Часть 2
29 апреля 2022 г., 17:22
Наступила зима. Подготовка к свадьбе шла полным ходом. Сегодня все волнуются. Сегодня — знаменательный день. Свадьба Николая Ланцова и Виктории Кирсановой.
Может попросить Женя перекроить кого-то из служанок под моё лицо? — думала Виктория пока надевала свадебное платье.
Золотой кокошник украшенный жемчугом и прочими драгоценностями, золотистое платье также украшенное драгоценными камнями и длинный шлейф. Эскизы для платья делала Женя, а выбирала Виктория. Она пыталась делать вид что она счастлива, что она очень ждала этот день.
— Улыбнись — Женя подбадривала Викторию как могла, так же как и остальные которые присутствовали в этой комнате.
— Николай — хороший человек — сказала Тамара обнимая Надю.
— Дело не в этом… Николай — прекрасный человек. Вот только полюблю ли я его? Полюбит ли он меня?
— Ты будешь счастлива с ним!
Как только Виктория была готова она вышла из комнаты. В большой приемной её ждал Николай, в толпе гостей.
Увидев Викторию в свадебном платье, он не сводил с неё глаз. Она была очень красивой, будто вышла из страниц книги сказок. Подойдя к ней он поцеловал её руку. Гости начали хлопать им.
Дальше Виктория и Николай уже стояли в королевской часовне держа в руках свечки. Над их головами держали венцы Женя и Давид. Ради этой церемонии Тамара и Толя надели красные кафтаны Корпориалов. По словам Жени близнецы надели эти кафтаны на их свадьбу с Давидом.
После они обменялись кольцами и Николай поцеловал Викторию в лоб. Он нежно коснулся ее щёк и поцеловал её. Часовня разразилась радостными воскликами, были слышны присвистывания. Некоторые даже кричали: «Слава королю и новой королеве!», «Слава Равке!», «Нье Равка!».
Лишь бы этот вечер закончился быстрее!
Минуты тянулись медленно, но рядом с Николаем время шло совсем наоборот. Может потому что он просто мог разбавлять ситуацию?
За банкетом все только и кричали «Горько!». Фьерданская, Шуханская, Керчийская и Ново-Земная делегация не поняла что это значит, пока Толя не объяснил им что это.
Николай и Виктория встали со стола и поцеловались. Николай нежно коснулся губ Виктории. Их сердца бились в унисон в эту минуту, а шум толпы стоял белым шумом в ушах. Оторвавшись друг от друга они сели на свои места. Николай положил свою руку на руку Виктории, она посмотрела на него. В её глазах можно было разглядеть… Нежность? Ласку? Ненависть? Но не любовь.
Николай понимал что сделав предложение Виктории при её отце у неё не будет выбора. И он даже жалел об этом. Может она любила другого? И была готова на всё ради него? Он считал что лишил её счастья.
Она не будет плакать. Не проронит ни слизинки. Она не будет несчастной и заточённой в стенах этого дворца. В её голубых глазах я хочу видеть только счастье. Не хочу чтобы её голубые как море глаза были наполнены слезами. Не хочу чтобы она страдала.
Он вспомнил тот момент когда он увидел её в свадебном платье — настоящая королева. Расправленные плечи, прямая осанка, она сама грация. Когда они ехали вместе в экипаже в Большой Дворец, чтобы подготавливаться к свадьбе он пошутил:
И тогда он улыбнулась. Вот чего я добивался. Сияние в её глазах и звук её смеха — Николай тепло улыбнулся.
— Нам пора танцевать наш вальс, моя королева.
Они встали в середине зала. Стало тихо, все наблюдали за ними. Заиграла музыка. Николай положил свою правую руку на талию Виктории и прижал её к себе. Она в свою очередь положила свою руку на его плечо. Виктория не почувствовала руку Николая, он был в перчатках. Как и всегда. Они начали двигаться в такт музыке, не отрывая друг от друга взгляда.
