Временный импульс

— Да, Итан... Хорошо, я постараюсь, но... Слушай, здесь Лисси, я бы не хотел обсуждать это при ней.       Лисси задумчиво прислушивалась к негромкому спору своего парня и его недалёких родственников; девушка не то, чтобы ненавидела семью Альфреда или считала её чем-то надоедливым, вроде мошки на окне, но её раздражало то, что они пытались разрушить всё то, что их пара строила не один год вместе. Какое им дело? Почему они суют свой нос куда не просят? Она ещё могла понять родителей и Айлу, сестру возлюбленного, однако, Тину-грымзу, способную на любую пакость, терпеть становилось всё тяжелее, и ситуацию не улучшал даже присутствующий рядом Ал: его двоюродная сестрица не стеснялась открыто выражать своё недовольство подобным выбором девушки, часто делала замечания в сторону самой Лис, могла открыто проигнорировать некоторые её фразы, а как-то раз, на одном из праздников, и вовсе пыталась подсунуть Альфреду свою родственницу со стороны отца, причём так нагло, что это уже нельзя было никак оправдать. Фыркнув от воспоминаний того дня, девушка с любовью поглядела на своего бойфренда, — ей нравилось так его называть, в душе сразу становилось тепло, как после горячего шоколада, — до сих пор занятого беседой с Итаном. Она не любила, когда им звонили в эти редкие часы, принадлежащие лишь ей и ему, однако, приходилось терпеть, улыбаться фальшиво и приторно, хотя в груди разрывались противоречия и цвели обиды, как подснежники — весной. При этом умом та не отрицала того, что Ал слишком хороший брат и послушный сын, чтобы сбежать от этой тирании и никогда не решится на тайную свадьбу с ней; ещё ему хотелось бы огромного шика, великолепного ресторана, в гостях — всю родню, дальнюю и близкую, дабы каждый оценил её. Но до этого придётся ждать, словно луну с неба, хотя Лисси точно была уверена, что он со дня на день решится сделать их отношения более серьёзными: пригласит жить в свою квартиру, начнёт думать о будущем, возможно, заставит своих родственников, наконец-то, заткнуться и позволить ему самому заниматься своей жизнью. Ведь Альфред Биндер — взрослый мальчик. А Лис — умная девочка и поможет ему найти своё призвание и то, что нравится именно ему. Она довольно улыбнулась этой мысли, стоя спиной к той части комнаты, где ругался сейчас её парень со своей недалёкой сестрой, Тиной, которая получила телефон от Итана.       Как топорно и вульгарно.       Тем временем диалог набирал страсти, Ал уже почти что кричит в трубку, но старается выровнять дыхание и плавно подходит к Лис. Та поначалу лишь слышит его улыбку — это уже совершенно интуитивно, ведь когда он растягивает губы в ней, то из него выходит лёгкий смешок-писк, похожий на вой хорька, то есть: очень тихий и неощутимый для тех, кто его не ловит. Почему-то ей он нравился, просто это было так... Уютно, по-родному, хорошо знакомо. Она обернулась на него и посмотрела в любимые глаза, карие, но грустные из-за мелкой ссоры с родными; мысленно девушка ругалась вместе с ним: за то, что его сестра не готова принять тот факт, что кто-то мог обратить внимание на её двоюродного брата не по причине его известности или денег. Словно красивые девочки ведутся лишь на это в таких же красивых, молодых и добрых парнях. Лис легко встала на ноги, её золотистые локоны упали на щёку, но она не обратила на это внимание, обнимая своего парня, уложив руку на пряжку его ремня и прижимаясь к нему всем телом, на что его собственное отреагировало с завидной скоростью; кадык Ала дёрнулся, бёдра двинулись навстречу, рука с телефоном дрогнула, а ткань брюк начала топорщится