One lovely night

      С тех пор, как Маринетт узнала личность Кота Нуара, прошло около полугода. Но девушка всё ещё не раскрыла ему свой секрет. Сначала она боялась, как он отреагирует, что она сначала заставила его плакать, а затем успокаивала, говоря, что он самый прекрасный человек в её жизни. А потом… Потом всё время не было нужного момента.       Теперь же вообще не было смысла придумывать хоть какие-нибудь планы по раскрытию после того, как Нуар признался Ледибаг, что больше не любит её. Конечно, у него всё ещё были тёплые чувства, ведь она была одной из самых близких подруг, которой он мог рассказать очень многое, которая могла понять насколько тяжела жизнь героя. Но его романтические чувства угасли, оказывается, ещё месяца три назад.       Тогда Маринетт казалось, что она утопает. Последняя надежда испарилась. Адриан отказал обеим её личностям. Очевидно, ему нужен был кто-то лучше. Как она могла вообще подумать, что заслуживает такого идеального парня как он?       В тот вечер он пришел к ней на балкон, для них это уже стало небольшой традицией. Она еле успела прибежать раньше его, поэтому слегка запыхалась, её щеки покраснели. Прислонившись к стене, она прикрыла глаза, пытаясь сдержать слёзы, казалось, в её сердце кто-то вставил невидимые иголки, из-за которых оно теперь кровоточило.       — Принцесса, ты в порядке? — она прекрасно знала, кому принадлежал этот тихий голос.       — И тебе привет, Адриан, — устало произнесла девушка, приоткрыв глаза, но заметив насколько близко к ней был парень, Дюпен-Чен пискнула и ещё сильнее прижалась к стене.       — Прости, — он быстро сделал шаг назад и по привычке потёр свой затылок. — Маринетт, тебя кто-то обидел? — более серьезно спросил Кот, нахмурившись.       — Я в порядке, просто устала, — улыбнувшись только кончиками губ, ответила она. Ну вот почему ему надо было быть таким заботливым каждый раз, когда он разбивал ей сердце?       — Может, померяешь температуру? Вдруг ты заболела? Я же говорил, что не надо было провожать меня позавчера. Тогда был такой ветер, а ты была всего лишь в домашней одежде. Наверняка тебя продуло и… Прости, я опять слишком навязчивый, — он прижал накладные ушки и виновато на неё посмотрел.       Дюпен-Чен тихо рассмеялась и взъерошила его волосы.       — Мне очень льстит твоя забота, но я правда в порядке. Мне всего лишь нужно отдохнуть, и завтра я буду в порядке.       — Ты так тактично прогоняешь меня? — ухмыльнулся он.       — Может быть, — также игриво ответила она.       — Отдыхай, Маринетт, я не хочу, чтобы ты заболела.       От его улыбки у неё ёкнуло сердце. Какой же идиоткой она была, раз потеряла своё счастье.       Дюпен-Чен лишь кивнула, чувствуя, что ещё чуть-чуть и расплачется.       — Спокойной ночи, Кот.       Она аккуратно обошла его и, открыв люк, уже собиралась зайти в комнату, когда юноша окликнул её.       — Маринетт, подожди!       Дюпен-Чен взглянула на него и заметила, что даже из-под черной маски виднеется румянец.       — Я… — он сжал губы, словно не решаясь что-то сказать. — Я не обнял тебя на прощание.       Она незаметно вздохнула, но всё же крепко сжала напарника в объятиях.       — Сладких снов, Принцесса.       Когда он скрылся среди крыш ночного города, Маринетт наконец позволила себе заплакать.