После окончания танца все зааплодировали. Николай и Виктория прошли на свои места.
Наконец свадьба закончилась. Гости расходились по домам, а некоторые уезжали друг к другу в гости чтобы продолжить торжество.
Николай поднял Викторию на руки и пошёл в сторону их спальни, пинком он открыл дверь и вошёл в комнату. Также пинком закрыв дверь, он отпустил Викторию на землю. Они стояли в молчании.
Виктория окинула взглядом комнату. Стены были выкрашены в глубокий синий цвет моря, а над камином висела карта, которая казалась знакомой.
Просто похожие карты.
У окна на треноге стояла длинная подзорная труба.
— Как море — вымолвила Виктория. Николай посмотрел на неё — Стены как море.
— Да, я скучаю по морю. Ты была на море?
— Нет, ни разу.
— Ты увидишь море — сказал Николай. Виктория улыбнулась — Я…
Он молча снял перчатки. Виктория увидела чёрные вены на его руках, но ничего не сделала. Не испугалась.
— Не боишься?
— С чего бы? У каждого бывают шрамы, это нормально.
Николаю стало легче. Он боялся её реакции. Он боялся, что она испугается и больше никогда не захочет его видеть, как и другие дамы знатных кровей.
Виктория неуверенно подошла у нему и коснулась его руки. Он почувствовал её тёплые, нежные руки. Он поднял взор своих ореховых глаз на её голубые, взял её руки в свои. И обнял её, прижимая к себе так будто если он ослабит хватку её заберут. Он вдохнул запах её волос, запах мяты.
Они просто обнимались. Этого им не хватало долгое время — тёплых объятии. Они отошли друг от друга и улыбнулись.
— Думаю, пора бы переодеться.
Виктория прошла в соседнюю комнату, в спальню. Там были такие же глубокие синие стены и большая кровать усыпанная лепестками роз. На спинке стола висела ночная, полупрозрачная рубашка. Взяв её она прошла за ширму, сделанную из дерева, и украшенная золотом и жемчугами. Сняв с себя тяжёлое платье Виктории надо было снять корсет. Сняв корсет она почувствовала лёгкость и свободу.
Когда она вышла Николай оглядел её с ног до головы. Ей стало стыдно, её щеки начали гореть.
— Можно я буду спать там, у камина?
— Я понимаю что ты не хочешь спать с мужчиной которого не хочешь, но если пойдут слухи, то шпионы Фьерды или же Шухана будут уверены что этот брак лишь формальность. А если ты так хочешь можем вместе поспать у камина.
Выдохнув Виктория залезла на кровать. За ней и Николай. Они лежали на двух разных сторонах большой кровати.
Виктория проснулась от того что кто-то нежно погладил её по щеке. Открыв глаза она увидела перед собой женщину со светлыми волосами и голубыми глазами. Цветом волос Виктоия была похожа на отца, но глаза были мамины.
— Мама? — Виктория улыбнулась и соскочила с кровати. Женщина тепло улыбалась смотря на свою дочь.
— Ты очень выросла, дочка. Я не могу поверить что ты вышла замуж!
Дочька. Обычное слово которое так долго не слышала Виктория из родных уст.
— Ты счастлива? — спросила она посмотрев на спящего Николая.
— Я… — она замялась — Я ещё не знаю. Не понимаю. Я никак не разобралась в чувствах!
— Ты скоро всё поймёшь. Ты справишься со всем. Ты будешь счастлива — она заключила Викторию в объятия — Мне пора.
— Что? Нет! Не уходи! — Женщина начала уходить. Виктория побежала за ней.
— Мне пора.
— Нет, умоляю! Останься со мной! Хотя бы ещё на пять минут! — она крепко вцепилась за запястье мамы. Её мама нежно погладила её по голове — Пожалуйста. Останься — Виктория перешла на шёпот.
Она и мама стояли на балконе. Её мама отходила дальше и дальше растворяясь в воздухе. По щекам Виктории катились слёзы. Она умоляла, плакала. Она залезла на перила, чтобы дотянуться до неё.
