Цветочный чай

Тэхён всю дорогу от Чонгука до дома о сегодняшнем утре думает. Буйствование чувств и здравого смысла никак не затихает. Альфа почти сходит с ума. Чонгук сделал это с ним всего за два дня. Разве такое возможно? Не проронив ни слова, вывернул мир Тэхёна наизнанку. Всё внутренности вытряхнул и в нужном для себя порядке расставил. Одной улыбкой выжег всех и всё. Оставил лишь себя и в голове, и в сердце. Тэхён только дверь открывает, а его уже встречает омега с чашкой чая в руках, жасминового. — Сливки и куркума — как ты любишь, — улыбается Пак. Тэхён заботы такой не ожидал и оторопел даже. Раздевается и напиток любимый из рук забирает. Делает глоток маленький и веки в наслаждении прикрывает. Вкусно. Очень. Так, как он любит. — Чимин… — начал Тэхён. — Я твою любимую пасту приготовил. Даже попробовал. Получилось отлично. Садись, ты наверное ещё не завтракал. — Спасибо. Чимин… — Что ты на ужин хочешь? Мои навыки теперь гораздо лучше. Только скажи и я тебе, что угодно приготовлю. — Чимин… — А. Ещё я галстук тебе купил. После бассейна зашёл в торговый центр и заметил его… — Чимин, нам нужно поговорить. —… я прямо сразу понял, он для тебя. — Чимин! — Тэхён руки на плечи омеги кладёт, что спиной стоит, в сумке огромной коробочку с галстуком выискивая. — Чимин, нам поговорить нужно. Давай присядем. Пак за два года свои настоящие чувства научился хорошо скрывать. Поэтому и сейчас его лицо не выражает никаких эмоций, хотя головой и сердцем понимает, это конец. Он знал, что так произойдёт и готовился, но сейчас растерян и совсем не верит, что справится. Тэхён смотрит на омегу, а сам слова отрепетированные в машине на парковке из глотки достать не может. Пусть мышцы на лице Пака не дрожат, но по глазам всё видно. И это чувство проклятое не даёт языку повернуться. Оно душит Кима, заставляя бороться внутри. Плакать заставляет альфу жалость проклятущая. И тем не менее, он начал. — Чимин, я встретил истинного. Омега веки опускает. Не думал, что так больно и сложно будет. Рано или поздно это должно было произойти. Он прекрасно понимал и осознавал, что такова судьба каждого в этом мире — встретить своего человека, одному тебе предназначенного и только для тебя рождённого. Ресницы омеги дрожать начинают и из-под них прозрачными дорожками одинокие слезинки катятся, которые Чимин тут же стирает и прогоняет вновь подступившую влагу. — Я рад за тебя, Тэ. Перееду в течение недели. Чимин отошёл от сумки, так и не отыскав нужную вещь, и направился за барную стойку. — Ты больше ничего не скажешь? — Тэхён знал, что у омеги нет чувств к нему, но он надеялся до последнего, верил, хоть что-то ещё осталось. Видимо, ошибался. — Чего ты ждал? Чтобы я в ноги бросился и умолял не уходить? — Чимин спиной говорит, пытаясь боль в обжигающем напитке утопить. Да, ему больно. Очень. Потому что в сердце пусто. Потому что в жизни больше ничего и никого не осталось у него. Ни семьи, ни любви, ни истинного. — Я знал, что ты не любишь меня, но, не думал, что так просто отпустишь. Омега молчит, алкоголь потягивая. — Чимин… Что произошло два года назад? Почему твоё отношение ко мне так резко изменилось? — Тэхён! Просто иди к своему истинному. Просто… забудь о моём существовании. — Чимин… — Тэхён! — омега впервые голос повысил. — Чимин, я не отстану от тебя, пока не услышу причину. — Что ж, тогда уйду я. Пак решительно двинулся к выходу, но был остановлен. — Тэ, не мучай меня, пожалуйста. Голос Чимина дрожать