Когда зашумит море

      Сердце отдаёт удары в грудной клетке при взгляде на Юнги. Он такой… Я не знаю как лучше подобрать слова, чтобы его можно было описать. Но поверьте мне, он действительно прекрасен, и если ты собираешься узнать его получше, то доверься мне и моим чувствам… Чувствам к нему, которые я уже полгода скрываю внутри себя. Я Чон Хосок. Простой парень, который вырос в корейской деревушке и обожает ромашки. Мои любимые цветы. Некоторым они не нравятся, но я их просто люблю. Лепестки их белые, как облачка, а посерединке большое и яркое солнце. На самом деле я их полюбил, когда в один летний дождливый день, сидя у дерева, ко мне подошёл черноволосый мальчик. Я тогда, поранив коленку до крови, плакал от боли, а он протянул мне ромашку. Ты удивишься, но я правда перестал плакать. — Зачем? — забрав ромашку из его рук, спросил я. — Просто так. — ответил он тогда. — Я Мин Юнги, а тебя как зовут, и почему ты плачешь? — Чон Хосок, а плачу, потому что бежал и споткнулся о камень. — Как так можно бежать, не замечая камень? — Я замечтался. — Замечтался? — Угу. — И о чем же ты мечтал? — Я мечтал о том, что когда-нибудь увижу море…       Это мои лучшие воспоминания с ним из детства. Когда мы с Юнги стали старше, то я понял, что начинаю чувствовать что-то не то, как будто в любимых фильмах, где парень и девушка влюбляются. Только мы оба были парнями, да еще и друзьями. Юнги был чуть старше меня, поэтому поехал учиться в Тэгу, в свой родной город, а я за ним. Он знаменитый продюсер, а я дизайнер одежды и глава компании «Hope World». Хоть и стали взрослее, чувства так и не прошли.       Когда нам было по 17 лет, Юнги рассказал о своей ориентации. Он влюбился в парня первый раз. Поэтому я не мог признаться, ведь Юнги был влюблен в другого человека. Шло время, а я всё упускал свои шансы. Сейчас нам почти 30 лет, и я не вижу смысла в этом. Однолюб. Понимаю, что надо его отпустить, но не могу, не хочу. Уже пытавшись встречаться с другими людьми, я всё равно продолжаю мысленно возвращаться к Юнги. Представлял, как мы, взявшись за руки, ходим по берегу, а наши ноги омывает солёная вода. Что мы счастливы как пара, но это было лишь в моей голове.       Спросишь, почему я не отправился к морю сам? Я думал над этим, но потом, когда становишься старше, и наступают другие заботы, то некоторые вещи уходят на второй план.       Так случилось, что мы оба снова в городе детства. Снова лежим под этим деревом. Юнги срывает ромашку, и она оказывается в его губах. Он медленно приближается ко мне, а сердце всё так же, как и тогда, трепещет. Лепестки цветка с легкостью касаются моих губ, а потом ромашка падает на землю, и я ощущаю мягкие губы Юнги. Мы целуемся медленно, осторожно, как будто снова подростки, которые впервые влюблены. Он отстранился и посмотрел вдаль, а я положил свою голову на его плечо. Мы сидели молча несколько минут, а после Юнги спросил: — «Поедем к морю?», и я ответил: — «Да».