Космическая Лиса

Я вышла из здания родной альма-матер, после успешной сдачи последнего экзамена. Скажу честно — Основы Безопасности Жизнедеятельности на малых, средних и больших космических, планетарных и орбитальных кораблях и станциях — это еще тот предмет! Мало знать, как оказывать первую медицинскую помощь, или обустройство передвижного медпункта, так еще, обязательно надо знать, как управлять станцией (хотя бы в теории). Так вот, я вышла из врат университета и пошла в сторону космопорта, через парк. Так, конечно, дольше, но пока приказ и документы об окончании Общепланетарного Космического Медицинского Университета поступят в космопорт, пройдет не менее двух часов. А то и вовсе придется ночевать там. Я с самых шестнадцати лет мечтаю улететь с этой планеты. Все я, да я. Я — Мур. Полное имя Марина Марко, по прозвищу Мур (получила его за умение мурчать как кошка, ну и кошачьи ушки с хвостом постарались — в наш век генной инженерии это не новость — люди кроят себя как хотят). Родилась на планете Земля, в городе Иерусалиме, и там же росла до пяти лет. После поступила в академию при медицинском университете и дома бывала редко. Мне полных двадцать лет. В свои пятнадцать я потеряла всех своих родных в ужасной катастрофе, собственно это и послужило причиной принятия решения об отлете. Я невысокого роста, всего метр пятьдесят пять, рыжая с зелеными кошачьими глазами, вполне нормальная фигура. Одежду люблю простую и со вкусом, но последние лет десять ношу исключительно бирюзовый комбинезон, это устав ОКМУ. Все студенты носят бирюзовые комбинезоны, после окончания меняют их на ярко-зелёные (с эмблемой университета на спине и знаком отличая на груди). А после приема на работу эмблема меняется на эмблему корабля или станции. Так что, выходя из университета, я, вполне заслуженно, сменила бирюзовый на зеленый, прикрепила свой именной значок на грудь, накинула свою любимую кожаную, черную куртку на плечи и направилась навстречу судьбе. В парке погода была замечательная, птички поют, солнышко светит, по всем признакам день должен быть удачным. Почти дойдя до космопорта, я поняла что боюсь, чего, не знаю, но боюсь. Однако отступать было поздно. На последних курсах нас распределили по подгруппам (конечно, после проведенного опроса: где кто хочет работать, готовы ли к командировкам или же вообще согласны улететь с планеты на межгалактических). Я тогда четко отвечала, что хочу улететь и куда подальше, и можно без возврата. Таким образом, я практически отделилась от группы и друзей. А вот и космопорт, у самого входа — главное здание. Я здесь бывала и не раз, на практике. Заходила в главное здание (оттуда нас распределяли по станциям), а сейчас мне по боковой лесенке в розовое здание, на второй этаж, в приемную (где определяют будущее место работы). Дойдя до лестницы, я остановилась, собралась с мыслями и поднялась к двери. В приемной было прохладно, несмотря на то, что снаружи была почти тридцатиградусная жара. Было тихо, видимо сдававшие сегодня последний экзамен со мной, еще не добрались или скорее отправились праздновать, а значит, раньше полудня следующего четверга и ноги их тут не будет. — Здравствуйте. Вы что-то хотите? — спросила меня секретарша, полненькая женщина лет пятидесяти. — Да, здравствуйте. — вежливо ответила я. — Я бы хотела узнать о документах для поступления на работу. — Вы после выпускного? — с сомнением спросила она. — Нет, но все документы уже должны быть высланы вам. — Ее сомнения мне были понятны: мои одногруппники закончат экзамены только в июле (кроме пары — тройки умников), а я большую часть экзаменов сдала автоматом, а последние сдала в течение недели — на месяц раньше всех. — Сейчас посмотрю. Имя? — Марко Марина, выпускница ОКМУ, номер 734843. — с этими словами я открепила значок и приложила к считывателю. Она уселась за свой столик стоящий прямо напротив двери и полезла искать документацию. Я же решила осмотреться. В приемной было немного мебели, не считая стола секретарши, но было довольно мило — кресла, стоявшие почти у самого входа, составляли очень уютную композицию вместе с журнальным столиком. На столе лежала вязаная салфетка (видно было, что эту салфетку любовно вязали вручную) и журналы сверху. За всей этой красотой стоял какой-то «фикус» в горшке, в ботанике я не сильна, поэтому точнее определить не смогла. А напротив, было огромное