Занятия после школы.

      Успеваемость у Итэра очень быстро скатилась. Как так вышло, он не понимает. Только ведь начало полугодия, но конец подоспел так близко, что исправить оценки выйдет только переписав контрольные.       Итэр, естественно, их не напишет.       Юноша никогда не был силён в точных науках. Математика тому подтверждение. Сложные тригонометрические выражения, уравнения, где появляются странные понятия, как арккотангенс или арксинус. "Простые и красивые тригонометрические уравнения" говорит их учитель математики с юмором, но блондин только от этих слов рвал волосы на голове. Блять, и как решать?       Так ещё и математика-профиль. Обречённо стонет и кажется, мысли уйти с профиля нарывают его больше.       — Найми репетитора. Я знаю одного хорошего педагога... — классная руководительница лезет в телефон, дабы найти нужный номер.       — Нет, на это денег нет.       Отрицательно мотает головой, а женщина вздыхает. Джинн всегда заботится о своих учениках и не раз выручала, писала записки для "похода" в ближайшую забегаловку, или отпускала домой. Прекрасна.       — Тогда попроси одноклассников. Ты со всеми хорошо ладишь, — в её улыбке скользнула слепая уверенность, а парень кивнул.       Конечно, особенно с самой странной частью класса. К слову, это сарказм. Он никогда не сможет подойти к тихой Сахарозе, уж очень громкой и странной Дионе, а Сяо вообще избегает стороной. Хотя последний вроде ещё более-менее разговорчив.       Но Альбедо... не от всего мира. Вечно один, а если и разговаривает, то с Сахарозой и учителем химии — Дотторе. Периодически рисует и хоть бы раз показал! А ведь соседи!       Но честно профиль парня привлекал: прямой нос, пухлые и одновременно сухие, потресканные губы, а волосы отдельный вид искусства. Вечно собраны в неряшливую причёску, а пряди, выбившиеся из неё, постоянно сдувал. Так очаровательно. Наверняка эти волосы до жути жесткие и не ухоженные — хочется потрогать. Невольно он засмотрелся на своего одноклассника и покраснел от мыслей.       Как бесстыдно, но честно.       Сглатывает вязкую слюну и покусывает губу.       — Слушай, — он поворачивается к однокласснику, который старательно что-то вырисовывает. Уверенность сразу улетает. — Помоги....       Ресницы Альбедо дрогнули от просьбы и он посмотрел на парня.       — Пожалуйста! У меня с математикой плохо, а ты... а ты единственная надежда!       Признавать такое стыдно, особенно перед круглым отличником. Тем более они никогда почти не контактировали, а их беседу можно назвать одним монологом Татьяны Онегину. Ответ явно не собирался приходить от названного Онегина столь быстро.       Рваный выдох, уже прикрытые глаза, а руки спокойно закрывают альбом для рисования.       Альбедо думает, что сказать.       — Я правда не знаю человека лучше, чем ты. Если честно, то к другим стыдно обращаться, а к той же Сахарозе, с которой ты... Ох, не подумай, что я её оскорбляю, просто боюсь спугнуть. И она умная! А на репетитора денег нет, возможно, что ты слышал. И подумал... — прикрывает глаза, вздыхая. — Может ты сможешь такого, как я обучить? То есть, я правда постараюсь понять. Я понимаю, что ты откажешь из-за того, что мы по факту незнакомцы и не разговаривали. Но-       — Хорошо.       — Ох, прости, да я понял, что не смогу войти в доверие..       — Понятно, но я согласен.       — Я постараюсь больше не докучать.       — Ты меня слушать будешь?       — Извини.       Тут же отворачивается, а голубоглазый раздражённо посмотрел на грустного соседа. Не понимает его, от слова совсем. Парень ни в коем разе не раздражает, даже находит в его поведении что-то забавное, что скрасит его дни.       За ним всегда интересно наблюдать. То, как он вникает в урок алгебры, сидит с тригонометрическими уравнениями, покусывая ни в чём не повинный колпачок ручки. Носик от долгих и серьезных раздумий морщится, иногда вздрагивая. Будь кошачьи ушки, то они обязательно недовольно дёргались. Внешность парня полностью совпадает с его характером. И это чертовски мило.       Отличник бросает записку на сторону парня так, чтобы она оказалась у него перед носом. Ладно, пожалуй он действительно согласен научить. Сегодня в 17:00 у меня дома. Едешь до станции Мондштадтская. Адрес: проспект Ордо Фавониус дом 17 квартира 37       Сияющие медово-тягучие глаза, полные надежды загорелись ярким пламенем. Альбедо не сдержал краткой улыбки, которую увидела Сахароза, случайно повернувшись. Но о причине его эмоций обязательно поговорят потом. Не сейчас, сейчас хочется сменить обстановку. На один жалкий вечер.       — Хорошо!       Ярко улыбается, сжимая пальчиками бумажку и читает адрес вновь. Осталось не заблудиться, доехать на метро до нужной станции и... Опять таки не заблудиться. Что же, он не опоздает ни на минуту!

