Копилка неудачника

Воронежская муниципальная школа, где также учат детей мудрости, знаниям и навыкам для выживания. Но для многих наоборот, предательству, тупизму и поскорее уйти из этого мира, так же съебаться к чертям. Отличники бы начали таращиться на балбесов с их проблемами на счёт того, что им как видишь ли не нравится жить в своей семье, мало внимания, кажется, что ты уже одинок в этом мире и никому не нужен. Да и вообще, кто придумал это заведение, куда ты каждый день ходишь и тебе высасывают мозги как коктейль через трубочку. Требуют внимание к доске, где написано куча ненужного. Ну и конечно же орут как резанные за то, что ты видишь ли не сделал домашку. Может кому-то нравится этот весь ритуал, но его бы тогда обозвали мазохистом. Как можно сдерживать слёзы перед кричащим на тебя директором. Как можно есть в столовой, где готовят чуть ли не из туалетной бумаги. Как можно писать контрольную на ту тему, что ты не понял, изучая на уроке, который ведёт повреждённая психикой математичка. Это просто ужас. Нет его ужаснее. Поэтому дети так часто себе вредят, а вину же переносят на них, думая, что те что-то не услышали, или были где-то не правы. Пусть, им похуй. Они просто хотят личного пространства, заниматься тем, чем хотят. То, что их делает счастливыми. А вот Антона уже ни чем не сделаешь счастливым. Ходит себе такой, грустный всегда. Но не от того он весь поникший, а от развала семьи. Уже как два года назад их бросил отец, от чего парень не может принять такую судьбу. За что его так бог наказал — не понять. Пусть даже он сделал что-то раньше очень нехорошее, но это слишком уж маленькое злодеяние для такой участи. Просто так нужно, всегда думал тот, вспоминая ситуацию. С мамой все так же. Она конечно уже стала спокойнее относиться к таким резким изменениям в жизни, но бывало и поплачет от несчастья. Шастун же всегда был рядом с ней, она тоже была его главной поддержкой. Но, видимо, её не хватило. Шастун же теперь ко всему относится равнодушно: от упавшей на пол ручки, до избиения школьников за углом здания. Он был таким неудачником в своей жизни, столько всего успел увидеть, даже путешественник позавидовал бы, но он никогда не видел и не чувствовал самого важного — это счастье и смысл жить дальше. Даже сейчас он присел на четвереньки, чтобы завязать шнурки на кедах, которые купил недавно. И не видит в этом смысла, болтались себе, пусть и дальше болтаются. На данный момент Антон шёл к воротам школы, чтобы прилепить жёванную им жвачку на железный прутик. А после же лениво идя к главному входу заведения. Внутри бушевали школьники, переодевавшие осеннюю обувь и снимая куртки. А Шастун ходил лишь в обычной ветровке, ему даже на это пофиг, он не боится, что замёрзнет и заболеет. Но сменку носит с собой, а то тут есть одна женщина по имени Татьяна Ивановна. Она то следит за порядком и проверят обувь, так что приходится менять одну на другую, чистую. Рядом проходят знакомые ему одноклассники. Но тот ни с кем из них не разговаривал. Были конечно исключения. Димка, Серёжа и староста класса Оксана. Они чаще всего разговаривали с Шастуном. Повесив сменку на свой излюбленный крючок под стёртым номером восемь, направился на второй этаж в 115 кабинет. Это был их класс, где учился 10"Б". Ребят многие учителя недолюбливают. В первых годах были просто в восторге, что они такие умные дети, а сейчас чуть ли не жалуются директору на то, что кто-то просто достал телефон на уроке. Да, быстро меняется время. Зайдя в кабинет, как всегда никто не обратив внимание на появление парня. Хотя он был довольно заметным, учитывая, что часто носит тёмную и мешковатую одежду. Сев за свою последнюю излюбленную парту в первом ряду, достал учебник русского языка, погрызенную ручку с карандашом, а тетрадь… Забыл, опять, как и всю свою жизнь где-то далеко в тех временах. — Дим, привет, — тихо поздоровался Шастун, стуча ладошкой по плечу, на пальцах которых было полно колец и браслетов. — Не найдется листочка? — Шаст, здарова! — повернувшись, Позов пожал руку другу, вздрагивая от холодных украшений, прикасающихся к его руке. — Эх, опять забыл? Тот пожал плечами и