Туз клинков

Империя, которую Натаниэль Веснински однажды унаследует, была построена на крови, криках и смерти. И даже спустя десятилетие он удивлялся тому, насколько устойчивой она оказалась. Но это не означало, что Натаниэль стремился идти по стопам своего отца. Когда Натана Вескински посадили в тюрьму, весь мир Натаниэля, казалось, застыл на месте на самые долгие секунды в его жизни. Неопределенность пробиралось сквозь стены, солнце стало омерзительно ледяным, но еще хуже, чем видеть ближайшее будущее его отца, была внезапная тяжесть лежавшая на его плечах. И все взгляды, устремленные на его спину, были словно ножи, что мечтали пустить его кровь. Натана Веснински больше не было. Для всех, кто имел значение, он был мертв. И только один человек был подготовлен к тому, чтобы однажды носить его титул. В 15 лет, даже если большинство уже знало о навыках Натаниэля и его прошлом, многим было трудно воспринимать его как фигуру, обладающую силой и властью, а не как ребенка с призрачным прошлым и соответствующими шрамами. Поэтому Натаниэль в первую очередь разобрался с сомневающимися и следил за тем, чтобы по всему миру стало известно, как и почему некоторые из лучших людей Мясника погибают как мухи. В 16 лет он вырезал большинство мятежников и начал править по своему усмотрению. Натаниэль не был связан с Мориямой ничем, кроме здравого смысла, так что семья не могла его ни к чему принудить. А если этот факт когда-нибудь их раздражал, они могли бы приструнить Натаниэля и тогда Натаниэль получил бы за это взбучку. Но пока этот момент не настал, Натаниэль задвинул Морияму в самый дальный угол своего сознания и сосредоточился на перестройке империи, которая была его наследием. Внося коррективы, которые давно назревали, заделывая дыры и трещины, которые можно было заметить, лишь наблюдая со стороны. Постепенно "Мясник из Балтимора" стал уходить в прошлое. Статьи о нем появлялись все реже, вопросы появлялись все реже, а жители близлежащих районов стали ходить спокойнее. Натаниэль увел Мясника в тень, заставил его оказаться на знакомой территории. Он умел действовать в темноте, большую часть своей жизни он провел либо прячась, либо наблюдая, и свет, проливаемый на Мясника, всегда беспокоил его. Слишком много документальных фильмов, слишком много людей, интересующихся нераскрытыми делами, слишком много теорий заговора в Интернете. Все это было для Натана зрелищем. Он питался этим, наслаждался страхом и хаосом, которые порождал. Натан Веснински убивал под светом прожекторов, фактически заставляя своих людей слишком хорошо понимать, с кем они имеют дело. Но самое главное, рассуждал Натаниэль, это то, что его всегда видели. Предсказуемо. Как актер, пересекающий сцену на заднем плане пьесы, пока другие играют сцену. Игнорируемый, но не невидимый для зрителей. Под властью Натаниэля миллионы людей были вынуждены поверить, что Мясник ушел на покой. Люди, которых Натаниэль решил принять, а не убивать, поверили, что империя рухнула и они теперь безработные. А тех, кто остался в его сети, научили ориентироваться в тенях, с которыми Натаниэль был так хорошо знаком. Отрезав такую огромную часть людей от сети Мясника, Натаниэль вдруг обнаружил, что перед ним открылся целый мир возможностей. Да, ему понадобятся ноги, глаза и уши в бедных кварталах. Люди, готовые убивать по его приказу. Все это было правдой, но Натаниэль имел дело с секретами, у него были годы, чтобы изучить людей, распознать истории, которые рассказывали их глаза, даже если рот оставался на замке. Так он узнал, что, как бы эффективна ни была боль, в большинстве случаев она не нужна. Поэтому пустые дыры в его паутине заполняли судьи, полицейские, первоклассные и продвинутые бизнесмены, политики, а также стратегически подобранные и подброшенные кроты. Люди, способные влиять на других и люди, способные изменить ход истории. Потому что страх был эффективен, но уважение, зависть и, самое главное, жадность была безошибочной. Вот так Мясник превратился из публичной фигуры в практически забытую всеми и даже тогда большинство все еще пытались осмыслить все изменения, произошедшие в империи и не смогли этого сделать, пока не стало слишком поздно. Натаниэль Веснински видел все и не замечал ничего. Натаниэль Веснински держал на ладони все знания мира и оставался загадкой для самого себя.

