Предрешенная смерть

      На деревню давным давно опустилась тихая ночь и лишь шумные цикады нарушали тишину. Свет в домах и магазинчиках погас еще пару часов назад, так же как и люди пропали с улиц, прячась в теплых желищах от медленно наступающей прохлады осени. Тонкий полумесяц, окруженный мерцающими крапинками звезд, освещал Коноху, забираясь в окна и заливая каждый уголок холодным светом. Эти белые брызги ярко сияли на небе, сильно контрастируя с темными улицами мирно спящего поселения.       Только Обито не спал той ночью. Лежа на небрежно застеленной кровати, он глубоко задумался, настолько, что находился в подобном состояни уже больше часа. Разговор с Учихой Микото позволил мальчику чуть расслабиться, спокойно выдохнуть и уйти от всепоглощающих мыслей. И это было очень кстати, ведь он был вброшен судьбой в череду неприятных событий, что не отпускали его уже больше года. За это время Обито успел потерять самого себя. Не замечая и не осозновая этого, его настоящее «я» заблудилось в лаберинте состоящего из тернистых испытаний, переживаний, страха, не сбывающихся желаний и мечт. И только добрая, внимательная и чуткая к своим детям и всем окружающим ее людям Микото смогла разглядеть за копотью испытаний и опухшых от частых слез и недосыпа веками яркие, сияющие глаза юного шиноби, что всей душой хотел стать Хокаге.       «Микото-сан была права… — думал Обито, впоминая слова сказаные женщиной несколько часов назад. — Я поддался негативным чувствам, позволив им захватить все мои мысли… Если бы не она, я бы и позабыл что значит быть шиноби».       — Простите, Минато-сенсей, — уже без всякой горечи, посмотрев на общую фотографию своей команды, проговорил Обито. — Я успел позабыть чему вы нас учили… Я шиноби и всегда должен помнить, как должен себя вести. Но я не буду зацикливаться на принципах шиноби, как Какаши!       Парень резко вскочил, сев на край кровати и продолжая смотреть на застывшие на бумаге лица товарищей, но уже с большей уверенностью и решительностью.       — Я не забуду ваши с Рин подвиги! Не засуну их в глубину своей души, лишь бы не чувствовать горечи и сожалений! — уже громче говорил он. — Да, мне все еще больно, все еще обидно и все еще жаль… Но я остаюсь шиноби и всегда им буду! Я выше того, чтобы поддаться грусти и забыть о воле Огня! После этих слов пыл Обито немного ослаб, и он поднялся с кровати, подойдя к фотографии. Ударив по столу руками и уперевшись в него, он спокойно. Но по прежнему уверенно произнес:       — Теперь я понял…

***

      — Воля Огня — это путь, что мы, как шиноби Конохи, передаем из поколения в поколение, для укрепления нашего боевого духа, — воодушевленно говорил Минато, серьезно смотря на своих учеников. — Вся наша деревня — это большая семья, которую мы любим и защищаем. Еще первый Хокаге, Хаширама Седжу, вкладывал всю душу в свою огромную верную и преданную семью.       Дети не охотно вникали в слова наставника, несмотря на его серьезный вид, даже учитывая то, что в таком состоянии он прибывает редко. Только Рин с упоением сердца внимала каждое слово, произнесеное учителем.       — Мы поняли! Давайте приступим к тренировке! А то так я никогда не стану Хокаге! — кричал возмущенный Обито.       — Обито… А ты знаешь, что заставляет каждого шиноби достигать своей цели и исполнять волю Огня? — спросил Минато, вернувшись в свое обычное добродушное состояние.       — Ему не мешало бы разобраться со своими детскими мечтами дл начала, а потом уже думать о других, — по своему обыкновению спокойно сказал Какаши, откинувшись назад и оперевшись на руки.       — А ну повтори! — схватив светловолосого напарника за ворот, грозно произнес юный Учиха.       Ответа как всегда не последовало, но раздался лишь тихий вздох Минато, что наблюдает эту картину уже не первый раз за день.       — Это путь ниндзя, его убеждения, истинные намерения и образ жизни. В общем то, чему шиноби следует всю свою жизнь, не сворачивая с выбранного маршрута.       — Значит мой путь ниндзя — это стать Хокаге! — воскликнул Обито, резко отпустив Какаши и изменившись в лице, будто позабыв об их перепалке.       — Когда-нибудь ты меня поймешь… Вы все поймете… — тихо произнес Минато, с улыбкой смотря на сияющие мечтой глаза мальчика.

***

      — Теперь я понял… Сенсей… Простите меня, за опоздание… — грустно улыбаясь, сказал Обито, вглядываясь доброе лицо наставника на фотографии. — Простите, что так поздно…       Парень медленно упал на колени, пока по его щекам текли слезы. Уперевшись спиной в стол, он закрыл глаза, позволяя эмоциям выйти наружу. Разобравшийся со своими чувствами и желаниями шиноби, слишком устал, чтобы дойти до кровати. Так он и заснул пустым сном под собственные всхлипы и кашель от застрявшего в горле кома.       Победивший снежный ком из сожалений и печали Обито готов двигаться вперед, невзирая на пережитые трудности, хоть они и причиняют боль. Ему понадобится время на то, чтобы пережить этот горький опыт, оставив в прошлом ненужные мысли и забрав с собой в настоящее только то, что поможет ему не допустить подобного в будущем. Теперь он все для себя решил, в голове больше нет размытых представлений о собственных целях и задачах, что он хочет выполнить. Теперь он обрел свой путь ниндзя и действительно вырос.