умоляющим взглядом молил дать листочек. Хоть и тот писал часто всё в одну тетрадь, а потом учителя задавали вопрос, почему же у него в тетради по химии написана география. — На, — вздохнув, кареглазый отдал листок в линейку. — забудешь, я тебе этот листик, сам знаешь куда засуну. Антон безумно отблагодарил друга и положил бумагу на край стола. Повернув голову к окну, увидел на нем капли. Возможно, дождь собирается. Хорошо, что он успел дойти и не попасть под ливень, а то бы выглядел неподобающе, он ещё и зонт не взял. Какой же Антон неудачник… Сказал бы отец, увидев такое существо перед собой. Шастуну хоть выступай на конкурсе невезучих, гран при бы получил. Может быть, ему бы и не стали аплодировать. Но всегда хочется хоть немного внимания от окружающих. Если же в его случае, то Шасту бы начали пожимать руку и радоваться за то, что он смог убрать в комнате бардак. А так, ни малейшего взгляда в его сторону, будто того и нет. Но взгляд Антона проскальзывает на странной незнакомой макушке с длинными распущенными волосами, стоящей где-то у стены. Около него находилось несколько одноклассников, бурно что-то обсуждая. Шастун был в недопонимании, кто это был. — Дети, садимся, мне нужно кое-кого вам представить, — зайдя в класс, учитель положил на стол какие-то документы. — Арсень, подойди! Антон сначала не понял о чём речь. Но достав свой телефон, посмотрел уведомления и увидел сообщения в группе их класса, где одноклассники чуть ли не до часу ночи обсуждали об новеньком. Шастун стукнул себя по лбу и убрал телефон. Он редко вообще заходил в сеть. Если ему кто-то пишет, то тот ответит, наверное, только через неделю. Кто ему будет писать, он и так ни с кем не общается, кроме троицы, и то у них есть дела поважнее, чем писать депрессивному подростку. Так что и общение он ни с кем не держит. К учителю подошёл этот самый паренёк, сложив руки за спину. Сам по себе он был чуть ниже роста Шастуна, волосы чёрные, но черты лица было плохо видно, ведь тот сидит на последней парте. Конечно, попробуй что-нибудь увидеть отсюда. — Это Арсений, он теперь будет учиться последние два года с нами, — Павел Алексеевич посмотрел на новенького, с улыбкой, а после и на весь класс. — Арсень, тебе хоть сколько? — 16, в марте 17 будет. — чуть с ноткой смущения произнёс Попов. — Отлично, давай тебя я посажу куда нибудь, — Павел стал осматривать весь класс, в поисках нормального места. — Можешь пока сесть к Антону! — тот показал рукой на свободное место с Шастом. Он вытаращил глаза, понимая, что сейчас у нему подсадится этот Арсений. Убирая рюкзак с соседнего стула, поставил к себе. Попов сел, доставая тетрадь и ручку. Тот только пришёл, поэтому выдать учебники ещё не успели. — Привет! — тихо произнёс парень, смотря на соседа. — Можно поделишься учебником? — Забирай, — Антон отодвинул книгу Арсу, одновременно доставая тетрадь из портфеля. — Всё равно я сейчас не этим заниматься буду. Шастун стал что-то писать в своей тетради, где было полно разных кривых нот, которые были задействованы в разном порядке. Шастун увлекался музыкой. А точнее играл на гитаре, уже успел закончить музыкальную школу, и теперь может играть что захочет. Хоть Алёну Швец или даже Цоя. Всё свободное время он учит мотивы, а после играет их, наполняя свою жизнь спокойствием и удовлетворением. Но тот пока писал, стал чувствовать на себе прикованный взгляд. Повернув голову, увидел Арсения, который любопытно смотрит на соседа. — Я что, достопримечательность, чтобы на меня так зырить? — по хамски повел себя тот и отвернулся от одноклассника. — Ой, больно надо мне на тебя смотреть. На вид ты вообще мне кажется слишком тупым. — отвечал так же Попов, открывая тетрадь, записывая число и классную работу. — Да ты таким же скоро станешь, так что не волнуйся, не один такой будешь. — шипя как змея, Антон прошёлся взглядом по лицу новенького. Он не терпит такого отношения к нему. Попов вздохнув, решил больше не трогать этот диалог. — Ты не обижайся, он всегда такой, — говорил Серёжа, сидящий с Димой, повернувшись к Арсу. — Антон та ещё заноза. — Серый! — шикнув на того, дальше продолжил писать будущее творение.

