Зачарованный паук

      Этого мальчишку заметила Морган. Если бы не она, Тони и Питер никогда бы не встретились, и вся эта история не произошла бы. Но дети любят смотреть вверх — на звезды и облака, на рекламные щиты, на вершины небоскребов, и только благодаря этому замечают то, на что занятые взрослые никогда бы не обратили внимания.       И вот, когда они сидели в машине и Тони обсуждал по телефону очередные «скучные дела», Морган, задумчиво смотрящая куда-то вверх, вдруг сказала:       — Пап, а откуда на стене взялся супергерой?       — Что?.. А, это, наверное, мойщик окон, — отмахнулся Тони, едва взглянув за окно. — Да-да, я слушаю вас, мистер Стейн…       — Но там идет дождь, и у него нет швабры!       — Милая, я немного зан… Морган!       Но девочка шустро отстегнула ремень безопасности и уже выпрыгнула из машины прямо на дорогу. Движение полностью замерло в пробке, но это могло измениться в любой момент — только Морган не было до этого дела. Она с детства обожала супергероев — да-да, именно с детства, ведь сейчас она уже взрослая и ходит в школу, в целый второй класс! Но, признаться, до сих пор любит читать комиксы, особенно про Железного человека, Капитана Америку, Черную Вдову и Человека-паука.       И тут — настоящий супергерой, прямо на улицах Нью-Йорка, как всегда бывает в ее любимых комиксах и мультфильмах! И, кажется, не какой-нибудь, а тот самый, настоящий Человек-паук, совсем как из мультика! Только почему-то ползет не по стене, а по пожарной лестнице.       — Эй, Человек-паук! — закричала Морган в волнении и восторге одновременно. — Ты не ранен? Всё хорошо?       Паук замер и осторожно оглянулся через плечо.       — Всё хорошо, хорошо! Всё супер, я… Спасибо за беспокойство, но я в порядке, да!..       Его голос звучал выше, чем Морган предполагала, и дрожал, но это наверняка от холода. Она хотела спросить еще что-нибудь, пока герой не выпустил паутину и не унесся прочь, но тут ее резко схватил за руку подоспевший папа и развернул к себе.       — Морган! — Он всё это время окликал ее и только теперь облегченно опустился рядом на колено, не заботясь о сохранности дорогого костюма. — Никогда больше так не делай, хорошо?       — Там Человек-паук, папа, смотри!       И она восторженно указала наверх. Тони хмуро проследил за ее взглядом — и немного удивленно понял, что там и правда парнишка в странном красном костюме. Причем у него действительно нет швабры и, что важнее, никакой страховки.       — Парень! — позвал Тони, поднимаясь и встревоженно глядя наверх. Он далеко не из тех людей, кто помогает бабушкам переходить через дорогу, но если завтра он краем глаза увидит в сводке новостей, что рядом с его башней кто-то прыгнул с крыши, его точно заест совесть.       Парнишка обернулся — и тут же стал терять равновесие.       — Нечем дышать… — едва различимо донеслось до Тони, и тот не понял, то ли у парня приступ астмы, то ли паническая атака.       — Можешь падать, я поймаю! — не задумываясь сказал он, потому что парень забрался не слишком высоко (или успел достаточно низко спуститься), и это будет быстрее и проще, чем лезть к нему в костюме и туфлях и пытаться помочь оттуда.       — Нет, что вы, не на… не надо… — пробормотал парень, а в следующий миг его руки разжались.       — Папа, держи! — взвизгнула Морган, и Тони успел только понадеяться, что парнишка именно такой легкий, каким выглядит.       В общем-то, он оказался тяжелее, но не критично. Тони смог ловко поймать его в объятия и даже не завалиться вместе с ним на мокрый асфальт, но руки и спина мгновенно дали о себе знать — будет теперь тянуть еще несколько дней.       Но Тони не успел даже расстроиться по этому поводу, не успел вообще ничего осознать: он по инерции посмотрел в лицо парнишки, чтобы убедиться, потерял ли тот сознание и жив ли вообще, — и замер, совершенно зачарованный.       