Если бы я был зомби, я бы никогда не съел твой мозг

Кайл прижимается спиной к стене, обнимая себя руками за плечи. Он зажимает себе рот ладонью и напуганным взглядом сверлит стену напротив. Абсолютно каждая клеточка тела вопит о том, что нужно как можно скорее убираться отсюда или предпринять хоть что-то. Ноги и руки дрожат от сильного напряжения и нагрузки. Сердце колотится, словно бешеное, и намеревается выскочить из груди прямо в лапы его преследователя. Тихое-тихое дыхание кажется таким громким в этой безумно-мёртвой тишине, прерываемой тяжкими медленными шагами. Холодный пот неконтролируемо скатывается по виску и рыжий молится, чтобы тот с характерным звуком капающей воды не упал на пол, создавая лишний, совершенно ненужный и опасный шум. В конце концов, не очень бы хотелось..- – Г-где же ты, Каайл? – Кенни негромко разрывает замогильную тишину. Он растягивает каждое слово, словно пробуя сказанное на вкус. Язык заплетается, а буквы бессвязно рассыпаются, еле-еле образовывая хоть что-то, отдалённо напоминающее человеческую речь. Слова произносятся тягуче, медленно, с хрипотцой и мертвенной заинтересованностью. Кайл молчит. Он напрягает уши и еле как разбирает слова, адресованные ему. Парень закусывает губу и быстро-быстро моргает, в попытках избавиться от набежавших в уголках глаз солёных капель. Подавляя внутренний истерический крик, он не смеет даже дышать, вслушиваясь в этот голос. Голос его лучшего друга Кенни, который стал зомби. Настоящим зомби, а не старым костюмом на Хеллоуин, в коем был сейчас Кайл. Плотоядным монстром с трупной рваной кожей и с оторванной по локоть рукой, на которой запекалась тёмно-бордовая кровь. Толстые грязно-белые швы, склеивающие две половинки тела Маккормика, издавали странное поскрипывание. Да и сам Кенни, только что выбравшийся из могильной земли, выглядел далеко не прекрасно. Он явно горит безумным желанием впиться зубами в плоть бедного рыжего парня и сожрать его всего и полностью. Забрать его мозги, после выедая из розоватого органа каждую клеточку. По-крайней мере, так думал сам Кайл, немного зная об этих необычных созданиях из книг, фильмов и комиксов. – Не стоит играть со мной в прятки.. – Кайл слышит голос друга уже совсем рядом. В груди холодеет и хочется поскорее уйти куда угодно отсюда, лишь бы не встречаться с Кенни. Сбоку, и даже больше сзади, виднеется вытянутая тень без руки. Становится страшно даже моргать и Кайл стискивает зубы в немом ужасе. Как вдруг.. – Я же сказал, что найду тебя, милый мой..! – И в это же мгновение Кайл чувствует горячее дыхание, опаляющее его ухо. Он всем нутром ощущает жуткую близость сзади себя. Худые слабые руки, обхваченные плотной рыжей тканью, легко обвивают грудь Брофловски, и тело Кенни крепко прижимается к спине Кайла. Голова блондина спокойно ложится рыжему на плечо и нежно трётся ледяной щекой о тёплую щёку парня. В воздухе витает трупный запах земли и кладбища, но он не был отталкивающим. Даже наоборот - каким-то умиротворяющим. Кайл лишь сдержанно сглатывает, чувствуя, как Кенни немного оттягивает его куртку с плеча, обнажая бледную кожу и проводит по ней мокрым языком. Он пытается разглядеть лицо парня, чтобы понять, что тот хочет сделать и тихо шепчет, не смея пошевелиться. – Ч-что ты..