в области паха. Девушка польщённо хихикнула, когда другой рукой пролезла в его штаны, прямо под бельё, коснулась полувставшего члена и стала проводить по нему рукой, лаская большим пальцем головку, откуда капнуло предсеменем. Губы его коснулись её виска, дыхание защекотало чувствительную кожу, из груди вырвался тяжёлый вздох; несмотря на несколько лет их отношений, Лисси никогда не могла насытиться им, как и сам Альфред — ею, хотелось всегда, до страсти, до дрожи и сдерживаемых стонов. Продолжая обнимать его, она также ласкала его член, позволяя дышать себе в макушку, пока сам Ал никак не мог закончить разговор, пускай и старался. — Хорошо, Тини, конечно. Ладно, не сейчас... Конечно, ты получишь свой подарок, я просто пошутил, чтобы позлить тебя. Да, да... И я тебя люблю, сестрюнь. Хорошо, не буду. Давай.       Он многозначительно поглядел на Лис, убирая телефон на стол, а руками скользя по талии подруги; она всегда была изящной, тонкой и ладной, рядом с высоким, спортивным Альфредом Арден смотрелась очень хорошо, в школе их пара считалась одной из самых красивых. — Ты любишь её? А меня? — Она шутливо ударила его в грудь кулаком, пока он с силой сжал её правую ягодицу, сминая ткань, сквозь нее вонзая ногти в нежную плоть. Лис начала балансировать на самых носочках, руками держась за плечи парня, ощущая, как в груди расцветают робкие ландыши. — Тебя всё равно сильнее, Лис, — Альфред легко приподнял её, подхватив под ягодицы руками, а она обхватила его талию своими ногами, скрестив на щиколотках. — Я люблю вас обеих. Этого ничто не изменит, чтобы не пыталась сделать Тини, — С этими словами он поцеловал её в висок, потом в щеки, затем осыпал мелкими поцелуями лоб, ласково скользнул языком в ушную раковину, заставив её хрустально задрожать и выгнуться натянутой тетивой, при этом всё ещё держа её одними руками. Она устроила свои собственные ладони на его плечах, разжимая и сжимая свои пальцы, вытащив их из его брюк, но глаза её плотоядно глядели на него; хотелось снять с Ала футболку, спустить штаны и сесть на него прямо так, даже в одежде. Однако, времени не было, скоро могла прийти Айла, которая писала, что хочет сегодня побыть с братом, а застать его трахающимся — явно не лучший досуг. Поэтому Лисси слегка огорчённо позволила себе вновь поцеловать его, а сама сделала знак, чтобы он опустил её на пол; твёрдо встав на ноги, она поправила на нём и на себе одежду. — Скоро здесь будет твоя сестра, нельзя, чтобы она застала нас за этим. Мне потом будет стыдно ей даже в глаза посмотреть, не то, что говорить, — Пригладив тёмные волосы, каштановые, — мягкие, как пух одуванчика, они ласкали её ладонь, пока сам парень слабо отбивался от этих телячьих нежностей, — Лис довольно улыбнулась и снова поцеловала его, не сдержавшись и взяв его лицо в ладони. Этого хватило, чтобы Альфред схватил её за правую руку и стал лобзать, при этом держа её двумя руками, как нечто драгоценное. Ногти у неё были заострёнными, выкрашенными в бледно-голубой, они переливались на свету сахарной глазурью, как медальон с лунным камнем, лежащий на ложбинке грудей. Подарки Ала были приятными, но её очень раздражало, что такой денежной компенсацией он пытался откупиться от неё, будто давал подачку какой-то нищенке; ей просто иногда хотелось его внимания, чуть больше заботы и нежности, а он мог либо исчезнуть надолго, занимаясь своими соревнованиями, либо же кинуться на неё в самый неподходящий момент, как сейчас. — Ал, я точно уверена, что сейчас не самый лучший момент. Айла будет очень зла, если застанет нас в процессе. — Значит, будем