— Вика, нет! — он схватил её и потянул на себя. Виктория открыла глаза и увидела перед собой Николая. Он был напуган. Он обхватил ее лицо ладонями — Что же ты делаешь?
— Она приходила ко мне. Спустя столько времени.
— Идём обратно. Ты вся холодная!
Николай посадил Викторию у камина, укрыл её пледом и налил кваса.
— Кто приходил к тебе? — спросил он чуть-чуть подождав.
— Моя мама. Она умерла, долго стражаясь со своей болезнью и страдая.
Она помнила как даже гриши Целители не могли вылечить её маму. Как отец приводил разных лекарей и целителей. Она помнила увядающую словно цветок маму, как она худела и к моменту смерти у неё была кожа да кости.
— Виктория… — сказал Лев, остальное он не смог вымолвить.
— Нет — прошептала Виктория отрицательно качая головой. Она вбежала в комнату мамы, она лежала умиротворенной. Теперь она не будет страдать от постоянной боли в голове и груди.
— Я соболезную — сказал Николай. Он знал что у Генерала Кирсанова было две жены. Первая умерла после родов, после того как родила Льва. А вторая умерла не так давно — Знаешь, а ведь я даже не почувствовал теплоты любви матери. Тебе повезло. Ты почувствовала тепло материнской любви.
Николаю приходилось притворяться. Притворяться что он идеальный принц, чтобы услышать похвалу от родителей, чтобы его друга не наказывали из-за него. Он хотел быть как свой брат Василий. Он хотел чтобы его тоже любили, по настоящему.
Виктории приходилось притворяться дворянкой с завышенной самооценкой, скрывать свою настоящую натуру.
***
Виктория шла по тронному залу к сидящему на троне Николаю. На ней было платье изумрудного цвета. Николай был в оливковом мундире. На груди золотые медали, которые он получил честным трудом и отвагой, на плечах золотые погоны. Подойдя к трону она поклонилась ему. Когда он встал с места она оставалась в том же положении. Он подошёл к ней и взял корону, которую держал Толя на голубой подушке с гербом Ланцовых. Его взгляд упал на её острые ключицы, облизал губы не отрывая взгляда. — Правозглашаю тебя королевой Равки! — этими словами он надел корону на голову Виктории. Она встала с места и повернулась к остальным. Они поклонились ей. Николай взял Викторию за руку и повёл её к трону. Её трон конечно находился с троном Николая и был чуть поменьше его трона.***
Девушки сидели в гостинной у камина. Давид, Адрик, Николай и Толя пошли в баню. Зоя ждала Адрика, по словам Жени и Тамары Адрик давно добивался Зою. Он всегда восхищался ею. Это подтвердила Надя. Надя и Тамара ждали Толю. Нужен же чтобы кто-то за ним приглядывать. Они удобно расположились на креслах и диванах попивая горячий чай, обсуждая всякие безделушки. Девушки во всю хохотали когда дверь гостинной открылась и зашли их мужья. Они были слегка пьяны. — О, наши красавицы! — До встречи, мужики! Все пожелали друг другу доброй ночи и девушки взяв своих мужей отправились по спальням. Николай шатался с одной стороны в другую, поэтому Виктория несла его на плече. — Чего же ты такой тяжелый! Дойдя наконец до спальни Виктория повалила Николая на кровать. Она начала снимать его обувь. — Раздеваешь меня? — спросил он подняв голову. — Ага, сейчас насиловать буду. Надо же так напиться! — Имеешь что-то против? — Спи уже. Виктория отошла от Николая, но он схватил её за запястье и притянул к себе. Она сидела над ним, он приподнялся на локтях и поцеловал её. Вкус сливочного пива опьянял обоих. Он целовал Викторию страстно и покусывая ее губы. Горячим зыком обвёл её губы, зубы, она охотно отвечала на его поцелуи, даже если не очень умело. Его горячие руки бродили по её телу очерчивая изгибы. Она