Как мы... Сюда попали..?

Утро началось с ожесточённого сражения между войнами Сёгуна и Фатуями за двух обыкновенных девушек, одну ящерицу и одного лисёнка. Их хотели допросить обе стороны, но девочек такое положение дел лишь забавило. Целый час они смеялись, но вот на поляне остались только победители. Только Фатуи. — Боль. Тоска. Печаль. Уныние. Ты победила, Акира. — Ха-ха, так и знал. Всё же досины ещё слабы для битв с Фатуи, — гордо произнесла копейщица. — Да. Досины те ещё поленья. — Ну что… «зайцы»… к волкам идём?.. — Боря пытался отдышаться после нелёгкой бойни. — Да какое к волкам?! На месте их надо казнить за такое нарушение устава! — О, так у вас устав есть? Жаль, не читала. Нам всё равно нужно к Тарталье, так что ведите. — А почему я об уставе не знаю? (Вот черти, всё выпытывать надо, — расстроилась Акира. — Мальчики, поостыньте, они же ничего с Лизой и Полиной не сделали, может, отведём их к предвестникам? Пусть они их судят? — Виктория подошла к Борису и шепнула, но девочки и Вова всё равно расслышали, — Их же сюда Сказитель привёл, что если у нас проблемы будут, если мы их самолично казним? — Сказитель? — прошептал Боря, не веря ушам, — Их-то?! — Да что вы шепчетесь, на гильотину их и дело с концом! –Вова был непреклонен. — Слышь ты, на гильотину! — Акира встала и пнула по клетке изнутри так, что та задрожала. — Сам щас на неё пойдёшь! — Акира, не ломай наш домик, наши вип-места. — Не бойся, не сломаю. А вот рожу кое-кому очень хочется. — Да ты! Да ты! Всю дорогу Акира и Вова переругивались через прутья клетки, а Нетти, Боря и Вика устало наблюдали за их срачем. — Вы зачем на корабль-то пробрались? — спросила Зеркальная дева. — У нас пари с Тартальей было, что мы без его помощи в Инадзуму попадём, — Нетти скучающе распласталась на полу клетки, вполне дружелюбно отвечая на все вопросы. — Пари с одинадцатым предвестником? У Вас? — Боря был в недоумении. — Ну да. Я позавчера у него была, он новое задание дал. — Что? — Акира, можете потише материться? — Не могу, Нетти! — Спасибо. Я с Тартальей позавчера виделась. — Да? И там твоё имя в списке посещений убежища есть? — Виктория была дружелюбна, но вот Боря охватывали сомнения на их счёт. — Ты ведь Хори? — спросил молотильщик. — Нет. Хори в Снежной должна быть сейчас. Я Нетти Аобана, пишется как «небо», «цвет» и «цветок». — В смысле? — Ну моя фамилия пишется иероглифами, я их там сама написала. Могу повторить, чтобы вы сравнили. Иероглифы — это как руны. — Нетти, не загружай ты их. Ясен пень, никто кроме нас тут так не напишет. Мы и одеты странно и ведём себя не как все. — Так. Ты там споришь с Вовкой, спорь дальше. — Буду я с ней спорить ещё, время тратить на смертницу! — Сам ты смертник. Придурок, блин, настроение испортил только. — Да захлопни ты уже свою варежку! — М… Обмен добрыми словами ещё не закончен… — сказала Нетти и отвернулась от Акиры к молотильщику и Зеркальной деве, заметив краем глаза, что они о чём-то шептались, глядя на двух подруг. ––––– Когда мы прибыли в пункт назначения, нас отвели в бетонную комнату, забрали оружие, привязали к стульям и оставили на два часа. Видимо решили, что так мы что-нибудь да расскажем. Ну если друг другу пару шуток, то да, они были правы, а так мы вспоминали японский, и как Достоевский с Дазаем общались на невиданном другим языке: — Инадзума ни ва хана га таксан дес, — начала Нетти — Тотемо таксан дес. Хана га уцкуший дес. — Хоши ва ичибан акаруй дес. — Арера ва ёру но сора ни таксан дес. — Фатуи ва тотемо арай дес. — Арай ва нан дес-ка. — Аната ва вакаримасендешта-ка. — Хай. — Арай ва арай дес. Перевод: — В Инадзуме много цветов, — начала Нетти. — Очень много. Цветы красивые. — Звёзды ярче всего. — Их много на ночном небе. — Фатуи очень грубые. — Что такое грубые? — Ты не поняла? — Да. — Грубые это грубые. В комнату вошли Фатуи, которым было всё очень интересно и непонятно. — Ой, дратути. — сказал я, переключаясь на русский. — А где Тортик? — спросила