***

      На следующий день они не смогли встретиться, так как отец Адриана решил, что воскресенье — отличный день для фотосессии длиной в несколько часов.       И хоть Маринетт была против таких действий со стороны Габриэля, она ничего не могла сделать. Ведь месье Агрест мог легко раздавить и её, и собственного сына. Ей оставалось надеяться на встречу с ним в образе Ледибаг, всё-таки вечерние патрули никто не отменял.       Вот только на патруль Кот Нуар пришёл в ужасном настроение. Его хвост недовольно покачивался из стороны в сторону, сам он был чересчур серьёзен и хмур.       — Котёнок, у тебя какие-то проблемы? — как можно ласковее спросила Ледибаг.       — Нет, то есть, да… Да, у меня есть проблема, — всё-таки честно признался он.       — Я могу как-то помочь? — она искренне переживала за своего друга.       Он сел на край крыши и уткнулся в свои ладони.       — Только не смейся, хорошо? — героиня кивнула и села с ним рядом, а он продолжил. — Я влюбился.       — И что в этом плохого? — спросила Ледибаг, надеясь, что её голос не дрогнул. Уже второй день подряд он, сам того не зная, разбивал её сердце. И она по-настоящему боялась, что у неё больше никогда не будет шанса быть с ним.       — Эта девушка была влюблена в меня, пока я любил тебя, поэтому я отказал ей. И как мне признаться ей теперь? «Хэй, я, вероятно, разбил тебе сердце, но дай мне второй шанс, хорошо?» Тем более я не уверен, что она всё ещё чувствует что-то ко мне.       Неужели он говорил о ней? Хотя Маринетт не могла быть уверена в этом, ведь Адриану, наверняка, признавалось ещё много людей.       — Почему бы и не сказать так? Просто сделай это как-нибудь романтично.       — Я не умею! — взвыл Нуар, сильнее вцепившись в свои волосы.       На этот раз девушка не смогла сдержать смех.       — Кто бы говорил? Ты самый большой романтик, которого я знаю.       — Вот именно. «Самый большой». Я не знаю середины. Я либо перебарщиваю, либо не могу связать двух слов. А я не хочу, чтобы она, как ты, чувствовала себя неуютно.       Девушка обняла напарника и уткнулась носом ему в плечо.       — Я верю в тебя, понял? Ты справишься. Просто будь собой и скажи то, что чувствуешь. Ты раньше не боялся своих чувств. И ты знаешь, что мне безумно жаль, что я заставила тебя бояться выражать их так, как ты привык.       — Багабу, всё хорошо, — улыбнулся он, слегка развернувшись и обняв её. — Спасибо тебе.       Они сидели в объятиях друг друга дольше, чем обычно. Маринетт пыталась успокоить своё сердце, которое ускорило свой пульс, казалось, в два раза. А Адриан размышлял над всеми возможными исходами признания.       — О боже, — с ужасом прошептал он. — А что если она всё ещё любит меня? Я понимаю, что это почти невозможно, но всё же…       — Разве ты не должен радоваться, если так произойдет?       — Я буду счастлив, но тогда мы начнём встречаться. А вдруг она поймёт, что ей нужен кто-то поспокойнее?       — Так, Котёнок, хватит накручивать себя. Всё пройдёт отлично, и ты будешь счастлив с этой девушкой.       — Ты замечательная, — он посмотрел на неё и широко улыбнулся, а после ещё сильнее обнял.       Даже если Адриан был влюблен не в неё, она будет благодарна всем богам только за то, что она видит его улыбку.