Он нередко видит красивых парней и девушек — статус всё-таки располагает. Однако он еще никогда не встречал таких прекрасных, чистых, светлых созданий. Волосы парня намокли, но видно, что они русые и вьются кудряшками, нос аккуратный и покрыт веснушками, а приоткрытые губы наверняка очень мягкие… Тони моргнул, стараясь сбросить наваждение.       Но тут парень открыл глаза и посмотрел прямо на него. И мир сузился до одного-единственного взгляда. Чуть испуганного, смятенного и благодарного, а еще заинтересованного и будто бы тоже завороженного.       — Я… я… — залепетал парень и сглотнул, собираясь с мыслями. — Я Питер.       — Тони, — только и выдал Тони, а потом всё же взял себя в руки и усмехнулся. — Часто залезаешь куда попало и падаешь оттуда?       Почему-то именно этот вопрос окончательно пробудил парня. Тот резко изменился в лице и попытался спрыгнуть с рук, но это не удавалось до тех пор, пока Тони не соблаговолил поставить его на ноги.       — Ты хоть стоять-то можешь? Что вообще случилось, куда ты лез и почему стал падать?       — Я не… Я просто хотел… Это долгая история, но спасибо, что помогли мне! Не знаю, что бы я делал, потому что такого раньше никогда не случалось, это какой-то кошмар, меня сначала затянуло куда-то в темноту…       — Погоди, не тараторь так, — поморщился Тони.       — Вы Том Холланд? — подала голос Морган, до этого молча наблюдающая за всем со стороны. Она немного испугалась за героя, но ни секунды не сомневалась, что папа его спасет!       Питер округлил глаза.       — Кто?       — Ну, Человек-паук, — пояснила Морган таким тоном, словно это должно было быть совершенно очевидно.       Однако Питер ее уверенности явно не разделял. Он нахмурился, потом зачем-то потрогал свое лицо и тяжело вздохнул, а потом нахмурился еще сильнее.       — Что еще за Том Холланд?       — Ты не знаешь?! — ужаснулась Морган. — Это мой любимый супергерой! Конечно, мне еще нравятся Железный человек и Черная вдова, но они не такие крутые. А еще…       — Милая, подожди. — Тони потер глаза, а потом окинул Питера нечитаемым взглядом. — Вам нужна помощь? Позвонить кому-то?       — Ой, правда, вы могли бы одолжить телефон? — Питер облегченно выдохнул. — В Нью-Йорке люди не особо рады помогать друг другу, так что вы бы очень меня выручили.       — Пойдем в машину, пока мы совсем не промокли, — распорядился Тони и, взяв дочь за руку, направился к Хэппи. Движение на их полосе потихоньку возобновлялось, так что тому пришлось включить аварийку.       Они втроем сели на заднее сиденье, Питер оказался посередине, и Хэппи лишь покосился на него в зеркало заднего вида, но ничего не сказал.       — А, черт, батарейка села, — вздохнул Тони. — Хэппи, не одолжишь мобильный?       Водитель нехотя протянул ему свой телефон и как бы невзначай уточнил:       — В башню или еще куда-то заедем?       — В башню, да.       Питер набрал номер, но ответ оказался весьма печальным.       — Как это «абонента не существует»?!       — Может, неправильно набрал?       — Да я уже перепроверил!.. Так, ладно, попробую еще.       На второй и третий раз ему ответили совершенно не знакомые люди, и Питер окончательно уверился в том, что попал в какой-то другой мир. А почему бы и нет, раз уж радиоактивные пауки существуют!       …Тони решил забрать пацана к себе. Всего на одну ночь — не оставлять же человека на улице. И нет, это вообще никак не связано с тем, что Питер — красивый молодой юноша с прекрасным телосложением, вовсе нет.       Куда сильнее Тони волновало состояние его головы. Но отчего-то с трудом верилось, что этот парнишка может быть сумасшедшим — хоть он и признался Морган, что настоящий супергерой и, видимо, попал сюда из другой реальности, — потому что слишком осознанными были его глаза.       Или просто не хотелось верить. В конце концов, психически нездоровые часто выглядят, как самые обычные люди, и всегда уверены в том, что говорят.       — …паутина не появилась, и я упал в какие-то мешки. Повезло еще, что не мусорные! — самозабвенно вещал Питер, когда они поднимались на лифте в башне Старка на жилые этажи. — Уже темнело, начинался дождь. И тогда я решил забраться повыше, чтобы осмотреться и понять, нет ли вокруг чего-нибудь подозрительного. Но оказалось, что у меня не только пропали способности, но и вернулся страх высоты. А дальше вы знаете — я упал с этой лестницы, и спасибо, мистер Старк, еще раз, что поймали, я же на пару секунд даже сознание потерял!..       — Это у тебя привычка — падать отовсюду? — перебил Тони, у которого от бесконечной болтовни пацана уже начала болеть голова.       Питер смутился и даже покраснел — само очарование.       — Обычно я успеваю удержаться, — пробормотал он и поежился.       Тони снова — совсем не в двадцатый раз за двадцать минут — окинул его взглядом. Обтягивающий красно-синий костюм с паучком на груди совсем не выглядел теплым, а ведь на улице и без дождя было прохладно.       — А почему… — голос вдруг подвел, пришлось откашляться. — А почему ты в таком костюме?       — Вам нравится? — тут же вскинулся Питер и воодушевленно посмотрел на него. — Я еле отыскал подходящий материал, сначала бегал чуть ли не в пижаме и в плавательных черных очках — у меня просто обостренное зрение, ну, было раньше, а свет очень яркий…       — Вы сами это сделали?! — перебивает уже Морган, и ее восхищение «супергероем» резко возрастает в несколько раз, хотя, казалось бы, куда больше. — Точнее, я знала, что в некоторых комиксах вы сами сделали костюм, но в последнем мультике его вам подарил Железный человек, и этот выглядит совсем как тот! А вы знаете его?       — Кого? — не понял Питер.       — Железного человека, Роберта Элиаса!       Лифт остановился, и они вышли всей маленькой толпой. Питер тут же замер, не успев ответить на вопрос, и восторженно оглядел открывшееся ему помещение.       — Только не подходи к окнам, а то еще схватишь очередной приступ, — хмыкнул Тони. — И не спрашивай, на каком мы этаже.       Тем временем Морган осторожно коснулась руки Питера и задумчиво нахмурила нос. А потом пришла к логичному умозаключению:       — Ну конечно, будь это костюм от Элиаса, он был бы с подогревом.       Питер засмеялся.       — Да уж, подогрев бы мне сейчас не помешал. Этот твой Железный человек — точно гений.       — Да! Гений, миллиардер, плейбой, фил… филарт… филантроп! — процитировала Морган и вся приосанилась от того, что смогла выговорить такие сложные слова. И совсем неважно, что она пока не знала значений ровно половины из них.       Тони тем временем снял верхнюю одежду и окликнул Питера.       — Парень, предлагаю сейчас принять душ, переодеться в сухое и поспать. А утром решим, что с тобой делать. Идет?       Питер тут же быстро-быстро закивал. Он был согласен на всё, что включает в себя понятия «сухость» и «тепло».       Морган отправили собираться спать, но перед тем, как уйти в свою комнату, она обернулась к Питеру, посмотрела на него внимательным взглядом и робко спросила:       — А вы правда супергерой?       Тони затаил дыхание. Ему так сильно не хотелось разрушать фантазии дочери — пусть она как можно дольше верит, что, хотя мир полон опасностей, есть в нём и те, кто готов оберегать людей. Но и объяснить, что не каждый, на ком надет пафосный костюм, является супергероем, — тоже важно. Даже еще важнее.       И поэтому он немного выдохнул, когда услышал неожиданно серьезный ответ Питера:       — Не думаю, что я супергерой. Я же, ну… Не спасаю мир от инопланетян и не останавливаю войны. Я просто дружелюбный сосед и помогаю людям со всякими мелочами, перевожу бабушек через дорогу и снимаю кошек с деревьев… Я просто стараюсь сделать этот мир немного лучше.       Морган выглядела неудовлетворенной таким ответом, но спрашивать дальше не стала — пожелала Питеру и отцу спокойной ночи и ушла готовиться ко сну.