***

      Любимый шоппер спустя несколько шагов спадает с плеча, но Итэр упрямо поправляет его, как и спавший чулок на левой ноге. Нет, чтобы одеться более закрыто, но ведь скоро лето, точнее месяц до него. А значит точно жарко, вон, какой-то подросток идёт и ест фруктовый лёд, а незнакомая женщина надела короткое шифоновое платье. Всё справедливо. Да и Альбедо наверняка умирает дома от жары.       Конечно же, образно умирает.       Выходит из дверей метрополитена, оценивая обстановку вокруг. Неудивительно, что тихий блондин живёт там, где находятся красивые архитектурные строения, какой-то Собор в честь... Барбатоса, так гласит какой-то указатель. Не будет удивлён, если в его блокнотике с рисунками есть это здание. Странно, что он не гуманитарного профиля.       — А нафига мне математика, если сдаю литературу? И я вообще гуманитарий! — на мгновение остановился по середине дороги, а после продолжил идти размерено. Всё равно недалеко. — "Гм... Учудил я... Но ведь перестраховаться всегда надо, тем более Люми тоже сдаёт. Нет, хватит думать!"       Мотает головой, привлекая внимание маленькой девочки на скамейке. Та в него тыкнула и что-то начала спрашивать маму, а женщина не отреагировала. И пусть.       Наверняка нужный дом появился на горизонте, как и дверь. Вздыхает, чуть мнётся у подъезда и набирает нужную квартиру в домофоне. Противное пиликанье, какие-то бабушки на лавочке стали шептаться за спиной, а блондин только краснел. "Какая красивая девочка", "К жениху небось торопится", "Эх, кровь молодая! Столько сил, столько сил!". Становилось неловко, но дверь не открыли. Отрыл из сумки бумажку, пробежался по тексту глазами и нахмурился. Вводит ещё раз, мало ли запамятовал, и вновь ждёт. Напряжение растёт. А вдруг обманул?       — Альбедо не такой плохой...       — Ох, деточка, ты к нашему Альбедо? Он вышел ненадолго, вот-вот подойдёт.       Милая бабушка улыбается и легонько кивает. После она снова ехидно посмеивается над шуткой другой рядом с ней сидящей. Вот же на старости лет свобода!       — Альбедо, как не стыдно оставлять милую даму, более того твою девушку, в одиночестве! Вон какая пунктуальная, а ты гуляешь где-то! — бабулечка смешно хмурит брови, а тростью недовольно постукивает по каменной плетке.       — Итэр, ты пришёл. Извини, я думал, что ты опоздаешь потому что ты часто к середине первого приходишь. Извини, — он почти вплотную подходит к парню и он проходит в подъезд, пуская за собой парня. — Прости за Марджори и Маргариту. Они всегда так...       Неловкое молчание длившееся в полминуты и тихое "Ничего, они забавные." заставило обоих слабо усмехнуться. Итэр покусал себя за губу, поздно вспомнив наличие коричнево-красной помады, тут же спохватился. Посмотрел в отражение телефона и спокойно выдохнул. Съесть помаду, когда только встретились это очень и очень странно. Спокойно выдохнул, а в доме у парня по-настоящему прохладно, даже холодно из-за вспотевшей спины. Так хорошо, когда есть кондиционер.       — Проходи в комнату, она слева первая, а я подойду. Мороженое шоколадное будешь?       — Да! Спасибо! Ты такой добрый.       Улыбается и сразу уходит в комнату, достав учебник и тетрадь. Придётся наверстать упущенный мимо ушей материал. Так не хочется. Особенно в такую жару уже соки выжали.

