33. В преддверии вечера
17 апреля 2022 г., 13:34
***
По пути обратно в подземелья Драко сосредоточенно хмурился. В голове крутился инцидент с Грейнджер, в котором он только что поучаствовал. Прежде чем отправиться на ужин, он намеревался зайти в библиотеку за несколькими дополнительными книгами, чтобы подготовиться к экзамену по Зельеварению. Юноша не ожидал, что темноволосая ведьма вылетит из библиотеки и резко свернет за угол, отчего врежется прямо в его грудь. Действительно, кто еще это мог быть... Честно говоря, Драко не возражал против того, чтобы они вот так сталкивались друг с другом, в прямом смысле этого слова. Изначально блондин ожидал найти ее в библиотеке. Наряду с запланированным поиском учебников, это было одной из главных причин, по которой он туда пошел. Последние несколько дней Пэнси висела на нем, как пиявка, и ластилась к его боку, как преданный щенок к хозяину. И если раньше Драко был бы польщен, теперь его порядком раздражало, когда она при любом удобном случае обхватывала его руку и начинала болтать о том, как они пойдут на бал, и все смогут увидеть их вместе. Драко не скрывал, что не очень-то и хотел пойти с ней, когда слизеринка сама позвала его. У него были другие планы насчет того, кого пригласить сопровождать его Рождественским вечером. Но в итоге он оказался в той ситуации, в которой оказался. Когда Грейнджер наконец перестала ругать его за высокомерие, он поинтересовался ее планами на канун Рождества, чтобы узнать, придет ли она на бал. Юноша не был уверен, почему так отреагировал, но услышав, что она придет туда, испытал облегчение оттого, что вечер будет не таким уж и ужасным. Возможно, если удастся отвлечь Пэнси, он бы мог пригласить Грейнджер на танец. Как друга, конечно. Затем Драко спросил, с кем из двух Золотых мальчиков она пойдет. Девушка посмотрела на него как-то странно и выглядела оскорбленной вопросом. Она заверила его, что кое-кто другой пригласил ее на бал, а не Поттер или Вислый. Это его удивило. Он не хотел показаться слишком нетерпеливым, но в то же время жаждал получить ответ, поэтому спросил, с кем она идет. Он понял, что попал в своего рода ловушку, когда уловил едва заметный коварный блеск в ее карих глазах. В такие моменты юноша не мог не ощущать прилив гордости за то, что она перенимала его слизеринские манеры. В конце концов, принцесса Гриффиндора время от времени могла немного похулиганить. Грейнджер приняла мечтательный вид и начала болтать о парне, который все-таки набрался смелости пригласить ее, на что она сразу же согласилась. Драко не понял, что за чувство закипало в его груди. Или, по крайней мере, не хотел понимать. Пока он слушал ее болтовню о каком-то другом парне – а не о себе и своем «очаровательном характере» и «великолепной улыбке» – он заметил одну вещь. Он с легкостью проглатывал подобные разговоры Пэнси и ее вечно хихикающих подружек в гостиной Слизерина. Но по какой-то странной, непонятной ему причине с Грейнджер все было иначе. Ему не нравилось слышать, как лестно она отзывается о другом парне с такой головокружительной и довольной улыбкой на лице, словно сама была влюбленным щеночком. Он просто не мог этого вынести. Откровенно говоря, от этого то странное чувство внутри закипало еще сильнее и растекалось по венам, отчего кулаки сжимались сами собой. Наконец, потеряв остатки терпения, он более настойчиво спросил, с кем она идет. В тот момент, когда имя сорвалось с ее губ, его глаза округлились до размера галлеонов, а челюсть отвисла. Юноша вспомнил свое потрясенное «ЧТО?!», которое эхом раздавалось в коридоре, пока девушка корчилась от смеха. Прежде чем он успел сообразить, что она смеется, прикрыв рот ладонью, в его голове пронеслись все возможные варианты, когда она успела так сблизиться с его другом, а он этого даже не заметил. Судя по тому, что видел блондин, они