Мир держится на нашей любви

Сквозь пелену нахлынувшего ливня спустя время парни увидели собор. Недолго думая,они забежали внутрь. Тишина. Каждый шаг хлюпающих ног отдавался эхом от величественных исполинских стен. Единственным источником света здесь были многочисленные витражи высоких стрельчатых окон,поэтому все скульптурные сцены из Евангелия,стоявшие по центру длинного нефа и мимо коих проходили осторожно мальчики,находились в жутковатом полумраке. Такемичи сильнее сжал руку Манджиро. Идти было страшно. С каждым шагом страх усиливался,безумие брало вверх над разумом,глаза метались всё быстрее по витражам,а адреналин жгуче обливал тревогой и волнением натерпевшееся за последнее время множество кошмаров сердце Мичи. Рука любимого будто бы вытягивала из пучины боязней. Они подошли к алтарю. На нем взаправду лежала толстая книга,очень схожая с той,что была в библиотеке. Перелистывая страницы,Майки вслух шёпотом заметил: —Здесь…не написано половины книги!! Абсолютно ничего нет! А последняя запись про нас с тобой…стоп,что? Такемичи через плечо попытался разглядеть текст. К удивлению,не французский. Японский. И текста в основном не было,были картинки. Иллюстрации разных времён и эпох. И прописан весь этот год,до того,как Такемичи Ханагаки взвыл в мольбе к Всевышним потусторонним силам. После их путешествие до Парижа,плен Ханагаки,воссоединение мальчиков и их прибытие в собор. Такемичи водил пальцем по строчкам,перевернул последнюю страницу и… -Стоп,-не понял Такемичи. На странице был нарисован он. И Майки рядом. Точно в такой же позе. Такемичи заглянул на следующую страницу,однако ничего не нашел. —Здесь все действия отражаются в реальном времени,-пояснил Манджиро. И замер. Сзади них прорисовывался невидимым карандашом силуэт в арочном проеме. До боли знакомый и тому,и другому парню. Мужчина всё же их нашёл. Пока Ханагаки стоял в оцепенении,Сано судорожно искал по всей книге хоть какую-то подсказку. Мужчина еле держался на ногах,однако медленно передвигался к парням. «Безнадежно»-подумал Майки. —Кто вы такой?-пролепетал Такемичи мужчине. Было тихо,но в этой звенящей тишине слова отражались от стен будто бы колокольным звоном. Мужчина молчал. Парни точно его не знали раньше? И тут на последней исписанной странице вырисовывались слова. Слова,которые нужно будет сказать каждому из ребят. —Я извиняюсь,-тихо выпалил Майки,отрывая страницу и отдавай половинку Такемичи.—Мичи,ты должен вслух сказать эти слова,пока мы сейчас побежим по разным коридорам. Мужчина отдышался и уже без опоры стоял на ногах. В его руке при тусклом свете еле добирающихся досюда через витражи лучей блекло сверкнул нож. —В рассыпную!-шепнул Майки,и парни рванули по разным коридорам. —А ну стоять!-крикнул мужчина так,что даже в самых дальних уголках собора это прозвучало удивительно громко. Ноги Такемичи сами несли парня куда-то,а он пытался на бегу прочитать тот замысловатый текст. —«Доверившись человеку другому, я сердце опечатанное открыл. Рухнули оковы,подобно грому. Теперь я готов спасти мир.» Витражные стекла рядом постукивали мелкой дрожью. Такемичи забрёл в отдаленное темное место. Пускай он и боится темноты,здесь было,как он считал,безопасно. А это главное. Довольно удивительно было ходить по католическому собору,ибо до этого он бывал только в синтоистском святилище. «Да уж,диндзя и этот храм заметно различаются. И всё же и там,и тут люди делают одно и то же - верят. Каждый во что-то своё,но эта вера и надежда на лучшее помогает им продолжать жить»-размышлял Ханагаки. Ему осталось надеяться,что Майки выполнит свою часть. И они поедут домой. Вернуться,и всё будет.. —Хо-ро…-шептал по слогам Такемичи,но не договорил: он удивлённо вскинул голову и посмотрел на место,где почувствовал резкую боль. По плечу растекалось алое пятно,словно раскрывающийся бутон розы. Рана ужасно жгла,она будто было объята трескучим пламенем. На полу рядом трясся и кашлял мужчина. Он снова встал и начал приближаться. —Я слегка промахнулся. А сейчас позволь мне нанести нужный удар. —Такемичи!! Сквозь шум в голове,как сквозь белые помехи на телевизоре,был слышен глухой стук и ещё один,будто кто-то падает на пол. И Такемичи не мог удержаться на ногах. Колени тряслись,рана изнывала и пульсировала. Он прислонился спиной к столбу и медленно начал сползать. Что-то ещё тёплое обвило его тело и придержало для безопасной посадки. Через дымку слез и темноты были видны знакомые светлые волосы. Немыслимо,что раньше,завидев эти пряди издалека,он бежал сломя ног в другую сторону,лишь бы быть дальше от компании с главарем по имени Манджиро Сано. —Такемиччи,ты меня слышишь? Мичи,мы победили. У нас получилось. Крепкие руки подняли парня и бережно донесли до ослепительно яркого выхода. Вышло солнце. На улице суматоха,смех,разговоры,люди ходят по улицам и магазинам,удивляясь,как же так быстро отросли трава и кусты. Рана перестала кровоточить. Такемичи попробовал сам устоять на ногах. Он вышел в свет улицы из тьмы коридоров собора. Он будто бы вышел из темного всепоглощающего прошлого и постоянного самокопания в самое безупречное и сияющее будущее. В его жизни появился человек,которого он точно никогда не забудет. —Победили? И правда,-улыбнулся Ханагаки. Та улыбка была самой детской,наивной и оттого прелестной и бесценной. А после парень отключился. Сано успел подхватить его,но сам тоже почувствовал ломоту в теле и аккуратно присев с телом особенного для него человека на лестничных ступеньках,вырубился. Он был так счастлив,что наконец увидел эту облегченную улыбку. Самую ясную,словно солнце,и самую прекрасную и отважную,как у героев,спасших мир. А ведь именно это они и сделали,верно?