И так каждую пятницу

По секунде каждые несколько часов, капля за каплей, весенний день растягивается тем больше, чем дольше за ним следишь. Дни перестали казаться сплошной теменью с пятиминутным перерывом на свежие проблески, небо расцвело. Наступила последняя неделя неспешного пробуждения неисправимых засонь, и вот уже совсем скоро из незаправленных покоев высунется тот последний счастливчик, на которого по традиции ляжет ответственность за уборку помещения. С добрым утром! Робкое весеннее солнце спешно покидало небесную арену, на которой ещё этим утром выступали завсегдатаи вечного противостояния. Ничего особенного: встретились по ожидаемому расписанию, разобрались на сей раз по-особенному лениво, чисто показательно поблестели на фоне безоблачной синевы и разошлись по лагерям с нулевым счётом потерь. Должно быть, обе стороны расценили встречу как формальное рукопожатие или, возможно, нежное неуклюжее приветствие после спячки. Весьма удачный расклад битвы повесил в каменном обществе эдакую атмосферу беззаботности и празднества на весь оставшийся день.

Два часа до захода солнца.

Общими силами были завершены приготовления к празднованию окончания спячки. По территории школы эхом разносились редкие отстукивания каблуков снующих самоцветов. Кто в форме с иголочки, кто в воздушных помятых пижамах, кто вовсе голый и дай бог хотя бы в чулках: пока ещё несобранная в единый отряд шпана могла позволить себе любую страшную вольность до конца дня (или до конца ещё как минимум ближайших двух). Вливаться в работу нужно уметь, и делать это нужно постепенно, а главное с удовольствием.

Полтора часа до захода солнца.

Слегка нервные самопровозглашённые организаторы собирали оставшиеся огрызки мероприятий воедино. Все участвующие постепенно стеклись в одну толпу, чтобы собраться в зале зимнего сна в последний раз в рабочем году. Как тараканы, участники приползали со всех концов школы и её территорий: в комнату проникали с блюдцами медуз, странными пустыми бутылками, стопками расписанных бумаг и прочей мишурой вкупе с инвентарём потяжелее. Наверное, как и в прошлом году, местный чернокожий президент выступит с приветственной речью, медленно перетекающей в стендап импровизацию.

Час до захода солнца.

Территория опустела, весь самоцветный концентрат собрался в празднично обставленном зале сна. Не хватало только пары-тройки фигур среди прочих сидячих, но плутающие суетологи – дело глубоко привычное. Семеро не стали ждать одного. Первое торжественное слово перешло усатой старосте. Праздник начался.

Сорок минут до захода солнца.

Практически прогулочным шагом чёрный самоцвет плыл по лазарету, рыща взглядом по слабо освещённому бардаку, оставленному после утренней суматохи. Благодаря вступительной части мероприятия, полчаса которой при желании можно пропустить без угрызений совести, Шерл имел возможность не сильно торопиться в поисках забытой… Колоды карт? Точно, утеря именно этого кусочка весёлой традиции погубила бы развлекательный вечер турнира в «дурака» и сеанса гадания в лучших традициях подставной подтасовки. Спустя некоторое время замеса бумажных обрезков и прочего мусора под ногами, рука потянулась к брошенному потрёпанному картонному коробку, благо тот удачно вынырнул из макулатурной могилы. И ведь кому-то завтра всё это прибирать…

Полчаса до захода солнца.

