Моя милая девочка Саша

POV Саша Утро. 6:40. Стакан воды. Стакан воды с лимоном. Витамины на голодный желудок. Вряд ли усвоятся, но мать проверяет количество в банке и почему-то уверена, что я пью их обязательно вместе с едой. Если витаминов меньше, значит, я ем и, значит, можно дальше меня не замечать. Душ. Горячий, холодный, снова горячий. Проснуться, избавиться от отёков, разогнать кровь. 7:10. Завтрак. Кофе, стакан воды. Испачкала тарелки и поставила в раковину. «Не успела помыть», — но на самом деле: «Смотри, я поела, отъебись от меня еще на день». Одеться, закинуть тетрадку в рюкзак. Какие сегодня уроки? Плевать, всё равно вчера не притронулась ни к одному учебнику. 7:25. Отец уже обувается. Как всегда, самый первый. Как всегда, ждёт: ворчит, громко вздыхает и повторяет из раза в раз: «Саша, ёб твою мать, опаздываешь!» — А ему сонное из комнаты через стенку: «Ты её мать не трожь, знаешь, кто её муж?» — Парочка шуток и он успокаивается, ведь он самый лучший: остроумный муж, что смешит свою женщину сквозь сон, и примерный отец, что встаёт на десять минут раньше и отвозит дочь в школу. Тошно. 7:40. Машина прогрелась. Снова опаздываем. Снова не из-за меня, а из-за лучшего мужчин на этой планете, который обулся раньше всех и заигрывал с матерью, делая вид, что меня не существует. Жаль, что это нельзя написать в объяснительной. Там в принципе мало, что можно писать. «Я, Александра Кнопкина, ученица 10-го «А» класса, опоздала в связи с плохим самочувствием. Справка от врача прилагается». Вот, в принципе, единственная доступная отмазка, которая не карается муторными разговорами в кабинете завуча. Главное, чтобы справка была, а то даже к завучу не поведут. Поставят на коврик к директору — и ведь присесть не предложат, суки такие — и будут отчитывать, как шлюху, которая плохо прогнулась под очередного озабоченного ебалая. За такие деньги они вообще не должны требовать с меня объяснительные. Сколько отец им платит? Сто тысяч, двести? Ну, двести, это я загнула, конечно, хотя если учесть все подарки в честь праздников, сборы на бесконечный ремонт и подобную ересь, то на пару сотен как раз наберётся.       Почему я вообще думаю о школе? И так её в жизни хватает, можно же хотя б у себя в голове отвлечься? Сейфплейс, там, и всё такое. Ало, мозг, меня слышно? Хватит думать про то место, в которое я сейчас направляюсь. Лучше представь что-нибудь, что я никогда не смогу получить. Так, хоть, страдать интереснее будет. Хотя чего у меня может не быть в жизни? Тачку подарят на совершеннолетие, квартиру, когда поступлю в универ мечты, который мне тоже оплатят, если завалю экзамены, что маловероятно, потому что «Кнопкины, Саша, никогда не проигрывают. Вот тебе книги, вот тебе лучшие репетиторы, вот тебе идеальное рабочее пространство, вот тебе всё, только отъебись от нас и не опозорь семью, ясно?» — Ясно, папочка, ясно. — Что тебе ясно?       Блять, неужели вслух сказала? Придётся с ним разговаривать. О чём? Так, быстро-быстро, что не бесит моего отца и при этом не заставит меня скорчить гримасу великой мученицы? Придумала. — Ясно, что ты — отличный водитель. — Я знаю. Пронесло. Никаких дополнительных вопросов. Прямое попадание в цель. Потешить самолюбие — сделано. Сделать это коротко и непринуждённо — тоже. 8:02. Что за привычка смотреть на часы? Как будто я перестану опаздывать. Если бы отец давал мне отдельно денег на такси до школы и обратно, всё было бы гораздо удобнее. А разве нет? Он бы дольше спал или хотя бы завтракал, я бы не выслушивала его пошлые шутки и колкие замечания, ехала бы в двух наушниках, как все нормальные люди, и не опаздывала бы на блядский урок биологии. Точно, биология. Как я могла забыть? Лиза, наверное, уже там. Сидит где-нибудь в туалете, курит в окно свою ушкудушку — вообще, я