- Тут же раздаётся характерный "ням!" и Кенни осторожно впивается зубами в плечо Брофловски. Кайл зажмуривается от боли и шумно выдыхает, но ни одного "айка" не выбивается из его груди. Задетый кусочек тёмной ткани рвётся на месте укуса, хотя зубы Маккормика должны быть не такими острыми. Тёмно-бордовая кровь неспешно течёт по плечу и Кенни бережно её слизывает. Кайл мелко дрожит, съëживаясь от неприятных мокрых прикосновений к коже. Он разлепляет глаза, словно после долгой бессонной ночи и видит, как мир перед ним плывёт в разные стороны. Неожиданная усталость накатывает волной, да и пульсирующая боль в плече доставляет сильный дискомфорт. Ноги перестают слушаться и, слабо подкосившись, отказываются работать. Кайл готов с грохотом упасть на пол, но руки Кенни его бережно подхватывают и осторожно садят на пол. Сам Кенни тоже садится на пол и усаживает Брофловски к себе на колени. Его усталую, закинутую набок голову, парень кладёт себе на грудь и вновь прижимает рыжего паренька к себе. – Кайл..? Ты в порядке? – Кенни приподнимает голову Кайла за подбородок и с сожалением смотрит в потускневшие зелёные глаза. Брофловски пытается выправить дыхание и справится с медленно подступающей лихорадкой. Холодом знобило всё тело, но и одновременно было жутко жарко, как в аду. Металлический запах крови, успевший пропитать воздух, возбуждал тошноту и головную боль. Укушенное плечо неприятно ныло и болело. Не было сил даже пошевелиться. Но, собрав в себе последние остатки сил, рыжий слабо протянул. – Кенни.. М-мне.. Пло-..хо.. Маккормик словно вновь оживает и спешно начинает копаться в карманах своей парки, что-то нашёптывая. Через несколько секунд он победно вытаскивает какую-то коробочку с изображением разноцветных таблеток. Отсыпов горстку в ладонь, Кенни берёт две штучки и засовывает их Кайлу в рот. Противный едкий вкус распространяется по всей полости рта и Кайл едва сдерживается, чтобы не проблеваться. Но, отложив рвотные позывы, он прожёвывает лекарство и нехотя проглатывает его. Горечь тут же обжигает горло, заставляя рыжего скривить губы. – Это от лихорадки.. Я для сестрёнки крал, когда она болела. Ей быстро помогло и тебе должно вскоре полегчать.. – Кенни виновато опускает взгляд, пряча маленькую коробочку в карман. – Прости меня.. Я не удержался, ты так вкусно выглядишь..! Кайл устало пробует поднять тяжёлый взгляд, но потерпев неудачу, тут же бросает эти попытки. Тяжело вздохнув, он чувствует, как лихорадка и вправду стала понемногу отступать. Дышалось легче, ни в жар, ни в холод не кидало.. Становилось явно лучше, из-за чего хотелось расцеловать бледное лицо Маккормика. Он не обманул, не пошутил, не соврал. В груди теплело, но виной этому была совсем не лихорадка, чему парень был несказанно рад. Брофловски сильнее прижимается к Кенни, не обращая внимания на холод, исходящий от него. Даже сквозь этот мертвенный мороз чувствовалось такое живое и родное тепло. Но вопросы, копившиеся в голове всё это время, теперь просто разрывали черепушку бедного парня. И раз Маккормик не желает ему зла, оставаясь старым добрым Кенни, так почему бы и не порасспрашивать его? – Кенни.. – Из-за слабости в голосе приходится прочищать горло и всё, что способен выдавить из себя Кайл, было лишь имя друга. – Что такое, Кайл? Тебе хуже? Может, нужно ещё лекарство? Или всё таки вода нужна была обязательно? – Кенни неожиданно нервничает и обеспокоенно залазит в карманы парки, но рука в грязно-белой перчатке останавливает его. Кайл сжимает холодную ладонь Маккормика и приподнимает уголки губ в лёгкой улыбке. – Нет, Кенни.. Всё хорошо. Я не об этом.. – Кайл немного мнётся под настойчивым и необычно-живым взглядом голубых глаз полуживого трупа. Рыжий вздыхает и тихо шепчет. – А ты не хочешь съесть мой мозг..? Кенни замирает и медленно поднимает голову на Кайла. В его глазах сине-голубым океаном плещется изумление и явное непонимание. Он пару секунд переваривает вопрос, но после выдыхает и прижимает Брофловски сильнее к себе. – Никогда, мой дорогой Кайл, никогда, – Кенни целует Кайла в макушку и уже хочет потрепать его по голове, но осознание того, что одна из рук почти полностью отсутствует, вынуждает его сильнее прижать рыжего к себе. После чего кладёт голову ему на макушку. – Неужели ты забыл, что я тебе говорил?