Нетти. — Какой торт? — спросил застрельщик Фатуи. — Вкусный, — пояснил я, — у лисёнка день рождения. — Тарталья скоро придёт? — Нужно отметить. Кстати да, где он? — В Пятёрочку убежал? — пошутила Нетти, настроения у неё прибавилось от практики японского. — Нетти, кхм. — дернул я подругу. — Нет здесь Пятёрочки. Не забудь. — Тогда в Магнит? — Девушки, успокойтесь, иначе мы применим силу. — Какую силу? Грубую физическую? Разве вы поднимите руку на хрупких и беззащитных девочек? — сказал я. — Да. Поэтому без шуток. Успокойтесь сейчас же и ответьте на вопросы. Или же останетесь тут ещё надолго. — Мужа-парня не имею. Возраст согласия переступила. Отношений не ищу. Замуж не пойду. Фамилия мужа ни к чёрту, розы не дарите, дарите амариллисы, размер кольца на безымянный 16, золото не ношу. Если это все вопросы, то я свободна, да? — выдала Нетти тараторя на одном дыхание, что троица застрельщиков была… в неком удивлении. Я лишь рассмеялся, да так громко, что по привычке запрокинул голову назад и упал вместе со стулом, от чего засмеялся сильнее. Боже, выглядел как псих, зато весело. — Чайльд!!! — завопила Нетти и засмеялась следом, похоже, мы обкурились японским языком. — Я здесь, — все обернулись на голос предвестника. Кроме меня, я лежал на полу и тихо посмеивался. — Они сумасшедшие! — заорал Вова, — Заберите их отсюда, мы не хотим с ними работать!!! — Вас не заставляют. А ну брысь. — Тарталья повернулся к Зеркальной деве, с которой Нетти по пути что-то обсуждала, — Спасибо, Виктория, сразу ко мне надо было. — То есть вы просто сами припёрлись нас допрашивать, непризнанные гении? — А чего ты хотела? Ты сама всю дорогу Вовку матюкала. — Ничего я не хотел от них. Вот поесть хотел, но это ж другое. И вообще, поднимите меня кто-нибудь ( — Развяжи подругу и за мной, нечего вам тут болтаться. — Сейчас, Акира. — Ура, меня развяжут. Хоть какая-то радость на сегодня. Кстати, Кагамине Лен в порядке? — Это… Чё? Лиса что ль? Из лисьей свадьбы? — Лисёнок. Я решил, что его так звать будут. И это… — и вот ту я задумался, как объяснить Нетти кто это, не запутав других. — певец это. У него сестра есть. Ты не слушаешь их, а мне нравится. — Вокалоид? — Да. Ну если девочка, то будет Рин. В любом случае, с ним всё хорошо? — О ваших животных поговорим потом. Сейчас ко мне. — Ладно, ладно. Жестокий папочка, бля. Пойдём, Нетти, не отстанут же от нас. — я потянулся. После похода по коридорам мы пришли в комнату. Ещё заходя в неё, я заметил, что петли у двери слабоваты, а значит её не раз пытались выбить ну или она просто старая. Там стояло два дивана. На один сели мы с Нетти, а на другой Тарталья. Около получаса мы сидели в полной тишине. Приступ смеха прошёл и напряжение лишь росло. Сейчас меня всё жутко бесило, особенно этот рыжий. Наконец он сказал: — Успокоились? — Спокоен как удав. А что? Без этого нельзя начать разговор? — У нас есть новости. У нас всё хорошо. Это хорошие новости. — улыбнулась Нетти. — Так, понятно. Вы справились с заданием? Всё узнали? — Да. Дайте сначала нам поесть, а потом пойдём. — Вот, вот. Поймали, заставили за дракой смотреть, везли в неудобной клетке, словно мы звери, потом к стульям привязали. Нет хоть пару кусочков хлеба дать, так похеру всем. Хотя это от части логично, но очень обидно. — Ладно, ладно, хорошо. Скоро обед и вас покормят. Что за истерику вы устроили в допросной? — Это была не истерика… — …это было шоу «Мамахохотала», — закончила за меня Нетти. — Возможно. В любом случае, истерику ты ещё не видел, милый мой друг. — Ты какая-то резкая, Акира. Тебе может расслабиться? — предложил Тарталья. — Я спокоен, никакой резкости. Как говорится: пью чай и никакого суицида; а в моём случае злости. — Акир, Акир, Акир, тебе, может, ромашку? — Не откажусь. А есть? — Нет. — Блять, ну это обидно было. Я расстроился. — А я, кстати, обиделась на тебя, Тарталья. Только сейчас вспомнила, правда. — За что? Я ведь ничего тебе не сделал. Наоборот на крик пришёл. — Ты