***

      Парень коротко зевает, лениво глядя на исписанную закорючками тетрадь. Нет, что-то понятно, но много вопросов. Много вопросов к тому, почему Альбедо в роли учителя выглядит так горячо?       — Слушай сейчас внимательно, это стоит запомнить.       Да, Итэр конечно же слушает.       Конечно он выучит все формулы для Альбедо, а тот его похвалит в таком же тоне. Естественно, что всё сделает так, как надо.       А руки у него чертовски красивы. Такие тонкие запястья, а пальцы длинные и возможно холодные. Мурашки прошлись по телу. Интересно, что он ими вытворяет.       — Ты опять не слушаешь. Сделаем перерыв.       — Да, прости... Устал немного, голова кругом, — неловкий смех и он наконец тянется, мыча. — И как тебе это даётся?       — Просто прогуливать первые уроки по десять минут не надо, — хмыкает, а от Итэра слышится чёткое "Зануда!". Альбедо вновь посмеялся. — То есть лучше прочитать большое произведение на четыреста страниц и сделать анализ каждой главы? Математика в практичности выигрывает, ты не понимаешь.       И много ненужных слов льются из чужого рта. Голос парня изредка хрипит, но неприятным от этого не становится. Наоборот хочется сделать для него что угодно, лишь бы повторилась эта интонация, выражение лица и те же жесты.       Всё происходит внезапно. Вот он закрывает учебник и тетрадь, резко подскакивает поближе к парню и мимолетно целует в губы. Стало тихо. Альбедо не ожидал, Итэр не ожидал. Но отстраняться не хотелось. Сел на его колени, продолжая целовать. Смешно жмурится, а после спешно отлипает, тяжело дыша.       И почему он тогда схватил мало воздуха? Да чёрт знает!       Блондины долго смотрят друг другу в глаза, но видят у обоих немного странный блеск в глазах и немо принимают обоюдное решение. Руки медовоглазого опускаются на плечи, а голубоглазого на бедра. Чуть трогает пальцами чулок и край шортиков, а Итэр торопится поцеловать вновь. Уж слишком понравилось. Чувствует ответное упорство Альбедо и приоткрывает ротик для большего — это ведь можно считать разрешением на продолжение?       Итэр довольно и чуть удивленно мычит, когда парень перемещает руки выше бёдер, едва сжимая упругую попку. И вправду, что творит. Такие простые действия, но так приятно. Медовые глаза же смотрят на одноклассника с желанием.       Альбедо. Это его Альбедо.       Поддается ближе к телу, просит больше ласки и тянет за короткие пряди волос. Мягкие. Усмехается в поцелуй. Он такой нежный. Невольно бёдра двигаются, стараясь парня побудить на что-то большее, но не понимает. Так говорить лень.       — Скорее, бери меня или передумаю! — недовольно фыркает, а после хнычет. — Ну?       Повторять уже больше не надо, ощущая задницей, как с каждой секундой твердеет пах парня и не очень приятно упирается. А они вместе падают на кровать.       Одежда слетает так быстро, как только могут позволить затуманенные глаза парней. Руки дрожат, а губы приоткрываются, пытаясь взять в лёгкие побольше воздуха. Выходит с трудом.       — П-подожди... — чуть неловко отводит взгляд, отпрянув. — Чулки сниму, а то заляпаю.       Но его останавливают руки одноклассника и снова тянут обратно. Взгляд Альбедо так и говорит, чтобы он это не делал и Итэр просто кивает. Не может ему противостоять. Вновь холодные руки трогают его тело: пальцы будто бы высчитывают ребра, ведут ниже — там, где приятно больше всего — проводят по впалому животику и давит немного на него. Это заставляет задержать дыхание и ещё несколько мгновений чувствовать до куда дотрагивался парень. Альбедо просто сводит с ума.       Ноги чуть подрагивают, но Итэр упрямо разводит их в стороны. Лёгкое смущение заменяется громким и коротким вскриком, когда его укусили в бедро. Долго зубы его горячо любимого одноклассника оставляли яркие следы, который придётся по случаю мазать той самой противной мазью от синяков. Хах, но ему же можно простить?       Короткое "Ещё, Ал..." и слышит смешок снизу.       Не понимает, что в этом смешного. Но Альбедо не смеется, наоборот, понимает его. Возбуждение сносит голову, практически не оставляет рассудка. Итэр внимательно следит за лёгкими движениями. Одноклассник тянется к тумбочке, берёт рядом с книжками и разными бумажками тюбик, больше смахивающий на крем для рук. Выдавливает немного на руку — краем сознания ощущая приятный клубничный запах — и чуть размазывает по пальцам. Никто ничего не говорит, но в одно мгновение медовоглазый хихикнул:       — Подумать не мог, что у тебя есть такие вещи, так и открыто их держишь.       — Потому что, если бы я не сделал этого, то пришлось использовать слюну. Но мало ли, что случится. Вдруг это скажется на организме и-       — Фу, ты сейчас такой зануда! — Итэр показательно фыркает, но замечает веселый настрой блондина. — Но мне нравится такое.       Он кусает свою губу, раздвигает ножки шире. Хочется поскорее ощутить такие длинные пальцы в нём. И получает их мучительно медленно: одна фаланга пальца проникла внутрь, приятно давя на стенки, но и вторая не так скоро оказалась внутри. Альбедо дьявол, заставляет всего Итэра извиваться от этих пальцев. Они приятно давят, входят глубоко и растягивают стенки ануса. Так нежно и одновременно жестоко. Блондин коротко стонет и сжимает пальчиками приятное бежевое покрывало, когда одноклассник ловко надавил на одно место.       Ещё стон, а Альбедо кажется не хочет уходить от этой точки. Он массирует её, давит, параллельно потянувшись к ключицам и оставляя яркие следы. И от этого приятно, что парень хочет оставить воспоминания от этого вечера.       — Нгха!... Ал, милый... — тянет за волосы и случайно стягивает резинку с хвостика. Косички забавно обрамили его лицо. — Хватит..       Новый поцелуй выходит не таким удачным. Жутко смазался, оставил на лице парня след от помады. Интересно, что у него на губах творится?       Альбедо почти сразу послушался, но с недовольным видом. Хочется ещё поиграться, а его игрушка самолично хочет уйти. Кажется он даже закатил глаза, но внимание Итэра приковано не к этому. Он с придыханием и вздымающейся постоянно грудью смотрит вниз. Альбедо вновь использует смазку, как мило. Но после видит и чувствует, как головка члена легко входит внутрь, ощущая холодную субстанцию внутри. Вздрагивает и стонет, так протяжно и пошло, как может. И он этого не стесняется. Он жаждет показать себя таким, какой он есть. Спинка выгибается до хруста, пальцы ног сжимаются, а в чулках выглядит ещё красивее.       Плавным движением юноша входит внутрь до конца. Уже от одного вида его одноклассника хочется кончить. Не важно куда, но лишь бы парень был в его сперме. Ох, это слишком бесстыдно.       Маленькие пальчики царапают своими детскими ноготками по спине, а голос просит продолжить, а точнее: "Трахни меня уже и не мучай".       Громкие стоны разносятся по комнате. Альбедо кажется спустя полминуты сорвался на бешеный темп, но это не важно. Обоим нравится то, что они делают. Итэру нравится, как член постоянно бьёт по простате, а Альбедо — как рефлекторно стенки ануса сжимают его полностью.       Становится невыносимо дышать. Однако парни наперерез этому жадно целуют друг друга, трутся телами. Это так восхитительно.       — Альбедо, быстрее!       Ножки в чулках приятно обнимают за талию парня и бёдра неловко задают темп. Слишком странно и приятно. То до Итэра приятно касаются руки, губы и щекочущие пряди волос до него, то ощущения внутри заставляют вздрогнуть и приоткрыть ротик. А лучше когда сразу. Вот, он вновь выгнулся дугой, закатывая глазки. Точно кончит.       Из головки тонкой ниточкой к его животу течёт вязкая, бесцветная жидкость. Итэр недолго смотрит на неё, но почти что кричит, когда изливается на животик.       — Ал, я... — до сих пор чувствует эти приятные, но и ещё странные ощущения внутри себя. От оргазма стенки сильно сжались и Альбедо кончает. Благо, успел вовремя вытащить. — Ох..       Чуть удивленно глядит на происходящее и снова смеётся, краснея. Альбедо не понимает, как он может быть таким беззаботным, но лишь покорно ложится рядом и обнимает.       — Я надеюсь, что ты сможешь взять ответственность на себя за происходящее.       — Надеюсь, что на следующее занятие ты сделаешь ровно также.       Оба молчат, смотря внимательно в глаза друг друга. В них отражается странный блеск и их отражения. Но Альбедо прерывает их гляделки одним протяжным зевком.       — Тогда мы встречаемся и я ни за что не замажу укусы, — Итэр снова внезапно оживился и резко вскочил на бёдра. — Я же хороший мальчик? Думаю, что за хороший секс требуется секс ещё лучше.       — Я не вижу в этом логики...       — Ну-у, тогда я научу тебя?       Парни усмехнулись и вновь прильнули друг к другу. Пока тела ещё горячи от близости, стоит воспользоваться возможностью.       Конечно завтра им приходилось оправдываться за опоздание и за растрепанный вид. Но и это они пройдут вместе.