начинает и он не выдерживает. В объятия альфы падает и рыдает, пока у того и пиджак, и футболка насквозь не промокнут. У Тэхёна сердце разрывается на части от мысли, что его счастье Чимину боль невыносимую причиняет. Он так сильно привязался к этому хрупкому человеку, что готов отказаться от Чонгука, от Сандры, готов жизнь отдать Паку. Лишь бы не плакал так сильно, лишь бы ему не было больно. Вот только не знает, что Чимину это вовсе не нужно. Омега успокаивается немного и не выходя из объятий альфы говорит ему: — Я тоже встретил своего истинного. Тэхён хмурит брови и в недоумении рот открывает, собираясь задать вопрос, но Чимин опережает его. — Два с половиной года назад я встретил своего истинного. Он ухаживал за мной долго, добивался, но я был верен тебе, Тэхёни. Омега от плеча альфы отрывается и в глаза смотрит. — Почему не сказал мне? Я бы отпустил тебя. — Не всем судьба улыбается, Тэ. Он погиб. По позвоночнику альфы волна мурашек пробежала, волосы на теле шевеля. — Как погиб? Когда? — Ким ушам не верит. — Два года назад… Пазл сложился. Наконец, Тэхён получил ответ на свой вопрос. Вот только удовлетворения это ему не принесло. Лишь ещё сильнее душа разболелась. — Почему мне ничего не сказал? — Что я должен был сказать? Как ты себе это представляешь? — Ты… ты просто… Как ты мог в себе держать чувства всё это время? Почему не рассказал? Боже, Чимин… — Тэхён задыхается от негодования, но омегу к себе притягивает и гладит по макушке, тоже слёзы роняя. — Тебя столько раз бросали, Тэ. Я не мог так с тобой поступить. У альфы в голове не укладывается, на сколько Пак сильный духом. Только сейчас вспоминает, что слёз его никогда не видел. И самое важное осознаёт. Оказалось, что Чимин все два года задыхался, лишь бы дышал Тэхён. Оказалось, что он травился и погибал. Сгорал заживо. А главное — терпел. Но как? Как он смог вынести такое горе в одиночку и продолжал улыбаться альфе, спать с ним, выслушивать претензии? Тэхёну за себя стыдно стало и он у Чимина прощения просит. Его не вымолить одним днём. И жизни не хватит, чтобы искупить всё то, что причинил он омеге своими словами. Но он обязательно это сделает. Все возможные усилия приложит, чтобы жизнь Чимина сделать счастливее хоть немного. Больше ничего не спрашивает и не говорит. Засыпают в обнимку на диване и просыпаются поздним вечером. — Тэхён… — омега пытается разбудить альфу. — Тэ, просыпайся. Мы уснули. Уже вечер. Ким разлепляет веки. — Ты как? — Чимину в глаза заглядывает. Тот улыбается и говорит, что всё хорошо. Альфа ему верит. В глазах читает правду. — Ты должен поехать к своему истинному. Ким удивлённо смотрит. — Что смотришь? Не теряй ни минуты, Тэхен-и. Поспеши. Альфа понимает, почему Пак так говорит. Он и сам хочет поскорее встретиться с Чонгуком и сделать то, от чего сдержался утром. Но ему неловко перед Чимином и обидеть его не хочется. Не хочется, чтобы он чувствовал себя плохо и одиноко. Он задолжал омеге два года. А вернуть хочет всю жизнь. Это чувство вины теперь не скоро испарится. И испарится ли? — Ты точно в порядке? — ещё раз спрашивает у Чимина. Тот отвечает, что да, и выталкивает альфу с дивана. Тэхён со смехом падает на пол и встаёт, потирая ушибленное мягкое место. Он умывается наспех и вылетает из квартиры. Чимин на диване присаживается и руку к пульту тянет. Любимое шоу включает с «синими человечками», как когда-то их назвал Тэхён. Смеётся громко и долго, пока из глаз снова слёзы не хлынули.