мне соврал. Это было обидно. — Как с вами двумя сложно. Ладно хоть одна из вас уехала! А она, я уверен, похлеще бы обеих была. — Ну так уж вышло. Извиняйте. Поругались мы с ней. — Она сама виновата. Это ещё давно началось. Пускай и делает теперь что хочет. — это разозлило меня лишь сильнее. Ещё немного и я не выдержу. И именно сейчас мне вспомнились все те дни, что я провёл на работе. Как я выполнял сложнейшие задания. Даже сражался с ебаными кайраге за посылку с мясом. Ситуация с тем парнем стало воспоминанием не о том, как я скрасил время, а скорее о том, что меня ни во что не ставили. И вот только у меня появился выходной и весёлая компания, пришли Фатуи. Бесит. Хочу вернуться на свободу. Но прежде разбить лица тех, кто был в этом виновен. Но нужно было успокоится и я перевёл тему, спросив, — Что с лисёнком? — Мы выпустили на волю. — Вы… Что?.. ДА КАК ВЫ, ВЫБЛЯДКИ, ПОСМЕЛИ?! — что ж, это была последняя капля. Прощай, стена, сдерживающая злость. Сорвавшись с места, я в секунду оказался рядом с Тартальей. Он встал, а я замахнулся посильнее и провёл удар, которым обычно не пользуюсь, но убивать будет себе дороже, поэтому рука по прямой полетела в его грудь. Затем ещё раз. Снова и снова я бил его. Кричал ли я? Не знаю, возможно просто не заметил, ведь эмоций было через край. Я бы выбежал из комнаты, со слезами на глазах, молча закрыв дверь, но злости было столько, что, не подумав, хлопнул ей и она упала внутрь комнаты, словно ни на чём не держалась. Пока в тишине, на большой скорости, я бежал по коридору, нашёл тренировочный зал. Простите, Фатуи, кажется сегодня вы чего-то не досчитаетесь. ––––– Тарталья смотрел на Нетти с недоумением, не понимая, что ему делать с колотящей его девушкой. Она что-то кричала ему, но сквозь всхлипы этого было не разобрать. А Нетти взглядом показывала «Потерпи чуток, ей это нужно». Сзади, за девушкой появилось голубое сияние, не разбирая что это, она схватила и кинула предмет в лицо обидчика с криком: — ВОТ ВИДИШЬ ДО ЧЕГО ТЫ МЕНЯ ДОВЁЛ!!! И убежала, выломав дверь. — Это… Глаз Бога? — Ого, она наконец-то получила его. Я не одна теперь буду со стихией. — Она получила свой Глаз Бога во время истерики? — Просто Акира две недели уже работала наизнос, я выходной нам взяла, мы веселиться пошли, но появились Фатуи и досины, мы веселились в клетке, потом веселились в допросной, я искренне пыталась дать ей расслабиться, а Вы выпустили лисёнка, которого она мечтала приручить. Накопилось у неё всё, не сумасшедшие мы. — Понятно. Теперь всё встало на свои места. Только объясни мне одну вещь: кто такие Донбасс и Донецк? — Это города… А вы откуда их знаете? От… Хори?.. — Нет, это псевдонимы двух незарегистрированных пассажиров корабля, в одном из недавних отчётов. — Это было две недели назад. — Я прибыл сюда только вчера. — О, и Вы сразу меня приняли? Я польщена. — «Хэ-хэ, осмелилась бы я так говорить в реальности с реальными людьми? Нет. Это здесь кокетничать легко.» — Ты узнала где находится сердце Бога? — Да, узнала. Прекрати спрашивать. Завтра к ней пойдём вместе с Акирой. Ну к Яэ Мико. — К жрице Великого храма Наруками? — Да, сердце должно быть у неё. Только давай отдохнём уже сегодня. Она никуда не денется. — Как ты так быстро это узнала? Откуда информация? — Если я скажу откуда, то эта информация уже не будет секретной и не будет стоить миллион моры. — Я могу заплатить и два миллиона если скажешь откуда узнала. — Это секрет фирмы, всё. Я не твоя подчинённая, чтобы отчитываться. — Как это? Ты не записана у нас? — Нет. И у меня даже этого не спросили, когда я к тебе шла. Я никто для Фатуев, я сюда как на погулять прихожу. — Надо будет отчитать всех ответственных за безопасность. — Да, разбирайтесь, я пошла Акиру искать. — Нетти повернула за угол, но почти сразу её голова высунулась из-за дверного косяка. — И не обмани на деньги. — она подняла руку с глазом Бога Акиры. — А то она ещё сильнее побьёт теперь. — И Нетти скрылась в коридоре.