Я хочу смотреть на тебя

Сутки до возвращения Би прошли во сне, периодически прерываемом набегами на холодильник. Хотя Гермиона все же выбралась в магазин, чтобы пополнить запасы и порадовать подругу ужином, когда та вернется. - Дорогая, я дома! - такой знакомый, такой милый сердцу голос. Гермиона почти бегом преодолела расстояние до входной двери и заключила подругу в крепкие объятия, обвив ее талию ногами. - Ох! - Бенедикт обняла подругу в ответ, осторожно придерживая, пока та снова встала на пол. - Я тоже рада тебя видеть, Джи. - Ужин? - Сначала душ. Дорога была препаскуднейшая, я напоминаю себе свежайшее дерьмо какого-нибудь соплохвоста. После душа и небольшого ужина девушки сидели на ковре, пили виски, курили и обсуждали события последних пяти лет, рассматривали фотографии и колдографии, делились впечатлениями. - Ого, подарок? Мне? Класс! - Бенедикт разворачивала заботливо упакованную коробку. В коробке была красивая шкатулка из камня причудливого сиреневого оттенка, довольно тяжелая, а в ней разные небольшие камушки с символами. - Из чего она? - Это чароит. Шкатулку я привезла из путешествия по России. А камушки внутри - из каждой страны, где я была. Символы на них - что-то вроде метки памяти. Знаешь, вот… вот я думала о тебе в разных частях планеты и впечатывала это в камень. - Джи, мон кёр [3], это… - Бенедикт смотрела на подругу, не находя слов. - Я скучала по тебе, Би. С нашего первого дня ты была для меня особенной. И подарок для тебя тоже особенный. К тому же… Я помню, как ты любишь камни, - Гермиона улыбнулась. - У меня для тебя тоже есть небольшой подарок, - Бенедикт достала из шкафа сверток. Развернув пергамент и бархат, Гермиона ахнула. Это был фолиант, обтянутый мягкой кожей, с серебряными накладками на углах и корешке. Страницы были старыми и хрупкими. "Тайных практик высшей ступени описание". - Г...где ты это достала? - Гермиона изумленно смотрела то на книгу, то на подругу. - Да так… Есть свои источники, - Бенедикт лукаво подмигнула. - Рекомендую хранить в банке, сама понимаешь. - Мерлин, их же всего штук пять в мире… Я… Би… Это… - Это подарок, достойный такой волшебницы, как ты. Надеюсь, знания, описанные там, тебе пригодятся. А теперь, - Бенедикт посмотрела на бедро Гермионы, сидящей по-турецки, - давно у тебя страж? - А откуда ты знаешь, что это страж? - Гермиона опустила взгляд и провела пальцами по небольшой татуировке, напоминающей скопление звезд, на внутренней поверхности бедра. - Ну, во-первых, от него фонит, и я это чувствую. - Ты настолько чувствительна? - Сие моя беда. Но зато благодаря этому я отличный знаток магических искусств, ведь их легче понять, когда буквально осязаешь магию… Так. Во-вторых, я вижу, что это не простая татуировка. - Хорошо. А будет в-третьих? - Да, - Бенедикт улыбнулась, вытащила одну руку из футболки и подняла, показывая похожую татуировку над подмышечной впадиной. - В-третьих, я узнаю́ стиль Сэи. Глаза Гермионы раскрылись так широко, что даже стало больно. - Ты… ты… что? - Я тоже путешествовала, Джи, - хмыкнув, Бенедикт потянулась за сигаретами. - Предвосхищая твой вопрос - клянусь, я никак не замешана в твоей встрече с Сэей и в ее последствиях, что бы там ни было. Она… как бы сказать… сама находит собеседников. - Это было два года назад примерно. Наша встреча была такой странной… Я почти ничего не помню. - Ну