окно с видом на космопорт. — Нашла ваши документы, — сказала секретарша, спустя несколько минут. — Странно, обычно выпускников у нас больше, а вы у нас одна. Да и на месяц раньше. — Ничего странного. — Ответила я — Просто свои документы я просила переслать сразу, после последнего экзамена, а выпускной только через месяц. — А, ну тогда понятно. Вы знаете, но у нас нет вакансий, пока что. — я скривила недовольную рожицу, хотя чего я ожидала, не все же сразу. — Но вы можете пройти в седьмой ангар, там всегда много экипажей, может они, еще не успели подать заявку на медика — поспешила сказать она, видя мое недовольство. В который раз я убедилась, что моя не в меру выразительная мимика бывает полезна, вопреки обратному мнению, и неоднократному утверждению, моего бывшего парня Жени. — Спасибо, ааа… — протянула я. — Ах, да. Вот вам пропуск и карта с вашими полными данными, по которым ваши будущие работодатели зарегистрируют вас в команду. Мы тепло распрощались, и я ушла искать седьмой ангар и новую жизнь. М-да. Седьмой Ангар. Ангаром это можно назвать, имея только очень большую фантазию! Это не ангар, а скорее целое поселение ангаров под одной крышей. Седьмой ангар нашелся с трудом, после двух часов блуждания по территории космопорта. Меня четыре раза приводили к главному зданию, три раза военные чуть не убили на месте, грозясь расстрелять нарушительницу границ (хотя где она и кто ее там стерег — не знаю!) и один раз я наткнулась на общагу капитанов, откуда мне и указали на верный маршрут. Я, конечно, тут уже бывала, и не страдаю топографическим кретинизмом, но это не значит, что я знаю каждый уголок (космопорт огромен). Каких только тут кораблей не было! От «В» до «Е» класса. И межгалактические почтальонки, и экскурсионные звездники (которые способны летать от звезды до ближайшей звезды), и маленькие межпланетные кораблики для научных экспедиций (такие корабли обычно загружаются на борт очень больших межгалактических кораблей или же на корабли класса «А»). А вот кораблей класса «А» тут не было, да и быть не могло. Как бы я хотела увидеть знаменитую «Аврору», но такие корабли даже не собираются на Земле, они просто физически не взлетят с нее, их строят сразу в космосе. Это корабли тоже межгалактические, но дальнего следования. В них люди живут, женятся, рождаются (обычно из таких кораблей образуют колонии на новых планетах). Да и размерами они могут быть с маленькую планету. Ну что же, до места я добралась — вперед на поиски. Первым делом я подошла к диспетчеру, узнать на каких межгалактических не хватает медика и какие из команд его ищут. Мне выдали список, длинный список. Несколько вариантов я отмела сразу, я не умею работать с представителями других рас, нас этому не учили, так как это отдельное направление (вернее, меня учили только с гуманоидными расами работать, а те, что не гуманоиды, не входят в мою компетенцию). Еще десяток были курсирующими (туда — обратно) — это не подходило мне. Еще один десяток оказались и вовсе просроченными. Так в итоге в списке оказались около сорока кораблей. В первом же месте мне отказали, сославшись на отсутствие опыта. Во втором сказали, что я слишком молода. В третьем меня покрутили, повертели, рассмотрели со всех сторон и так ничего не сказав, отпустили, а я и убежала. В четвертом: на меня презрительно посмотрели, и сказали, что женщина на корабле — к беде (приплыли, называется! Мы в каком веке живем?!). Так продолжалось еще полдня. К вечеру осмотрев изрядно поредевший список, я поняла, что без опыта и стажа меня никуда не возьмут, вот только где я наберусь опыта и стажа, если не берут — остается малюсенькой проблемкой. О чем я непременно доложила очередному капитану (уставшая я соображаю плохо), и так же сообщила, что буквально через неделю в космопорт нахлынет первая волна нагулявшихся умников-выпускников и тогда к ним по распределению, обязательно, попадет один из них. Или через месяц, и это будут уже остатки. Так после этого меня чуть не прибили в четвертый раз за день. С такими мрачными мыслями я шла в сторону общаги для экипажа, расположенной на территории ангара, я хоть и не член экипажа, но можно напроситься на ночь. Как вдруг, я наткнулась на преграду, больно ударилась носом и упала. Так нет, мало было этого! Преграда, к тому же, оказалась говорящей, чем непременно воспользовалась, обозвав, цитирую — «неуклюжим