неплохо ладили, но никогда не общались, не считая пары коротких фраз. Но даже тогда, в тот единственный раз, когда Тео и Грейнджер разговаривали, Дафна и Блейз были рядом. Юноша заключил, что ни один из них, похоже, не стремился по-настоящему узнать другого чуть лучше. По крайней мере, он так думал. В тот момент, когда она произнесла имя Тео, чувство, клокочущее в груди, распирало его изнутри. Внезапный всплеск накопившихся эмоций, которые он до сих пор отказывался признавать, вырвались наружу резким криком. Неистовый румянец пополз по шее блондина, когда он понял, что только что сделал. Драко, наконец, вышел из состояния шока и... других чувств, когда ее смех наконец достиг его ушей. Румянец, который уже добрался до лица, набрал скорость и залил его щеки. Юноша всем телом ощутил подступающий жар. Он знал, что теперь ее смех будет преследовать его до самой ночи. И, если посмеет, ангельским звуком прорвется в его кошмары. Проморгавшись, чтобы вернуться к реальности, когда девушка успокоилась, слизеринец нахмурился и отказывался встречаться с ней взглядом. Она снова и снова извинялась, пока у них обоих не восстановилось нормальное сердцебиение, у одной от смеха, а у другого – от смущения из-за предыдущего всплеска чувств. Драко мысленно ругал Грейнджер, когда она продолжала говорить ему, что, хотя у нее уже был партнер на вечер, это был не Тео. Блондин признал, что желудок скрутило от известия, что, хоть она и собирается на бал, она будет там не в компании других ее лучших друзей. Драко смотрел, как она идет по коридору на ужин, а затем встряхнул головой и пошел в библиотеку. Несмотря на ее попытки разубедить его, он не мог не окинуть взглядом читальный зал в попытке высмотреть Нотта. Когда среди книжных полок друга не оказалось, он раздраженно фыркнул и направился к маленькому укромному уголку, который он делил с Грейнджер. По мере того, как время близилось к ночи, юноша успел сделать почти полметра заметок и дочитать главу о новейшем зелье для дыхания под водой. Хотя, как он был уверен, оно ему никогда не понадобится. Собирая вещи, блондин убедился, что вокруг никого нет, прежде чем выскочить из своего или, лучше сказать, их личного книжного уголка и метнуться за один из стеллажей со стопкой книг в руках. Он подошел к столу и положил на него учебники. Когда Драко принялся аккуратно складывать их в сумку, он задержался на последнем, что взял в руки. Экземпляр «Гордости и предубеждения» Грейнджер большую часть времени лежал в отделении его сумки. В половине случаев юноша даже не помнил, что носил его с собой. Он по-прежнему не собирался возвращать книгу, если только она не заставит его. Для него роман был неким напоминанием об их первом настоящем разговоре... Возможно, если он осмелится сказать, первом проблеске надежды на их дружбу. Драко удалось свыкнуться с тем, что произошло между ним и Грейнджер за летние месяцы и даже за пару недель до каникул. Она была умной девушкой, только дурак стал бы это отрицать. Но он узнал, что она также была довольно остроумной, чуткой и добродушной. И несмотря на то, что ему было больно признавать это, она и правда была довольно талантливой волшебницей для своего возраста. Зажав книгу под мышкой, блондин вскинул голову при звуке приближающихся шагов. Он огляделся и обнаружил, что вокруг никого нет, хотя ему показалось, что он слышал еще и тихие всхлипы. Юноша отмахнулся и решил, что это всего лишь игра воображения, и тогда двинулся обратно в гостиную. Ужинать совсем расхотелось. Он вздохнул и потёр висок: он ощущал, как голова начинает раскалываться от боли. В последнее время это случалось довольно часто. Оказалось, что единственный раз, когда юноша был не готов сказать человеку, чтобы он закрыл рот, если скажет еще хоть слово о несчастном турнире, был во время Ухода за магическими существами. Один из немногих уроков, которые он действительно ждал. Убеждая себя, что это только из-за встречи с Ноктис и ее шалостей, Драко назвал пароль и скользнул в проход в стене. Он даже не потрудился взглянуть на группу хихикающих девушек на диванах в гостиной, когда краем уха услышал слова «волосы» и «платья». Он скривился про себя, зная, что Пэнси наверняка была инициатором этого разговора. Мерлин, досталось же ему.***