еще бы! Я после встречи с ней отходила двое суток. Даже думала, что мне это привиделось, но вот тут у меня, как говорится, факты налицо. Точнее на руке. Где вы встретились? - В Перу. - Ха, а я ее узнала в Мексике. - Ого. А… а кто она, по сути? - Сложно объяснить. Она девушка с очень необычными магическими способностями, как ты понимаешь. Но… моя чуйка против нее ничего не имела, так что я в свое время доверилась и получила это, - Бенедикт кивнула на руку. - Это Гидра. А у тебя, кажется, Дракон? - Да, у меня Дракон. Я почти ничего не помню, только цветы в волосах, ароматы трав и то, что мне было так легко… - О да, Сэя это может. Я не знаю, как она выбирает тех, кого одаривает стражем. И не понимаю, как она находит этого стража. Но то, что это очень мощная магия, знаю точно. - Сэя говорила, что страж "начертан". Но кем? Как? - У каждого по-разному. Это может быть отпечаток какого-то события, например. Или человека. - Человека? - Да, но это редкость. Похоже на защиту, которая была у Гарри от матери. - Ого! Но если так, то кто… - Вряд ли можно узнать. Может, Сэя и знает, видит, но не скажет. Как и что она видит в небе - это их семейная тайна уже много веков. Страж… он вроде Патронуса, но нет. Патронус - выражение счастья, если говорить грубо. Страж же гораздо глубже простых понятий о счастье или горе. И ты не можешь вызвать его. Но он всегда с тобой, если он есть. - То есть, страж есть не у каждого? - Нет. И не каждый, у кого он есть, об этом когда-нибудь узнает. Но, как я понимаю, если Сэя или такие, как она - шаманы, например, - нанесут метку, то это усилит связь между стражем и объектом. Сэя вот наносит созвездия, а кто-то может цветы или что-то еще. - А как это… - Больше ничего не знаю, Джи. Честно. Может, в той книге что-то есть. А может, нет. Это какое-то особое колдунство, и, думаю, нам чертовски повезло, что мы о нем знаем. Но лучше не распространяться. Мало ли… - Ну да. Если это такая редкая штука, то поди и не каждый поверит. - Слушай. А кто-нибудь кроме меня и родителей знает, что ты вернулась? - Бенедикт решила сменить тему. - Нет еще. У меня, как обычно, столько вопросов к себе, что я не знаю, с чего начать. - Ааа, понимаю. Ну что ж, я к твоим услугам, если что. И можешь оставаться у меня, сколько нужно. - Ты не против, если я привезу кота? Он у Джинни сейчас… - А, без проблем! Видимо, Поттеры будут первыми, кто узнает о твоем возвращении. Ты хочешь связаться с ними совой или телефоном? - Бенедикт кивнула в сторону мобильника. - А у них есть телефон? - Ну да, а что тебя удивило? Гарри вырос в мире маглов, и современные технологии ему не чужды. - Я все же, пожалуй, пошлю сову. Все-таки они для меня - часть волшебного мира в первую очередь. - Ну, как удобнее. Вереск сейчас в отлучке… - Я схожу на почту в Косой переулок. - Эт пожалуйста, - Бенедикт легла на пол и, потянувшись, положила руку под голову. - Би? - Гермиона подалась вперед, к животу подруги, приглядываясь в тусклом свете к открывшемуся из-под задравшейся майки довольно крупному шраму, тянущемуся почти от пупка по правому боку вниз. - Это что? - Кажется, это называется "шрам", - ухмыльнулась подруга. - Ты прекрасно поняла мой вопрос, - тон Гермионы был серьезным и строгим. - Я не помню этого шрама. - А ты считаешь, что знаешь их все? - правая бровь девушки изящно приподнялась. - Ну такой я бы точно