слоненком». * * * — … Дин, это серьезно! Нам нужен медик! — Нужен то, нужен…. Да где взять такого, чтоб подходил нам? Стеф, что ты предлагаешь? — Надо найти и нанять медика… Дин закатил глаза к небу. Сергей как всегда прагматичен. Надо — пойди и найди. — Сер, где я найду такого медика, который согласиться с нашими условиями? Да еще к тому же не будет лезть в наши дела! Или уже на крайний вариант — разделит наши взгляды, так сказать. — Дин, я всего лишь механик. Моя работа заключается в починке корабля, а не в наборе экипажа. — Эх… — он махнул на него рукой и в очередной раз поднял глаза, к ставшему уже таким родным, небу. Зелёный он и в Африке Зелёный. Что с него взять? — Дин, нам нужен любой, повторю любой, медик! Иначе мы просто не вылетим с планеты! «Стеф прав.… Надо как-то решать вопрос с медперсоналом! На этот раз Окма не прокатит как штатный медик, у него нет достаточных знаний. Да и не на Земле, в паре часов от медуниверситета…» Они шли впятером по седьмому ангару. Торчат уже третью неделю на Земле, в этом чертовом седьмом ангаре. Им надо было срочно пополнить запасы орудийных снарядов. Тяжело работать на развед-корпус, оружие и все снаряжение берется только у самого развед-корпуса. Да и не просто в любом штабе, а только в том, к которому прикреплен корабль. А их «Стрекоза» прикреплена к Земному штабу. В прошлый раз ему удалось отговориться дальностью, но сейчас они были всего лишь в соседней солнечной системе, чтоб так далеко выдавать на них снаряжение. Поэтому теперь они застряли надолго, еще и встряли с проверками экипажа. И хорошо, что не придираются к каждому члену экипажа, а только к отсутствию медика как такового на корабле. Иначе бы они могли спокойно купить по вилле у моря и начать попивать коктейли на пляже, наслаждаясь жизнью. — Дин, а что если взять какого-нибудь дурачка? — Отличная идея, Кот! Более умной идеи придумать не мог. И как ты себе это представляешь? Мы приходим в бюро и заявляем: «дайте нам самого непутевого ученика, очень нам нужно»… — Дин, не перегибай палку… — Стеф всегда был разумом в их компании, да и совестью, наверное, тоже — Я думаю Кот имел в виду… — Стеф, не важно! — надо подумать над этой проблемой — А что если мы возьмем практиканта, или… Что «или» он договорить не успел. В него влетело нечто маленькое и рыжие, еще и ногу отдавило. — Неуклюжий слоненок! — вырвалось у него. * * * — Ну вот, нос расшибла, упала, а какая-то стенка еще и помолчать не может! — пробурчала я, вставая с намерением посмотреть, во что же я влетела. — Нет, этот лисенок еще и задирается! — Лисенок? А почему и нет? — раздался задорный, мальчишеский голос над ухом. Обладатель этого голоса помог мне встать. Я наконец-то поднялась, отряхнулась, и решила осмотреться. «Стенка» оказалась двухметровым мужиком, с широкими плечами, темноволосый, с черными, как ночь глазами, одет он был во все черное — черные штаны, черная водолазка и черная кожаная куртка, на ногах черные армейские берцы. Рассматривала его я примерно минуту, и мне пришла в голову идея, что шрам у него под левой бровью ему очень идет. Владельцем же задорного голоса оказался худощавый, рыжеволосый парень, ростом около ста девяноста, с задорной улыбкой и с гетерохромией — правый глаз у него был небесно-голубой, а левый — цвета гречишного меда, одето это чудо было в лётный комбинезон. Рядом стояло еще трое человек — седовласый мужчина, ростом с «мою стенку», глаза у него были карие с необычным фиолетовым оттенком, одет он был просто и удобно — джинсы, свитер и кеды. Справа от него стоял черноволосый парень, как две капли воды похожий на рыжика, только глаза у него были зеркальные — правый глаз иссиня-черный, а левый — небесно-голубой. Слева от беловолосого стоял самый низкий из них, — он был выше меня, но все равно ниже этих башенок, — наверное, метр семьдесят, русый, голубоглазый, с правильными славянскими чертами лица и вечно-недовольным взглядом. — Вот вам и медик. — Сказала моя «стенка», пока я рассматривала эту компанию. — Но, Дин, — сказал угрюмый — она, же выпускница, чего этот ребенок может сделать? Она же… — Сергей, я не спрашиваю, а утверждаю! — «стенку» зовут Дин, будем знакомы — Вот наш медик! — Дин, это неразумно… — попытался оспорить Сергей. — Это приказ! — отрезал Дин. — Ну что, лисенок? Ты попала! — сказал рыжик, после того как спор был окончен — Меня зовут Андрей, но для