отошла от него. Ты пьян и на утро ничего не вспомнишь. Николай уснул и Виктория легла на свою половину. Утром Николай проснулся от легкой головной боли. Виктория все ещё спала обнимая подушку, некоторые пряди волос спадали на её лицо. Пододвинувшись к ней, он убрал пряди с её лица. Перед его глазами промелькнули воспоминания вчерашней ночи. Было ли это сном? Или же это было вправду и она ответила на поцелуй? — перевернулся на спину и кончиками пальцев он прикоснулся своим губам — Что же происходит со мной? Виктория открыла глаза и повернулась на бок, к Николаю. Он сделал также. — Доброе утро — прошептала Виктория. — И тебе — уголков его губ коснулась улыбка. Они слышат шаги и Николай уже навис над Викторией. Они должны изображать молодую парочку, конечно же их должны видеть целующимися или же когда утром служанка — Мари входит в комнату должны якобы ловить их на этом. Открываются двери и входит Мари. Чаще всего заходит она. — Ой, п-простите! — говорит она и молнией вылетает из спальни, Викторя замечает что Мари руками прикрывает глаза. — Поцелуешь? — спросил Николай. Виктория приподнимается на локтях, между ними остаются миллиметры. Она посмотрела в его ореховые глаза и лукаво улыбнулась. — Мари ждёт — прошептала она в его ухо. Николай неохотно отходит, он сел на краю кровати. — Голова не болит? — спросила Виктория и коснулась его плеча. — Нет — он поставил руку сверху над рукой Виктории. Она села рядом с ним свесив ноги с кровати. Губами мимолётно коснулась его щеки. Николай взглянул на Викторию. — Ты поцеловала меня или просто твои губы пролетели мимо? — спросил он. — Сам как думаешь? — с этими словами Виктория встала с кровати и скрылась за ширмой. Николай быстро переоделся и вышел из спальни, после него зашла Мари. Когда он выходил из спальни на его губах была широкая, счастливая улыбка, как у ребёнка которому подарили долгожданный подарок. Что же я делаю? Да и вообще что со мной происходит? Где же моя сдержанность? — думала она пока Мари затягивала шнуры корсета. — Спасибо, дальше я сама — она надела белую рубашку и голубую, длинную юбку. За завтраком сидели все члены Триумвирата. — Завтра мы отправляемся в Ос Керво, если вы не забыли — напомниьа Тамара. — Да, и едем мы тайно. Мы все прекрасно помним — сказал Толя. Женя и Давид мило о чём-то разговаривали. Их любовь поражала всех. Давид полюбил Женю, нет ещё и до этого любил, но из-за шрамов на лице он её не бросил, говорил заветные слова и поддерживал. Он знал что эти шрамы не исчезнут и никакая Малая Наука не поможет избавиться, ведь эти шрамы нанесли порождения скверны, мерзости. Они поддерживали друг друга как могли, ради Жени Давид отрывался от своих бумаг и уделял ей время, выходил из лаборатории. В их паре было нечто необычное. — Поедем в экипажах. Самое обычное утро в Большом Дворце. Иногда Виктория и Николай кушали наедине. Они вместе уже три месяца, а если точнее это дата с их помолвки. А знакомы они уже семь месяцев. За это время Виктория отлично подружилась с членами Триумвирата, вот только с Зоей диалог не очень складывается.***