Неделей позже К Рождеству Хогвартс украсили всеми возможными способами: венки висели почти в каждом коридоре, в некоторых углах и дверных проемах была замечательная омела. Большая, невероятной красоты ель стояла в передней части Большого зала, а под самым потолком хор призраков распевал праздничные песни. Во всем замке царило Рождественское настроение. Гермиона не могла отрицать: хоть она и скучала по дому на каникулах, праздники в Хогвартсе она никогда не забудет. До Святочного бала оставалось два дня, и почти у каждой школьницы от волнения голова шла кругом. Несколько парней, в особенности двое ее лучших друзей, казалось, были немного подавлены своим нынешним затруднительным положением. В тот вечер, когда она вернулась в гостиную после довольно оскорбительного приглашения Рона, девушка узнала, что ни он, ни Гарри никого не позвали на бал. Гермиона уже знала, почему Гарри вел себя так, но вот оправдание рыжеволосого друга ей было не понять. Он очень хотел пригласить любую ученицу Шармбатона. Но из-за того, что он только застывает и пялится всякий раз, когда одна из них проходит мимо, Гермиона весьма скептически относилась к тому, что он наберется смелости позвать их на бал и вообще сможет убедить кого-то из них пойти с ним. В конце концов, его мантия была просто ужасна. Миссис Уизли, очевидно, прислала ему более... традиционную. Гермиона не смогла сдержать смех, когда увидела ее в первый раз. Мантия была больше похожа на пальто с такой же шляпкой, и вообще выглядела как длинное темно-бордовое бархатное платье со старомодной кружевной оборкой на воротнике и такими же кружевными манжетами. Гермиона была рада узнать, что ее родители не собирались делать ничего подобного и отправили ей собственный наряд для бала. Поднявшись по обледеневшим каменным ступеням совятни, она стряхнула с волос снежинки и вошла внутрь. К слову, совятня была не самой чистой частью замка, но все же она стала более подходящим местом, чтобы убежать от проблем из-за уроков или поисков партнера на танцы. Или чтобы просто подышать свежим воздухом. Поднявшись на второй этаж, она пробежалась глазами по множеству жердочек и гнезд с зарывшимися в них совами. Некоторые из них мирно спали, в то время как другие подозрительно смотрели на нее огромными сверкающими глазами. Внимание девушки привлек птичий крик в окне, и она повернулась к балкончику совятни. Вылетевшая из леса крупная сипуха несла солидный для своего размера сверток. Остервенело хлопая крыльями, чтобы не накрениться и не свалиться на землю, сова чуть не врезалась в нее и приземлилась на одну из перекладин совятни. Сипуха раздраженно ухнула. Гермиона была уверена, что, если потянется за письмом к почтальону, он клюнет палец или даже два в отместку за то, что нес такую тяжелую ношу. Медленно вытянув ладонь, она осторожно провела пальцами по перьям на затылке, отчего недовольная птица успокоилась. Сова тихонько ухнула, бросила письмо ей в руку и взъерошила перья. Когти все еще крепко сжимали увесистый сверток, привязанный к лапкам прочной веревкой. Девушка вскрыла конверт и прочла письмо от родителей: Гермиона, Ты рассказывала нам об одном событии, которое проходит в Хогвартсе. И, поскольку оно включает в себя бал, я взяла на себя смелость сходить в Косой переулок. В общем, это был не самый лучший опыт. Мы с твоим отцом с трудом ориентировались в магазинах, но все-таки нам удалось найти дорогу в лавку мадам Малкин. У нее в витринах