не забыла. Так и? Бенедикт медленно затянулась и выпустила тонкую струйку дыма вверх. - Это было осколочное ранение. Как видишь, все обошлось, я жива, все органы целы, даже ничего не пришлось удалять. - Когда? - Года два назад. - Где? - О, прости, - Бенедикт ухмыльнулась, изобразив рукой что-то неопределенное, будто росчерк, - я подписывала бумаги. - Так… и что же, скажи мне, ты делала в тех местах, для нахождения в которых нужно подписывать бумаги? - Как - что? Работала. Я же военврач, забыла? - Я помню. Просто думала, что ты… завязала. - Гермиона прикусила губу. - Джи, на это были причины, - Бенедикт лежала, по-прежнему подсунув одну руку под голову, и смотрела в потолок. Голос ее стал низким и глубоким, без обычных ноток юмора. - Это касалось того, от чего я не могла быть в стороне. Гермиона тяжело дышала. - Почему ты мне не сообщила? - тихо выдохнула она. В ее глазах читался страх. - Если бы что-то случилось, - Бенедикт повернулась и посмотрела подруге в глаза, - ты бы обязательно об этом узнала. А раз все обошлось, я решила, что ты можешь узнать об этом и позже. И не смотри так на меня. Тебе были нужны эти годы. Необходимы. И я прекрасно знаю, что, если бы я тебе сообщила, ты бы всё бросила и примчалась ко мне. Но это не было нужно тогда. - Би… - Тсссс, - она протянула руку, дотянулась до пальцев подруги и сжала их. - Все в порядке, мон кёр. Честно. И, - тут ее тон снова стал обычным, немного игривым, - вот новую татуировку, значит, ты не заметила, а шрам - так пожалуйста! - Оооох, вот ты, - Гермиона повела головой из стороны в сторону, - как всегда. И я заметила твою новую татуировку! - она ощутимо ткнула Бенедикт пальцем в бедро. - Такую поди не заметь. - Мы планируем ее увеличить. До живота, чтоб шрам перекрыть. Он мне не нравится, могли бы и аккуратнее зашить. - О да, ты бы зашила куда лучше, - съязвила Гермиона. - Джи, я охренительно зашиваю. Я б и себя зашила хорошо, но под седацией это как-то, знаешь ли, немножко неудобно, - она коротко засмеялась. - Но ты могла видеть мою давнюю работу. Глаза Гермионы округлились в удивлении. - Виктуар, - хохотнула Бенедикт. - Черт, он ненавидит, когда я его так зову. - Крам? - Ну да, - она словно говорила о чем-то обыденном типа хлеба. - У него на икре есть такой здоровенный шрамина. - Да, он говорил, что упал с метлы… - Ха. Ну по сути да, упал с метлы. Правда, упал он на какую-то чертову арматурину и раскроил ногу. Ну я его немного заштопала. - А…. - О, это было, наверное, за год до войны. Нас Флер познакомила, и мы периодически летали вместе. Гермиона слушала подругу, потягивая виски и периодически поедая черешню. Ей было хорошо, тепло и спокойно рядом с Бенедикт. Казалось, что Би видит ее насквозь и знает даже то, чего сама Гермиона о себе не знает. Они не так долго были знакомы, когда Гермиона поехала в Австралию, но именно Бенедикт надоумила ее отправиться в путешествие и не возвращаться в Лондон. Именно Бенедикт подсказывала ей разные интересные места. Именно с Бенедикт Гермиона чаще всего держала связь все эти пять лет. Да и на такое время поездка затянулась отчасти из-за Бенедикт - она считала, что Гермионе рано возвращаться, и убеждала ее в этом каким-то волшебным образом. Они разошлись по спальням после рассвета, и то потому что обе уже были готовы отключиться на полу в гостиной. Гермиона засыпала с улыбкой.