Николай и Виктория сидели в экипаже. Обычный неприметный экипаж, без герба Ланцовых. — Знаешь, я вот задумываюсь над этим вопросом долгое время. Тебя не пугает Король-демон? — неожиданно спросил Николай. — Нет, у каждого из нас есть свои личности, прошлое… — брови Николая взмыли вверх. — Я хочу тебе сказать… — он остановился — Это прозвучит странно, да и вообще я не знаю зачем я хочу это сказать! Я — Штурмхонд! — Штурмхонд? — Виктория усмехнулась — Ты серьёзно? — Да, я — корсар Штурмхонд. Но ведь у него была другая внешность: глаза цветом похожие на болото, рыжие волосы. У них похожи только горбинки на носу. — Мне перекроил лицо Толя. Ведь на море за мной бы охотились, если бы узнали кто я — своими руками он зарылся в свои с золотистые волосы и сделал глубокий вдох. — А ведь я… — Виктория замялась. Николай посмотрел на неё — Забудь. — Я не стану тебя заставлять — пожал он плечами — Но скажу что это нечестно, я раскрыл тебе свой секрет. Я скажу, когда настанет время. Он не знал что притягивало его в ней. Когда он смотрел на неё, он хотел зарыться носом в её волосы, обнять, прижать к себе, целовать до потери разума. Хотел чтобы она была счастлива и с её губ не сходила счастливая улыбка, а голубые глаза, которые напоминали море сияли. Он чувствовал что их связывает нечто больше чем брак напоказ, и это чувствовал и демон.***
В Ос Керво они встретились с Хайремом Шенком, чтобы обсудить дела насчёт торговли. — Король. Королева — он поклонился им, остальных членов Триумвирата он удостоил рукопожатием. Они сидели за большим круглым столом. Николай и Виктория сидели рядом друг с другом, а на противоположной стороне Хайрем Шенк. Толя и Тамара не сели за стол, они стояли рядом с Николаем и Викторией. — Некий Призрак и его команда нападает на торговые судна. Мы бы хотели чтобы вы помогли нам словить этого Призрака, он и его команда будут наказаны за содеянное. — Как же ваши подводные судна? — спросила Виктория. — Увы, но и нашим суднам не удалось обнаружить этого Призрака. В этом Призраку помог Николай, когда он украл титаний вместе с Казом. А в качестве оплаты его помощи Николай дал Казу некий прибор, который показывает местоположения подводных судн. — Равка не занимается такой мелочью — сказала Зоя. — Но и Призрак не нападает на обычные торговые судна. Он и его команда нападают на судна работорговцев — сказала Виктория — А насколько мне известно в Керчии раборторговля незаконна. В глазах Николая можно было увидеть восхищение. — Моя жёнушка права. И я думаю что члены Триумвирата тоже с этим согласны — все кивнули. Шенк выглядел растерянным. — Хорошо, Керчия вас услышала. Думаю на этом всё — Шенк встал со стола — И надеюсь что в вашем роду больше не будет бастардов. Серьезно? И всё? Неужели он думает что этим разозлит меня? — сжимает челюсть, от этих мыслей его прервало нежное прикосновение, Виктория под столом сжала его руку. — Можете об этом не беспокоится — Николай тоже встал со стола. Между Керчией и Равкой были натянутые отношения. Во время войны между Равкой и Фьердой Керчия приняла нейтральную сторону, и никто из Триумвирата даже подумать не мог что после этого Керчия будет просить помочь их в поимке Призрака.***
Они снова ехали в экипаже и отправлялись они не в Ос Альту, они держали путь к военному полку который находился в Уленске. Даже если между Фьердой и Равкой объявлено перемирие, дрюскелле все еще нападают на Гришей или на военные полки. Зоя, Давид и Женя отправились назад в Ос Альту. — Я ведь говорила тебе что скажу когда придёт время — Николай поднял взгляд на Викторию — Чтож, Капитан Штурмхонд, я чувствовала что мы раньше были знакомы и мои подозрения оправдались. — Я тоже это чувствовал, будто мы знакомы еще до моего визита в Балакирёв. — Думаю тебе знакомо имя… — экипаж остановился. Дверь открылась и появилась Тамара. — Приехали, выходите. Николай вышел первым и подал руку Виктории. Когда вышла из экипажа он подошёл к ней и прошептал: — Надеюсь наш разговор продолжиться — по её телу пробежали миллионы мурашек. В полку их встретили гостеприимно, обычное дело. Солдаты одеты в чистую форму, а Генерал бегает туда-сюда