были выставлены прекрасные платья. Видимо, этот наряд не очень популярен среди современных юных ведьм. Но, честно говоря, я думаю, что ты будешь выглядеть в нем просто великолепно! Как всегда, моя дорогая. Желаю тебе хорошо провести каникулы в Хогвартсе. Мы с отцом тебя очень любим. Мама P.S. Надеюсь, у совы, которую мы послали, не было особых проблем с доставкой. Я не была уверена, есть ли другой способ передачи посылок, поэтому мы сделали все, что смогли! Гермиона читала с улыбкой на лице. Она слегка покачала головой и чуть не хмыкнула, когда узнала, что им удалось добраться до Косого переулка и найти нужный магазин. Спрятав письмо в карман пальто, девушка наклонилась вперед и принялась распутывать веревку, привязывающую сверток к когтистым лапам птицы. В тот момент, когда она развязала последний узел, сипуха радостно заухала и захлопала крыльями – она явно была рада избавиться от груза. Девушка отдернула плотно завернутую бумагу и открыла коробку. При виде такого платья у нее перехватило дыхание. Мягкая ткань была струящейся и легкой, она ниспадала нежными голубыми волнами. Платье, видимо, полностью покрывало плечи, но слегка открывало спину. Гермиона накрыла рот ладонью, чтобы не завизжать от восторга. По правде говоря, она была уверена, что некоторым ее однокурсницам платье покажется довольно простым и неброским. И все же она была более чем довольна. Нет, она была в восторге от того, что стала обладательницей такого искусно сшитого парадного наряда. Аккуратно завернув его обратно в упаковку, Гермиона собрала остальные свои вещи и в последний раз погладила сову, отчего та довольно ухнула. Девушка так быстро выбежала из совятни, что удивилась, как не поскользнулась на обледенелой лестнице. Она устремилась обратно в замок, чтобы показать Джинни свой подарок, а еще хотела увидеть Гарри, прежде чем он ляжет спать. Друг все еще ничего не сделал, чтобы подготовиться ко второму заданию, но она была готова ненадолго оставить его в покое, чтобы у него была возможность найти спутницу. Он до сих пор не позвал на бал ни одну другую девушку, кроме Чжоу, хотя некоторые студентки сами пригласили его, на что получили отказ. Спрятав сверток под мышкой, Гермиона прошла по коридорам замка и поднялась по движущимся лестницам, назвала пароль и зашла в теплую гостиную Гриффиндора. Ее щеки были пунцовыми от порывистого зимнего ветра. Она была уверена, что волосы выглядели еще более спутанными и лохматыми, чем обычно. Гермиона не собиралась заниматься этим сейчас, поэтому направилась в спальню для девочек в надежде увидеть одну рыжую ведьму. Как и ожидалось, стоило только открыть дверь, и она оказалась лицом к лицу с Джинни. – Ты получила его? – спросила Джинни и перевела хищный взгляд с коробки на подругу. Она была единственной, кто знал о посылке Гермионы, и обе девушки намеревались держать ее в секрете от остальных. Сейчас в спальне больше никого не было. Они подошли к кровати Гермионы, и она снова приподняла крышку. Как только Джинни увидела платье, она широко улыбнулась, а ее глаза заблестели от радости. – Гермиона, это прекрасно, – воскликнула Джинни. Гермиона усмехнулась при виде восхищения подруги. Джинни никогда не обсуждала последние тенденции моды или новые средства для волос, которые могут заставить любого мужчину – или женщину – «падать к вашим ногам». – Как думаешь, твоему партнеру это понравится? – спросила Джинни и поиграла бровями, глядя на подругу. Рыжеволосая ведьма до сих пор не знала, кто пригласил Гермиону – та еще никому не рассказала, что знаменитый игрок в квиддич Виктор Крам пригласил единственную и неповторимую Гермиону Грейнджер на Святочный бал. – Я очень на это надеюсь, – Гермиона со вздохом накрыла коробку крышкой до того, как в спальню вошли любопытные ученицы. – Если нет, уверена, мой отец без колебаний выдал бы ему гневную