***

Проспав гораздо дольше полудня, Гермиона, зевая, направилась в душ и обнаружила Бенедикт в гостиной. На девушке был короткий спортивный топ, шорты, волосы были собраны в пучок, уже порядком растрепавшийся. Кожа ее лоснилась от пота, солнечный свет играл на мускулах. Раскрасневшаяся подруга короткими, резкими, отточенными движениями издевалась над висящей посреди гостиной боксерской грушей, чередуя удары руками и ногами. - О, доброе утро, солнышко, - весело сказала Бенедикт, не сбавляя ритма. Если бы у груши были почки, им бы было очень плохо. - У тебя есть силы на тренировку? - Бери кофе, - серия быстрых ударов кулаками, - и, - два удара ногой в верхнюю часть "туловища", - бутеры, - другой ногой, с прыжка. - Фух. - Серьезно, ты что, на веществах? Откуда столько энергии? - Пыыфка, - Бенедикт зубами расстегивала липучку на перчатке. - Тьфу. Привычка. Выработанная годами. Тебя подбросить до Котла? - Да, но мне надо привести себя в порядок. - Ок, но я займу душ первой. Около полутора часов спустя девушки вышли на залитую солнцем улицу. Бенедикт кинула подруге шлем. Прокатиться по Лондону на мотоцикле было классно. Бенедикт отлично водила, и Гермиона наслаждалась поездкой, хоть и не очень долгой. Коснуться нужных кирпичей - и вот он, Косой переулок. Народу почти нет, хотя некоторые прохожие все равно попадаются. Кеды, джинсы и легкая льняная рубашка - не самая подходящая для этого места одежда, но Гермионе все равно - на улице слишком жарко для мантии. - Миона? - Девушка замерла и медленно повернулась. Они не виделись с того самого дня, как она села в поезд на вокзале в Хогсмиде. Он почти не изменился. Разве что, волосы чуть длиннее… - Здравствуй, Рон, - сказала она и осторожно улыбнулась, еще не определившись, как вести себя в этой ситуации. Рон подошел к ней, остановившись в полуметре. Он сильно покраснел. Было заметно, что он тоже в смятении. - Я думал, ты путешествуешь, - он старался не смотреть ей в глаза. - Я вернулась пару дней назад. - Остановилась в гостинице? - Нет, я живу... - Прости, - Рон перебил ее, нервно уставившись ей в глаза. - М? - Гермиона удивленно подняла брови. - Прости. Я вел себя как идиот тогда, в Хогвартсе. Как эгоист, придурок и задница. - Рон… - Нет, дослушай, пока я опять не начал нервно орать. Я думал только о себе, на всех огрызался, устроил истерику у поезда и на балу. Я не думал о том, что тебе тоже тяжело и больно. Пожалуйста, - он потянулся к ней рукой, замерев в нескольких сантиметрах от ее ладони, - прости меня, я придурок и прелая троллья жопа. Гермиона прыснула, хотя и старалась сохранять серьезность. Она взяла его за руку. - Рон, прошло пять лет. Я понимаю то состояние, в котором ты был, и не храню обиды. Хотя, признаться, первое время мне хотелось тебе врезать. Я принимаю твои извинения, мне очень ценно их услышать. - Фух… Если честно, я боялся нашей встречи. Можно… - он замялся. - Можно тебя обнять? - Ну только если ты всего лишь ведешь себя, как прелая троллья жопа, но не пахнешь так, - Гермиона, смеясь, обняла Рона, как старого друга, с которым не виделась несколько лет. Ведь так и было. Напряжение между ними наконец прошло, и ее это очень радовало. - Ты куда-то торопишься? Я тебя отвлекаю? - Рону явно было все еще неловко. - Вообще я шла на почту отправить несколько сов. - Не против компании? - Нет, конечно. Расскажи, как ты? По-прежнему держишь магазин с Джорджем? - Да, дела идут в гору, - Рон заговорил так, словно это его любимая тема. - У нас уже семь магазинов. Я чаще здесь, хотя иногда и случаются командировки, а Джордж уже полмира объездил. Сейчас вот где-то в Штатах ищет место и доверенных людей для нового магазина. - Ого! Это очень круто, я считаю! Вы столького добились! - Да, Фред бы гордился тем, чем стало их детище. - Да… Наверняка он что-то подобное и планировал… - Заходи к нам как-нибудь! Есть, на что посмотреть. Плюс у нас в такую погоду есть отличный ледяной имбирный лимонад для посетителей. - Ооооо, сервис, - Гермиона ухмыльнулась. - Ага, это Ягмур придумала. - Ягмё? - попыталась выговорить Гермиона. - Жестче каждую букву - Ягмур, - Рон повторил, смеясь. - Да, сначала непривычно. Джордж сказал, раз уж мой рот способен выговорить Ягмур Сахичи, то в нем наверняка сокрыты другие таланты. - Тут Рон попытался передразнить брата, а Гермиона рассмеялась. - Я вас обязательно познакомлю. - А она… Яг...