Одинокий город

– Ты играешь? – Перемешивая чай, в белой кружке со сколом сверху, спросил Фёдор. Дазай лишь продолжил играть. Во время, даже длительных, пауз в диалогах между ними не чувствовалось ни капли неловкости, смущения, ничего подобного. Достоевский расслабленно сел в кресло рядом, прислушившись к мелодии, что играет Дазай, он узнал песню и после нескольких десятков секунд начал петь. Тихо, спокойно, своим чуть хриплым голосом с русским акцентом. – In the town of broken dreams. – Дазай начал играть чуть тише, дабы выдвинуть голос Фёдора на передний план. – The streets are filled with regret. – Достоевский пел размеренно, убаюкивающе. – Maybe down in lonesome town. – Дазай приоткрыл рот, готовясь подпевать. – I can learn to forget. – Их голоса прекрасно сочетались именно в этой песне. Дазай постепенно свел звук гитары на нет, откинулся на спинку кресла и повернулся к своему другу. Фёдор чувствовал Осаму, на особом уровне. Не отворачиваясь от Достоевского, шатен оставил гитару, и подошёл к нему, наклонившись, резко взял за подбородок и впился в бледные искусанные губы.