тираду. Джинни рассмеялась, и Гермиона сунула коробку под кровать. Как только темноволосая ведьма открыла рот, чтобы сказать что-то о платье Джинни, внимание девушек привлекли голоса из общей комнаты. Обменявшись растерянными взглядами, они открыли дверь в спальню и выглянули на площадку, откуда открывался вид на гостиную. Группа гриффиндорок вела Рона к одному из диванов, убеждая его, что все не так плохо, как он думал. Гермиона сразу догадалась, что у друга неприятности, и поспешила вниз по винтовой лестнице прямо к нему. – Что с тобой? – спросила она при виде кислого выражения на побледневшем лице. – Он только что пригласил Флер Делакур, – ответила за него одна из девушек, что привела его сюда. Все они обменялись встревоженными взглядами, когда Рон замер при звуке ее имени. – Что? – Гермиона ахнула и опустилась на колени, чтобы получше его рассмотреть. Она была искренне удивлена, что его не вырвало прямо посреди гостиной. – Что она сказала? – спросил Гарри, наклоняясь рядом, с таким же озабоченным выражением лица, как у нее самой. – Нет, конечно! – заявила Гермиона. Она старалась не рассмеяться при мысли о том, что Рон мог войти в Большой зал под руку с чемпионкой Шармбатона. Рон только покачал головой, скривился и застонал. Глаза Гермионы округлились, она прикрыла рот ладонью. – Она сказала «да»? – она была в полном ужасе. Бедная девочка. – Не говори глупостей, – воскликнул Рон и продолжил с мечтательным взглядом. – Она сейчас проходила мимо. Ты же знаешь, как мне нравится их походка. Гарри кивнул, а Гермиона закатила глаза, жестом призывая Рона продолжать. – Я ничего не мог с собой поделать. Слова сами вырвались... – Вообще-то он на нее накричал, – прошептала одна из девушек и пожала плечами. – Это было ужасно. – Так что ты сделал потом? – Гарри растерянно нахмурился. – Как что? – сокрушенно спросил Рон. – Я убежал оттуда! Я не создан для этого, Гарри. Просто... Сам не знаю, что на меня нашло. Я имею в виду, мне всегда нравилось смотреть на них сзади... Гермиона проигнорировала остальную часть его рассуждений: ей было неинтересно слушать о том, как сильно он обожал вид сзади – а не спереди – на учениц Шармбатона. Поднявшись на ноги, она бросила на Джинни жалостливый взгляд: та склонилась к брату, массировала его плечи и тараторила что-то ободряющее. Однако, похоже, ничего не помогало. Джинни взглянула на Гермиону и махнула головой в знак того, что Гермиона может вернуться в комнату и она скоро присоединится. Понимающе кивнув, темноволосая ведьма развернулась и пошла обратно к лестнице. Краем глаза она заметила, как Гарри разговаривает с одной из близняшек Патил – Парвати – в углу гостиной. Девушка покраснела от того, что он сказал. Или, скорее, спросил. Гермиона могла только догадываться, что ее лучшему другу наконец-то удалось пригласить другую девушку – не Чжоу – на бал. Но она никогда бы не осмелилась упомянуть, что это было, вероятно, только ради того, чтобы с ним не смог пойти никто другой. Гермиона улыбнулась при мысли о том, что, возможно, он может повеселиться и насладиться кануном Рождества и без симпатичной когтевранки. Может быть, только может быть, в конце концов, все не так уж плохо обернется.***
Святочный бал подкрался быстрее, чем она успела дочитать «Историю Хогвартса». Каждый студент и преподаватель был в предвкушении предстоящего вечера. Гермиона прошла мимо суетящихся девушек, которые смеялись и обсуждали своих спутников на танцы и платья. Слизеринские мальчишки начали хвастаться тем, кого из сокурсниц им удалось ухватить или какую студентку Шармбатона они очаровали. Гермиона в основном держалась поодаль от этих разговоров и не обращала внимание на настойчивые расспросы Рона по поводу того, кто ей достался. Он решил, что она все придумала, чтобы разозлить его и потешить свое самолюбие. Гермиона пыталась убедить его, что это