Со стороны сухого леса, неприлично опаздывая на событие, мчат две грозные фигуры. Солнце потихоньку уходило на боковую, бросая мутную тень в широкие проходы, однако, как только силуэты ступили по школьному мрамору, сразу стало ясно, даже не глядя, кто позволяет себе бестактность игнорировать общий сбор. Звонкая акустика помещения заставляла малейший стук, малейший шёпот многократно отталкиваться от стен и заполнять собой почти всю длину коридора. К сожалению то, что быстро достигло Шерла со спины, нельзя назвать «малейшим шёпотом», однако… - Сука, да ты хоть единожды раз на раз выйди, я… … Однако, предупреждение есть предупреждение. Вечер активно отвоёвывал солнце в свои владения, свет рассеивали сгущающиеся облака. Больше ничего не смело резать глаза, и в лёгком едва заметном тумане прояснились лица уже знакомых товарищей. - Какой раз на раз, стеклотара ебаная? Тебе щелбан дай – ебало в ноль, - ловко парировал тёмный колючий камень. Голоса порой перекрикивали друг друга и смешивались в хрипящую злобную кашу. Периодические вскукареки больных дедов хоть и стали почти повседневной нормой бытия, но что-то в этом конкретном тоне не сходилось. - Ну давай, давай, опять про твёрдость? – рыжий топаз резко мотнул головой в ярком возмущении, от чего под ногами пластины волос затрещали как колокольчики на входной двери, - Кроме твёрдости есть аргумент? Остальные свойства похуй и не в счёт? - В твоём случае похуй, чё там в наборе полуфабриката? - Ебать повтори?! Схуяли? - Пушто ты пидор ёпты! -… А может ты пидор? На секунду в помещении застыл воздух, и следующее, что развеяло тишину, заставило бы любого самоцвета рефлекторно скукожиться. Шерла настиг всё приближающийся звук стеклянного скрипа бодающихся вояк. Странные звуки столкновений порой резали, как скрежет ногтей по металлу. - Нет, ты пого- НЕТ, ты погоди, - Империал перебивал то ли алмаза, то ли самого себя, - Нет, вот пока не стемнело, пойдём разберёмся, - камень играл на агрессивном языке тела, всячески выводя и выталкивая Пике в сторону выхода. Толкотня продолжалась какое-то время, хотя ни один камень так и не переступил черту, выходящую дальше линии колонн. В какой-то момент невнятная ругань переросла в собачьи игры с погоней. Неутихающий тон смертельных угроз и ебания адамамаш резво переносился дальше по коридору, исключая для Шерла шанс для незаметного тихого отступления. Кажется, дикие псы физически не имели возможности заметить статичную фигуру наблюдателя, что играло семёрке в какой-то степени на руку, но стоило издать звук, и церберы бы наверняка сместили внимание на новую мишень. Всё же псовое торнадо – вещь непредсказуемая и имеет свой радиус разрушения. За неимением ни у кого оружий под рукой, в воздух со зла полетели инструменты, забытые и оставленные на всех поверхностях во время подготовки к событию. Какие-то ножи и скальпели, канцелярия, медицинские припасы осколков – обстрел производился из всех орудий и покрывал случайным огнём широкую область для потенциального отхода. Прихватив забытую колоду, Шерл тактически отошёл в укрытие – ближайший выпотрошенный опустелый шкаф. Как только дверца тихо запахнулась, снаружи её добил «сюрикен» рандомного красного алмаза, веером выброшенный в общее направление чёрной нечисти. Где-то рядом загромыхал стул, от приземления сломавший тонкую деревянную лапку. Никто никогда не узнает, в чём он был виноват. Позиция зрителя, скрывающегося за узкой щелью, давала призрачную гарантию спокойствия посреди суматохи. Призрачную лишь потому, что никто не мог предсказать, придёт ли твердоцветам общая мысль на один единственный нейрон, который они между собой делят – ловить друг друга в опрокинутые шкафы. К счастью, один нейрон на двоих разделил судьбу ещё более глупо, и профессоры-агрессоры сцепились в подобии чего-то рукопашного.

Пятнадцать минут до захода солнца.

Шерлу в тот момент было уже не до мероприятий, пусть камень и был ожидаемой фигурой в списке присутствующих. Даже если эти найденные картишки не достигнут своих шулеров вовремя, любое чужое недовольство будет стоить того свежего нефильтрованного шоу гладиаторов. Почти что первый ряд, почти что лучший обзор и абсолютно точное отсутствие риска быть обнаруженным. Смешались в кучу кони, люди, а также в коридоре нельзя было расслышать толком ничего, кроме ужасного скрежета и невероятного мешап микса всех возможных комбинаций «гандона кусок, отвечать будешь», «моргалы выколю», «ебло сломаю тварь» feat «закопаю под школой» & «хуйня дефектная». В контактном же бое происходящее нельзя квалифицировать более точно, чем термином «слепой махач». Первым делом летели хрупкие соединения волос, ранее хоть как-то защищавшие бестолковые головы, после же расцвели прямые глубокие травмы, над которыми бедные медики будут пыхтеть сразу же после праздников, а может даже и вместо них. Если десятка могла наносить удары и не бояться за себя, то топазу приходилось использовать части тела Пике против неё же, всячески заламывая руки в качестве рычагов и добиваясь хруста подвижных соединений. - Давай, дожимай, даю тебе две минуты, - Пике, скрученная по рукам со спины, толкает восьмёрку вглубь лазарета, куда заходящее солнце практически не дотягивается. Парочка наконец целует стену с некоторого размаха, и Империал, полностью отрезанный от освещения тушкой десятки, разжимает хватку. Оранжевый камень слегка поплыл по стенке. - А на закат-то огненный махаться не выйдем? А, да, ты меня там не разгляди-, - восьмёрка обрубается на полуслове, отхватив закономерного леща в бочину. - Это не так работает, ебло - Так точно, майор Монохром, аха~ - Ты блять понимаешь, тебя не найдут завтра? – Алмаз одной рукой и давлением всего своего веса пригвождает соперника к стене так же легко, как иголка прижимает бабочку в рамке. Бабочка, несмотря на раскинутые щупальца своих волос, никак не может уловить побольше света со всей периферии. - Понимаю, ты ж мне всё чёрным по белому говоришь, - восьмёрка сделала попытку оценить возможности, попытавшись оттолкнуть Пике обеими руками, но ехидство её слов только сильнее подкрепляло агрессию куска живой чёрной ночи – глыба даже не сдвинулась.