* * *

Со звонком об окончании урока, все стали собираться в кабинет, где проходит урок французского. Класс был поделён на две группы, одни там, другие на немецком. Антон же был в первой группе по французскому. Он был единственным отличником по этому предмету, но когда узнал, что Попов будет в этой же группе, был просто в ярости. Придётся надеяться на то, что этот Арсений не знает французского. Собрав одним махом все вещи с парты, направился к выходу. Но того резко окликает учитель. — Антон, подойди пожалуйста, — просит Павел Алексеевич, собирая стопку тетрадей одиннадцатого класса. — Слушай, тут такое дело… Сможешь провести экскурсию по школе Арсу после уроков? — А что мне ещё ему сделать? Рубашку погладить? Или приготовить поесть? — возмущается тот, скрещивая руки. — Взрослый, сам разберётся! — Ну Антош… Не будь таким хлоднокровным, — грустно посмотрев на ученика, положил свою руку тому на плечо. Павел понимал всю трагедию Шастуновской семьи, поэтому пытался того поддерживать от самых первых классов. Он являлся старым другом его матери, из-за этого так добродушно относился к ученику. Он был почти как его второй отец, а Антон как его сын. — Ладно, но впервый и последний раз. — вздохнув, Шастун взглянул на учительский стол, где лежали документы об принятии ученика Арсения Попова в Воронежскую школу. — Спасибо, Шаст! — Воля поцеловал мальчишку в макушку и побежал в другой кабинет, относя бумаги директору об поступлении ученика. Антон хоть и не любил эти телячьи нежности, но было приятно. А сейчас нужно идти на любимый урок, где придётся узнать, насколько умён одноклассник. — Любимец учителя? Похвально! Не всем же подросткам придётся до конца своей жизни на шее у родителей сидеть. — довольно сильно отшил того Арсений, чуть толкнув плечом Шаста, а после ушёл из класса. — Ой-ой, а ты… На себя вообще посмотри… — не зная, что ответить, решил вообще забыть про это, ведь так и есть. Антона многие считают любимцем Паши, после чего подлизываются и скверно шутят. Но Антон любит учителя как отца. Старший многое сделал для него. В классе все были готовы к уроку, а Антон решил сесть поближе к учителю, чтобы продолжать впитывать информацию об французском языке. Недалеко от него сел Арсений, у которого уже лежал учебник, наверное, уже попросил у кого-то, слава богу не у Антона. — Bonjour les enfants, asseyez-vous¹, — заходя в кабинет, сказала свою излюбленную фразу ученикам. — О, у нас сегодня новенький? Привет, я Елена Константиновна, скажи пожалуйста своё имя и фамилию, чтобы могла запомнить. — Je m'appelle Arseniy Popov, ravi de vous rencontrer² — тот хотел выглядеть как можно энтилегентней, поэтому решил поболтать на французском. Шастун смотрел на того чуть ли не с открытым ртом. Больно он хорош, но это только начало, посмотрим, как тот справится с заданиями в учебнике. — И так, Антош, поработайте в паре с Арсением, — говорила та, открывая страницу в учебнике. — И так, попробуйте пообщаться друг с другом на французском, используя картинки. Шастуну было немного противно, но всё же, повернулся к однокласснику и первым начал диалог. — Aimes-tu l'hiver? ³ — спрашивая у того, подсматривал в картинку, чтобы узнать тему разговора. — Très, mais elle a trop froid⁴, — Арсений призадумавшись, отведя взгляд, решил добавить. — juste comme toi…⁵ Антон закусил губу и медленно повернулся к себе, опуская взгляд в книгу. Этот Попов его все больше раздражал, но и давал о себе знать, что он крепкий орешек, нервы стальные. А у другого уже всё вытреплено. Учительница посмотрела на них взволнованным взглядом и стала опрашивать других. Голубоглазый издал смешок и стал что-то вычитывать из книги, удовлетворяясь своей проделкой.