не так, но друг упрямился и придерживался своей первоначальной теории. Как только уроки закончились, ученики разошлись по гостиным, чтобы подготовиться к предстоящей веселой ночи. Когда Гермиона поднялась в башню Гриффиндора, некоторые сокурсницы уже занимались прической и макияжем. Они начали готовиться за четыре часа, чтобы вечером показать себя во всей красе. Гермиона просто вытащила книгу и села перед камином, не обращая внимания на смешки и восторженные писки, которые доносились из спальни для девочек. Однако когда до официального начала бала оставался всего час, она начала собираться. Гермиона попыталась сдержать волнение и отогнать неуверенность по поводу своей внешности, а затем поднялась в комнату, чтобы присоединиться к хихикающим девушкам. Как только она вошла внутрь, ее окутал едкий запах лака и зелий для волос. От резких запахов «клубнично-мятного коктейля» и «дождливых летних вечеров» Гермиона чихнула и закашлялась. Она пробралась сквозь группу суетящихся девушек и направилась в ванную, чтобы хоть немного уединиться и привести себя в порядок. Перед душем Гермиона воспользовалась зельем для волос, которое настоятельно рекомендовала одна из ее сокурсниц, Лаванда Браун. Не желая показаться грубой, Гермиона взяла зелье и восприняла это как попытку укротить свои густые непослушные волосы, чтобы превратить их в каскад аккуратных локонов. Когда девушка вышла и вытерла волосы полотенцем, она вовсе не была разочарована эффектом упомянутого зелья. Не желая использовать еще какую-либо магию – особенно заклинание, от которого волосы снова станут густой пушистой гривой – она аккуратно заколола волосы в элегантный пучок на затылке. Несколько свободных локонов обрамляли ее лицо. Довольная прической, Гермиона перешла к следующей задаче. Она пробралась в одну из немногих свободных кабинок для переодевания, надела наряд и с благоговением посмотрела на себя в напольное зеркало. Платье облегало ее фигуру, и от талии до самого пола голубая ткань ниспадала легкими волнами. В общем, Гермионе понравилась девушка, которая стояла перед ней, и она осмелилась сказать себе, что на этот раз выглядела довольно привлекательно. Дополнив образ туфлями на низком каблуке, она сделала медленный глубокий вдох и вышла из ванной. Как только она зашла в спальню, она чуть не подпрыгнула от испуга, когда девушки в комнате оглушительно запищали. – Гермиона, о, Мерлин, ты выглядишь сногсшибательно! – взвизгнула Парвати, подошла к ней и взяла за ее руки. Она со всех сторон осмотрела лицо Гермионы и тут же потащила ее к Лаванде. – Ты не против, если мы добавим несколько небольших штрихов? У тебя и без того прекрасная кожа, обещаю, мы только слегка подправим. Девушка нерешительно кивнула, и обе сокурсницы завизжали от восторга. Джинни наблюдала за этим со стороны с веселым выражением лица. Гермиона отметила, что рыжеволосая ведьма выглядела невероятно даже несмотря на то, что ее платье было довольно простым, и весь образ выглядел весьма сдержанным. Все же Гермиона посчитала, что это ей идет. Примерно десять минут спустя Гермиона посмотрела на свое отражение в зеркале и с обрадовалась тому, что Лаванда и Парвати сдержали свое слово. Она могла выделить лишь несколько деталей, которые и правда украшали ее: немного туши для ресниц, нежные румяна и блеск для губ. – Просто прекрасно! – просияла Лаванда. – Твой спутник точно будет в восторге от новой Гермионы Грейнджер! Гермиона улыбнулась при виде эмоций подруг и просто надеялась, что так и случится. После обнадеживающих слов Виктора о том, что он с самого начала хотел пригласить именно ее, она не особо волновалась о том, что ее внешний вид может его разочаровать. Но, насколько ей было известно, по сравнению с остальными девушками, которые все эти годы падали при виде него в обморок, у нее самой были трудности по части красоты. Отбросив