Счастье

В чем измеряется счастье? В улыбках? В любви близких? В объятиях друзей? В смехе прохожих? А может быть в любви к самому себе? А если счастье можно измерить, не значит ли это, что есть и размер этому счастью? И правильно ли это? Считать, как яблоки в саду, насколько ты сегодня насыщен счастьем. Ведь для каждого придел свой. Для каждого счастье своё, и каждый думает, что оно особенное. Ведь все люди особенные, кто-то ждёт месяцами объятий близких, другой же обнимает маму каждый день перед уходом на учебу. Но счастье все равно летает где-то вокруг нас. Его можно услышать в птицах, летающих над голубым небом, в оживленных рассказах бабушек в парке, в беге собак друг за другом, в маленьких мальчиках играющих в футбол во дворе, детях, которые стремятся быстрее вырасти, ещё не понимая насколько хорошо быть ребёнком. Счастье везде, возможно его придётся поискать, если вдруг упустишь эту нить наблюдения за ним, но оно найдётся. Обязательно, только нужно желать его увидеть снова. Захотеть прочувствовать, до коликов где-то в районе грудной клетке, будто задержал дыхание и забыл, что такое вдох, а потом и выдох. Захотеть ощущать, мягкость размеренности, а так же силу быстротечности самого «счастья». Представить, как оно сочиться через пальцы, не останавливаясь. Ведь у счастья нет «тормоза», а так же нет и «газа». Осознать, что счастье придёт, ведь у него свой темп для каждой самой никчемной жизни на земле. Ведь даже у самого обычного муравья, который живет в маленьком муравейнике около детского сада, во дворе спального района, тоже есть счастливые дни. Когда он по-настоящему рад происходящему, и мечтает, чтобы завтра был такой же хороший день, как и сегодня. Так же и люди, они мечтают, что завтра найдут счастье. Им и правда остаётся только мечтать, ведь «счастье» не имеет рычага и управления. Но тем не менее, оно приходит. Приходит к каждому. Оно пришло к Джейку, который становился безумно счастливым каждый раз, когда его глаза находили в толпе «обычных» студентов, его студента. Его заветное и желанное «счастье». Такое, к которому тянешься неосознанно, будто и правда забываешь, как выдыхать и вдыхать, а колики расходятся уже дальше грудной клетки, заполняя иногда даже и так худо работающий мозг. Джейк мечтает, но свои мечты не озвучивает, даже не записывает. Хранит в голове, боясь, что пропадут, вытекут сквозь пальцы. А потом и не соберёшь, разбегутся быстрее всех муравьев на планете. И поэтому он мечтает о нем каждый раз все больше и больше, сильнее и сильнее, не обращая, что уже не скрывается, он просто смотрит на него. Словно он - не Пак Сонхун, он визуализация «счастья». Он пытается отыскать рычаг, чтобы запустить счастье, найти под ногами газ, но ничего нет. Поэтому он решает, что если все узнали о его виде «счастья», не скрываться. Смотреть на него когда хочется, ведь ни на что больше он пойти не сможет. Сможет? Где он, а где Пак сонхун счастье Но на самом деле, счастье в жизни людей намного ближе, чем может показаться. Иногда, нужно протянуть руку, прочувствовать тех самых птиц над головой и смех…. Его смех. Голова Джейка опять перестаёт работать. В какой уже раз за этот день. Шим смеётся с самого себя. Он связан, вязнет в этом болоте, сколько бы он не вытягивал руки, счастье не приходит в его жизнь. Не торопится, будто смеясь над муками Джейка, где-то за поворотом его судьбы. - Привет. Ты никогда не пробовал себя в роли чьего-то счастья? - подходит Джейк через тысячу выборов «что лучше сказать?», и «может потом?». А в итоге заготовленная фраза «привет, я Шим Джейк» превратилась в вялый подкат какого-то добряка за первой партой на паре по механической физике, которым и являлся Джейк, смешно и грустно… - Если ты скажешь мне в чем заключается эта роль, я попробуюсь на неё. Когда будет прослушивание? - застенчиво улыбаясь говорит Сонхун. Он явно не ожидал, что этот парень все-таки решиться подойти, но Сонхун бы не сказал, что он не ждал. Иногда, это даже забивало все его мысли и выбивало из простых разговоров со знакомыми. Он гадал по вечерам, лёжа в кровати и смотря в потолок, какая же будет его первая фраза Сонхуну. Представиться? - «Тогда точно нет» - решает он. Открытый флирт? - «Скучно» - убеждает себя Сонхун. И что в итоге? Джейк будто все это время подслушал его мысли на совсем сонную голову, и