Пять минут до захода солнца.

Неизвестно, как эти двое будут оправдываться перед дежурными и старостой за масштаб разрушений. Страдают не только твёрдые лбы, но и инвентарь, и полированные кварцевые стены. Придётся придумывать оправдательную легенду с самого раннего утра. Что-то из разряда повторного нападения лунян или…? Не важно, что двое наиболее серьёзно тренированных и по идее уважаемых камня будут стараться наплести, у Шерла вызовет улыбку любая версия. Пока под боком неторопливо угасал фееричный спонтанный конфликт, заложник шкафа витал в своих мыслях. Пальцы самоцвета машинально мяли и перебирали карты толстой колоды, а голова прикидывала, насколько ценными будут союзники, готовые «сотрудничать» за неразглашение парочки сочных обстоятельств. - Тебе уже деться некуда, ты всё байтишь. Помочь починить тормоза? – Пике грубо вдавливает дежурную в стену в стиле старого доброго гидравлического пресса, и в какой-то момент Империал исходит трещинами насквозь в месте давления. Будучи в ожидании любой агрессивной реакции, алмаз слегка вгоняется в краску, как только восьмёрка кинулась обхватывать её шею. - На кой чёрт мне тормоза…? – Империал ловко подавляет смех и, маскируя этот спазм, рывком тянет десятку поближе к своему лицу, - У тебя всё равно все сигналы светофора одинаковые, - договорив ласковые слова на ушко злому хищнику, топаз спешно цепляется обеими руками за плечи атакующего. Закономерный лещ, прилетевший в место прежнего давления, молнией распространил по телу глубокие уже наметившиеся трещины. По такой паутинке камень не сможет самостоятельно развалиться, однако топаз, будучи куклой на солнечной батарее, от нехватки энергии теряет контроль над нижней частью тела.

Солнце заходит.

- Как-то ты скромничаешь, мне даже обидно. Не совсем ожидаемый исход драки, и уж тем более не самый закономерный тон, который можно было подобрать для диалога. Оба камня уже подавно забыли, в чём была суть перепалки и кто там кому что пытался доказать. Топаз, беспомощно свисая с шеи соперницы, практически мурчала что-то бессвязное. - Да чего за рожа у тебя довольная? – в желании скинуть с себя рыжий груз, Пике путается в чужих руках и кое-как кидает восьмёрку в стену, попутно ломая её плечо по намеченной в махаче перфорации. По красивому сколу, без крошки и пыли, строго по спайности. Со стеклянным звоном Топаз падает в ноги победителю и больше не может двинуться. Солнце зашло. «Довольная рожа» совершает некоторое усилие, чтобы остаться в сознании на минуту дольше. - Вот сейчас мощно было, спасибо - Да ты чё- БЛЯТЬ, опять байт на БДСМ, тварь? - Аха~ Ну а до кого мне ещё доёбываться? Ты же не в обиде? - Эротика мертва, смирись. Клянусь, ещё раз, и тебя реально не найдут - … А тебе тут ещё убираться :) - А тебе завтра чинить стены ;) - Да иди ты нахуй… Снаружи окончательно стемнело, и искалеченный камень начисто умолк до следующего утра. Шерл не отрывал глаз от сцены и тихо улавливал всё происходящее, благоразумно не решаясь выйти даже на помощь. Пусть актёры сами зачистят помещение, а после… После можно будет как следует подумать, что делать с полученной информацией. Кто знает, быть может, следующие представления можно будет ставить уже самостоятельно – всё зависит от сговорчивости церберов. В конце концов, они уже умеют как следует работать на Адамаму из-под палки и не жаловаться, чем же хуже та же самая работа, но «по старой дружбе»? Пике, тихонько выругавшись в ночи, кое-как поставила пару стульев, раскиданных дракой, по местам. Такой вклад в уборку никак не замаскирует исцарапанные и пробитые стены, порчу имущества и медицинских припасов – остаётся только молиться. По происшествию короткого времени от темени можно было выколоть глаза, и Шерл стал ориентироваться только на звуки снаружи. Злющий топот, парочка случайных столкновений с мебелью и, наконец, сокрытие Топаза. По завершению всей активности дверь шкафа с тихим скрипом распахивается. Должно быть, самоцветы в зале сна давно заждались своего посла. С игрой в «дурака» всем явно пришлось повременить, но вот к сессии гадания семёрка точно успеет. Наверное, не стоит никому ни о чём говорить. Невыгодно, да и не поверят… По крайней мере вот так сразу. Дождаться бы утра. Какая, интересно, легенда оправдает погром на этот раз?