Da mi basia mille

Гермиона была опустошена до конца дня. Она вернулась домой, села на диван и заплакала. Она думала о побеге Северуса. Правда, думала. Идеи буквально лились в голову, но она бы так не поступала по причине доверия. Кингсли, Гарри и Рон видимо посчитали, что ведьмой могут манипулировать, что она захочет освободить любовь всей своей жизни. После того, как её за день направляли в отпуск Ромильда, Перси, Падма, Гарри и даже секретарша, девушка поняла, что они ей не доверяют. Не доверяют той, кто с двенадцати лет помогала уничтожать Волдеморта. Ей хотелось выть от несправедливости. «Я вам доверяла. Всем вам. Ребята рассказали тебе, Кингсли, о моих чувствах к Снейпу, и вы решили убрать меня в отпуск? Считаете, что предам? Хорошо! Я помогу узнать все координаты убежищ, а после увольняюсь. Идите к Мордреду! Предатели! Ноги моей в Министерстве не будет!» Девушка бросила письмо в камин именно с этим посланием и назвала адрес дома Министра. Закрыв камин ото всех, Гермиона впала в уныние.

***

Джинни орала и на брата, и на мужа. Кингсли явился к ним с письмом в руках, в котором Гермиона чётко заявила, что отныне не доверяет друзьям. — Это же Гермиона! Она бы не предала! Да, чувства могли бы вспыхнуть, но она бы не предала Гарри! Она всегда выбирала тебя, дорогой! — Кингсли, вот зачем я тебя послушал!? — кричал в ужасе Гарри. Патронус-лиса от Симуса влетел в дом Блэков: «Рон, Гермиона явилась и требует, чтобы пустили к Снейпу». Рон вздохнул и отправил бультерьера с положительным ответом. Они явятся туда очень скоро, чтобы узнать планы подруги. Гермиона же вошла в камеру Снейпа, который не ожидал её, и крепко обняла. Слёзы сами покатились по щекам, а мужчина только попытался успокоить свою маленькую ведьму. Он нежно поцеловал её в щеку, затем в носик, чем вызвал улыбку, а после губы. И как было в первый раз, так произошло и сейчас: стоило губам коснуться друг друга, как им сорвало тормоза. Северус сбросил пальто с плеч ведьмы, затем свитер, брюки и нижнее белье. Ему снимать было почти нечего, только роба. Когда Гермиона осознала, что стоит голая и босая перед Пожирателем, который нежно поглаживает подушечками пальцев её соски и осматривает сверху донизу, то возбудилась до беспредела. Он опустился на колени перед ведьмой и нежно поцеловал её клитор. Гермиона ахнула, запуская руку в смоляные волосы Пожирателя. Язык Северуса теребил клитор, а пальцы издевались над влагалищем. Ведьма пошло застонала. — Войди в меня… Снейп подхватил её под попку, сам лёг на скрипучую кровать и неудобный матрас. Ведьма оказалась сверху, насадилась на член и почти заскулила от наполненности. Вот тот член, о котором она мечтала, которого желала, и с которым не расставалась бы до утра. Хотелось насаживаться быстро, рвано, чтобы дышать не было чем, что Гермиона и делала. Северус рычал от наслаждения, а девушка стонала от блаженства. Кончили они вместе. Одновременно. Гермиона буквально упала на любимую грудь мужчины, пока тот поглаживал её по голове. — Я могу создать нелегальные порт-ключи. — И куда потом? — В Австралию. А после можно перебраться в Новую Зеландию… — Я не хочу убегать. Я люблю Британию, — признался мужчина, заглядывая в медового цвета глаза. — Нам незачем убегать. — Я чего-то не знаю? — Я дам тебе новые координаты… — Долохов был у моего дома на днях. — Будь осторожна. У него на меня зуб. Гермиона поцеловала мага, который так же нежно отвечал ей. Даже в Азкабане возле Северуса она чувствовала себя в безопасности. Снейп написал на листочке новые координаты и затяжно поцеловал любимую ведьму. Постучав по двери, Гермиона принялась ждать Симуса, но дверь отрыли Рон и Гарри. — О! Явились, — она держала в руках заветный листок. — Держи, Поттер! Гарри виновато смотрел на подругу, а Гермиона пошла вперёд. Ведьма не хотела говорить с друзьями, поэтому быстро оставила холодный Азкабан. Ближе к полуночи явился Патронус-олень, говорящий, что они обнаружили братьев Лестрейндж и Долохова. В перестрелке погибли все трое, и Гарри просил у Гермионы прощение за то, что та не смогла увидеть смерть убийцы её родителей. Гермиону это не волновало.

