Письма

Все ее мечты разрушились примерно полгода назад. Хотя она сама толком не помнила, возможно, это началось гораздо раньше, но затуманенный разум не позволял ей заметить происходящее вокруг. Она была ослеплена любовью, долгожданным счастьем, в котором почти растворилась. Реальность оказалась не такой счастливой, какой она себе представляла. Несмотря на свою безусловную любовь к Лукасу, она четко осознавала его нежелание строить с ней настоящую семью. Нет, он любил ее и хотел прожить с ней всю оставшуюся жизнь, но вот заводить общих детей он не хотел, а точнее боялся, боялся повторения истории, которая произошла с его дочерью – Мел. В глубине души он считал себя плохим отцом, винил в том, что мало внимания уделял дочери, не заметил то, что она употребляет наркотики, не вытянул ее из дурной компании, не спас от такой напасти. Сейчас он старался компенсировать свое невнимание к дочери, именно поэтому он часто проводил время с ней и внуком, стараясь обезопасить их. Касаемо брака у Жади и Лукаса так же были разногласия. Лукас отказывался принимать ислам, для него эта религия была чужой, несмотря на свою любовь, он был не готов молиться по 5 раз на дню, отказаться от алкоголя, который иногда мог позволить себе выпить. Жади, прожив много лет в Марокко, прониклась к религии и желала заключить брак по своим обычаям, для нее это было очень важно, к тому же, она мечтала о том, чтобы дядя Али принял Лукаса в своем доме в качестве ее мужа, а для это было необходимо пожениться по мусульманским обычаям. В этом вопросе они не достигли консенсуса, продолжали просто жить вместе, изредка вновь поднимая эту тему, которая нередко заканчивалась скандалом. Так же Лукаса не единожды просил Жади снять платок, или хотя бы не надевать его на светские мероприятия, обосновывая это тем, что ему некомфортно. Это была еще одна тема для вечных споров и ссор, поскольку Жади настолько привыкла покрывать голову, что без этого атрибута чувствовала себя неуютно, словно была совсем без одежды. Бесконечные споры, которые касались не только религии, но и быта стали неотъемлемой частью их совместной жизни. Несмотря на то, что в доме было домработница, Лукасу хотелось видеть Жади, которая занимается домашними делами, только вот Жади этого всего не любила. Ей не нравилось стоять у плиты, гладить одежду, убирать в доме. Чаще всего Жади проводила время за чтением каких-нибудь незамысловатых книг, гуляла по торговому центу, раз в две недели проводила время с Хадижей. Ей такой уклад жизни нравился и совсем не наскучил. Только вот Лукаса это раздражало. Ему было стыдно в компаниях друзей за свою ничем не увлекающуюся женщину, которая могла поддержать в разговоре далеко не все темы и чаще всего молчала. Конечно, в их жизни присутствовала любовь, они наслаждались друг другом. Она танцевала для него свои самые красивые танцы, он смотрел на нее с восхищением и вожделением, обычно эти танцы заканчивались бурной ночью в постели. Пожалуй, это было единственное, что связывало их. Но со временем и это перестало приносить то самое незабываемое наслаждение. Танцы быстро надоели, а близость тел стала редкостью. Они вдруг начали осознавать, что им совсем не о чем разговаривать. Все разговоры сводились к теме брака и детей, которые заканчивались ссорой. Они не разговаривали по несколько дней. Вот и после очередной такой ссоры Жади решилась на откровенный разговор с Лукасом. Чувства и эмоции утихли, и она могла рассуждать трезво. Прервав молчание она решила наконец расставить все точки и прийти к рациональному решению их конфликта, правда, выход она видела только один. Полная решимости, она начала достаточно тяжелый разговор: -Лукас, так больше продолжаться не может. Мы пол жизни стремились к том, чтобы быть вместе, и вот мы обрели долгожданное счастье, мы вместе, у нас прекрасный дом. Мы уже два года живем вместе, но мы по-прежнему не женаты, у нас нет ребенка, о котором мы так мечтали.. -Жади, я же тебе уже объяснял, давай не будем…- Лукасу не нравился этот разговор, он поскорее хотел его окончить. -Не перебивай меня, пожалуйста, дай мне закончить. Помнишь, как мы хотели путешествовать? Посетить разные страны…но ты занят своей работой, не уделяешь мне внимания. Я же не просила от тебя невозможного, всего лишь чуть внимания, заботы любви. Лукас, разве к этому мы стремились? Разве об этом мечтали? –Жади выжидающе смотрела на Лукаса, тот в ответ лишь тупил взгляд в пол и не знал, что ответить. Жади про себя усмехнулась, даже сейчас он не в силах что-то сказать, поэтому она продолжила. –Лукас, у нас разные взгляды на жизнь, разные представления о семье. Я в свое время бросила все ради тебя, я вижусь с дочерью по расписанию, которые составляет Саид. На секунду Жади задумалась о бывшем муже.