быстрыми и ловкими, чтобы нас не поймали, — Лукаво предложил Альфред, ловко просунув своё колено между бёдер Лисси, после чего залез под её рубашку правой рукой, левой же он придерживал девушку за талию; губы его были в области её шеи, из-за чего ему пришлось сутулиться. Разница в росте порой была большой проблемой их отношений. — Ал, — Она вздохнула, пытаясь прислушаться к голосу разума; в их паре за него отвечала только она, но сейчас больше отзывалось тело, уже разгоряченное от прикосновений, поцелуев и внутреннего жара, однако времени оставалось действительно мало: сестра Альфреда была не особо пунктуальной и могла прийти либо через час, либо в сию же минуту, пока зубы её брата слегка царапали кожу Лисси, которая задрожала, выгибаясь навстречу рукам парня. Он был хорош, даже очень, в памяти были свежи воспоминания прошлых времяпровождений, поэтому девушка решила уступить желаниям и раскрыла свои объятия; Альфред, опустившись на колени, довольным котом прижался к её животу, потираясь об него сквозь шёлк рубашки, пока пытался растегнуть пуговицы. — Чёрт побери, мне придётся переодеться. — После меня тебе и вовсе придётся пойти в душ, — Нахально заявил этот Биндер, пока стягивал с неё юбку-карандаш; справишись с этим он бросил её на диван, после чего помог Лис снять нижнее бельё, пока она расправляется с верхом, закинув рубашку и бюстгальтер к той же юбке. — Ты, конечно, всегда красивая, но голая — во сто крат лучше. — Весьма подходящий комплимент в данной ситуации, — Насмешливо фыркнула она, пока Альфред ласкал её грудь и шею, дразня самым кончиком языка выступающие косточки и соски, или же покусывая чувствительную кожу, пока девушка держала его за волосы. Обхватив его лицо своими руками, она втянула парня в жаркий поцелуй, а он взял её грудь в ладонь, пальцем надавливая на сосок, ногтем царапая его, это было больновато, но от этого становились только горячее; другая рука Ала сжимала ягодицы девушки, оттягивала, раздвигала половинки, забиралась меж них к колечку мышщ, робко задевая его. — Поосторожнее с руками, Мистер Биндер, — Предупреждение было проигнорировано, и Ал, развеселившись, шлёпнул по ягодице, заставив Лисси взвизгнуть и дёрнуться в сторону, потянув за собой парня; теперь она вжималась в стену, пока он продолжал держать её за грудь и приходился шлепками по её округлому, упругому заду. Потом он переместился к уже мокрой щели, забрался меж складок, пальцами нашёл тугой клитор и принялся обводить его, оттягивать, постукивать, просто поглаживать и растирать, на что Лис лишь усмехнулась, посильнее сжав его волосы напоследок и стала разбираться с ремнём на штанах: они специально решили одеться как можно приличнее для визита Айлы, но теперь это явно ни к чему. Девушка всхлипнула, когда Альфред стал агрессивнее, к массированию клитора присоединились пальцы, погруженные в её тело, сначала два, потом и три, ласкающие внутренние стенки, надавливая изнутри, подготавливая её; если раньше им двоим хватало и полминуты, чтобы завести друг друга с полуборота, то сейчас они требовали чуть больше времени. — Ну, что, Леди Арден, — Ал довольно причмокнул, обдавая её ухо горячим дыханием и постукивая по нему языком. — До сих пор хотите, чтобы я остановился? — Засранец, — Только ласково улыбнулась Лисси, доставая член парня из брюк, окончательно уронив их на пол, к его щиколоткам. Она поглаживала, уверенно, но нежно сжимала шишковатую головку, проводила подушечками по венам, и кадык Альфреда слабо дёрнулся от напряжения, на что она лишь усмехнулась: после стольких лет отношений она выучила его эрогенные зоны