всех я — Кот, так что и ты меня так зови. — Он подмигнул мне, подбадривая. — Это Артём, можно Тёма — он указал, на свою копию — он мой брат-близнец, мы пилоты. Это — он указал на беловолосого — у нас Стеф, он наш старпом и по совместительству еще и садовник. — Кот, не садовник, — подал голос Стеф — а инженер гидропоник. — А это вечно угрюмое, вечно недовольное… — подхватил брат. — И вечнозелёное. — Машинально добавила я, не подумав, что сделала это вслух. Парни рассмеялись. — Да, — отдышавшись сказал Тёма — ты угадала, это у нас Зелёный, гениальный механик «Стрекозы», лучший в мире физик-ядерщик, хорошо рисует и вообще доброй души человек, но до капитана не дорос. — И он похлопал его по плечу, от чего Зелёный скрипнул зубами и посмотрел на меня так, что я поняла, что лучше так его не называть. — Сергей. — Буркнул серо-зеленый. — Ну, а с Дином — снова подхватил эстафету Кот — вы уже познакомились, я б даже сказал — снюхалась… — и они с братом снова зашлись заразительным смехом, да так, что все тоже засмеялись, кроме Зелёного. — Давай карточку сюда, лисёнок — отсмеявшись, сказал Стеф. Я быстро сообразила, чего от меня хотят, и отдала свою карточку-пропуск Стефу, чтобы тот мог оформить меня и зарегистрировать как члена команды. — Я, Владимир Гусев, капитан корабля класса «В», межгалактический разведчик «Стрекоза» — сказал Дин, решив не дожидаться очередной колкости от близнецов — все зовут меня Дин, так практичней и удобнее. У нас очень дружный коллектив. А ты? — Я, Марко Марина, можно просто Мур. Выпускница ОКМУ, хочу летать на межгалактическом. — О, у нас кошачья команда набирается. Кот, тебе подружка нашлась! — задорно подпихнув брата, сказал Тёма. — А не боишься надолго улетать от дома, может даже навсегда — подавив усмешку на слова Тёмы, спросил Дин. — Нет. Это моя мечта! — ответила я — Да и к тому же, меня ничего здесь не держит. Так вот я и познакомилась со своей будущей командой, частью команды. Надо заметить, что Зелёный оказался вполне сносной язвой и всю дорогу до корабля мы развлекали Тёму и Кота своей перебранкой. Дин же благополучно не лез, дабы не получить, как я понимаю. Стеф к нам присоединился почти у самого корабля, сказав, что теперь я официальный член команды «Стрекозы». * * * «Интересный ребенок… Вечно веселая, всем довольная, все у нее как будто хорошо. Мне бы так…» — шел и думал про себя Сергей. — Зелёный, — его всего передернуло! — «Надо устроить потом Коту нагоняй!» — ну вот смотри, если на корабле будут одни механики, они же умрут с голоду! Даже если твои механики научаться рулить, прокладывать маршруты и всякую остальную чушь… — Мур! Не зови меня Зелёным… — Да подожди ты! Твое утверждение в корне неверно… «Когда же мы уже дойдем до «Стрекозы», а?» «Никогда…» Он посмотрел на ехидного Кота и пригрозил ему кулаком. * * * А корабль оказался просто великолепным, посмотреть есть на что. Но полюбоваться «Стрекозой» мне не дали, нас отвлекли. Еще десять человек присоединились почти у самого корабля. Это были оставшиеся члены экипажа. Первым делом, Зелёный решил ознакомить меня с оставшейся коллегией механиков, так как всю дорогу доказывал мне, что это самые важные люди на корабле. А я и не отрицала, просто напомнила ему, что без пилотов и навигатора судно далеко не улетит, что без стрелков — механики просто не успеют залатать корабль, а без тех же коков эти самые важные люди перемрут с голоду. Самих же механиков было четверо и главный — Зелёный. Оказывается не все члены экипажа уроженцы Земли, таким вот оказался один из механиков — он был уроженцем планеты под кодовым номером HD-40307, местные называют ее Акту (что переводится как блестящая). Название эта планета получила за то, что вода на планете имеет голубоватый оттенок и буквально искрится, это один из вариантов, а второй — за счет разряженной пыли в атмосфере, которая все время искрится. Сам парень ростом выше среднего, имеет темные волосы и очень холодные голубые глаза, худощавого телосложения. Это чудо представилось как Сит (позже выяснилось, что это только сокращение, но полного имени мне не сказали). Парень оказался очень удобным как механик — тихий, незаметный, бесшумный и буквально умеющий проникать в любые щели. Механик технического отсека — Макс. Ростом он был выше Зелёного. Парень худощавый, волосы каштановые, коротко стрижены, кожа темная, родился в Каире. Прозвище мне