Убивать/Приручать

Темнота. Такая жуткая и всепоглощающая она обволокла сознание Акслин толстой плёнкой, не позволяя проснуться. В попытке отогнать её девушка попыталась поднять давящие веки. Молочно-позолоченный свет кипятком ударил в глаза, отяжеляя роговицу. Перевернувшись на живот, Акслин почувствовала резкую боль в боках и головокружение, сопровождающиеся дискомфортом в области живота и резями в спине. Из ноги в осознание прилетала тупая боль. Зашипев, девушка сжала кулаки и заставила себя подняться на локтях. Приоткрыв глаза, шатенка подождала, пока те привыкнут к свету, а когда полностью раскрыла их, то в ужасе начала шарить рукой в поиске арбалета. Потому что перед ней, сузив янтарно-кислотные зрачки, находилась морда совершенно неизвестного чешуйчатого монстра... ... Шторм всю ночь бушевал на далёком северном архипелаге, "любезно" оставив его жителям под утро настоящий разгром. Вырванные с корнем деревья, заваленный камнями, водорослями, обломками, а порой и рыбами с раками пляж, полуразрушенную деревню... Всю ночь дети в ужасе прятались под массивными кроватями, а грузные викинги сжимали шеи верных драконов, мрачно посматривая на стены. Под утро шестёрка всадников Олуха с неудержимой "радостью" разлетелась на разные участки острова исследовать разрушения и помогать их разгребать. Чтобы позвать остальных членов команды в случае какой-то находки или опасности, всадники научили своих драконов издавать "Драконий клич". И именно он сейчас громовыми раскатами разнёсся над лесом. – Астрид, – побелев, произнёс Иккинг, – Беззубик, на взлёт! ... Юная воительница должна была отправиться исследовать пляж, который нехило так завалило, что она, собственно, и сделала. И тяжело вздохнула: – И здесь нам разгребать... Ну ладно, — она обернулась, — Громгильда! Иди сюда, – дракониха незамедлительно подбежала к всаднице, – Ты чуешь что-нибудь интересное? – на это змеевица втянула чутким носом воздух и вдруг рванула куда-то в сторону, – Отлично, – проговорила блондинка, прежде чем оставить лишь пыль в том месте, где она стояла. Верная дракониха привела воительницу к какому-то обломку, принимаясь прыгать вокруг него в диком танце. – И что же это здесь такое..? – проговорила Астрид, приседая на корточки перед древесным обломком. Увлёкшись изучением неизвестного "тайника", девушка вовсе не заметила, что драконью подругу вдруг странно передёрнуло, и она рванула в сторону моря. Не заметила, пока её уши не накрыл её рёв, впуская в душу ледяной страх. – Громгильда!!! – возопила Астрид, выхватывая боевую секиру, десять лет служившую ей верой и правдой, сколько она себя помнит. ... Акслин, нащупав спасительное древко, немедля пустила в ход, к счастью, заряженный отравленным болтом арбалет. Чудовище взревело и повалилось на землю. От этого дикого ора, что издал зверь, Ксейн вдруг начал ворочаться, а приоткрыв глаза, сразу же потянулся к копью, что каким-то чудом лежало рядом. Но не успел он подняться, как в сторону его ладони, сжимающей древко, вдруг прилетел боевой топор с противным хрустом останавливаясь там, где Акслин не смогла рассмотреть. Ужас ледяным потом полился по коже спины, пустил дрожь в руках и расширил глаза. Сердце девушки в тот момент было готово выпрыгнуть из груди, лишь бы не почувствовать ту боль, что обожжёт внутренности, если этот хруст принадлежит не дереву копья... – Ксейн!!! – заорала Акслин, превозмогая сопровождающую этому крику резь в горле. Схватив арбалет, девушка попыталась встать. Поверхность под ногами пошла волнами, раскачивая Акслин из стороны в сторону, но девушка упрямо пыталась удержать землю в горизонтальном положении, хватая плечо Ксейна. Быстро глянув на конечности юношы, Акслин едва не выдохнула в голос: окровавленная секира уродливо торчала из песка, а рука Ксейна осталась при нём, хоть по ней и тянулась кровоточащая рана. Враг ранил его, но не убил. Однако не успела девушка поднять головы в поиске противника, как вновь оказалась на земле, заливаясь стонами в глухой и острой боли, сотрясающей побитое тело. А над ней, держа рукой не только горло Акслин, но и Ксейна, в ярости высилась девушка лет пятнадцати. Пшеничные локоны с убранной обручем чёлкой блестели под лучами тонущего в облаках солнца, а два продолжения небесно-голубого океана в глазницах гневно прожигали чёрные глаза Акслин и золотистые глаза Ксейна. Тонкие губы исчезли белизной в натянутых щеках, чётче обозначив морщинки возле рта, а тонкий приподнятый нос сморщился в кочеврыжку. С виду хрупкая девушка с силой сдавила их с Ксейном горла, и Акслин вновь почувствовала, как проваливается во тьму...