- Я очень виновата перед ним, я полжизни бежала от него, бежала к тебе, унижала его мужское достоинство, обманывала. Разве он это заслужил? -А ты? Что ты сделал ради меня? Ты даже принять мою религию, чтобы жениться на мне не можешь. Сколько тебе нужно времени? Еще 20 лет? Нет, я так долго ждать не могу. С меня хватит. Лукас, я ухожу. Я хочу начать все заново. Хочу быть свободной. Лукас смотрел на нее и не узнавал, она была полна решимости, по ее взгляду было понятно, что она не остановится, не передумает. -Жади, возможно ты права, я пока просто не готов. Я не хочу, чтобы ты уходила. Но и держать тебя не буду, ты вольна делать то, что ты хочешь. Я могу тебе чем-то помочь? Может тебе нужны деньги?-Лукас был растерян, на его глазах появились непрошенные слезы. -Мне нужна была только твоя любовь, Лукас. А деньги у меня есть, не переживай. Чемодан был собран, такси стояло у ворот, Лукас устало смотрел как женщина его мечты уходит, он хотел было броситься, остановить, уверить в том, что все изменится и они будут счастливы, но решимости не хватило, поэтому он просто смотрел в след уходящей Жади. В глубине души надеясь, что она еще вернется. Жади же отъезжая от дома, в котором провела 2 года испытала на свое удивление облегчение, радость свободы от это удушающей любви. Она расположилась в съемной небольшой, но очень уютной квартирке с видом на океан. Она смотрела на волны, которые бились о берег, и чувствовала счастье от своего одиночества. Она решила раз и навсегда избавиться от чувства вины перед своими родственниками, чтобы стать окончательно свободной, в большей степени она чувства вину перед Саидом, она понимала, что он не заслужил той боли, которую она ему причинила. Смелости позвонить ему и молить о прощении, как она и сделала по отношению к дяде Али, Зорайде, Латифе, у нее не хватило, поэтому она решила писать ему письма, она знала, что адресат никогда их не прочтет, но так было проще. Письмо первое: «Здравствуй, Саид. Это так странно, я никогда и никому не писала писем и честно, даже не знаю с чего начать. Ты помнишь тот день, когда мы впервые встретились, я смотрела на тебя с вызовом, я не хотела за тебя замуж. А моя глупая выходка по телефону, чуть не обернулась катастрофой для Латифы, мне было плевать на последствия, а она очень хотела замуж. Я сейчас вспоминаю, как тот молодой Саид смотрел на меня, как влюбился с первого взгляда. А я мечтала о Лукасе, я была уверена, что смогу избежать свадьбы и сбежать с ним. Ты был для меня препятствием в достижение моей цели. Наша свадьба была для меня невыносимым событием. Я шла, чтобы умереть, мне было невыносимо осознавать, что ты будешь моим мужем. Я тебя совсем не знала, ты был для меня чужим. Наша первая брачная ночь. Твои прикосновения ко мне отзывались судорогой в теле. Мне было противно, я не хотела, чтобы ты прикасался ко мне. Я ждала, когда эта все закончится, когда ты увидишь отсутствие крови, когда с позором выведешь из комнаты и потащишь на площадь, где меня до смерти закидают камнями. Лучше умереть, чем быть с тобой, именно так я тогда и думала. Но ты поступил иначе, ты спас меня. Я это поняла гораздо позже. Ты спас мою семью от позора, а меня от смерти. Делал ли для меня Лукас что-то подобное? Нет. Я благодарна тебе за то, что ты тогда так поступил. Ты делал для меня все, только вот я по достоинству не смогла этого оценить. Я благодарна тебе за это. Я часто задаюсь вопросом, смогла бы я тебя полюбить, не будь в моей жизни Лукаса? Думаю, что да. Ты прекрасный муж, отец. Помнишь, как на начальном этапе нашей совместной жизни я прожигала твои рубашки, пересаливала еду? Детские поступки, но я думала, что ты разведешься со мной и найдешь себе другую жену, которая тебя полюбит, а я стану свободной от твоих оков. Но ты любил меня вопреки всему этому. В нашей жизни были и хорошие моменты. Ты помнишь, как мы могли часа разговаривать обо всем? Ты рассказывал мне о своих погибших родителях, о учебе в Сан-Пауло, а я о жизни с матерью в Бразилии. Мы были искренними в те редкие моменты. Помнишь нашу комнату в Фесе, то марокканское окно с множеством дырочек, через которое по утрам пробивалось солнце? Мы часто стояли там на закате, пили чай. До сих пор помню, как там ты рассказывал мне о том, что никогда не женишься на девушке, которая специально уронит платок с головы, чтобы тебя впечатлить. Один раз я использовала этот факт против тебя, но об этом позже. Саид, я хочу попросить у тебя прощения, я понимаю, что ты не обязан этого делать. Но я искренне раскаиваюсь, что в начале нашей семейной жизни вела себя по-детски, глупо. Прости.»