подсказал Кот — Грызун, за что, я так и не допыталась. Еще пара близнецов оказалась на корабле, механики машинного отсека — Эндрю (по прозвищу Дюк) и Реми. Парни среднего роста, хотя сами по себе отличаются по росту и внешности. Реми чуть выше и более темный, хотя в отличие от брата глаза у него зеленые, у которого глаза темно-карие. С Реми мы сцепились языками на тему языков, я очень люблю изучать языки, а этот парень знает их аж целых сто шестьдесят восемь штук. Далее Дин представил мне тактика — Вериока Травченко, знакомое имя, о чем я и спросила (да, так и есть, известный скандальный журналист). Ростом чуть выше среднего, широкоплечая, блондинка, кстати, единственная среди всей этой компании. Глаза у нее потрясающие, красивые, яркие и в тоже время пугающие, они ярко-синие, такие, что в них можно утонуть. Прозвище Вериоки — Вика. На самом деле оказалась человеком нудным и безумно дотошным до мелочей. Вика в свою очередь познакомил меня со своими стрелками. Первый стрелок Тимофей Резин (как подсказал, стоящий слева, Кот — Резинка, а стоящий справа, Тёма исправил на Тима. Добрые мальчики) ростом, наверное, сто семьдесят пять, а может и чуть выше. Средней длины, темно-русые волосы, и очень красивые серо-голубые глаза. Носит серьгу в левом ухе. Все хвастался, что был лично знаком с пиратами (наверное, сочиняет). Второй стрелок, оказался вообще полностью другой расы, гуманоидной, но не человек. Апов Таруо, по прозвищу Зел (как объяснил мне он сам, на его планете нет фамилий, их дают только в связи с какой-то особой профессией, или как в его случае — отступникам). Рост у него два метра, атлетичная фигура, очень красивый, но странный… Прозвище свое получил за необычный цвет глаз, волос и ногтей, они у него зеленые — ядовито-зелёные глаза, длинная, зеленая коса, чуть ниже поясницы и ногтевые пластины тоже имеют зеленоватый оттенок. Ужас, и почему Зелёным назвали Зелёного, а не это чудо? Далее меня познакомили с навигатором, тем самым без которого, по моим словам корабль не полетит. Им оказался еще один парень с Земли, что меня несказанно обрадовало. Павел, был невысокого роста, по сравнению с «башенками», черные волосы и черные глаза. Прозвище у него Медведь. Напоследок, мне оставили еще двух представителей внеземной расы, вернее двух разных рас. Ими оказались Кок — Окма Маару, уроженец планеты под кодом HD-14412, называется Маару. Кошкоподобная раса гуманоидов, имеют кошачьи зрачки, когти, которые втягиваются под ногтевые пластинки и рудиментарные ушки на макушке, которые позволяют ориентироваться в кромешной темноте. Когда я спросила про хвост, Окма как-то хитро ответил, что хвост есть, но уж очень хитро он улыбался при этом. Сам Окма был ростом ста восьмидесяти сантиметров, атлетичен, с красивыми желтыми глазами и рыжими волосами. Мышечная масса у него очень массивная, так как родная планета Окмы имеет гравитацию в почти две атмосферы. Вторым иноземным представителем оказался связист — Росток (имя я его не запомнила, очень оно сложное в произношении). Росток по рождению скорее человекоподобное растение, так как рождаются они на его родной планете от Древа Матери. Рост у него почти два метра, атлетическое телосложение, волосы у него ярко красные, глаза фиолетовые, с необычным рваным зрачком, на руках четыре кольца, два на правой руке и два на левой руке зелёного цвета, как мне сказали, они не снимаются, и не объяснили для чего они. После полного ознакомления с командой, ребята предложили пойти в бар и отметить это событие. Я решила, а почему бы и нет? И предложила свой любимый бар на окраине парка у ОКМУ. Туда и было решено направиться. * * * Вся команда стояла и рассматривала нового члена экипажа. Стеф же оттащил Дина в сторону. — Что? — Дин, как думаешь, потянет она на «дурочку», которую так хотел предложить Кот? Дин задумался над моими словами. — Стеф, не знаю, тянет ли она на «дурочку», но я думаю, до ближайшей галактики она нас вполне устроит, если что. Теперь пришла его очередь задуматься над словами друга. Девочка не тянет на дуру, да и к тому же, насколько он помнил, выпускные экзамены еще идут. Но с другой стороны, какой умный человек станет скитаться по огромному ангару в поисках своего «счастья», не дожидаясь распределения? — Стеф, распорядись, чтоб ребята готовились. — Хорошо, заодно, пока гонять буду, вспомню, что еще надо на корабль закупить. Дин