Оседая звёздной пылью на обсидиане

      – Ты так искусно пользуешься палочками, – уважительно отмечает Чжунли и отпивает чай.       Эфир лукаво улыбается и, словно красуясь, вылавливает из супа очередной кусочек мяса и изящно отправляет в рот, чем вызывает у Чжунли усмешку.       – На самом деле, во многих мирах палочки используются как столовые приборы. Это далеко не редкость, – поясняет Эфир. – Неожиданно становится, когда вдруг меняется их количество. В одном из миров ели не двумя, а тремя палочками, и вот тогда уже пришлось потратить время, чтобы приноровиться.       – Тремя? – на лице Чжунли отражается такое искреннее удивление и непонимание, что Эфир прыскает.       – Да-а-а. Когда они увидели, что мне достаточно двух, то очень долго расспрашивали, как же еда не падает. Но у них было по восемь пальцев, так что… им хотя бы действительно удобно так есть. В отличие от меня, конечно же.       Чжунли всё время рассказа сидит, удивлённо вскинув брови, а потом опускает взгляд на руку с палочками, наверняка пытаясь представить, как можно держать сразу три штуки и при этом успешно есть. Эта картина не может не умилять: Эфир тепло улыбается, наблюдая, и потягивает чай. Его правда греет, что Чжунли искренне интересуется в том числе и его историями из других миров. Как ни странно, многим это далеко не всегда интересно. Хотя в Тейвате в расспросах ещё никто пока не побил Паймон.       – Стоит признать, это довольно занятный мыслительный эксперимент, – в итоге хмыкает Чжунли и возвращается к еде. – Но сам я даже пробовать, пожалуй, не буду. У меня несколько меньше пальцев, чем у жителей того мира, боюсь не справиться.       – О, это мудрое решение, – со знанием дела кивает Эфир. – Потому что у меня так и не получилось хоть сколько-то заставить эту конструкцию работать, как я ни старался. В итоге держал три, чтобы никого не смущать, а ел двумя… Спасибо – и тебе в частности, – что в Лиюэ таких изысков всё-таки нет.       Чжунли улыбается, дёргая бровью, и на дне его глаз блестят лукавые искорки, а Эфир в очередной раз радуется, что сумел выкроить время на спокойный ужин на террасах Лиюэ.