* * *

— Блин, не мои проблемы, что меня назначили делать рум тур по школе, — переходя на громкий тон, Антону не нравилось, что новенький возмущался, ведь экскурсию будет проводить этот Шастун. — Пошли уже! Антон закинул портфель на одно плечо и пошёл в середину коридора, где хотел начать прогулку. Ему хотелось скорее это закончить и пойти домой, где его ждёт гитара. Там он сможет как нибудь расслабиться и почувствовать себя собой. Но это удавалось редко, поэтому тот всегда ходит с такой гримасой. Надо лишь дать ему разобраться в себе. И тогда мы увидели нового Антона. Полного счастья и радости. — Ну вот, это коридор, если налево, то физкультурный зал, если направо, то кабинеты, ну и прямо — столовая, актовый зал и лестница на второй этаж, куда пойдём? — Давай в физкультурный зал. — пробубнел тот что-то невнятное и пошёл налево. Попов пошёл летящей походкой к месту, из-за чего Шастуну пришлось затем чуть ли не бежать. Спустя даже пол часа, все главные места были пройдены, а остальные, не нужны, не понадобятся для Арсения. — Я конечно тебе благодарен за экскурсию, но до сих пор обижен за сегодняшнее утром высказывание в мою сторону. — твердил тот, снимая куртку с вешалки, после надевая на себя. — Ой, ну и обижайся дальше, обидчивый наш, — сдержав волю закатить глаза, парень открыл входную дверь, откуда поступил поток холодного воздуха. — До завтра. Арсений проигнорировал слова одноклассника и тоже вышел, направляясь к своей машине, где его забирают родители. Повезло же тому, на машине ездит, а вот Антон пешком ходит, хоть тут и близко от школы до дома, но всё равно хочется сесть в тёплую машину и ехать в тепле, отдающим из кондиционера. Мечты мечтами, но позволить это семья Шастуна не могла. Да и тем более после таких изменений. Но парень жалеет, что не надел что-то сверху теплое, больно прохладно, так и заболеть можно. Придя домой, открыл своим ключом входную дверь. Дома никого не было, мама на работе, поэтому можно заварить Доширак, который уже как несколько дней лежит непритронутый. Снимая кеды с трудом, не развязывая шнурки, зашёл на кухню, ставя чайник. Открыв упаковку лапши, облизнул свой палец, чуть и не коснувшись языком кольца на нём и опустил его в специи, после опять облизнув. По привычке так делал. Налив кипяток, закрыл крышкой и поставил на стол. Пока заваривается чудо лапша, просматривал соцсети, где впринципе ничего интересного.

