По Средиземью: К Одинокой горе

      - Наши дела не касаются эльфов, - отрезал сын Траина.       - Ради всего святого, Торин! Покажи ему карту, - чуть ли не взмолился Гэндальф.       - Это наследие моего народа. Мой долг охранять его и его тайны.       - Избавь меня от своего гномьего упрямства, - маг уже начинал выходить из себя. – Твоя гордыня погубит тебя! Перед тобой один из немногих в Средиземье, кто может прочитать карту. Покажи её лорду Элронду!       Повисла тишина. Дубощит не двинулся с места, продолжая надменным взглядом смотреть в одну точку.       - Прекрасно! – раздражённо выдохнула я. – Ты такой же упрямый баран, каким и был. Хочу напомнить тебе, что никто, повторяю, НИКТО из отряда не может прочитать эту карту. А владыка Элронд может, но ты, я вижу, твёрдо стоишь на своём, и эта бредовая вражда между гномами и эльфами для тебя гораздо важнее. Великолепно! Продолжай в том же духе! Хочешь хранить тайны своего народа? Пожалуйста! Только сам ты их не разгадаешь и в итоге останешься с носом. Это я тебе гарантирую.       Торин опустил голову, видимо взвешивая все «за» и «против», всё же достал бумагу из-за пазухи и отдал её правителю Ривенделла.       - Эребор? – вопросительно подняв брови осведомился тот. – Что за интерес у вас к этой карте?       Дубощит собирался было что-то сказать, но волшебник опередил его:       - У нас научный интерес. Как ты знаешь, подобные артефакты иногда содержат скрытые послания.       Он взглянул на сына Траина, и тот чуть кивнул.       - Ты ведь ещё не забыл древний язык гномов? – поинтересовался Гэндальф.       - А! Кирс исил, - произнёс Элронд осмотрев карту.       - Лунные руны? Ну конечно! Их легко не заметить.       - В данном случае - это правда. Их можно прочесть лишь при свете луны в той же фазе и в то же время года, когда они были написаны.       - И ты прочтёшь их? – с проскальзывающей надеждой в голосе спросил сын Траина.       - Следуйте за мной, - владыка Имладриса направился в одному ему известном направлении, а я, Гэндальф, Бильбо, Торин и Балин - за ним.       Мы пришли в какую-то пещеру с водопадами. На караю обрыва находился полупрозрачный кристалл с гладким верхом. Раньше я здесь не была, хотя в своё время излазила всю долину вдоль и поперёк, включая дворец Элронда.       - Эти руны были написаны в канун летнего солнцестояния при свете нарастающей луны почти двести лет назад, - рассказал полуэльф и положил карту на кристалл. – Похоже, вам суждено было попасть в Ривенделл. Судьба благоволит тебе, Торин Дубощит, ибо этой ночью над нами светит та же луна.       На этих словах как по заказу из-за туч выглянул месяц. Когда его свет попал на кристалл, тот начал светиться изнутри, а на карте проявились сияющие руны.       - Стань у серого камня, когда прострекочет дрозд, и последний луч заходящего солнца в день Дурина укажет на замочную скважину, - прочитал Элронд.       - День Дурина? – удивлённо спросил Бильбо.       - Это начало нового года у гномов, когда осенняя луна и зимнее солнце вместе появляются на небе, - пояснил Гэндальф.       - Это плохие новости, - Торин явно был озадачен. – Лето заканчивается. День Дурина уже не за горами.       - Ещё есть время, - возразил Балин.       - Время? Для чего? – снова спросил хоббит.       - Чтобы найти проход. Нам лишь нужно оказаться в нужном месте в нужное время. Тогда, и только тогда дверь можно открыть.       - Легче сказать, чем сделать, - мрачно заметила я.       - Так это и есть ваша цель? – нахмурился полуэльф. – Проникнуть внутрь горы?       - И что с того? - с вызовом спросил Дубощит.       - Кое-кто посчитает это весьма опрометчивым, - ответил владыка Ривенделла, возвращая карту гному.       - О чём ты? – непонимающе спросил Митрандир.       - Ты не единственный, кто приглядывает за Средиземьем, - ответил тот и направился к выходу из пещеры.       Я тяжело вздохнула, окинула взглядом всех присутствующих и тоже пошла прочь. Погрязнув в раздумьях, я медленно брела по коридорам. И, видимо, потеряла связь с реальностью, так как не заметила ступенек и феерично прокатилась, пересчитав их рёбрами и создав приличный шум. Тихо ругаясь себе под нос, я кое-как села, потирая ушибленную спину. Пострадавшая рука заныла, но рана вроде не открылась.       - Крис? – раздался голос полурослика.       - О, Бильбо, - я улыбнулась и приветственно помахала ему здоровой рукой.       - Ты в порядке?       - Да, всё хорошо, - я попыталась встать, но опираться на больную руку было весьма опрометчиво. – Твою ж!       - Давай помогу, - хоббит быстро спустился по ступенькам и, оставшись на предпоследней, подал мне руку. – Как так вышло?       - Это называется, мне нельзя размышлять на философские темы, когда куда-то иду, - усмехнулась я, принимая помощь друга и поднимаясь на ноги. – Особенно, когда я в платье. Зато теперь я знаю, сколько здесь ступенек. Ровно пять.       - Да, это важная информация, - хихикнул тот и перевёл взгляд на мою руку. – Рана в порядке?       - Да. Здешние лекари творят чудеса, - пожала я плечами. – Но лучшее лекарство – это сон. Что я и собираюсь сделать, как только доберусь до своей комнаты.       - В таком случае, позвольте проводить вас, миледи, - склонился в поклоне Бэггинс.       - Что ж, я буду рада обществу столь представительного джентльмена, - я с улыбкой склонилась в реверансе, после чего мы разом засмеялись и двинулись дальше по коридору. – Как тебе Ривенделл?       - Мне кажется, что это прекрасное место, - с восторгом ответил Бильбо. – Здесь очень живописно. У нас в Шире тоже красиво, но здесь всё как будто бы пропитано магией.       - Так и есть, - улыбнулась я. – Я тоже люблю это место. Здесь мой второй дом. Тут всегда спокойно и можно не волноваться, что посреди ночи на тебя кто-то нападёт. В долину ещё никто не проникал, если мне не изменяет память.       Я рассказала хоббиту про реку Бруинен, как она разливается, если к границам подходят враги, немного про Элронда и его семью, про то, каким бывает Имладрис в разные времена года, и много чего ещё.       - А тебе идут платья, - отметил полурослик.       - Ой, ну тебя! – отмахнулась я. – Хотя за комплимент спасибо. Хоть кто-то из отряда оценил. Ну, вот мы и пришли. Спасибо, что проследил за мной, маленький друг.       - Маленький? – деланно возмутился Бэггинс.       - Только внешне, - исправилась я. – Главное, что у тебя большое и доброе сердце.       - Спасибо, - хоббит слегка смутился. – Доброй ночи, Крис.       - Доброй ночи, Бильбо, - улыбнулась я и скрылась за дверью.       Переодевшись в ночное, я открыла окно и глубоко втянула ночной воздух, закрывая глаза и вспоминая тот день, когда я первый раз ночевала в Ривенделле. Помню, я тогда никак не могла заснуть. То лягу не так, то мне постель покажется неудобной, то какая-нибудь ночная птица крикнет рядом с моим окном… Тогда невольно сравнивала себя с Машей, которая поссорилась с подушкой. А потом привыкла. Оставив свежему воздуху доступ в комнату, я забралась в кровать, накрылась одеялом, блаженно потянулась и расслабилась, отдаваясь в объятия Морфея.       