отмечал у себя в блокноте все запретные «первые слова при знакомстве с счастьем». Сонхун думал об этом, и на секунду забоялся, что тот и вправду читает мысли, так же непринуждённо, как люди дышат или моргают, или смотрят на играющих в футбол детей. - Эта роль полная импровизация. Писатель моей жизни прописал ее только для тебя. - разошёлся Джейк. Мёд для ушей любого человека, подумаете вы. Но он мог себе позволить. Шим так чувствовал, мечтал. Не хотел останавливаться, только не сейчас, только никогда Сонхун с блеском в глазах, будто после нескольких бокалов белого, а не после пар по психологии, стоял около него, и разговорил. - И сколько же человек будет на таком прослушивании? - до конца поняв правила игры, выдаёт Сонхун. Он знал, но ему нужно подтверждение. Желательно ежесекундное, чтобы наконец-то осознать, что сейчас происходит. - Только ты Сонхун. - имя собеседника выходит из уст Шима как-то не так, как все другие слова. Хун думает, что слишком сладко и приторно, как латте. И он пропадает, тот самый Пак, который не переносит сладости, всегда думает о том, что лучшая часть во вкусе американо - это его горечь. Сейчас, он как заклятый сладкоежка, пытается ушами захватить весь оставшийся звук в воздухе от произнесённого «Сонхун» его собеседником. - Сонхун? - притрагивается к нему рука Шима, пытаясь как будто разбудить от мыслей, но это лишь начинает новый процесс «Сладкоежка Пак». Парень не отзывается, он вроде тут. Стоит около него, смотрит куда-то на лямку Джейка от футляра для скрипки, а вроде и совсем далеко. Там, где сладкое едят ушами, там, где можно получить диабет от одного слова «Сонхун». Там, где он - муравей, который захочет, чтобы завтра был такой же хороший день, как и сегодня. «Была ни была» - думает Шим и пробует. - Счастье? Сонхун отзывается на прозвище, которое дал ему Шим еще в самом начале учебного года. Вот так просто. Как будто бы это теперь его имя, ведь его всю жизнь звали только так, да? Никаких Сонхунов и даже процессов «сладкоежка Пак» не было никогда. Ведь все меркнет, когда человек называет тебя счастьем. Это чувство, куда лучше самого ощущения счастья, ведь так? И Пак решает, что так. Он улыбается с зубами, как улыбался только своей маме, когда та к нему приезжала на каникулы. Честно, если бы он посмотрел сейчас на себя со стороны, то и не узнал. Кто тот счастливый человек? Он визуализация счастья? Будто увидел себя глазами Шима, смешно не правда ли? А может судьба? Может этот «газ» наконец-то найден и сейчас выжимает на максимум, летя только вперёд. - Ты отзываешься на счастье. - улыбается в ответ Шим. Констатирует факт, который ещё не может до конца обработать его мозг, осознать его сердце. - И правда…. - мнётся Пак, то ли смущаясь от этого, то ли не зная как продолжить разговор. - Может это значит, что ты уже прошёл все никчёмные прослушивания и играешь? - начинает Шим, боясь спугнуть Сонхуна. - Если так, то где мы сегодня играем нашу постановку после уроков? - глаза Пака загорелись так же, а может и ярче, чем минут 5 назад. - Я буду ждать тебя после пар, Счастье. - говорит тихо Шим. Он протягивает руку к Счастью и гладит его пальцы, которые держат сейчас тетради около груди. Пальцы Шима тёплые, кожа жёсткая, «скорее всего такая у всех любителей физики» ловит себя на мысли Сонхун, а потом на месте прикосновений руки горят, будто из морозной зимы он зашёл в тёплый дом. Джейк разворачивается в направлении к нужному кабинету, прямо под звонок, который свидетельствует об окончании перерыва на обед. Сонхун резко хватает его за руку, как будто осознав, что не сделал самого важного. Ладони обоих колит, а потеют они скорее всего с такой скоростью, что может показаться, что в коридоре нет кондиционеров, а температура явно выше +50 градусов. Шим переводит взгляд со скреплённых рук на лицо Сонхуна, и тот одними губами говорит ему «до встречи», раскрепляя тёплую руку. Сейчас Шим бы все отдал, чтобы это счастье продлилось как можно дольше, сейчас он хочет найти тормоз. Так же, как совсем недавно отыскал газ. И он его найдёт, а если не найдёт, то придумает, ведь не зря же он изучает физику. Да?

А целовать «счастье», ещё лучше, чем солнечный день, ещё лучше, чем милые бабушки на улицах, ещё лучше, чем птицы над голубым небом. Еще лучше….

Ведь «все» - это он. Он - это его счастье.