В начале мая

Иногда лишь одна спонтанная встреча может стать судьбоносной.

Вы когда-нибудь задумывались о том, что всего одна встреча может изменить в вас что-то. Я тоже не задумывался об этом, пока не встретил Чую. До встречи с ним мне казалось, что ничего не заставит моё сердце так волноваться. Ни женщины, ни мужчины, на такое были неспособны. Их словно пугал барьер выстроенный мной.

***

— Ку-ни-ки-да~ у меня тут ЧП! Доппо вздохнул, поправил очки и попытался не обращать внимания. Но подлетев сзади, Осаму со всей дури, звонко шлёпнул напряжённое плечо. Бровь Куникиды нервно дернулась и ему пришлось отставить записи. Если не ответить, его будут донимать вечность. Самопровозглашенной «лучший друг» Доппо был хуже занозы в пальце и бревна в жопе. — Что ты успел натворить? — Ну почему сразу натворить? — обиделся Осаму, но примостился рядом. — Может потому что я знаю тебя не первый год?! — Ударив своим ежедневником о парту, сказал Доппо. Его очки опасно блеснули. Сидевшая рядом с Куникидой Акико шикнула на них и пригрозила канцелярским скальпелем. От его остроты по аудитории полетели солнечные зайчики. Примирительно подняв руки, Дазай спрятался за друга, но тот защищать его отказался. За шкирку посадив Осаму обратно, Доппо стукнул того по лбу ежедневником. — Спокойнее Куникида. Я ничего не натворил, а ты меня ударил… — Быстро протараторил Дазай, обиженно дуя губы. — Тогда, что за «ЧП» у тебя приключилось. — Устало поинтересовался Доппо. — Ну… Понимаешь, — Дазай кокетливо повилял бёдрами, — слушай!..

***

Я часто засматривался на его профиль, на его тонкие, сжатые губы, на острый нос и улыбку. Она была пугающе красива. Про себя я называл его «Девушка с жемчужной серёжкой», за пронзительный и отрешенный взгляд. Порой я поражался вихрю рыжих локонов на его вертлявой голове, Чуя выделялся бы в толпе, даже в самом центре Сибуя. Если раньше я лишь замечал его краем глаза, то сейчас я намеренно ищу его в потоке студентов. Если мне не удавалось увидеть его, я чувствовал растерянность, он редко пропускал занятия. Но стоило увидеть его, пусть даже мельком, щеки начинают гореть, сердце выделывать невозможные кульбиты. И смешно и грешно.

***

— Я не понимаю что со мной происходит. — Растерянно проговорил Осаму. — Я такого ещё никогда не чувствовал. -О, Ками, — Раздраженно прошипел Куникида — ты и вправду стихийное бедствие. Всё же и так понятно. -А? — Склонив голову на бок, непонимающе спросил Дазай.

***

Идя домой, Дазай прокручивал в голове недавний разговор с Куникидой. Он понимал, что его друг прав, но не мог это принять, пока не мог. Ему нужно было хорошо это обдумать.

***

Осаму никогда не думал о людях, в романтическом плане, они просто существовали отдельно. Акико, Куникида, и многие другие его друзья, не становились для него чем-то большим. Ему казалось, что так будет всегда, люди будут для него родными, близкими, но не любимыми. Но после встречи с Накахарой, что-то в нём начало понемногу меняться. И по прошествии этих месяцев, когда он мог наблюдать за ним, в нём постепенно росла мысль о том, Чуя может ему нравится не просто как человек, а как парень. И эта мысль постепенно укоренялась в его сознании, и сегодняшний разговор закрепил её окончательно. Он понимал, что не сможет долго игнорировать, и ему всё равно придётся смириться со своей влюбленностью. И быть может это чувство ещё не окрепло, но оно росло в нем целый год. Стоит дать своему сердцу свободно распоряжаться чувствами, хотя бы один раз. Будет ли это хорошей идеей или нет, можно выяснить потом.

***

— О, прости! — Привычно задорно извинился Дазай и начал собирать разбросанные вещи. — Смотреть надо, куда прёшь! От голоса звучавшего над головой Дазай остановился и широко раскрыв глаза, уставился в тетрадь у себя в руках. На обложке красовалось «Чуя Накахара. Менеджмент». Осаму все же решился поднять голову, поглядел. А потом, как под трансом выдал: — Май нынче жаркий, могу в знак извинения пригласить на чашку гляссе…