мюр… Ягмур, фух. Она твоя девушка? - Да, мы вместе полтора года. - Ооо, здорово! Похоже, она турчанка? - Да, она родилась в Турции, но живет здесь уже много лет. Оу… кажется, мы пришли, - они остановились возле здания почты. - Я даже не заметила… - Ну так, - Рон замялся, - зайдешь к нам в магазин как-нибудь? - Да, конечно! Ну, - Гермиона протянула ему руку, - до встречи? "Так… Это Гарри. Это - Джинни, вдруг она не в Лондоне, да и вообще. Это для Виктора. Это для МакГонагалл," - Гермиона привязывала письма к лапкам почтовых сов. - "Вроде, пока всё…"

***

Чертова жара заставляла мозги плавиться. За последние два часа Гермиона перемещалась по всей квартире в поисках места, где не так жарко… Но, похоже, для этого нужно было переехать в холодильник. Но даже в громадный холодильник Бенедикт Гермиона бы вряд ли поместилась, да еще и с ноутбуком. Мониторинг рынка труда… Кажется, звучит слишком официально. Пожалуй, "поиск сраной работы" будет получше. Министерство магии? Ну уж нет. Эти ребята, как ни крути, не раз показывали себя с той омерзительной стороны, видеть которую каждый день на протяжении ближайших рабочих лет ей уж точно не хотелось. Да, с приходом Кингсли стало лучше, но… Но. Преподавание? Возможно, от того был бы толк, но давайте смотреть правде в глаза: Гермионе очень нравится то, что она умнее других, а это не лучший навык для преподавателя. И она это прекрасно понимала. Тем более за годы в Хогвартсе она столько времени провела, пытаясь вдолбить в головы Гарри и Рона хоть какую-то толику знаний, что ее преподавательский потенциал, как Аральское море, практически иссяк. Работа в Мунго? Или, может, завести что-то свое в Косом переулке, как Рон? Хм, в этом есть определенный смысл, но это чертовски скучно, а за последние пять лет Гермиона поняла, что ей нужен, как говорят подростки, движ. Нужна искра. Пойти работать в какую-нибудь магловскую компанию? Увы, она больше не умеет быть полноценным маглом. Для работы в мире своих родителей нужно хотя бы отучиться в каком-никаком колледже, специализирующемся на… не на махании палочкой. Перед Бенедикт, пришедшей домой, разворачивалось весьма драматичное действо: Гермиона, лежа на полу, кричала в подушку, периодически молотя воздух задранными ногами. Бенедикт постояла пару минут и понаблюдала за этой картиной, скрестив руки на груди и прислонившись к стене, прежде чем тонко намекнуть на свое существование фразой "И что это, блять, за перфоманс?" Гермиона отбросила подушку, вскрикнув, и села, уставившись на подругу. - Ты что, с ума сошла? Так пугать! - Эм… я с ума сошла? Ты обкричала ни в чем не повинную подушку, да так, что ей теперь нужен психиатр. - Бенедикт сделала серьезное лицо и изобразила жест, будто поправляет очки на переносице. - И что же ты хотела выразить этим действием? Какие чувства ты при этом испытывала? Гнев? Замешательство? Страх? - Желание швырнуть в тебя эту подушку, - буркнула Гермиона. - Не, это ты сейчас испытываешь, - Бенедикт явно наслаждалась ситуацией. - А что ты испытывала, когда издевалась над несчастным элементом декора? - Я в жопе. - Где-то я слышала эту фразу… Ну да ладно. И что привело тебя в жопу? - Я пытаюсь решить, чем буду заниматься дальше. - И ты выбрала вариант "орать на предметы обстановки"? Такая себе перспектива, знаешь ли. - А тебе вот лишь бы… - Да! Мне лишь бы иронизировать. Мне лишь бы острить. Мне лишь бы, если уж ты хочешь так сказать, издеваться. Потому