***

      Проснувшись утром, Тони первым делом стал гадать, был ли Питер на самом деле или приснился ему. Честно говоря, в первый вариант верилось больше — Тони уже много лет не снились столь яркие сны, да еще и про юных и красивых мальчиков в трико.       С другой стороны, раз в год и палка стреляет…       Но выйдя из спальни, Тони почувствовал услышал со стороны ванной шум воды и голос, напевающий что-то себе под нос. И не заметил, как по лицу расплылась глупая улыбка.       Тони запустил кофеварку и, прислонившись к столу, стал ждать того, что произойдет первым — освободится душ или приготовится кофе. Но через несколько минут сонного моргания вдруг произошло другое: послышался шум, грохот и слабый стон боли, а затем чертыхания.       — Питер? — окликнул Тони, на автомате идя в сторону ванной. — Ты там живой?       — А?.. Да, мистер Старк, всё хорош… черт!.. Всё хорошо, нормально, да! С добрым утром, я сейчас, я быстро!       Тони легонько мотнул головой — и как этот парень умудрялся говорить двадцатью словами то, что можно было сказать двумя?       — Ты точно в порядке? Не нужна помощь?       — Нет, нет, я уже… Ауч! — Он резко открыл дверь, но от неожиданности запнулся не то за нее, не то за собственную ногу, и полетел прямо на Тони. Тот, в свою очередь, тоже не ожидавший подобного, потерял равновесие, и они оба шлепнулись на пол и огромными глазами уставились друг на друга.       Возникла неловкая пауза. Да и вся ситуация вышла весьма… двусмысленной.       Питер в одном полотенце сидел верхом на бедрах Тони, упираясь ладонями в пол по обе стороны его головы, а Тони всё ещё держал одну ладонь на его поясе, а вторую чуть ниже, чем позволяли приличия.       Тони слегка отмер первым, залюбовавшись румянцем на щеках парня, и в своей привычной манере усмехнулся, едва заметно сжимая пальцы на кромке полотенца.       — Привет, — негромко выдал он.       — Зд-здрастье, — брякнул Питер, и оба снова замолчали.       Неизвестно, сколько бы они так пролежали, если бы не скрип двери в детскую и легкие шаги босых ступней по полу. Питер тут же завозился, вынуждая Тони сжать зубы, и как мог быстро поднялся, придерживая полотенце на бедрах, а потом протянул Тони ладонь и помог подняться ему.       — Что это шумело? — спросила Морган, потирая сонные глаза. Она была ещё в пижаме и с растрепанными косичками — тоже только поднялась.       — Кстати, хороший вопрос. — Тони перевел взгляд на Питера и понял, что продолжает держать его за руку. — Что ты там делал?       Питер, осознав то же самое, выдернул ладонь и положил ее на собственное плечо, будто пытаясь прикрыться. Тони только сейчас в полной мере обратил внимание, насколько у него шикарное тело, причем всё — от сильных, но стройных ног до аккуратных кубиков мышц на прессе и заметной талии. Вот это да. Парень точно занимается собой, причем с умом, не перекачивается, как часто бывает в его возрасте.       Кстати, сколько ему?       Тони почти убедил себя, что это вопрос исключительно для общего развития.       — Да просто я уже привык, что из-за способностей мне нужно контролировать силу, ну, почти всегда, в том числе когда я делаю какие-то бытовые вещи — открываю кран или задергиваю занавеску. Когда я задергивал шторку, всё было нормально, а когда нужно было отдернуть, там что-то зацепилось, но я не сразу заметил и в итоге стал дергать слишком сильно, и…       — То есть ты разгромил мне ванную, — резюмировал Тони. Не столько потому, что вслушивался в его рассказ (он перестал быть внимателен сразу после слова «способности»), а потому, что заглянул за спину Питера и увидел валяющиеся на полу карниз и шторку.       Питер покраснел еще больше, хотя казалось, уже некуда.       — Я всё починю, честно!       — Ладно уж, я сам справлюсь. Иди оденься, пожалуйста, не мозоль глаза. — Осознав, что именно сказал, Тони попытался реабилитироваться: — В смысле, на тебя смотреть холодно, у нас тут не Аризона! Давай-давай.       Питер опустил голову и метнулся в сторону дивана, на котором спал. Там, очевидно, лежали и его вещи.       Но когда Тони вышел из ванной, мальчишка всё ещё был в чертовом полотенце, только теперь накинул его на плечи.       — Мне не во что переодеться, — страдальчески протянул он, оправдываясь, и Тони не смог вынести этого оленьего взгляда дольше секунды.       — Боже, сейчас!       Он перерыл свой шкаф и из подходящего нашел только старые и севшие от стирки пижамные штаны, большую футболку «Хэллоу Китти» и поменьше — синюю, с какими-то формулами и научной шуткой. Эта принадлежала Пеппер, та забыла ее, когда собирала вещи. Или оставила нарочно, в чем Тони почти не сомневался.       — На, держи. — Он кинул вещи перед Питером. — А, белье нужно?       — Нет! — тут же вскинулся тот. — У меня свое вполне чистое.       — Прости, я просто не был уверен, носишь ли ты трусы под этим своим костюмом. Он не выглядит, как удобный для них.       — Мистер Старк! — возмутился Питер, и Тони в ответ хихикнул.       Морган тем временем умылась и разместилась за столом. Времени на завтрак оставалось мало, так что Тони достал из холодильника сэндвичи себе и Питеру, а Морган насыпал хлопья и залил молоком. Извините, но поваром он себя никогда не считал.       Питер вошел на кухню очень тихо и осторожно присел на краешек свободного стула, как будто не был уверен, что его здесь ждут и не прогонят.       — Питер, будешь чай, кофе, какао?       На последнем Морган хихикнула, и Питер насупился.       — Я же не ребенок, мистер Старк! Давайте чай, если можно.       «Это хорошо, что не ребенок», — подумал Тони, украдкой усмехаясь.       — Ой, это футболка мамы, — вдруг сказала Морган, и повисла неуютная тишина.       Тони, продолжая наливать чай, как ни в чём ни бывало, явственно ощущал на себе вопросительно-обвиняющий взгляд Питера. Мол, зачем было предлагать эту футболку, если она принадлежит другому человеку? С которым, возможно, связаны не лучшие воспоминания присутствующей здесь маленькой девочки?       — Маме она никогда не нравилась, — добавила Морган, и обстановка стала разряжаться. — Хотя это папин подарок.       — Да-да, твоя мама ненавидела мою работу, я помню, — саркастично отозвался Тони, поставил на стол чай для Питера, кофе для себя, бутерброды для них обоих и наконец сел сам. — Прости, карапуз, повар из меня никудышный.       — Карапуз! — весело рассмеялась Морган, а Питер вновь возмущенно посмотрел на Тони.       — Ну мистер Старк!       — Не мистерстаркай, ешь давай.       — Спасибо, — всё же поблагодарил Питер и принялся за сэндвич.       Молча они ели всего четверть минуты. А потом Морган снова подала голос, восторженно наблюдая за гостем.       — А у тебя правда ускоренный металоб… мелабо… в общем, тебе правда нужно много есть, чтобы хорошо себя чувствовать?       Тони, делая глоток кофе, украдкой спрятал в кружке улыбку. Кто ж не любит побольше есть, еще бы. Тем более, когда речь о подростке. Подростке, занимающимся физическими нагрузками.       Он не стал продолжать эту мысль.       — А, ме-та-бо-лизм? — по слогам проговорил Питер, чтобы Морган могла повторить и постараться запомнить. Это задело в железном сердце Тони какой-то оголенный провод.       — Ме-та-бо-лизм! — повторила Морган, и на ее лице засияла довольная улыбка.       — Да, правильно, — улыбнулся Питер в ответ. — Ты кушай, а я объясню. Вообще, да, в моем мире он у меня ускоренный, поэтому нужно…       Питер болтал без остановки, изредка прерываясь на то, чтобы откусить от сэндвича, и Морган внимательно его слушала, при этом, на удивление, поглощая хлопья. А ведь обычно, если Тони включает телевизор во время ужина или рассказывает какую-нибудь историю, она забывает есть и сидит, открыв рот, пока еда не остынет.       — …и он обязательно придет за мной, — уловил Тони среди потока информации и на автомате подметил, как на щеках Питера появился легкий румянец. — Я в этом уверен на все сто процентов! Он найдет способ.       — Твой парень? — выпалил Тони быстрее, чем успел себя остановить. Но жалеть о заданном вопросе он не собирался.       Лицо Питера приобрело уже действительно красный, как его костюм, оттенок, а глаза расширились, почему-то испуганно. Но такая реакция стала понятна, когда он осторожно покосился на Морган, а после вопросительно вскинул бровь.       — Да брось. — Тони закатил глаза. — Моя дочь прекрасно осведомлена, что в отношениях нет никаких правил, и люди любят друг друга не за то, что у них межд… не за тела, я имел в виду, — быстро исправляется он, поймав заинтересованный взгляд Морган и беззвучное «НЕТ» Питера.       — Да, Уэйд — мой парень, — поспешно ответил Питер, почему-то сильнее горбясь, будто пытаясь спрятаться.       Тони очень захотелось поговорить о причинах такой реакции и внезапно односложного ответа, но он призвал на помощь последние крупицы своего такта и не стал лезть в чужую душу.       Хотя очень хотелось бы. И не только в душу. Надо же, он и забыл, каково это — разочароваться тем, что заинтересовавший тебя человек уже занят. Впрочем, чего он ожидал? Такой прекрасный мальчик с прекрасным телом, пусть и немного не в себе, просто не мог быть одиноким. Это очевидно.       — Так, пора в школу! — заявил Тони, быстро поднимаясь.       И мотнул головой. Вот уж точно, в школу, где и должны были остаться влюбленности в подростков, — там, где он сам был таковым.