***

      Когда через пару дней вечером Адриан написал ей с просьбой выйти на балкон, у Маринетт задрожали коленки. Либо сейчас он у неё попросит совет для признания таинственной незнакомке, либо… Либо её самая большая мечта осуществится.       Выйдя из комнаты, она заметила Кота Нуара, стоявшего к ней спиной. Он что-то тихо говорил сам себе, но слова невозможно было понять.       — Привет, — привлекая его внимание, сказала Дюпен-Чен.       Юноша резко развернулся и попытался лучезарно улыбнуться ей, но было заметно, что он нервничает.       — Привет, Маринетт. Ты хорошо себя чувствуешь?       — Да, я в порядке, а вот ты выглядишь не очень. Отец сильно нагрузил тебя опять?       — Да уж, фотосессии были довольно выматывающими. Но я пришёл, чтобы сказать тебе кое-что очень важное.       Маринетт почувствовала, как её щёки резко покраснели.       — Д-да, — заикаясь, ответила она, но поняв, как жалко звучал её голос, девушка прочистила горло и попыталась выглядеть увереннее. — То есть, да, я слушаю.       Он улыбнулся, и у Маринетт задрожали коленки. Адриан отменил трансформацию и уже голыми руками взял её ладони.       — Маринетт, ты самый дорогой человек для меня, ты — единственная, кому я могу доверить все секреты, зная, что ты поддержишь и не осудишь. Ты такая добрая, умная, веселая, смелая. Ты всегда заботишься обо мне, даже когда сама нуждаешься в помощи. И я знаю, что мои следующие слова могут показаться тебе каким-то издевательством, потому что я должен был это сказать ещё полгода назад, но тогда я был идиотом, который не замечал самого замечательного человека. Я люблю тебя, Маринетт.       Ей казалось, что она спала, потому что это всё казалось таким нереальным. Неужели он правда любит её?       — Я пойму, если ты уже разлюбила меня, особенно после того, как узнала, что я Кот Нуар, — он говорил так, словно был котёнком, который боялся, что его ударят.       — Глупенький, я стала лишь сильнее любить тебя, — со слезами на глазах сказала Маринетт.       Адриан сильно покраснел, но затем тоже радостно улыбнулся, а в следующее мгновение крепко обнял её. Она прикрыла глаза, наслаждаясь этим тёплым счастливым моментом.       — У меня есть сюрприз для тебя, но для этого надо пойти туда, где всё началось, — прошептал Адриан, уткнувшись носом в ей макушку.       — Но разве это не здесь?       — Нет. Так ты согласна пойти со мной?       — Конечно.       Адриан вновь трансформировался и подхватил Маринетт на руки.       — Только закрой глаза, хорошо? — попросил он, а она поняла, куда они идут.       Прижавшись к нему ещё сильнее, девушка закрыла глаза, думая, что её парень (она ведь могла называть его так, поскольку они признались?) подготовил на этот раз.       Она ощутила, что он оттолкнулся от пола её балкона, и взмыли в воздух. Спустя пару минут он остановился и опустил её.       — Подожди ещё немного, пожалуйста, — попросил он, и она не могла отказать.       Когда же он наконец разрешил открыть глаза, она удивлённо ахнула. Они действительно были на той самой крыше, где она в образе Ледибаг… Отказала ему. Только в этот раз свечи не были расставлены по всему периметру, а стояли в центре. Адриан даже расставил их в виде сердечка.       — Я знаю, что в последний раз дарил тебе цветы, когда отказал, а потом твой папа акуманизировался, поэтому я пойму, если ты не примешь их, но… — явно волнуясь, пробормотал Нуар, держа перед собой букет розовых роз.       — Ты такой милый, когда смущаешься, — улыбнулась Маринетт. Чуть подавшись вперёд, она коснулась губами его щеки, а затем взяла букет. — Спасибо большое за цветы.       Взглянув на его лицо, она чуть не рассмеялась. Она даже не подозревала, что может заставить Адриана покраснеть так сильно всего лишь одним поцелуем в щеку.       Он кашлянул, пытаясь взять себя в руки.       — Ты тоже очень милая, и этот букет — лишь малая часть подарков. И спасибо большое, что согласилась пойти со мной. Для меня всё и правда началось здесь. Именно в тот вечер я впервые понял, что могу открыться тебе, и ты не будешь ругать меня за проявление чувств. На самом деле ещё до раскрытия у меня были чувства к тебе, но пытался подавить их, потому что, вроде, был влюблен в Ледибаг. Но когда ты узнала мою личность, и мы сблизились, ты не оставила мне шансов. Я очень сильно полюбил тебя, наши объятия, вечера видеоигр, совместные посиделки за просмотром фильма. Я люблю твои веснушки, твои глаза, которые так ярко загораются, когда ты что-нибудь придумываешь, твою улыбку, которая заставляет меня чувствовать себя лучше. Люблю твой смех, твою находчивость, твой оптимизм, твою настойчивость и веру в лучшее. Ты спасла меня, когда я буквально сходил с ума от злости и отчаяния. И мне так жаль, что сделал тебе больно, когда отказал. Но я клянусь, что сделаю всё возможное, чтобы стать достойным тебя.       Маринетт с нежной улыбкой смотрела на него. Как он сумел сказать ещё более трогательное признание?       — Ты уже достоин, Адриан. Ты прекрасен такой, какой ты есть. И тебе не надо что-то менять в себе ради меня, ведь я уже люблю такого временами дурашливого, но ужасно доброго и милого Котёнка.       Затем она вновь крепко обняла его. Она чувствовала, как быстро билось его сердце. Он так волновался, и ей хотелось, чтобы рядом с ней он никогда не боялся показывать свои настоящие чувства.       — Ты не против перейти к следующему сюрпризу, Принцесса? — нежно спросил он, а Маринетт очень сильно хотела, чтобы он поцеловал её хотя бы в макушку.       — Конечно.       Он аккуратно выбрался из её рук и подошёл к корзинке, которую девушка до этого не замечала. Кот быстро достал сначала плед, который разложил недалеко от свеч, а затем еду.       — Это же мои любимые сладости, — удивлённо вздохнула Маринетт.       — Да, конечно, я не обещаю, что здесь все, но тут абсолютно точно есть те, которые ты упоминала во время наших разговоров.       — И ты всё запомнил? — она была так тронута, что с трудом говорила.       — Да, — с улыбкой кивнул он, но затем немного разволновался. — Это же не странно? Просто я хочу сделать тебя счастливой, но если тебе некомфортно, что я запомнил, то…       — Хэй, всё хорошо, не переживай. Мне правда очень приятно, что ты так много уделяешь внимания тому, что мне нравится.       Он, успокоившись, мягко улыбнулся и взял её за руки. Он подвёл её к пледу и опустился с ней на колени. Она положила голову на его плечо, а он прижался щекой к её макушке.       Они сидели под луной, наслаждаясь вкусной выпечкой, а их сердца горели таким же мягким огнем, как свечи перед ними.