что твое поведение деструктивно. В первую очередь - для моей мебели. Сейчас ты орешь в подушку, потом начнешь бить чашки, потом швыряться стульями. А толку от этого никакого. - Я не собираюсь ничем швыряться, - Гермиона надула губы, как ребенок, которого ругают за очередную провинность. - А что ты собираешься? - Пойти в свою комнату и думать о своем поведении, мам? - И она отчаянно пытается укрепить свое шаткое положение, - продекламировала Бенедикт голосом спортивного комментатора, - но неумение остроумно отвечать играет с ней злую шутку, и Грейнджер забивает в свои же ворота! Какой бросок, господа! Какой гол! Трибуны ревут! Тут Гермиона делает "отчаянный пас через все поле" - прыгает на подругу и валит ее на пол. Девушки падают, смеясь, а потом лежат на полу, потирая ушибленные места. - Джи, ты точно решила разрушить мою квартиру. - А ты не беси меня! - Да кто бесит-то? Я пытаюсь втемяшить в твою упрямую голову, что такими методами ты ни к чему не придешь! Ты что, решила за один день поставить свою жизнь на рельсы? Да не бывает так! - И что же… - Дай. Себе. Время! - на каждое слово Бенедикт тыкала Гермиону пальцем в лоб. - Вообще-то это больно! - А правда порой довольно болезненна. Вставай, я тебе письма принесла. От Минервы и от Джиневры. Поэтично, не правда ли? - Есть немного. Давай сюда, - Гермиона взяла письма. Она делала вид, что дуется на подругу, хотя и знала, что в словах Бенедикт есть толк. Гермионе потребовалось почти пять лет, чтобы прийти в себя. В ту себя, коей она была сейчас. Почти пять лет путешествий, новых знаний, новых мыслей, попыток разогнаться и затормозить. Почти пять лет поисков ответа на вопрос "кто я?". Конечно же после всего этого нереально вернуться к обычной жизни в один щелчок пальцев. И даже тот факт, что Грейнджер привыкла все контролировать, не поможет. Пора это признать. И… Дать. Себе. Время. Чертова Бенедикт, всегда права. Гермиона показала подруге язык. - Окееей, - протянула Бенедикт, - спишем это на минутное помешательство. Ну и чего там в письмах? - Так… ну МакГонагалл… Ага… Дадада, рада, что я вернулась… - Гермиона быстро читала письмо от директора. - Тезисы для статьи лучше пересмотреть к разделу 4… - Научная публикация? - Типа того. - Если нужна будет рецензия… - Спасибо! Так… ага, она получила книги. Ей понравилось! Супер! Оу… - Чего? - Преподавать зовет. - Чего? - Пре-по-да-вать. - Да чего преподавать-то? - Ничего конкретного… Пишет, если у меня будет желание поработать в Хогвартсе, то она будет рада видеть меня в составе преподавателей. - Ну а что… Если она возьмет тебя вместо Бинса, ученики будут счастливы! - Ха, вот уж точно! Жаль, я сама не застала таких перемен… Но преподавание не для меня. Думаю, сейчас это слишком скучно. Вот лет в пятьдесят, когда надо будет замедлиться… Оу… - Гермиона осеклась. - Ой, расслабься. Я, конечно, старше тебя всего на восемь лет, но впечатлений у меня уже набралось, однако, до усрачки. Как раз лет на пятьдесят наберется. Я, конечно, не спасала мир ни от каких темных лордов, - Бенедикт ухмыльнулась, - но и моему заду досталось. Так что я вполне себе замедляюсь. Чего еще пишет? - Да, в целом, всё. Таааак, - Гермиона открывала письмо от Джинни. - Ага… я задница, что долго не писала… Если я не найду мужика, у меня между ног будут отличные декорации для вестерна, - тут Бенедикт издала довольно громкий смешок, - кот тусит на Гримо с Кикимером… ого! - Старый хрен, конечно, тот еще брюзга, но отлично ладит с животными, - вставила Бенедикт. - Серьезно? Ну допустим… Так… Гарри в командировке и будет через неделю… А сама Джинни готова принять меня послезавтра. И с меня выпивка, потому что снова я задница. О, как мило. - Да, Джинни - сама любезность, - Бенедикт довольно ухмылялась. - Хотя насчет декораций для вестерна она, возможно… - Иди в жопу! - …права. Погоди, она еще выскажет тебе по поводу свадьбы. - Ооооо черт…