* * *

— Тоша, я дома! — кричала мать закрывая дверь, от куда из подъезда успел пробраться холодный ветерок. — Не голодный? — Да не, сыт, — тот подошёл и обнял родительницу. — Хочешь чай? — С удовольствием! — кряхтя произнесла Майя, снимая сапоги с ног. Шастун навёл малиновый чай, ставя на стол кружку. После достал из холодильника вчерашний тортик и отрезал кусочек, чтобы матери было вкуснее ужинать. — Как в школе дела? — доносился голос из ванной, где та мыла руки. — Ну, как всегда, к нам новенький пришёл. Арсением зовут. — Ох, красивое имя! — трепещала мама, заходя на кухню и садясь за стол. — Да, очень… — вздохнул тот, садясь напротив матери. — Обидчивый больно. — А ты узнай его поближе, может он хороший собеседник! Майя никогда не давала плохие советы для сына. Всегда выслушивала и поддерживала любой выбор парнишки. Она провела с ним всю жизнь, была почти единственным другом, с которым можно побеседовать по вечерам. Решить проблемы века и помочь друг другу. — Возможно ты права, но я как-то привык быть один. — Тош, тебе надо развивать общение, а то так и будешь всю жизнь жить один. Надо немного открываться людям. Я ведь когда нибудь умру, и с кем тогда ты будешь разговаривать? — Мам, ну ты о чем? — взволнованно подбежал сын к матери и обнял ту. — Ты у меня самая живучая и прекрасная! — Ох, дорогой… Я тоже тебя люблю. — женщина положила свою руку на руку мальчика, чувствуя, что он очень сильно боится за нее. Она даже чувствовала его бьющееся сердце, которое могло вот-вот выпрыгнуть из груди.

* * *

Шастун на этот раз пришёл в школу в довольно приподнятом настроении, что была большая редкость. Встретив своих близкий друзей, даже умудрился пошутить на откровенные темы и хоть чуточку посмеяться, но когда в класс зашёл Арсений, то кто-то будто по щелчку пальцев, у Антона мигом пропало настроение. От брюнета будто исходит какая-то нехорошая аура. Но тот снова сел к Антону и даже не посмотрев на того, тихо поздоровался и достал нужный предмет. Тому уже раздали учебники и своим можно было не делиться. — Ребят, все по местам срочная новость! — в класс влетел Павел Алексеевич, каким-то образом успев обогнать идущую в класс биологичку. — У нас скоро будет конкурс, выступаем через три недели, нужно срочно придумать, кто участвует! — А на какую тему? И где? — раздался ни пойми где женский голос, судя по всему, Оксаны. — Ну тут уже сами выбирайте, а место провождения ДК Железнодорожников. — учитель сделал паузу и стал выслушивать предложения учеников, которых как обычно не было. — Ну пусть наш Шастун выступает! Он на гитаре может сыграть так, что гран при получит! — Антон опустил голову, смущаясь и уворачиваясь от взглядов, покосившихся на него, и конечно, смотрящего Арсения. — Хм, идея то хорошая… — тот почесал подбородок и устремил взгляд на Антоне. — Тош, не против? — Да зачем мне это?.. Других вариантов что-ли нет? — школьники стали шептаться и хлоднокровно смотреть на одноклассника. — Так и скажи, что хочешь предать наш класс! — говорила Ирина с первой парты, закручивая себе на палец локон волос. — Ну, если уж так… Ладно, я участвую… — вздохнув, Шастун принял заявку на участие в конкурсе. Так ему ещё придется придумать, что петь. Вот же свалилась куча проблем ему на голову. Во первых нужно исправлять оценки, чтобы мама была довольна своим сыном. Во вторых разобраться с этим конкурсом. Как он будет это всё успевать делать, ему не понять. — Так ты на гитаре играешь? — усмехнулся Попов, наклонив голову, чтобы посмотреть на соседа по парте. — Я то думал, что вообще бездарность рядом со мной сидит. Ну что же, надеюсь ты хотя бы на сцене не опозоришься. — Не опозорюсь, вот увидишь… — грозно пробубнил Антон, дальше сидя в такой позе, крутя в руках кольца, то снимая их, то надевая на все пальцы подряд. Все остальные уроки парень был очень задумчив, так было и на следующий день. Тот сидел и думал, что можно сыграть, чтобы не опозориться, порадовать людей и убедить Попова, что тот способен на многое. Цой уж точно не должен быть. Алёна Швец… Тоже не вариант, но можно оставить на заметку. Был и подходящий вариант с песней, где поётся про белые обои и черную посуду. Антон её слышал, только припев и то не полностью. Но время подумать ещё есть. — Шастун! Ещё раз повторяю! Если ты опять будешь игнорировать мой вопрос, то окажешься у директора! — пищала учительница геометрии, уже чуть ли не подойдя к ученику. — А? Ой… Извините, задумался… — тот поднял голову и увидел гневный взгляд учителя, которая вскоре отвернулась и села за рабочий стол. — Пока я тебе ставлю два. Исправлять будешь, когда из мыслей вылетишь и наконец прилетишь в пункт назначения. — в классе послышались смешки и недовольное бурчание Антона. Он был очень ранимый. Повышение тона человека на него довольно хорошо влияло. Я уже молчу про то, когда его перед директором отсчитывали за то, что он плохо написал контрольную. Так что эта ситуация его могла уже до слез довести, но заплакать не дал сидящий рядом Арсений. Нельзя перед ним показывать свою слабость. А то узнает его мёртвую точку и станет на нее давить и делать больно юноше.

