Портрет

      Краски, мелки, грязная вода. Все эти пункты в создании портрета раздражают Моракса, краска словно слизь слайма липнет к рукам, как бы Архонт не держал кисточку. Цветные мелки, наоборот же, неприятно сушат руки.       Аккуратная кисть, мягко проходится по холсту, создавая на холсте мягкие пёрышки.       Яркий мелок, помогает задать контуры, придать глазам сверкающий вид. Память Властелина Камня безупречна, любой образ веками не сходит с воспоминаний Архонта.       Ладонь замирает в воздухе, глаз невольно цепляется за персиковый румянец, рисунок словно фотография, передаёт каждую черту, чужого лица.       Под толстым деревом, верно восседал Адепт, лишь изредка смотря на холст перед Архонтом.       Алатус смертельно устал, а чувство крови на ладонях не уходит со временем. Якса замечает ступор Рекса Ляписа, и медленно приближается к Архонту. - Вы закончили?- Рука невесомо ложиться на чужое плечо, заставляя Моракса выйти из омута воспоминаний. Обернувшись снова к холсту, мужчина опустил кисточку на стойку. - Да.-Архонт устало прикрыл глаза.       Взор Адепта невольно цеплялся, к аккуратным мазкам на картине. Нежные цветы Сесилии ровной рамочкой окружали края холста, кожа Барбатоса светлая, чуть ли не блестит, а глаза как два светлячка кружили в радостном танце, делясь своим тёплым светом.             Крылья словно пух, что прилип к не высохшей краске, рука так и тянулась прикоснуться к ним, надеясь согреться в мягких перьях. - Ты пойдёшь со мной?- Адепт отрицательно покачал головой. Моракс всё понимает. ****       Плотные тучи сгустились у Храма Ветров, дождь выжидающе ждёт чего-то, или кого-то. Холст закутан в плотную ткань, защищая картину от повреждений. - Барбатос?- Снимая плотную ткань, Архонт подстелил её под крепкую раму картины, облокачивая холст на разрушенную плиту. Ветер слабо качнул высокую траву, сразу затихая. - Мы скучаем.- Колени касаются влажной травы, плечи ссутулятся. Моракс устал, всё тело до сих пор в его крови. ****       Те самые белоснежные крылья безжалостно болтаются на дереве, отдельно от своего хозяина. Ветер стих, будто время остановилось. И для Моракса, это самые длинные минуты в жизни.       На траве следы крови, по которым Гео Архонт нехотя следует, в надежде зовя своего барда. Сяо остался позади, пытаясь стереть из памяти торчащие из крыльев кости, и до смерти напуганных животных.       Впервые за историю, у Властелина Камня дрожит рука. Укладывая тело Анемо Архонта себе на колени, Моракс не мог унять собственный страх и ужас.       Венти с трудом поднимает померкшие глаза на любимого, не в силах поднять к тому руки. Тело нездорово бледное, в многочисленных гематомах, энергия утекает вместе с алой кровью, а влажные от слез щеки невольно дёргаются в попытках сказать последние слова.       Несколько прерывистых вздохов вырываются из груди Моракса, пока голова не падает к холодному плечу барда. Прижимая к крепкой груди вялое тело, Гео Архонт захлёбывается в собственных рыданиях, не сдерживаясь за столько лет.       Тёплая ладонь ложится на глубокие раны, безуспешно и тщетно пытаясь остановить кровь. Венти из последних сил касается щеки Моракса, стараясь в последний раз так же ярко улыбнуться любимому. - Я вижу птиц, Моракс.- Холодная ладошка стирает горячие дорожки из слез, Архонты в последний раз прижимаются лбами друг к другу.       Тело барда рассыпалось на ветру. ****       Портрет живой и яркий, будто сам Барбатос улыбается прямо с холста.       Сам же художник, умер вместе со своей музой, рассыпаясь на ветру.