ушел ко всем членам экипажа, а Стеф потихоньку, чтоб не заметила Мур, стал оттаскивать некоторых членов экипажа и посылать на задания. Надо готовиться. * * * На этот раз мы не пошли через парк, так как уже темнело, а плестись два с лишним часа никому не хотелось, да и уставшими прийти в бар как-то тоже не хотелось. Правда пока мы собирались половина команды разбрелась, кто куда и в итоге остались только мы ввосьмером — Дин, Стеф, Кот, Тёма, Зелёный (который так и не переубедил меня, его так не называть), Сит и Окма, ну и я. Мы заказали два такси и отправились в бар. Сегодня в моем любимом баре было излишне людно. Оно и понятно — ребята праздновали окончание очередного экзамена. Вообще-то бар неплохой. Обстановка выдержана в теплых бордово-карих тонах, легкая светомузыка. Всегда уютная обстановка. Напротив входа длинная барная стойка, у которой восемь стульев на длинных ножках, рядом пять маленьких столиков, расставленных так чтобы посередине было место под танцплощадку, а вдоль всех стен удобные кабинки, в которых есть куча подушек (на которых можно сидеть или лежать). Вот в эти самые кабинки я и повела свою разношерстную компанию. Но тут на моем пути, уже второй раз за день, оказалось препятствие. И я бы обязательно опять в него влетела, если бы Кот вовремя не остановил меня. — Что это ты тут делаешь, Мур? — спросил до боли знакомый голос. Я подняла глаза и скривилась в притворной гримасе радости — это был Женя. Женя, Евгений Казаков, мой бывший. Высокий, волосы светло-русые, глаза серо-голубые, ах эти глаза.… Когда мы начинали встречаться, я не рассчитывала на что-то серьезное. Мы четыре года встречались, он заменил мне семью, которую я потеряла. Ради этого человека я готова была бросить свою мечту и остаться с ним на Земле, когда я ему рассказала об этом и своих чувствах я получила потрясающий ответ. Нет, я бы даже сказала ОШЕЛОМЛЯЮЩИЙ. Мне было сказано, что я дура, свалилась с Луны (что почти достоверно, если учесть что у меня мама родилась и выросла на лунной базе), и вообще я чокнутая, раз говорю о любви. Я отнеслась к этому довольно спокойно, чем шокировала его тогда, и сказала ему только спасибо, за то, что снял с меня розовые очки. После этого мы ни разу больше не разговаривали, до сего дня. — Женечка, там ребята хотят ещё… — пока я стояла в раздумьях отвечать или притвориться слепо-глухо-немой, к нам подошла Эвелина, моя соседка по комнате. Высокая, блондинка, с ярко-голубыми глазами, идеальной фигуркой. Это блондинистое создание вообще заботится только о своей внешности, как бы она окончила университет, если бы не я, а теперь еще и Женька, не знаю… — Ой, Мурик, и ты тут? — Да, Эв, — ответила я, скривившись на ее «Мурик» — вот пришла отпраздновать весьма удачный день… — А, ну да, ты же сегодня первая сдала экзамены.… Да и вообще окончила все экзамены… — наивно прощебетало это чудо. — И не только… — А это что за мужики с тобой? — подал голос Женя, по-хозяйски прижимая Эв к себе. — Аа-а… — протянула я довольная — Это моя команда. Мой капитан Дин, наш старпом Стеф, главный механик и вообще потрясающий человек Зелёный, — я подмигнула Зелёному — это Сит тоже механик, Окма наш повар и пилоты Тёма и… — И Кот — представился Кот, так же обнимая меня за плечи. Откуда это чудо знало, что я хотела сделать? Сказать, что после моего представления и уместного подыгрывания Кота, у ребят отвисла челюсть, это ничего не сказать! Они были просто ошарашены! Я мало того, что сдала все экзамены досрочно, ребятам еще месяц мучиться, так еще и в первый же день после последнего экзамена устроилась в команду, на корабль. — Ладно, ребята — влез в разговор, вставший справа от меня, Дин — мы пойдем и отметим. А вам ни пуха, ни пера в дальнейших экзаменах. И удачно окончить. С этими словами вся команда пошла в кабинку, а Коту даже пришлось меня подтолкнуть, чтоб я пошла. Я была в легком шоке от поведения ребят. — Мур, а кто это был? — спросил меня Кот, пока мы плелись в хвосте. — Кот, это была моя прошлая жизнь. — туманно сказала я, улыбнувшись ему — А если честно, мой бывший, с моей бывшей соседкой… М-да… быстро они… Дальнейший вечер прошел замечательно, ребята оказались все очень веселые. И даже хмурый Зелёный не ударил в грязь лицом. Пару раз за вечер я замечала на себе взгляды Женьки, но Кот все также продолжал сидеть рядом и изредка, именно в то время когда Женька