* * *

— Шаст, ты зачем гитару припёр? — спрашивал Серёжа, идя следом за другом. — Неужели Арса за его шуточки дубасить? — Нет, но если бы я просто так принёс гитару, то он давно бы превратился в медиатор, — безэмоционально проговорил Шастун, идя в спортзал, где собирался оставить музыкальный инструмент, там можно много чего хранить, а после забирать. — А вообще, мне тренироваться надо, выступаю же скоро. — Ах, да… Ну тогда удачи! — Матвиенко похлопал друга по плечу и ушел в кабинет биологии. Антон зашёл в мини каморку, где куча реквизитов и спортивных вещей. Положив деревянный инструмент куда подальше от завистливых глаз, надеялся, что ее никто не тронет руками. Отряхнув ладони, снова одел портфель на плечо и пошёл туда, где уже давно был Серёжа. Зайдя в класс, удивился тому, что все задние парты заняты. Выдохнув, сел за первую, около входа в кабинет. Достав учебник и тетрадку, прилёг, задумавшись о своём. — Тох! Тоха! — кричал бежавший к нему Дима. — У нас контрольная! Быстрее, записывай! — Позов показал другу телефон с вопросами, которые скинул параллельный класс, они довольно хорошо относятся к ним. — Э… Сейчас! — Антон достал телефон и стал гуглить всё, записывая варианты ответов. — Тут «г», а тут «б»… — Всё! Тоха! Ты нас спас! — Дима чуть ли не в щёку поцеловал друга, крепко обнимая. — Народ! Все садимся на второй вариант! У меня ответы есть! — после возгласа Димы, многие послушались и стали рассаживаться. Антон и так сидел на втором варианте, поэтому дальше отдыхал, ожидая звонка. Он рад был помочь классу, но думал, что это поможет им наладить с парнем отношения. А пока тот лежал, в голову пришли интересные мысли. Если у Антона проколоты уши, то он может носить серьги, хоть он и делал это редко, но одевает их лишь тогда, когда позволяет настроение. А вот с ногтями поинтереснее. Из можно было бы покрасить в чёрный цвет, будет прям как гот. Хотя, все мальчики стали бы показывать языки и фукать на такой поступок одноклассника. Так ещё и учителя бы наверное ругали за это. Он хоть и носит кучу браслетов и колец, многие еле терпят этот звон блестяшек, так парень ещё удумал ногти покрасить. В класс вбегает Марина Владимировна, учительница биологии. В руках были листочки с вопросами и стопка тетрадей 10"Б». Начав раздавать листы, послышалось возмущение и бубнёж. Тут к Антону прилетает листок с первым вариантом. Выпучив глаза, потёр переносицу, чтобы убедиться, что это не сон. Он ради многих человек в классе искал ответы, а сам? Сделал доброе дело, а себе ничего? Антон был в ярости и одновременно расстроен. Так ещё он на первой парте сидит, а около него у дверей биологичка с телефоном в руках. Вот что за несправедливость… Его будто бог ненавидит. Глубоко вздохнул, иногда пытался что-то писать, вспоминая прошлые уроки и иногда пользовался моментом, чтобы заглянуть в интернет. Под конец урока, Шастун успел ответить на многие вопросы, и сдав листочек, ушёл твёрдой походкой в другой кабинет. Сейчас у них был английский, где Антон мог спокойно погрузиться в свои мысли. Рядом с ним же сидел Арсений, иногда поглядывая на соседа, что-то шепча, видимо, опять дразнится, но от парня ответа не последовало, тот был давно в другом мире, где обдумывал концерт.