Когда я проснулась, солнце было уже высоко, птицы распевали свои песни... И были слышны ещё какие-то неестественные для утреннего Имладриса звуки. Я нехотя вылезла из-под одеяла и подошла к окну, щурясь от игривых солнечных лучей, которые так и норовили посветить в глаз. Осмотревшись, я увидела где-то вдалеке картину маслом, которая подействовала не хуже ведра ледяной воды на голову: двенадцать гномов плескались в одном из фонтанов в чём мать родила. Всякий раз, как просматривала расширенную версию, я чуть ли не плакала над моментами, которые не показывались в официальной (во-первых, некоторые из них важны для сюжета, а во-вторых, они довольно классные и отлично дополняют повествование). Но увидеть это зрелище вживую, пусть и с приличного расстояния, непередаваемый опыт. Я поспешила отвернуться и закрыла окно, а потом ещё и задёрнула его занавеской.       Постаравшись выкинуть из головы только что увиденную картину, я переоделась в светло-серую рубашку и чёрные штаны. На ноги я натянула сапоги, волосы собрала в французскую косу. Сверху на рубашку я накинула тёмно-синюю жилетку, доходящую до середины бедра и направилась на кухню. Прокравшись туда, я спряталась за столом от кухарки. Подгадав момент, когда она отвернулась, я стащила яблоко из вазы с фруктами и сразу же вернулась в исходное положение.       - Я знаю, что ты здесь, Кристина, - раздался мелодичный голос у меня над головой. – Выходи сейчас же!       Я вылезла из своего укрытия с яблоком в зубах и блестящими глазами.       - Доброе утро, Лауриэль! – проговорила я с набитым ртом.       - Ну, здравствуй! – улыбнулась она в ответ. – Давненько мы не виделись. А ты, я смотрю, всё такая же шалунья. Так же любишь воровать что-нибудь с кухни.       - Ну, сегодня я благополучно проспала завтрак, так что… - пожала я плечами, откусывая ещё кусочек фрукта.       - Понятно. Сейчас сообразим что-нибудь, - и эльфийка начала колдовать над моим будущим завтраком.       Пока она готовила, а потом я трапезничала, мы обменивались новостями. Но так как в Ривенделле особо ничего не изменилось, в основном рассказывала я. После того, как моя тарелка опустела, я поблагодарила Лауриэль, попрощалась с ней и направилась на стрельбище, предварительно заглянув в комнату и захватив лук с колчаном. Оказавшись там, я начала тренировку. Когда колчан опустел, я направилась к мишеням и принялась вытаскивать из них стрелы, затем вернулась на изготовку, воткнула их в землю и начала выпускать по новой. И так несколько раз. После этого я пометала ножи и кинжалы и направилась к себе в комнату, забрав своё оружие. Там я переоделась в серое платье с серебристыми узорами по краям рукавов, обтягивающих руки, ворота и подола, расплела растрепавшуюся косу, расчесала волосы и пошла прогуляться по дворцу.       Конкретного пункта назначения у меня не было, и я просто слонялась по коридорам, пока не забрела в зал, где хранились обломки легендарного меча. Моё внимание привлекла фигура хоббита, который стоял возле статуи, держащей экспонат.       - Бильбо! – позвала я, улыбнувшись.       - Крис! – полурослик обернулся и улыбнулся в ответ. – Рад тебя видеть!       - Я смотрю, ты обнаружил одну из известнейших реликвий.       - Этот меч?       - Нарсиль. Когда-то именно им Исильдур срубил кольцо Всевластия с руки самого Саурона, - я указала на картину на стене, как раз напротив обломков. – Это была Война Последнего Союза. Эльфы и люди тогда сражались бок о бок против Тёмного властелина и его армии. Но если хочешь узнать об этом подробнее, я явно не та, кто тебе нужен. Мне известно совсем немного, по сравнению с Элрондом. Он лично участвовал в этой битве.       Какое-то время мы молча рассматривали изображение.       - Ну что ж, пожалуй, я тебя оставлю. Не потеряйся здесь, - я вышла из залы и пошла по своим делам.

