спи спокойно, словно не было войны.

Арсений не спит уже вторую ночь, а Антон не спит из-за него. Раньше Шастун говорил, что страдания передаются половым путём и даже смеялся с этого, но сейчас хочется только рыдать. С объявления ситуации на Украине прошёл день и наступает ночь, плавно опускаясь на город. Завтра утром они уезжают из Самары, а сегодня Антон молится на то, чтобы просто поспать. В этом туре спят они раздельно, просто потому что общих кроватей не было, но Антон проводил с Арсением всю прошлую ночь, потому что тот неистово сильно дрожал от наступающей тревоги. — Арс, — в тишину гостиничного номера врезается голос Антона и слышится скрип двери. Арсений не ест уже целый день, а Антон ходил на ужин и взял Попову еды, оставив его одного на недолгое время. — Ты как, милый? — спрашивает он шепотом и не решается включить все освещение, только щёлкает кнопку маленькой настольной лампы в прихожей, чтобы хоть немного посветлело. Арсений сидит на своей кровати и покачивается из стороны в сторону, явно пребывая в некой прострации. Антон подходит к нему и обнимает, садясь на кровать и прижимая мужчину к себе. — У родителей все хорошо, — шепчет он, утыкаясь носом в плечо Антона. Тот поглаживает Арсения по спине в заботливом жесте. — Я очень сильно боюсь, Шаст. В этом туре было сказано уже так много откровений, что Антон решается на ещё одно. — Я тоже. Я тоже пиздец как боюсь этого, — говорит Антон и рукой приподнимает Арсения за подбородок, ставя их лица на одно расстояние. Антон целует мужчину и вкладывает в этот поцелуй абсолютно все. От нежности до страха, от боли до любви. Арсений отвечает на поцелуй, кусая губы партнера, чем вызывает стон Шастуна. — Стой, стой, — шепчет Антон, когда Арсений начинает снимать с себя (и заодно с Антона) футболку. — Успокойся. Я не буду трахаться с тобой из-за этих нервов и тревоги. Потому что знает, что это у Арсения нервное. Потому что знает, что тот ни за что бы не начал раздеваться так быстро. Потому что знает, что Арсений свои великолепные глаза никогда не прячет. — Ладно, ладно, — шепчет совсем еле слышно Арсений и опускается на грудь к Антону, когда Шаст сам ложится на кровать полностью. — Там Стас звонил, — говорит Антон, перебирая волосы Арсения в своих пальцах и чувствуя, как дыхание мужчины успокаивается. — Сказал, что нужно высказаться. И про отмену концерта, и просто что-то написать, чтобы не быть аполитичными слишком. — Блять, мы комики, а не политики, Шаст, — говорит Арс, приподнимаясь на локтях и смотря прямо на Антона. — Я напишу, уже написал, если честно. Просто не знаю, насколько вообще хочу писать все это в массы. — Я понимаю, Арс, я тоже не горю диким желанием, — говорит Антон и вновь опускает Арсения на себя. — Но про концерт мы должны предупредить, да и пост, наверное, хотя бы к себе на страницу, я выложу. После этого разговора Антон выкладывает пост, все ещё сидя в обнимку со своим любимым человеком. Он подписывает многозначительно «Шастун.» и тут же видит, как сыпется куча комментариев про политическую ситуацию. — Блять, ну у меня же не политический блог, господи, — говорит он Арсению, когда тот тоже вояет что-то со своей фоткой и подписью к ней. — Закрой комментарии, Тош. Мне кажется, что так будет лучше, — говорит Арсений и начинает читать свой пост. Слова про темноту врезаются Антону в голову и в нем просыпается такая неистовая любовь к сидящему напротив человеку, что он понимает, как же сильно Арсений боится. Антон сгребает Арсения в свои объятия и смотрит на то, как он выкладывает пост и закрывает на нем комментарии. — Не бойся, Арс, — говорит Антон, когда они засыпают. — Я всегда буду рядом. Арсению удаётся поспать до семи утра без кошмаров. Антон обнимал его всю ночь, оберегая от всего плохого. Антон совсем не верит в Бога, но осознаёт, что молится. Он молится, чтобы это быстрее закончилось. Эту ночь они спят спокойно. Потому что вместе.