* * *

Антон уже сидел в пустом спортзале, попросив ключи у охранницы. Она его еле отпустила, думая, что тот сто процентов устроит пожар или что-нибудь украдёт. Но Антон будет лишь репетировать. Сейчас он искал подходящую песню. Нужно было найти что-то интересное, знаменитое, греющее душу и сложное. Сыграв что-то лёгкое, место пятое точно займет, поэтому надо всё усложнять, чтобы потом на него не было отрицательных криков по поводу того, почему их одноклассник так плохо выступил. Не хватало, чтобы Арсений ещё больше стал задираться и хвастаться, что он такой неудачник, а сам король. Уши б его даже не выдержали такого напряга в речи одноклассника, который точно стал бы оскорблять Антона. Было пока что два варианта песен. Либо Алена Швец «Первое свидание», либо неизвестная Шастуну песня, где поётся про белые обои и чёрную посуду. Но надо поискать ещё. Были идеи спеть ещё Лазарева, но народу возможно не очень понравится. Можно было спеть ещё конечно Белую ночь, или песню группы Звери «До скорой встречи!»… Стоп! Вот оно! То что нужно! Позитивно, громко и сложно! Антон, найдя аккорды, так сказать по-мягче, прихуел от такой сложности. Глубоко вздохнув, сел на пол, беря гитару в руки, начиная пробовать струны. Главное запомнить последовательность и сыграть чисто. Получалось по началу, конечно не очень, но надо тренироваться. А также пытаться как-то успевать учиться, чтобы порадовать родительницу. И так Антон просидел почти до четырех часов, после чего его прогнал физрук, говоря идти домой. Шастун даже ничего не смог выучить, только так сказать, разогреть пальцы, а дома лучше не играть, а то соседи прибегут и пиздюлей дадут. А в спортзале хорошая акустика, поэтому Антон будет тут оставаться играть на гитаре каждый день, чтобы дать понять классу, что он способен на многое. А сейчас нужно идти домой, где его ждёт вкусный суп. Мама успела сварить вечером, зная, что школьник не может долгое время сидеть на одних дошираках. Счастливый Антон надевает куртку, не меняя обувь, выскакивает на улицу, бежал домой, в тепло и уют. Оказавшись там через пять минут, благодаря своим длинным ногам, быстро снял обувь и кинул куртку на пол, забежал на кухню, доставая из холодильника кастрюлю. Поставил тарелку в микроволновку разогревать борщ. Белый хлеб в тостер. Столовую ложку на стол. Баночка сметаны «Простоквашино». Так же включив телевизор, шли какие-то новости о погоде. Осталось по привычке заглянуть в школьный портал, где должны были быть оценки за сегодняшний день. Антон уже чувствовал себя счастливым, понимая, что этот день ничего не может испортить. Но его улыбка резко пропадает, брови хмурятся, а глаза чуть ли не на мокром месте. За биологию ему сегодня три.