***

      - Я собирался рассказать тебе. Я только и ждал этой возможности, - убеждал Гэндальф Элронда. Был уже совсем поздний вечер. Солнце скрылось за горизонтом, и долину освещала луна. – И ты можешь не сомневаться: я знаю, что делаю!       - Вот, значит, как, - недоверчиво произнёс тот. – Этот дракон спал последние шестьдесят лет. Что если ваш план провалится? Что если вы разбудите зверя?       - А если всё обойдётся? – вопросом на вопрос ответила я. – И, даже если и случится, что разбудим. Что если найдётся способ убить Смауга?       - Если гномы вернут себе гору? – продолжил маг. – Наша оборона на востоке будет намного крепче.       - Это очень опасный шаг, - покачал головой владыка Имладриса.       - Куда опасней ничего не делать! По праву рождения трон Эребора принадлежит Торину. Чего ты боишься?       - Ты что, забыл? Тяжкое бремя безумия лежит на всей его семье. Его дед потерял рассудок. Его отца сразил тот же недуг. Ты готов поклясться, что Торин Дубощит устоит перед ним?       - Я тоже беспокоюсь, что Торин может попасть под удар этого недуга, - вновь взяла слово я. - Но он сильнее, чем его предки. Вдруг он сможет сопротивляться?       - Крис, подобные решения мы не в праве принимать в одиночку. Ни ты, ни Гэндальф, ни я не можем перекраивать карту Средиземья.       - С нашей помощью или без неё эти гномы отправятся к Одинокой горе, - без малейших сомнений произнёс волшебник. – Они намерены вернуть свой родной дом. И думается мне, что Торин Дубощит не станет просить у кого-либо дозволения. И я сам тоже не стану.       - Как и я, - так же безапелляционно заявила я.       - Не передо мной нужно вам держать ответ, - Элронд перевёл взгляд вперёд. К нам повернулась светловолосая статная эльфийка.       - Леди Галадриэль, - с восхищением произнёс маг.       - Митрандир, - с лёгкой улыбкой произнесла она. – Давно мы не виделись.       - Годы изменили меня, - волшебник склонился в поклоне. – но не владычицу Лориэна.       - Кристина, - эльфийская владычица перевела взгляд на меня. – Ты повзрослела с нашей последней встречи, но всё такая же свободолюбивая и непокорная, как и прежде.       - Миледи, - я склонила голову. – Рада видеть вас снова.       - Я не подозревал, что лорд Элронд послал за вами, - с улыбкой повернулся к полуэльфу Митрандир.       - Он не посылал. Это сделал я, - раздался со стороны голос, от которого я невольно напряглась. Гэндальф прикрыл глаза, а затем с улыбкой повернулся к старцу в белых одеждах.       - Саруман, - Серый маг почтительно склонил голову, и я повторила за ним.       - Ты весь в хлопотах, я смотрю, мой друг, - усмехнулся Белый. Он и Серый маг сели за стол и совет начался.

***

      - Скажи мне, Гэндальф. Ты действительно думал, что твои планы и помыслы останутся незамеченными, - скорее утвердил, чем спросил Саруман.       Ночь уже начинала уступать свои позиции утру, и до рассвета оставалось совсем немного. Маги сидели за столом, Элронд стоял возле него, Галадриэль плыла вокруг, а я опиралась об одну из колонн слева от Митрандира, скрестив руки на груди.       - Незамеченными? – удивился Серый волшебник. – Нет. Я лишь поступаю так, как считаю верным.       - Этот дракон давно тревожит тебя, - произнесла Галадриэль.       - Всё так, моя госпожа. Смауг пока ещё не служит никому. Если он станет на сторону врага, дракона могут использовать для ужасных целей.       - Какого врага? – не понял Белый маг. – Гэндальф, враг давно побеждён. Саурон был повержен. Он никогда не обретёт прежней силы.       - Разве вас не волнует, что последнее кольцо гномов может просто исчезнуть вместе с его владельцем? – спросил Серый волшебник. – Из семи гномьих колец четыре были проглочены драконами, два забрал Саурон перед тем, как был отправлен в Мордор. Судьба последнего кольца гномов до сих пор не известна. Это кольцо, которое носил Траин.       - Без кольца Всевластия эти кольца не представляют ценности для Врага, - уверенно заявил Саруман. – Чтобы контролировать другие кольца, ему нужно одно единственное. И это кольцо было утеряно очень давно. Его унесло в море водами Андуина.       - Гэндальф, - взял слово Элронд. – Уже четыреста лет мы живём в мире, которого нам с таким трудом удалось добиться.       - Вот оно как! По-твоему, это мир? – негодовал волшебник. – Тролли то и дело спускаются с гор. Они разоряют деревни, уничтожают фермы. Орки напали на нас по дороге.       - Едва ли это прелюдия к войне, - произнёс Владыка Имладриса.       - Но это нельзя игнорировать, - подала голос я. – Обычно, когда не уделяют должного внимания таким, казалось бы, незначительным деталям, потом выплывает такое обстоятельство, что все хватаются за голову: «Как это произошло? Как мы такое пропустили?».       - Тебе слова не давали, - сурово посмотрел на меня Саруман, но я плевала на него с высокой колокольни. – А ты, Гэндальф, вечно во всё вмешиваешься. Ищешь подвоха там, где его нет.       - Пусть говорят, - чуть усилила голос Галадриэль.       - Пробуждается некая сила, - продолжил Митрандир. – И она пострашнее Смауга и куда могущественнее. Мы можем закрыть на это глаза, но она не оставит нас без внимания. Это я вам обещаю! Недуг поразил Зелёный лес. Лесовики теперь называют его Лихолесье. И они говорят…       - Ну, - с издёвкой спросил Белый маг, когда его коллега запнулся. – Продолжай. Скажи нам, что говорят лесовики.       - Они говорят, что Некромант поселился в Дол-Гулдуре. Чародей, оживляющий мёртвых.       - Это абсурд! Такой силы не существует в этом мире. Этот «Некромант» - всего лишь обычный смертный. Колдун, заигравшийся с чёрной магией.       - И я так поначалу думал, но Радагаст… - начал было Гэндальф.       - Радагаст! – оборвал его Саруман. – Не говори мне про Радагаста Бурого! Он потерял рассудок.       - Ну, он чудак, согласен. Он живёт уединённой жизнью.       - Дело не в этом. А в чрезмерном потреблении всяческих грибов. От них помрачился его разум. И пожелтели зубы.       - Можно подумать у тебя прям жемчужная белизна, - буркнула себе под нос я, чтобы меня не услышали.       Дальше Саруман начал ворчать на Радагаста, и я не слушала. Всё-таки Бурый волшебник был моим другом, а кому понравится выслушивать от других упрёки в сторону своих друзей? Тут Гэндальф положил на стол свёрток, который ему вручил Радагаст.       - Что это такое? – удивлённо спросил Элронд.       - Реликвия из Мордора, - ответила Галадриэль. Лорд Имладриса откинул ткань, обнажая содержимое.       - Моргульский клинок, - ошарашенно произнёс он.       - Изготовлен для короля из Ангмара и похоронен вместе с ним. Когда Ангмар пал, люди севера забрали его тело и всё, что ему принадлежало, и запечатали в Высоких холмах Рудаура. Его похоронили в недрах скалы. В столь тёмной гробнице, что свет не проникал туда.       - Но это невозможно! Мощные заклятия лежат на тех гробницах. Их нельзя открыть.       - Почему же невозможно? - я хмуро рассматривала реликвию. – На каждый замок найдётся ключ, ну или, на худой конец, отмычка. Так и любое заклятие можно снять или обойти.       - А есть доказательства, что это оружие из Ангмарской гробницы? – поинтересовался Саруман.       - Никаких, - ответил Гэндальф.       - Потому что их нет.       - А с чего вы так решили? – с вызовом посмотрела я на Белого (вот же ж самоуверенный…). – Только потому, что их не поднесли вам сейчас на блюдечке с голубой каёмочкой?       - Поживёшь с моё - поймёшь, - ответил тот, словно отмахнулся от надоедливого ребёнка. – Посмотрим, что нам известно. Одинокий отряд орков осмелился перейти Бруинен. Был найден кинжал из давно забытых времён. А людской колдун, который зовёт себя Некромантом, балуется с чёрной магией. Не так уж это и страшно в конце концов. А вот затея этой гномьей компании, напротив, тревожит меня больше. Ты меня не убедил, Гэндальф. Я не в праве одобрить их поход.       - Да ну? – деланно удивлённо вскинула я бровь. – А мне что-то подсказывает, что они не станут спрашивать вашего одобрения. Если они поставили себе цель, то достигнут её любой ценой.       - Это предприятие обречено на провал. Обратись они сразу ко мне, я бы уберёг их от такого разочарования.       - Ага! И вы, разумеется, приняли бы их с распростёртыми объятиями.       - А тебе бы поучиться манерам, Кристина, - Саруман бросил в меня уничтожающий взгляд. – Эребор потерян. Его никогда не вернуть. Так уж повелось на этом свете. Нет, боюсь, больше нам говорить не о чем.       Тут появился Линдир.       - Владыка Элронд! Гномы. Они ушли, - с плохо скрываемым облегчением оповестил он.       - Ну вот! – усмехнулась я. – Что и требовалось доказать. Упрямый, что тот осёл! Ну, что ж. Раз мы уже всё обсудили, я, пожалуй, пойду. У меня есть ещё свои дела.       Я наклонилась к Гэндальфу, шепнула ему на ухо: «Встречаемся у ворот.», а затем развернулась на пятках и, слегка шурша подолом платья, лёгким шагом направилась прочь от места совета. Но как только я ушла из поля зрения оставшихся там, пулей помчалась на кухню. Там я попросила Лауриэль собрать мне немного еды в дорогу и, не дождавшись ответа, побежала в свою комнату. Залетев в неё, я начала быстро собирать нужные мне вещи. Хвала Валар, я не разобрала полностью сумку, и большая часть необходимого была уже в ней. Закончив с поклажей, я переоделась в походную одежду (серая рубашка, поверх которой чёрный камзол с длинными обтягивающими рукавами, тёмно-коричневые штаны и мои любимые лёгкие сапоги), заплела косу, закрепила пояс с кинжалами и ремень колчана, полного стрел, перекинула через плечо лямку сумки и присела на дорожку, теребя свой кулон, который был чуть ли не единственной частичкой из того мира, что всегда была при мне, поскольку телефон таскать с собой смысла не было, а подвеску я никогда не снимала и она легко пряталась под одеждой.       Небольшой кулон в виде ключа на чёрном шнурке мне подарили мои родители на пятнадцатилетие. Воспоминания заставили скатиться несколько солёных капель по щекам. Я вытерла мокрые дорожки и покинула комнату, в которую, возможно, больше никогда уже не вернусь. Лауриэль не подвела и уже ждала меня с приготовленной провизией. Я уложила свёртки в сумку, попрощалась с эльфийкой и ушла.       Я ждала Гэндальфа у ворот. От напряжения и бурлящего в крови адреналина казалось, что минуты тянутся, словно часы. Я вся была как на иголках. Поэтому, когда ко мне подошёл Нимросс и чуть толкнул мордой в спину, я аж подпрыгнула. Как он только умудряется ускользать из конюшни? До сих пор удивляюсь.       «Ну, и куда это ты собралась без меня?» - с укором спросил он.       - Прости, Нимросс, но я не могу тебя сейчас взять с собой, - с грустью произнесла я. – Вряд ли ты будешь в восторге от подземных переходов, кишащих гоблинами.       «Но потом, я могу тебе пригодиться.» - не отставал скакун.       - Потом, - повторила я и слегка зависла, а затем мне в голову пришла идея. – Вполне возможно. Слушай, ты сможешь добраться отсюда до Беорна в одиночку?       «Спрашиваешь!» - повеселел конь.       - Так вот. Рано или поздно, но мы туда прибудем. Скачи к Беорну и жди меня там. Я думаю, он помнит тебя.       «Меня забудешь. Кони такой масти, как я большая редкость здесь. Впрочем, тебя тоже трудно не помнить.»       - Ладно. Скачи, - я обняла морду скакуна. – И будь осторожен. Всё-таки сейчас не безопасно.       Конь заржал на прощание и ринулся прочь из долины.       - Со всеми попрощалась, а со старым эльфом и не собираешься? – раздался голос за спиной. Я обернулась.       - Милорд Элронд, - я склонила голову. – С какой стати ты вдруг стал старым?       - Прости за то, что было на совете, - произнёс тот. – Я бы мог сказать, что Саруман бывает резок, хотя ты и сама знаешь, но я тоже был отчасти неправ. Мы и вправду зачастую не уделяем должного внимания мелочам.       - Мне нечего тебе прощать, - улыбнулась я. – Да и я тоже сдержанностью никогда не отличалась. Но что поделать, я воспитана в другом мире и всегда говорю то, что думаю. Ты меня тоже прости. Мне и вправду надо хоть иногда сдерживать свой характер.       - Ничего страшного, - Элронд по-отечески обнял меня. – Я не стану отговаривать тебя от этого путешествия, но всё же будь осторожна, дитя. Ты дорога всем нам.       - Постараюсь, - улыбнулась я, отвечая на объятия.       - Кристина, - я отстранилась от полуэльфа и оглянулась на Гэндальфа, который появился за моей спиной. – Нам пора.       - Иду! – я улыбнулась Элронду и направилась вслед за волшебником.