и точно знала, куда стоит нажать. — Так я услышу ответ или нет?... Блять, ты до сих пор действуешь на меня так, будто я школьник. — Могу сказать то же самое, — Если поначалу они были просто хорошими знакомыми, то потом заметно продвинулись дальше, начали встречаться уже вдвоём, а после и вовсе официально признали свои отношения для семей и друзей. — С каждым днём я влюбляюсь в тебя всё больше и больше, и не намерена отпускать из-за того, что какая-то сука считает иначе. — Так ты сейчас о Тине думаешь? — Наигранно удивился Альфред, продолжая двигаться в ней и жадно ласкать обнажённую грудь. — Не думал, что моя сестра так тебя возбуждает. Может, в следущий раз мне стоит попросить её присоединиться к нам... — Только попробуй! — Лисси, разъярённая этой неудачной шуткой, сжала его член сильнее, чем ожидала, отчего парень ойкнул, впившись ногтями в её сосок до боли и убрав палец с клитора. — А ты опасная женщина, лисичка, — Уже через мгновение ухмыльнулся он и припал с голодными поцелуями к её рту; его язык сплетался с её, скользил по нёбу и мягким стенам рта, слюны было немного: со временем они освоили поцелуи и стали очень хороши в этом. Лисси чувствовала, как лопатки неприятно врезаются в холодную стену, но это создавало поразительный контраст с бушующим в ней пожаре от Ала, его прикосновений и взглядов, от умелых пальцев, так хорошо ласкающих её внутри; за короткий промежуток времени в ней оказались все четыре пальца, а большой аккуратно массировал клитор, пульсирующий и налитый кровью, между бёдер уже начало хлюпать, влага оседала на ладони Альфреда, а у самой девушки от желания начинала кружиться голова, пока по венам бежала лава. Возбуждение Альфреда тоже было сильным, член его уже ныл, но он почему-то оттягивал всё самое главное, хотя оставалось не так много; хитрюга, захотел отыграться и теперь медлит до самого конца, пока она отчаянно насаживается прямо на его руку, в желании большего.       Но Лисси ждала, потому что ещё давным-давно доверила этому парню, с улыбающимися глазами и нежными руками, себя и свое тело.       Ожидание не затягивалось; Альфред и сам уже был на самом пике, поэтому медленно вытащил свои пальцы из неё, напоследок ущипнув покрасневшие половые губы, блестящие изнанкой и влагой. Взяв свой член в одну руку и придерживая ногу Лис, закинутую ему на тело, за бедро, направил его в сторону истекающей щели, проехался головкой по набрякшим створкам, слегка поводил им, потыкался в клитор, заставляя девушку поскуливать и вцепиться ногтями в его плечи так сильно, что на плечах наверняка останутся следы: ну и пусть, чтобы все знали, что он уже занят. Одним резким выпадом Альфред полностью проник в неё, вжимаясь своим пахом в её лобок, придерживая её ногу уже под коленом, вдавливая в стену; Лисси захлебнулась стоном, когда другую руку, свободную, он вернул на её клитор, успокаивюще поглаживая его и массируя, будто пытаясь сгладить свою резкость, а губы свои он разместил на её сосках, розовых и маленьких, как юные бутоны: правый он вобрал в рот, лаская языком и дразня зубами, но левый стоял, ожидая своей порции удовольствия, пока парень толкался глубже в горячее, мягкое, податливое тело Лис. — Чёрт побери, я уже готов кончить... — Неужели? — Усмехнулась она, скорее игриво, чем насмешливо, однако получила шлепок по бедру. — Да, вы нарываетесь, Леди Арден, — Переход на фамилии будоражил так сильно, что у неё потемнело в глазах, а внутри она сжала его крепче щупальца. — Вы такая непослушная девчонка... Вас стоит наказать. — То же самое о вас, Мистер Биндер, — Она жарко зашептала в его ухо, хотя