пытаясь угодить Королю. Кажется они застали Генерала врасплох, он то и дело бегал и хлопотал. — Мой Кор… — в шатёр вбегает запыхавшийся солдат. — Нападение. Они выбегают на улицу и хватают оружия. — Ваше величество, спрячьтесь в укромном месте — сказал Генерал Лачугин. — Вынуждена отказаться! — сказала Виктория. Они снова с Николаем бок о бок сражаются против фьерданцев. Вокруг шум и звуки выстрелов, крики. До боли знакомые им обеим. Виктория делает несколько выстрелов из пистолета. К ней подбегают сзади, но Николай делает выстрел. В знак благодарности Виктория кивает ему. Виктория хочет сделать выстрел, но магазин пистолета пустой. Она разбегается прыгает и рукояткой пистолета делает удар фьерданцу, который только что ударил Генерала Лачугина. Помогает ему встать и продолжает битву. Она увидела два кинжала, которые держал в руках умерший солдат. Подбегает к врагу и вспорола ему живот, а вторым кинжалом перерезала ему горло, её лицо забрызгало теплой кровью. Её голубые глаза придают её лицу интеллигентность. А её движения легки и приятны. Руки которые кажутся хрупкими и придают ей женственности умело владеют кинжалами — Николай отвлекается на неё. Кто-то сделал выстрел и пуля почти попадает в его руку, всего лишь царапина. Он подбегает к ней и они вместе сражаются. — Тебе не кажется что история повторяется? — спросил он делая удар. — Кажется. Все уставшие сидят и греются у костра. Никто не нарушают тишину. — Королева, я благодарю вас за моё спасение — сказал Генерал Лачугин. — Любой бы поступил также — Николай приобнимает её. Она положила свою голову ему на плечо. — Вы все сражались храбро. Я назначу премию для всех вас, а семьям погибших будет оказана помощь. Чуть меньше половины полка погибли. А ведь их ждали дома, родители, и даже возлюбленные. Что же с ними будет когда им сообщат что их сыновья умерли? Будут ли они плакать и кричать? Будут ли из долго оплакивать? Когда же в Равке настанет мирное время? Когда же перестанут умирать мирные жители, которые ни в чём не виноваты? Этот вопрос мучал каждых. Каждый солдат, который был на границе, каждую ночь гадал переживёт ли он эту ночь. Дождется ли он окончания службы? На эти вопросы никто не знал ответа. Но и для скорби нету времени. Солдаты собрали тела своих однополчанцев. Тела отправят в их дом, в родной город к семьям. Утрата родного, близкого человека — самое худшее что может случиться с человеком. Николай повернул голову к спящей на его плече Виктории. Он мог вечность смотреть на неё, смотреть и не отрывать взгляда. Он видел как на неё смотрели солдаты не смотря на то что они пытались это скрыть. В этот миг он бы выпустил демона, который спал где-то в глубине его души и ждал своего момента. Неужели он влюбился? Влюбился как мальчишка или это просто мимолётная симпатия? — Николай, идите в шатёр — сказала Тамара. — Да, вы идите, мы позже пойдём — тихо сказал Николай. — Ну ладно. Только здесь нет ничего романтичного — сказала Тамара и ушла. Виктория всё ещё сопела на плече у Николая. Её лицо слегка покраснело от холода, не смотря на то что зима закончилась и днём было тепло, ночью было довольно холодно. Николай поднял Викторию на руки и пошёл в сторону шатра. Виктория приоткрыла глаза и рукой обняла Николая за плечо и прижалась к нему. — Спи, солнышко. Он уложил её на гамак и укрыл одеялом. Николай собрался лечь на свой гамак, Виктория схватила его за запястье и сонно что-то пробормотала, но не отпустила его запястье и сказала: — Останься. — Я здесь — он поцеловал её макушку. Их гамаки были рядом и Николай смотрел на спящую Викторию, пока сам не заснул.