эти мысли, Гермиона улыбнулась, пока остальные гриффиндорки заканчивали макияж и наносили последние штрихи. Только когда девушка почувствовала легкое прикосновение к плечу, она осознала, что Джинни подсела к ней на кровать. – Ты выглядишь совершенно потрясающе, Гермиона, – заверила Джинни, словно почувствовала волнение подруги. – Кто бы ни был твоим партнером, ему определенно повезло, что ты идешь с ним. – Спасибо, Джин, – ответила Гермиона, и по ее щекам пополз румянец. – Кстати, об этом самом парне. Почему у меня еще не было возможности узнать, кто этот счастливчик? – спросила Джинни, изогнув бровь. – Ты, э-э, скоро узнаешь, – выпалила Гермиона. Рыжеволосая ведьма только ухмыльнулась и поиграла бровями: – О-о, человек-загадка, как интересно! Гермиона закатила глаза, но все же рассмеялась над словами Джинни. Следующие несколько минут они сидели бок о бок, обсуждали бал и предстоящее веселье. Их внимание, как и всех остальных, привлек легкий стук в дверь. Кто-то захихикал, когда Парвати подошла и открыла дверь, и перед ними предстал смущенный и покрасневший Невилл Долгопупс. – О, хм... Привет, Парвати, – пробормотал Невилл, и с каждой секундой его лицо становилось все более багровым. – Э-э... Джинни готова, эм, спуститься? Девушки тихонько засмеялись, а Джинни залилась краской, когда увидела в дверях своего партнера, такого же смущенного, как и она сама. Гермиона с ухмылкой легонько подтолкнула юную ведьму и подмигнула ей. Лицо Джинни озарила улыбка, когда Невилл предложил ей руку. Гермиона наблюдала, как они вдвоем шли к винтовой лестнице, прежде чем Парвати закрыла дверь. В ту же секунду, когда дверь захлопнулась, вся спальня, включая ее саму, разразилась приступом смеха. Определенно, эту ночь никто из них никогда не забудет. Время шло, гриффиндорки одна за другой уходили из спальни прямиком на бал. В конце концов, Гермиона поймала себя на том, что осталась последней в комнате и нервно постукивала пальцами. С тех пор, как Джинни ушла, ее тревога взлетела до небес, несмотря на то, что в голове эхом отдавались слова подруги, как она прекрасно выглядит и что любой будет в просто счастлив провести этот вечер с такой девушкой. С трудом поднявшись на трясущиеся ноги, Гермиона сделала глубокий успокаивающий вздох, высоко подняла голову, а затем направилась к выходу. Она закрыла за собой дверь и спустилась по лестнице в гостиную. Как она и подозревала, она ушла одной из последних. До того, как часы пробили восемь, оставалось всего каких-то пять минут. В гостиной задержались только те, кто совсем не хотел идти... ну, и еще те, кто целовался с партнером по танцам в углу. Опустив глаза, чтобы не видеть их, девушка пробралась через проход за портретом и спустилась по лабиринту движущихся лестниц. В голове вертелись вопросы: где сейчас Гарри, Рон и Джинни, какой может быть реакция Виктора при виде нее. Как только Гермиона преодолела последнюю движущуюся лестницу, она, наконец, замедлила шаг. Сердце колотилось в груди, и кровь стучала в ушах, Гермиона осторожно высунула голову из-за поворота на главную лестницу и посмотрела вниз на студентов, которые парами шли в Большой зал. Гарри был в вестибюле, он будто оцепенел, пока смотрел на Чжоу – та стояла под руку с Седриком. Гермиона почти улыбнулась, увидев, как сжались его кулаки, когда он услышал, как когтевранка рассмеялась над одной из фраз Седрика. Но волнение не позволило даже ухмыльнуться. Желудок сделал кульбит от напряжения, прежде чем она наконец увидела человека, которого искала. Когда Виктор еще раз взглянул на лестницу, их взгляды встретились, и в животе девушки запорхала куча бабочек. Его глаза скользнули вниз по ее платью и снова поднялись к лицу. Удовлетворенная улыбка смягчила обычно суровые черты болгарина. Сделав последний глубокий вдох, Гермиона вышла из-за угла и начала спускаться.