ей её одолжила, но сегодня скажу, что может оставить: мне она не нужна — и одновременно с этим ставит свечку онлайн. У неё мать набожная, а отец алкоголик, вот и понабралась от всех понемногу. Попала к нам каким-то чудесным образом — наверное, поставила сотню свечек — выиграла то ли олимпиаду, то ли её мать согласилась вести православие за гроши, то ли всё вместе. Хорошая девочка. С ней и отвиснуть можно, и дз даст списать. Интересно, она сделала биологию? Конечно, блять, сделала, она же дрочит на нашего препода. Ну, дрочит, вряд ли: ей не положено — но говорит о нём часто. Максим Игоревич то, Максим Игоревич сё. Как по мне, обычный мажор-холостяк, которому нравится манипулировать глуповатыми школьницами. А если школьницы ещё и соображают, то он получает отдельный вид кайфа. К таким нужно найти подход: сделать их якобы особенными, немного влюбить в себя, дать ложную надежду, заставить плясать под свою дудку, а потом сломать и выкинуть, как треснувшую пробирку после очередного опыта, который начал выходить из-под контроля. Мне кажется, он педофил. Утверждать не могу, но пару раз он буквально сжирал меня своими глазами. Я так на шоколад не смотрю после недели голода, как он на меня, когда я последняя сдаю работу. интересно, как мне объяснить своё опоздание и отмазаться от очередного похода к директору? «Уважаемый Максим Игоревич, извините за опоздание, я просто…» БЛЯТЬ! POV Максим Игоревич 7:40. Проспал! Блять, блять, блять. БЛЯТЬ! 10 «А» профиль химия/биология. Ну, конечно, надо проебаться тогда, когда у тебя урок с десятью парами сисек третьего размера. И одной нулёвочкой, которая почему-то не выходит у меня из головы. Некогда. Душ. Горячий, холодный, снова горячий. Проснуться, смыть с себя усталость и следы прошлой ночи. Надо заканчивать ходить в бары по воскресеньям — уже не 20 ведь и даже не 25. Позавтракаю в столовой. В этой школе неплохой выбор. Не зря богатые родители смазливых сучек так много платят. Не отвлекаться. На утреннюю дрочку нет времени. А жаль. Перед глазами эта нулёвка в своих широких штанах и свободной блузке. Пытается показаться больше? Соберись, придурок, у тебя нет времени снова идти в душ. 7:50. Машина прогрелась. Что там по камерам? Вроде пара муляжей и всё. Можно превысить. Не хочется стоять на ковре у директора рядом со школьницами. Даже присесть не предлагают, суки такие. — Ожидается дождь и порывы ветра до десяти метров в секунду, а также… — Спасибо, всё поняли. Теперь и с магнитолой разговариваю. Так ещё и о погоде. Доработался. Ну, или добухался. Кто вообще слушает прогноз погоды? «Алиса, скажи, какая сегодня погода, и дело в шля…» — Ожидается дождь и порывы ветра до десяти метров в секунду, а также… Неужели вслух сказал? Надо заканчивать думать за рулём. Сколько я еду? 85? Ускоримся. Главное, чтобы не как вчера с таксистом. Хороший мужик, про дочь мне свою рассказал. Так заболтался, что не замети светофор, почти налетел на пешехода, а пока пытался вырулить — на столб. Все живы, на удивление. Видимо, в бизнес классе к комфорту добавляется капля удачи. 8:02. Опаздываю. Ничего, педаль в пол и делов-то. Машины здесь почти не ездят, светофоров нет, жилых районов и людей — тоже. Хорошая дорога, такая длинная, ровная и безлюдная. Можно подумать о том о сём. То-сё. Очень странное слово. Кто же его говорит у меня на уроках? А, точно, нулёвка. Правда, не у меня на уроках, а пока курит в туалете свою ушкудушку с подружкой Лизой. Бесит меня эта Лиза. Каждый урок глазами сжирает. Мерзость. Никогда бы не подумал, что кто-то может так смотреть на людей, как голодающий на шоколад, ей богу. А эта набожность притворная. Интересно, она вообще понимает абсурдность своего поведения? Хотя, что эти малолетки способны понять. Та же нулёвка: казалось бы, умная девочка, а под