*Воспоминание*

– Слушай, Кайл, а ты веришь в существование зомби? Ну, такие, которые мозги едят.. – Блондин задумчиво смотрит куда-то вперёд, украдкой поглядывая на друга. – Наверное.. Всё может быть, – Рыжий пожимает плечами и смотрит прямо в глаза мальчика в рыжей парке. – А почему спрашиваешь? – Просто если бы я был зомби, я бы никогда не съел твой мозг, – Кенни улыбается и тихонько смеётся, обнимая Кайла за шею. Сам же Брофловски тоже улыбается и в ответ приобнимает друга, полностью доверяя ему.

*Конец Воспоминания*

– Нет, я.. Помню. Точно. Я помню, что ты мне тогда говорил, – Брофловски улыбается и прикрывает глаза, сжимая ледяную ладонь Кенни. Лихорадка почти спала на нет, но усталость то ли клонила в сон, то ли близила парня к потере сознания. Сквозь помутневшее сознание Кайл приподнимает голову и оглядывает укушенное плечо, на котором осталось только немного запёкшейся крови и тёмно-синий след, словно от синяка. Бордовые следы зубов на коже горели, да и вряд ли они пройдут вообще. В целом, больное место щипало и ныло, будто Кенни не просто прокусил плечо, а вырвал его с мясом. – Ам.. Кенни.. – Кайл переводит взгляд то на блондина, то на больное плечо. – Т-ты же меня укусил. Это получается, что теперь я стану таким же, как ты..? – Не думаю. Это, конечно, могло случиться, ведь через укусы зомби передаётся вирус. Ну, ты и сам знаешь.. – Маккормик проводит холодными пальцами по открытой ране, из-за чего Брофловски жмурится. – Но таблетки, которые ты принял, содержат железо. А железо не позволяет вирусу попасть куда-то, дальше твоей крови. Так что можно сказать, что вирус просто внутри тебя, но он не распространится и будет находиться в крови, пока не будет выведен из организма лекарствами. Ну, или антивирусом. Мозги в голове Кайла были похожи, скорее, на плавленный сыр, чем на мозг, из-за чего функционировали они слабо. Да и переутомление мешало воспринимать хоть какую-то информацию. Поэтому рыжему оставалось лишь "угукнуть" и, проваливаясь в темноту, положить голову Кенни на грудь. – Кайл? – Кенни обеспокоенно касается щеки рыжего, как только чувствует, что тот слишком притих. Но тут же беспокойство спадает на нет, как только тихое дыханье стало доходить до кончиков ушей блондина. Маккормик улыбается и выдыхает, успокаиваясь. Второй рукой он прижимает парня сильнее к себе, чтобы тот не упал на холодный асфальт. Рассматривая темнеющее небо, в голове всплывает заданный ему вопрос, и Кенни, недолго думая, положил ладонь Кайлу на грудь, проверяя его сердцебиение. Сердце спокойно отбивало сонные удары и казалось, что оно вот-вот остановится и уснёт вместе с его обладателем. Но сердце усердно, не смея замирать, разносило кровь по телу, и не давало оборваться жизни Брофловски, что очень нравилось Кенни. Кенни безумно нравилось слушать стук его сердца. Кенни думает о том, какой Кайл милый. Он мягкий и у него есть пушистые кудряшки, что делало его похожим на плюшевую игрушку. Ну, или на большую куклу, которую только что сняли с полки. Но для куклы Кайл был слишком мягким, а для плюшевой игрушки – слишком живым. Прижиматься к живому Кайлу было гораздо приятней, чем к холодному асфальту. И Кенни, пока он был трупом, безумно хотел почувствовать ту же живость, что чувствует Кайл. Всё таки, оставаться в состоянии бесчувственного овоща было схоже с пыткой. И прижимая тёплое тело к себе, Маккормик понимал, что становится немного живее, чем раньше.