***

В понедельник она положила заявление об увольнении на стол Шеклболту. Гарри, который с утра пришёл к Министру, хотел порвать его, но ведьма вынула палочку. — Положи! Я увольняюсь. Дорабатываю до десятого января и точка. Минерва не успевает заниматься Трансфигурацией и работой Директора. Она примет меня на работу с тринадцатого числа. Хорошее число я считаю. Понедельник. Дети возвращаются с каникул. Она отдаст мне свои планы, по которым я буду работать. — Гермиона, какая школа! — в ужасе закричал Гарри. — Ты же всегда хотела работать в Министерстве. Тебе пророчат место Министра через пять лет! — Мне махинаций и уловок хватало, пока был Волдеморт. С меня хватит. Надеюсь, вы довольны. Я продолжу навещать Северуса. И да, Северуса я буду навещать каждый день, пока не выйду в школу на работу. Ведьма оставила последнее слово за собой. В этот прекрасный понедельник она решила снова посетить Пожирателя. Стоило ей войти в камеру, как они набросились друг на друга, будто голодные хищники. В этот раз сверху был Северус, который толкаясь в лоно ведьмы, умудрялся ещё и кусать её соски. Гермиона задыхалась от ласк любимого, а после блаженно улыбалась, лёжа на его груди. — Я решила уволиться. Вернусь в школу. — Хм, — задумался Северус. — Что? — Мои покои наверняка до сих пор под замкóм. Дверь откроется только тебе. Даже не мне. Там на полке есть яд. — Северус, — обеспокоилась девушка. — Дослушай. Там есть яд. Называется «Яд сна». Я для всех умру. Ты меня откопаешь после и дашь противоядие. Оно стоит рядышком. Я изменю внешность. Стану… выбери мне имя. Я всё равно потом возьму твою фамилию. — Ты знал, что я тебя вытащу. — Да, и хорошо, что ты рассказала о порт-ключах. Тебе не нужно становиться беженкой, Гермиона, — он чмокнул её в носик. — А я могу стать новым преподавателем Зельеварения. Хочу назад себе покои, — девушка улыбнулась. — Только нужно тебе проделать пару авантюр. Ты завтра принеси свиток и перо. Я напишу Минерве письмо, что я зельевар, который живёт в Англии последние десять лет и хочу стать преподавателем. У меня есть диплом, который я получил в 97-м году. Там вписано, что я «Мастер Зелий». Диплом от ирландского шамана-зельевара Меркурия. Но имя он не вписал. Сказал, его студенты сами вписывают свои имена, чтобы не было проблем. — Отлично, — оживилась гриффиндорка. — Кто сейчас преподаёт ЗоТИ? — Маркус Флинт, он же декан Слизерина. — Отлично, — согласился мужчина. — А декан Гриффиндора? — Невилл, он работает преподавателем Травологии. Его взяли в этом году преподавать, — Снейп согласно кивнул. — Меня ты отравишь лично. Противоядие нужно дать в течении трёх суток. Меня похоронят раньше. И последнее, моя палочка. Купи в Лютном палочку похожую на мою. Палочки преступников хранятся у начальника Азкабана в кабинете. Достанешь? — Достану. И всё же, ты не сожалеешь о том, что творил? — Не сожалею, малышка. Я сожалею, что не мог быть рядом с тобой открыто. И никогда не смогу. Я изменю себе внешность чарами гламура. Изменю стиль одежды. — Оставь глаза. Твой обсидиан завораживает. И цвет волос. Можем их подрезать, даже шаманить над ними не придётся. Сделай так, чтобы я видела тебя настоящим. — Сделаю, девочка. Для тебя сделаю.

***

Гермиона встала пораньше, чтобы пройтись по Лютному переулку. Она применила на себе чары гламура, поэтому покупка нелегальной палочки, очень похожей на палочку Северуса, а главное из того самого дерева, прошла успешно. Дальше нужно было явиться к Минерве. Она взяла отгул до обеда у Кингсли, говоря, что необходимо повидать Директора МакГонагалл. — Как я рада тебе, дорогая. Я очень ценю твоё доверие. Гарри и Кингсли поступили плохо. Что будет с Северусом? — Он хочет умереть. Сказал, что его покои могу открыть только я. Они мне не нужны. Я хочу забрать только яд. — И куда я дену его вещи? — Оставьте для следующего зельевара. — Мерлин, Гораций так не вовремя уволился. Я хотела спросить у шамана-зельевара Меркурия, есть ли у него студенты, а он умер в ноябре, представляешь? — Кошмар. Но запрос туда был? — Минерва кивнула. — Может, кто-то из его выпускников решит явиться. Давно был запрос? — Два дня назад пришёл ответ. Буду надеяться на чудо. «Судьба на нашей стороне». — Гермиона, ты уверена, что любишь Северуса? — Не уверена. Понимаете, Минерва, я много лет о нём мечтала. И каждый поцелуй убивает любовь. Он это понимает, поэтому просит о смерти. И он умрёт, как только Гарри поймает остальных троих Пожирателей. — Что ж, идём в подземелье? — Да, — улыбнулась выпускница Гриффиндора. Гермионе было даже дышать в школе легче, чем в Министерстве. Может, и правда, её место в другом месте? В Хогвартс? Прикоснувшись палочкой к двери в покои Северуса, услышала скрип. Дверь поддалась впервые за пять лет. Гермиона с мольбой в глазах посмотрела на Минерву, которая решила не входить в покои, а предоставить их Гермионе. Грейнджер не рассматривала интерьер. Северус сюда скоро вернётся, поэтому она нашла яд, противоядие, закрыла дверь и ушла.