________________________________________________________

Среди суматохи и хаоса, в котором прошло детство Натаниэля, было несколько постоянных вещей: раны и бинты, сверкание лезвий, крики, эхом разносящиеся по длинным, устланным коврами коридорам, и экси. В 10 лет Тетсуджи провел его официальное проверку, потом на пути встала его мать, с которой быстро разобрались и вскоре выбросили. Натан не захотел рисковать после неповиновения Мэри, понимая, как легко он может потерять своего единственного наследника. С тех пор Натаниэлю разрешили играть, так как это заставило его молчать об этом, но Вороны больше не имели над ним никакого контроля. Он тренировался с разными командами, а раз в месяц его отправляли в Гнездо, где его оценивал Хозяин. Натаниэль никогда особенно не любил Рико и с годами, когда Натаниэлю иногда поручали играть против него, его неприязнь ко второму сыну только усиливалась. Тщеславие и самовлюбленность - два понятия, и все же Рико Морияма подходил под обе категории, как будто они были специально подобраны для него. Он вел себя так, словно все были ниже его. А титул короля, который он носил как драгоценную корону, был реальной вещью. В детстве Натаниэль неоднократно подумывал о том, чтобы сломать Рико запястье или лодыжку, но никогда не доводил дело до конца, так как в ответ он получил бы лишь аналогичное избиение, поэтому вместо этого он довольствовался унижением мальчика. Натаниэля не ставили против Рико каждый месяц – ему вообще везло, если ему удавалось тренироваться с Воронами его возраста, – но как только Натаниэль начал изучать людей и ориентироваться в их сознании, уровень мастерства стал второстепенным на поле. Только шесть раз за 10 лет Натаниэль играл вместе с Кевином Дэем, любимцем Рико и маленьким проектом Тетсуджи – кем Натаниэль мог бы стать, если бы выбрал другой путь. Если бы его мать не встала на пути. С каждой встречей высокомерие Рико в глазах Натаниэля становилось все меньше, и именно благодаря этому Натаниэль с уверенностью знал, что рассказы о его личном обучении как сына Мясника и о действиях его отца достигли Эвермора. Прошло уже три года с тех пор, как Натаниэль в последний раз посетил Гнездо. С тех пор, как он взял бразды правления империи в свои руки, Натаниэль по большей части отошел от экси. Это не было его первым выбором – избавиться от одной из немногих вещей, которые ему действительно нравились, но власть требует жертв. Сейчас Натаниэль сидел за своим столом, отрешенным взглядом уставившись на руки – одну из немногих частей тела, свободную от шрамов. – Ты сын мясника, Натаниэль, а человек, владеющий ножом, случайно не порежется, – говорил ему отец много лет назад. Натан не хотел, чтобы у кого-то сложилось неправильное впечатление, что его сын считал себя бесполезным или настолько неумелым, что родился без врожденного умения обращаться с клинками. Следы на руках могли означать, что Натаниэль не сумел поймать нож, шрамы на пальцах – оружие проскользнуло сквозь них. Это была ошибочная логика, подумал Натаниэль, потому что на его лице было достаточно мелких порезов и царапин, чтобы компенсировать отсутствие поврежденной кожи на руках. Не говоря уже об остальном теле. Большинство ран ему нанесла Лола – она получала от этого наибольшее удовольствие и Натаниэлю казалось, что он радуется ее маниакальному смеху. Но его отец был на втором месте по количеству нанесенных им ран. Никому другому не позволялось калечить его – по крайней мере, так, чтобы это оставило неизгладимый след. Все его шрамы были нанесены аккуратно. Ни один из них не был ошибкой, ни один не был получен безболезненно. Все они преподали ему урок, все они сделали Натаниэля Веснински тем человеком, которым он был сегодня. Для его отца кровь была силой, для Натаниэля кровь ничего не значила, если ее проливали без причины. Кровь была всего лишь кровью, если не имела истории и имени. Натаниэль не радовался боли и страданиям, он радовался осознанию того, что держит мир на мушке и об этом знает менее одного процента населения. Лишь горстка людей чувствовала его пальцы на своем горле, его внимательный взгляд, следящий за каждым их действием. Мясник отбросил свой прежний код. Мясник не разрушал, он искажал, извращал и манипулировал, пока все не становилось на его путь или не срывалось. Мясник видел все, потому что у него была тысяча глаз и именно так Натаниэль Веснински понял, что Рико Морияма становится скорее помехой, чем второстепенным персонажем, которого он всегда должен был играть. Как он понял, что еще один неверный шаг Короля Экси оттолкнет Кевина Дэя от "Воронов", как он понял, что Тэцудзи стал удобным, беспечным и глупо слепым. Мясник расцвел под сенью Мориямы, и Натаниэль был готов дать им понять, что он не просто ребенок, способный принять удар на себя, что Морияма не выше его, а равный ему. Но Натаниэль тоже был не глуп и для того, чтобы добиться этого, ему придется начать с самого низа. А в самом конце пищевой цепочки Мориямы, выпрашивая объедки и надеясь на признание, находились вторые сыновья. И вот после нескольких месяцев тщательного планирования и хитроумного введения своих людей в курс дела Натаниэль был готов встряхнуть семью так, чтобы заслужить внимание и уважение Ичиро, начав с Рико Мориямы.