окном не смотрит. Вот и стою там, курю и подслушиваю. «Максим Игоревич то, Максим Игоревич сё» — Отчитывает свою подружку-монашку. И, главное, так громко, с чувством, будто бы знает, что я под окном. Но никогда не смотрит. Просто отчитывает и позволяет мне выведать все самые грязные фантазии этой Лизы, помогает выбрать следующий шаг. Интересно, сейчас тоже меня обсуждают? Или эта нулёвка, как там её, Саша Кнопкина, снова опаздывает? По любому, опаздывает. Едет где-нибудь со своим богатеньким папочкой на дорогущей машине и думает о том, как у неё всё хорошо, а в перерывах, как будет отмазываться от очередного похода к директору за новое опоздание. Она, наверное, скажет: «Максим Игоревич…» — Нет, больше пафоса, чтобы потянуть урок: «Уважаемый Максим Игоревич, извините за опоздание, я просто…» БЛЯТЬ! POV Саша Ёб твою мать! Сука! Болит! Мало того, что опаздываю, так теперь ещё аварию оформлять. Вот нахуя ехать сотку? Спешил сильно? Одни пидорасы кругом, а у меня, между прочим, биология с педофилом. Такое веселье нельзя пропускать. — Я выйду, поговорю с ним. — Ага. Спасибо, что спросил, как я, лучший в мире мужчина. Ещё живот заурчал назло. Если услышит, начнёт расспрашивать, придётся отмазываться. Всю жизнь отмазываюсь: от опозданий, прогулов, голодовок. Надоело. Приду на урок, во сколько получится, и скажу: «Уважаемый Максим Игоревич, я опоздала, потому что какой-то еблан летел на скорости сто километров в час и влетел в нас на повороте. Скажите спасибо, что он притормозил, а мой отец — хороший водитель!». — И вправду хороший, раз сумел увернуться. Опять вслух сказала? Да что ж за день сегодня такой. Сплошные разочарования. — Ага. — А где «уважаемый Максим Игоревич»? Или у тебя, Кнопкина, сотрясение мозга? — Да ёб твою мать. Мало того, что пидорас за рулём, так ещё и педофил, урок с которым у меня начался сколько минут назад? Десять, пятнадцать? 8:27. Ещё даже звонка не было, и мы подъезжали. Я могла опоздать на несчастных пять минут, выслушать лекцию и раствориться в школьной рутине. Нет же, обязательно должно что-то случиться. — Вылетело в окно вместе с моим желанием сдавать на права. — О, как. — Ага. — Почему ты вообще тут стоишь, чучело? Дел других нет или что? Надеюсь, это не вслух было, а то сегодня вроде самостоятельная. Как мой отец вообще подпустил его к машине? А, понятно, опять разговаривает. Что-то важное и неотложное, что никак не может ждать. Зато дочь в компании педофила может. Вполне себе. Спасибо, папочка. — За что? Это, что, издевательство? Мне точно нужно замок на рот повесить. — Ну, э… за то, что спас мою жизнь. — Это у нас в порядке вещей. В общем, мне некогда. Молодой человек, вы часто в авариях бываете? — Нет, это мой первый раз. — Максим Игоревич как-то скукожился и покосился на свои ботинки. — Будьте аккуратнее на дорогах. Страховка, думаю, всё покроет. Сделаем фото, вам позвонят в течение дня, чтобы обсудить детали. Дайте мне свой номер. — Биолог быстро продиктовал свой номер и также быстро хотел слиться, но с моим отцом так не бывает. — Чёрт, телефон сел. Саша, запиши-ка на свой и отправь мне. Продиктуйте ещё раз. — не заметить ухмылку и зреющий план по изнасилованию было возможно только если тебе абсолютно плевать на всё, что происходит вокруг. Вот так с моим отцом и бывает. Он уже садился в машину. — Меня подождать не хочешь? — А ты сама не доедешь? Я опаздываю. Вызови себе такси. — Ты ещё не давал мне карманные. — Факт обо мне: я врунишка, и мне это нравится. Конечно, он уже давал мне карманные. Но он не считает, а я пользуюсь. Раз ему всё равно, пусть хотя бы за это платит. Я записала номер и переслала его отцу. Он тут же уехал, будто его и не было на месте аварии. Мы остались втроём: я, Максим Игоревич и его развалюха. — Тебя подвести? — Может, лучше я вас?