинцы притихли, завороженно глядя на разгоревшийся еще ярче огонь.       Через некоторое время первый ученик хлопнул в ладоши и повернулся к младшим с самым одухотворенным выражением лица.       — Ну что, в рассвет? — спросил он, на что тут же получил единодушное согласие.       — Это наша внутряковая шутка, — пояснила девушка, заметив недоумевающий взгляд Ло Бинхэ. — Когда мы должны были работать всю ночь, мы говорили, мол, на рассвете отоспимся.       — А подъем у вас когда? — спросил Бинхэ, заранее зная ответ.       — На рассвете, — подтвердила его мысли девушка со смущенной улыбкой.       Адепты Аньдина организованной кучкой спустились к подножью пика, где находились конюшни, сноровисто запрягли лошадей в несколько телег и вскоре скрылись из виду. Ло Бинхэ остался один перед полыхающей школой. В этом состоянии его и нашел Мобэй-цзюнь.       — Гнев повелителя воистину страшен, — сказал он, бросив одобрительный взгляд на догорающие пики.       Ло Бинхэ очень хотелось слегка поправить его.       Воистину страшен гнев униженных.