смотрел, обнимать меня. Откуда, все же, это чудо знает, когда и что надо сделать? Несколько раз к нам подходили мои бывшие однокурсники, поздравляли, расспрашивали каково мне быть уже в команде, рассказывали про экзамены, да и просто общались. Под конец вечера ребята начали расползаться и в итоге остались только трое — Кот, который обещался довести меня до корабля в целости и сохранности. Дин, который был не уверен в словах Кота и решил убедиться, что мы точно доберемся до корабля. И, конечно, самая главная нянька на корабле (со слов Кота) — Стеф, который поначалу пытался увести Дина, а потом плюнул на все и решил тоже проследить, только уже за всеми тремя. Выйдя из бара, мы направились в сторону моего бывшего общежития — мне же надо забрать вещи. Ребята всю дорогу обсуждали, что надо на корабль, и чего на корабле не хватает, мой медотсек, которого отродясь на корабле никто не видел (интересно, как так?), еще какие-то технические и организационные дела. Я в их разговоры не лезла, мне просто было приятно прогуляться по свежему воздуху. У входа в общежитие я оставила парней ждать, не хватало, чтоб эта компания еще все женское общежитие в моей, хоть и бывшей, комнате собрала. Я быстро поднялась в свою комнату на седьмом этаже. Сумки у меня были почти собраны, осталось по мелочи собрать. Но все равно до прихода Эв я не успела. — Мурик, может, все-таки, расскажешь мне, что это было в баре? — начала подруга прямо с порога. Эвелина была излишне любопытна, но в одном она никогда не ошибалась, в людях, она знала меня как облупленную, и отлично помнила, как я переживала из-за расставания с Женей, поэтому она точно знала, что я ни с кем не буду встречаться еще долго. Но уместное подыгрывание Кота, говорило об обратном, что было мне только на руку. — Эв, я не понимаю о чем ты… — стала выкручиваться я — Ты не видела мои конспекты? — Мур, я про того парня, как его… — Эв вытащила из-под стола мою тетрадь (да, в наш век высоких технологий уже давно все записано на электронных носителях, но я страсть как люблю записи на бумаге), когда она туда улетела? — Кота. Вспомнила. — Эв, ты вроде с Женей, вы счастливы, я не пойму к чему эти разговоры? — назойливость подруги начинала раздражать. — Мур, а ты знаешь, что он переживает из-за… — Эв, не начинай! — оборвала я ее, знаю, что она сейчас начнет говорить — Мне отчетливо дали понять тогда и сейчас, что все давно уже закончено. — Ты упрямая… — Эв прекрасно знала, что если я уперлась во что-то, доказывать мне обратное бесполезно — Ну что, подруга, я тебя еще когда-нибудь увижу? — Не знаю, Эв, надеюсь, что когда-нибудь мы еще увидимся. Она подошла ко мне и обняла меня как младшую сестренку. Несмотря на все наши разногласия с ней, мы были настоящими подругами. Распрощались мы довольно тепло и легко, не люблю я долгих прощаний. Я закинула сумку на плечи, вторая покатилась рядом сама, как все наши багажные сумки, и пошла к выходу. * * * Мур ушла, и Кот проводил ее задумчивым взглядом. Весь вечер он пытался просканировать её мысли, но все время в голове вертелась одна ерунда, то Женька, то Эв, то про экзамены. Ничего не понятно. — Дин, девочка явно не тянет на дуру… — Да, это и так видно было по ее диплому. Она закончила обучение еще два года назад, за это время она успела пройти дополнительные курсы по трем направлениям — химик, биолог и генетик. Вообще не понимаю, почему она шастала по седьмому ангару, а не в элите? — Стеф задумчиво почесал затылок. — Кот, а что вообще у нее в голове? — Дин, я тебя сильно удивлю, если скажу, что не знаю! Как и у всех — бантики, фантики, мальчики…. Ну образно говоря…. Но что-то там есть еще, что я не могу прочесть. — Попробуй просканировать ее в момент эмоций? — Дин, я не вчера родился… Ощущение, что она всегда спокойна, как удав. — М-да… Дин, о ней мало что написано, в основном краткая биография, как и у всех учеников… — Стеф, что в этом такого? Вон, о Дине написано во всех документах не больше листа, и что с того? — Кот не понимал, к чему он клонит. — Кот, а все очень просто — родилась, жила, училась в академии, поступила в ОКМУ.