хотелось кричать и стонать на всю квартиру, ногти её царапали его спину, цеплялись за напряжённые в судорогах лопатки, ритмичные движения бёдер вбивались в её собственные, её подкидывало, левая нога удерживалась с трудом, а держаться на одной правой становилось всё тяжелее; было бы удобнее, чтобы Ал взял её у стола, на полу, на диване, в спальне, но здесь, прижатая к стене, она чувствовала себя так хорошо, что подобные мелочи забывались, хотелось просто раствориться во всей этой неге блаженства и подступающей эйфории. — Ох, блять! — Сквозь зубы выскочило у Альфреда, пока он потел, вмазываясь в неё плотнее, желая заполнить полностью, а сама девушка подавалась бёдрами вперёд, уверенно вращая ими вокруг его члена, ловко обхватывая внутренним стенками, а ноги её дергались в преддверии. Рука парня активно двигалась на лобке и клиторе, чтобы та пришла к финалу первой, пальцы теребили мягкую плоть, влага услужливо помогала, а неразборчивое бормотание проходило сквозь стоны, показывая, что Лисси очень близко. Ртом он уже просто покрывал всё её лицо быстрыми, жаркими поцелуями, желая касаться всего её тела, когда она забилась, откинув голову на стену, как в конвульсиях, а её ноги мелко тряслись, из-за чего пришлось подхватить её под ягодицы, пока сам Альфред продолжал насаживать её на себя, наслаждаясь сокращением мышц. В голове Лис было пусто, как в безоблачном небе, мысли лениво перебирались к мозгу, а сама она довольно нежилась в его объятиях, потираясь щекой об плечо. Ей было хорошо, но Альфред не закончил и был намерен сделать это прямо сейчас. — Я сейчас... Снова! — Девушка на нём забилась ещё раз, успев кончить дважды, пока Биндер не мог закончить и первый, просто было так хорошо, но недостаточно, слишком мало, поэтому он продолжал растягивать её, пытаясь разворотить её изнутри. Он сел на диван, прямо на вещи, и, раздвинув половинки ягодиц и подласкав их мокрой ладонью, надавил пальцем на расщелину ануса, вырывая из горла Лисси сдержанный вовремя крик и ругательства: — Твою ж мать, Ал! — Ты очень хороша, — Лишь выдохнул Альфред, чувствуя, как и его накрывает волной, горячая щель сдавила его внутри, не отпуская, поэтому он держался там до последней, сводящей ноги, судороги, наслаждаясь теплом чужого разнежившегося тела и усталостью, пронзившей его собственное. Было слишком отлично, и он бы предпочел провести так остаток этого дня, но Лисси не забывала, несмотря на туманный рассудок и тяжесть в конечностях, что с минуты на минуту должна заявиться Айла, поэтому, когда из неё стало вытекать семя парня, встала и направилась в ванную. — Чёрт, теперь придётся стирать вещи и искать другие, ещё и диван весь в сперме, — Задумчиво рассуждала она, оценивая ситуацию, пока по её нога текла вышеупомянутая жидкость. — Это, конечно, было хорошо, но теперь мне нужен душ. И тебе тоже. — Готов принять его с тобой, любовь моя, — С чувством ответил Альфред, получивший разрядку лишь один раз и готовый на новые приключения. — Звучит заманчиво, но только не сегодня. — Эй, это нечестно! Ты кончила дважды, а я лишь один раз, — Обиженно насупился Ал, как мальчик, у которого забрали игрушку. В данной ситуации эта ассоциация была неудачной, так как парень сидел со спущенными штанами, полувставшим членом в руке, с белесыми каплями на головке, и в одной рубашке, расхристанной, как у Казановы. — Просто ты отличный трахальщик, — Откровенно призналась Лисси, покачивая бёдрами. Она зашла в ванную и встала под струи душа.       Разумеется, вскоре Альфред присоединился к ней, не думая, что подобное очень бы не понравилось его семье.