***

Тэхён в нетерпении паркуется абы как возле дома Чона и спешит на крыльцо. Долго насилует дверной звонок, до тех пор, пока не открыли. — Господин Ким… — старший омега замирает на пороге. — Где Чонгук? Нам нужно поговорить, — альфе не терпится увидеть истинного. — Так… он уехал, — мямлит удивлённый Сокджин. — Куда? Когда? — Так утром ещё. Его альфа отвёз. — Альфа? А. Понятно, — огонёк в глазах стремительно гаснет и Ким от крыльца отступает. — Тэхён, — окликает его омега. — Ты неправильно понял. Они расстались. Эта фраза Кима, мягко говоря, удивила. — Сегодня утром, — добавил Сокджин и снова блеск в глазах замечает. — Чонгук уехал в мою родную деревню. Тэхён благодарно кивает и срывается с места к машине. Омега смеётся. — У тебя есть навигатор в машине? Запиши адрес, — он кричит в спину альфе название улицы и дома. — Я запомнил, — отвечает Тэхён на бегу и запрыгивает в автомобиль. Окрылённый альфа летит по дороге навстречу ещё пылающему закату, на встречу к омеге, которого знает только два дня, с которым они могут просто-напросто не сойтись характерами, который может быть вовсе не ждёт Тэхёна, но сердце лишь к нему стремится, глаза лишь его замечать хотят, а пальцы зудят желанием лишь кофейной кожи касаться. И он счастлив от этих ощущений и чувств. Так счастлив, что кричать хочется. И он кричит. Его на одинокой дороге никто не услышит. — Через 200 метров поверните налево, — доносится до орущего в окно Тэхёна мелодичный голос, а ещё через несколько минут добавляет, — вы прибыли в пункт назначения. Альфа останавливает машину возле небольшого домика с невысоким забором и пытается в темноте отыскать калитку. Подходит к окну, в котором горит свет и сквозь кружевную штору пытается разглядеть знакомый силуэт. Это комната. Справа возле окна стоит шкаф, а за ним — кровать. На первый взгляд, она пуста, но альфа смог разглядеть пятку, торчащую из-под одеяла, на которую лисица положила свою мордочку. Тэхён внутренне ликует и на радостях начинает барабанить по стеклу, мальчишкой снова себя ощущая. Что поделать? Его омега лет на двадцать молодит. Чонгук вздрагивает. Он не спал, читал книгу. Ему от неожиданного стука в окно страшно становится. И, если бы альфа не догадался его имя назвать, наградил бы омегу пердечным сриступом. Гук открывает окно, всё ещё думая, что ему показалось, но увидев альфу все тревоги и сомнения испаряются. — Тэхён, ты как тут оказался? Как нашёл меня? — у Чона дыхание перехватывает от неожиданности. — Ты откроешь или мне через окно лезть? — альфа улыбается во все тридцать два и глаз с омеги не сводит горящих. — Да, конечно. Идём. — Гук всё ещё думает, что уснул и не верит в реальность происходящего. Если это сон, он не хочет просыпаться. Открывает дверь входную, но на пороге никого нет. «Померещилось» — думает. Но своё имя снова слышит. Идёт на голос и альфу замечает в позе непристойной, руками по траве шарящего. — Чонгук, есть фонарик? Я телефон уронил и найти не могу, — Тэхён голову не поднимая, продолжает по земле руками водить. Чонгук вытягивает свой мобильник из кармана и набирает номер Кима. Телефон заиграл приятной мелодией и подсветился экран, который прямо под пахом альфы оказался. Смутившись от собственной позы, Тэхён убрал смартфон в карман и на омегу смотрит сквозь темноту. Тот тоже замер и забыл, что альфу пригласить в дом следует. Только, когда Ким озяб и начал потирать предплечья ладонями, статуя по имени Чонгук наконец ожила и пригласила гостя внутрь. — Голодный? — интересуется омега. А Тэхён вспомнил, что с утра кроме глотка чая из рук Чимина ничего во рту не держал. И кишечник его это очень громко подтвердил. — Голодный, — отвечает Тэхён и даже немного удивляется. Не привык он к заботе такой. А омега на стол ароматную картошку ставит прямо в казане, ещё горячем, и тушёную курицу с овощами. Тэхён такого и не пробовал никогда — картошку. И, что это, даже не знает, но пахнет изумительно. — Вау, как же вкусно, Чонгук! — Тэхён каждой новой ложкой, в рот отправленной, восхищается. — Ещё бы, прямо из печки, — зарделся омега. Ему похвала альфы истинного приятна. Он ему ещё порцию накладывает, а тот всё уплетает, не забывая комплименты рукам повара отпускать. — Да ладно тебе… — Чонгук смущаться начал. — Ерунда какая. Просто картошка. Омега её каждый день готовить согласен, лишь бы этот огонь в глазах альфы не погас. И, вставая, в сторону отходит, чтобы Тэхён смущения его не заметил. Но Ким Чона за руку останавливает и на колени к себе усаживает боком. Хочет сказать что-то, но губы омеги дрожащие его с толку сбивают и тянутся к альфе. Тэхён отвечает охотно, пальцы переплетая, и пробует вкус новый не спеша, ласково, трепетно, нежно. Но Чонгук сам на бёдрах разворачивается и поцелуй углубляет, к паху прижимаясь. И альфа его возбуждение не только физически ощущает, однако вынужден остановить омегу. У Чонгука на лице недоумение и страх рисуется ярким маслом. Он такого ответа не ожидал. Сегодня ничего не получится. Тэхён объелся. Громкая отрыжка обоих в смех приводит и отвечает на немой вопрос омеги. Сегодня они просто заснули в объятиях друг друга, наслаждаясь пока незнакомыми касаниями и новым ароматом. Тэхён больше не пьёт чай. Ванильный капучино теперь его самый любимый напиток и обязательно с сахаром. Тэхён любит, когда сладко.

Эпилог

Сокджин за столиком в любимом кафе ожидает приятеля. Ему хочется поделиться последними новостями и радостью сына. Но омега почему-то опаздывает. Они дружат уже восемь лет. С тех самых пор, как познакомились на свадьбе его старшего сына Хосока. — Давно ждёшь, Джинни? Прости, немного задержался. Переезжаю. — Да ничего страшного. Я только пришёл. — Ну, рассказывай, что у тебя за новости. — Представляешь, мой Чонгука встретил истинного. Они с его альфой расстались и он уехал в деревню. А истинный за ним поехал и уже три дня там живут. Представляешь? Гуки мне звонил один раз, сказал, что так счастлив ещё никогда не был. Не представляешь, как я рад за него. А знаешь, что самое интересное, его истинным оказался тот альфа с лисицей. Как хорошо, что ты мне вовремя посоветовал на сайт объявлений залезть. А то и лисицу бы упустили, и альфу. Даже не знаю, за какие заслуги тебя мне судьба послала. Спасибо, Чимини. — Не за что, дорогой. Уверен, Тэхён окружит Чонгука заботой и любовью. Всё у них будет просто замечательно. — Ну, поживём, посмо… Стоп. Я не говорил, как альфу зовут. Чимин улыбается, из чашки отпивая чай, и облокачивается на спинку кресла. И смотрит лукаво в окно, будто не его сейчас раскусили. — Погоди... Так это всё ты?