… Именно, что все как у Дина… — А в нашего Окму то за что? — КОТ! Будь серьезней, хоть изредка! — Дину шутка Кота пришлась не по вкусу. — Так, вот…. Нет никаких подробностей, так будто она никогда и ничем не увлекалась, никогда не шалила со всеми, вообще сложно поверить в то, что она существует. — Стеф прервал свою тираду, задумчиво почесав затылок — Поступила в ОКМУ, окончила два года назад и проучилась еще на дополнительных курсах. Допустим два года, можно объяснить правилами обязательного образования, что все ученики обязаны находится на территории академии не менее пятнадцати лет. Мало кто остается дольше, но, и такие умники бывают. Но мало кто заканчивает раньше и тем более учится на других программа. Короче, непонятно… — Стеф, а еще что-нибудь о ней известно? — Ну да, она родителей потеряла в шестнадцать или пятнадцать, не помню. Но как-то об этом тоже мало информации.… Погибли и все. Девочка осталась сиротой, на попечительстве у ректора. — Ладно, посмотрим со временем… Так они и стояли в молчании, обдумывая каждый свое. Кот задумался о том, почему эту «крошку» так сложно просканировать (он скривился от этого слова, Тёма обожает его, хотя, по мнению самого Кота, это превращает их в каких-то машин). Девочка вроде обычная, да и память ее как на ладони у него, но ощущение, такое будто ему дают увидеть только верхушку айсберга. А самое странное именно ощущение «позволения» — не он смотрит то, что хочет, а ему показывают то, что можно. Пока он думал к ним подошел Евгений, на глазах у которого он, Кот, весь вечер, в наглую, обнимал Мур. — Оставь ее в покое! — Женя явно был не в духе, потому как попытался схватить Кота за ворот комбинезона — Она тебе не игрушка. — Остынь, парень! — Дин взял за шкирку этого любителя острых ощущений, встряхнул и поставил чуть поодаль от Кота — Объясни ты в чем дело? — Да все нормально, просто не надо играть с Маринкой! Она не игрушка! — Женя явно был зол, в его памяти он видел такое, что любой другой бы засмущался, но он привык с самого детства видеть в мыслях других то, что они стараются спрятать. — По-моему, ты все еще имеешь на нее виды.… А уж какая она гибкая я вижу… — Кот решил подзадорить его — Но ты опоздал… Женя издал утробный рык, и сжав кулаки, уставился на него, напасть ему мешало присутствие Дина за спиной. Они стояли минуту, а может и две, сверля друг друга каменными взглядами. — Так… — прозвучал сбоку голос Мур. Кот подпрыгнул от неожиданности. «Когда она успела так тихо подкрасться?» — подумал он. * * * Выйдя из здания, я застала интересную картину — стоит Женя, стоит рядом Кот, которые примерно одного роста, а за спиной каждого стоят двухметровые башни. И все это в немой тишине и с каменными лицами. Я подошла почти бесшумно, оставив сумки на крыльце. — Так, — громко и четко произнесла я, все четверо аж подпрыгнули и уставились на меня с немым укором — а можно мне поучаствовать в дискуссии? — не обращая внимания на взгляды, продолжила я — Что обсуждаем? — Я, пойду. — сказал Женя и быстро удалился в сторону женского общежития. «М-да… Эв скучать по мне сегодня уж точно не будет…» — злорадно подумала я, вспоминая эпизоды из прошлого. — Ну и? — обернулась я, проводив Женю взглядом. Раз уж начала допрос — будь добра закончить. — Кот как всегда в своем репертуаре… — начал Стеф, как бы жалуясь — сколько раз говорить: умеешь читать мысли, научись молчать! Так вот оно что! Он телепат! — А Тёма? — Тоже, они оба такие, но в отличие от Кота, Тёма хоть молчать умеет. — Сказал Дин. — М-да… Куда я попала? — В дурдом «Солнышко» — задорно ответил, тот, кому права на слово вообще не давали. «А с тобой я вообще не разговариваю» — подумала я. И по глазам я поняла, что он меня понял. — Ну что, — начала я разговор с новой темы — сумки я сама буду тащить или мне помогут? Кот рванул за моими сумками. Такси мы заказывать не стали, решили прогуляться, все-таки по свежему воздуху. Кот всю дорогу выпрашивал прощения у меня, за что я так и не поняла, ведь я не сердилась на него, просто как меня когда-то учили, поставила «блок» и он меня прочесть уже не мог, совсем. Дин и Стеф тихо переругивались между собой о чем-то, я в их разговоры не вникала. Мне было не до них, я наслаждалась вечером, свежим воздухом, ветерком, Луной. Только идя по парку, я поняла, что, скорее всего, уже никогда не увижу Землю, свой родной дом, планету на которой я выросла. Мама, куда меня несет? И чего мне не сидится на месте, как всем? В таких мыслях мы добрели до космопорта почти в три часа ночи. До «Стрекозы» мы добрались еще через полчаса, на любование этой красавицей у меня уже не было сил, поэтому я решила это отложить на завтра.