Забота

Дождь. За окном идёт холодный непрерывный дождь. Капли ливня крупным градом падают на землю под наклоном примерно 30 градусов, от того и стучат с силой об окна помещения, нисколько не жалея тонкого стекла. Но их усилий все равно недостаточно для того, чтобы разбить его, потому эти попытки тщетны, хоть и продолжаются вновь и вновь. Вскоре шум дождя становится чем-то привычным, на фоне его больше не заметить. Только вот из-за этой грустной атмосферы невольно погружаешься в уныние - в голове всплывают не самые приятные события, мягко говоря. Но прошлое на то и прошлое, оно ведь осталось далеко позади, словно что-то хорошо забытое, но напоминающее о себе не вовремя, как будто специально стараясь испортить настроение и нагнать тоску. Эи, как загипнотизированная, смотрела в окно на капли дождя, вернее, куда-то сквозь них. Она была далеко от этого места, в том злополучном и ужасном дне. Дне, когда Макото навсегда закрыла свои прелестные глаза и уснула вечным сном. С того самого момента и начались проблемы Вельзевул. И никто не смог бы её вытащить из постепенно разрушающейся и причинявшей немыслимую боль внутренней эвтюмии новой Сёгун Райден. Каждую ночь Эи видела кошмары, в которых отчётливо перед глазами всегда стояла одна и та же картина - на её руках с спокойным выражением лица покоится Баал, а кровь, обильно пропитавшая кимоно той, уже сумела оставить свои отпечатки на самой Вельзевул, впиваясь в её руки острейшими иглами с красными нитями. Райден просыпалась в слезах и вновь начинала винить себя за случившееся - тело сковывала дрожь, быстро расползавшаяся по нему. Она не смогла тогда ничего сделать, если бы...если бы Эи вернулась чуть раньше, то вероятно все бы закончилось по другому и никто больше бы не умер. Но Вельзевул не спасла Баал, не успела этого сделать, не справилась со своей основной задачей - такие мысли и породили мощнейшее чувство вины. Потерять единственного родного человека крайне горько, это невосполнимая утрата. Эи также корила себя за то, что должна была защищать свою сестру, как преданная кагэмуся. Вокруг тела Вельзевул как будто образовались темно-красные верёвки, пропитанные насквозь кровью другого близнеца и с неистовой скоростью сдавливающие все конечности. Они переходили внутрь - глубоко в душу, оставляя там свои следы - яд, прожигающий изнутри. Эи часто вскрикивала, когда просыпалась после очередного кошмара в холодном поту и с трясущимися руками. Она жадно глотала ртом воздух, тщетно пытаясь себя успокоить, и крепко цеплялась за одеяло. Перед глазами продолжала стоять та ужасная картина. Вельзевул была не в силах сдержать рыданий, которые через несколько минут переходили в истерики. Если так и дальше пойдёт, то можно сойти с ума и закончить свою жизнь самоубийством - Эи это понимала, но не хотела такой участи, слишком просто. Лучше бы вместо Макото погибла она. Сёгун медленно тонула в болоте вины и внутреннего самобичевания. Никто не мог её спасти. По крайней мере так было до той ночи. Яэ. Яэ Мико, которая решила зачем-то сыграть в любовь с раненым сердцем Сёгуна, набралась смелости и пришла к ней на ночёвку. Как только Эи приняла признание и ответила взаимностью тогда? По крайней мере, не стала противиться. После смерти Макото и трех верных друзей Вельзевул все изменилось. Спокойный мир Эи, построенный таким трудом, рухнул в одно мгновение. Она и правда чувствовала себя одиноко. Откровенно говоря, паршиво. Но предпочитала скрыть это за вечной холодностью - только гордо поднятая голова и пронзительный, как стрела, взгляд. Ничего больше. Правда кое-что Райден не смогла просчитать. Измученное сердце пропустило удар, и Эи показала свои настоящие эмоции Яэ, которая поддержку постаралась тут же оказать. Яэ и не думала, что Эи так легко пустит её к себе. Но некий призрачный шанс был, потому лисица решилась попробовать. И не прогадала - Вельзевул тепло приняла свою кицуне и отступила на шаг назад, пропуская внутрь дома. Яэ неуверенно переступила порог и незамедлительно обняла Эи. Та поступила также - приятное и тёплое приветствие, что длится так недолго. Отстранившись друг от друга, девушки какое-то время молчат. Эи не может подобрать слов - не знает, что нужно сказать. Но, кажется, Яэ и так все понимает. Ведь все написано на лице Сёгуна. Сейчас она - открытая книга, но только для лисицы. Мико прерывает тишину вопросом, мол давай пройдём куда-нибудь. Райден лишь кивает, и они направляются в покои Сёгуна. *** Эи снова снится кошмар, она ворочается во сне, то и дело пихая своими руками мирно спящую на её кровати Яэ. Кицуне настояла на этом. Ибо она не желает ложиться в комнате для гостей - что ж, Вельзевул только за. Наконец мучительный сон Сёгуна обрывается, и слезы крупными каплями катятся из глаз. Райден вся дрожит и не может сдвинуться с места, отчаянно пытаясь прийти в себя. Но лишь сильнее сжимает мягкое одеяло. Проснувшаяся Яэ беспокоится за свою любимую - она в шоке от состояния, до которого довела себя Эи. Мико очень сочувствует утрате, она понимает боль Райден - сама была подругой Макото. Но волю своим эмоциям сейчас дать не может, не должна. Важнее успокоить Эи, дать ей почувствовать, что та больше не одна. Яэ двигается ближе к Эи и медленно проводит по её лицу, вытирая слезы и тем самым заставляя смотреть Райден в глаза кицуне. Лисица аккуратно гладит щеку Вельзевул одной рукой, а вторую кладёт поверх крепко сжимающей одеяло ладони фиолетовласой. Она медленно заключает Эи в крепкие объятия, поглаживая по спине и опуская голову той себе на плечо. Райден дрожащими руками обнимает в ответ, её все ещё трясёт, но дрожь явно уменьшилась. Эи утыкается носом в плечо своей лисицы и тихо-тихо всхлипывает. — Не волнуйся, милая Эи, я с тобой! — шепчет Яэ, стараясь вложить в свой голос максимальное количество нежности и любви. — Всегда буду с тобой, навечно... Они какое-то время ещё сидят так, но усталость берет свое. Эи опускается на постель и закрывает глаза. Яэ улыбается и целует ту в макушку, а после тоже засыпает, кладя свою голову на грудь любимой и приобнимая её во сне. Так и засыпают.