***

      Когда они закончили, Кот Нуар вновь аккуратно подхватил Маринетт на руки и отнёс её на балкон.       — Спасибо за чудесное свидание и спокойной ночи, самая прекрасная девушка на свете, — промурчал он, обнимая её.       — Ого, я твоя девушка? Я думала, что я просто друг до конца моей жизни, — подразнила она.       — Маринетт, ну я же извинялся за это.       — Я что-то не помню.       Вдруг он прижался к её губам, и только она хотела ответить, как он отстранился.       — Этого достаточно для извинений? — чёрт, его голос звучал слишком… Привлекательно.       — Этого маловато, тебе так не кажется?       Адриан улыбнулся и вновь аккуратно притянул её к себе за талию, а затем уже медленнее поцеловал её. Маринетт наконец почувствовала себя по-настоящему счастливой. На душе спустя долгое время было легко и спокойно.       Целуя его в ответ, она мягко перебирала пряди на его затылке. Маринетт очень надеялась, что Адриану тоже было хорошо сегодня. Ей следовало бы уже начать планировать ответное свидание, чтобы отблагодарить своего Котёнка.       Спустя ещё пару-тройку поцелуев они всё-таки решили разойтись, ведь было уже довольно поздно.       — Не могу дождаться завтрашнего дня, чтобы прийти в коллеж и крепко обнять тебя, — мечтательно произнёс Нуар, и Маринетт было больно от того, что она собиралась разрушить его мечты.       — Я… Я не думаю, что нам стоит сразу заявлять о наших отношениях. Это не значит, что я как-то стесняюсь их! Просто, знаешь, я хочу немного насладиться этим всем без особого ажиотажа и вмешательства Али.       — О, понимаю, Нино тоже мог бы пристать с расспросами, про Хлою и Лилу говорить даже не надо. Так что, да, нам лучше быть немного поосторожнее, — Кот потёр затылок, и Маринетт поняла, что он опять волнуется.       — Хэй, у нас всё будет хорошо. Ведь ты самый идеальный парень в мире.       — Я люблю тебя, Принцесса, — он напоследок обнял её и подошёл к перилам. — До завтра.       — Спокойной ночи!       Он скрылся в ночной тьме, а она стояла на балконе, пока его силуэт стало невозможно различить. Затем Маринетт направилась к своей кровати.       И в эту ночь ей снились самые лучшие сны.