Лёд со вкусом лжи

Сотни огней ночного города отражались в оконных рамах машины. Скорость движения транспорта уже давно превышала норму на самой дороге и в свой след Этери слышала только то, как ей сигналили разъяренные жители города, что также торопились попасть к себе домой, либо поехать в очередной отель пока на их переднем сиденье машины спокойно сидит любовница. Хватка на руле была слишком сильна до такой степени, что костяшки на ладони женщины уже могли побелеть. Пока правая ладонь сжимала руль, другой рукой Этери потирала свою кожу в зоне подбородка из-за собственной нервозности, что не давала покоя её разуму, ведь сожаление накатило на женщину также стремительно, как и скорость её машины, пока она старалась как можно быстрее приехать уже к слишком знакомому дому и адрес Евгении навсегда останется в памяти как самый постыдный грех, как самое искушающее насилие над собственными противоречивыми чувствами. Тутберидзе было плевать на то, что огни светофора загорались красным или желтым цветом, ей было важно лишь исправить свои же ошибки, успокоить жалкую девочку в своих жестоких руках, которые раз за разом отталкивали Евгению, давали слишком сильную пощечину невинным чувствам и в конечном итоге хотя бы попытаться принять собственную привязанность. Минуты длились настолько долго и мучительно и даже когда мотор машины затих прямо над окнами в которых все ещё горел свет в столь позднее время, Этери на миг пожалела о том, что ей пришлось приехать к дому Евгении поддаваясь силе собственных эмоций. Женщине хотелось развернуть машину в противоположную сторону и уехать, распрощаться с этим грузом на своих плечах навсегда, исчезнуть из жизни своей ученицы и больше никогда не видеть нежных черт лиц, не чувствовать ласковых прикосновений мягких рук и просто забыть, вычеркнуть из жизни и наконец отпустить. Для Этери все было как в тумане и осознание пришло лишь в тот момент, когда дрожащие пальцы коснулись дверного звонка и звон был настолько громким для самой блондинки из-за стрессовой ситуации, что сам звук отразился острой болью в её ушах. Она слышала тихие шаги, приглушённые плотностью железной двери и даже когда та открывалась — это ощущалось как вечность для Этери. Взор блондинки упал на растрепанные каштановые волосы, которые буквально торчали во все стороны, хотя всего несколько часов назад Евгения выглядела ухожено и чудно, но сейчас перед женщиной стояла будто совсем другая сторона Медведевой. Сама же девушка даже и не додумалась взглянуть в глазок двери, прежде чем открыть её и в тот самый момент Евгения поняла то, что она облажалась настолько крупно, как никогда в жизни. Даже на своих самых худших выступлениях она никогда не совершала таких ошибок как сейчас. Обе замерли глядя друг на друга, одна с нескрываемым удивлением, а другая с неким страхом в глазах. Ни одно слово не было промолвлено, а время шло и каждая секунда была на счету до того самого момента, пока дверь вновь не скрипнула, означая лишь то, что Евгения начала медленно закрывать её, но громкий хлопок прошёлся по стенам подъезда, а ладонь Этери крепко вцепилась в плоскую поверхность двери, вызывая тот самый резкий и слишком обширный звук, который мог привлечь ненужное внимание. — Этери Георгиевна… Что вы тут делаете? — голос Евгении был тихим не смотря на то, что пронзительный хлопок удивил её, но она не теряла уверенности в своих словах. — Я думаю, что мы с вами уже обо всем поговорили как следует и ваш визит отвлекает меня от дел поважнее. Нахальство от своей же ученицы заставило Этери напрячься и разозлиться. Женщина чувствовала как в её жилах начинает кипеть кровь от столь неуважительного отношения к себе, но в то же время она понимала, что только она была причиной этого самого отношения, но справляться со своими чувствами она никогда не умела, поэтому собрав всю свою волю в кулак, Тутберидзе сделала несколько поспешных шагов, заходя внутрь маленькой квартиры без надобного приглашения, буквально впихивая Евгению своими стойкими шагами внутрь и заставляя свою же ученицу попятиться назад. Взгляд Этери был разъярённым с капелькой отвращения, когда та захлопнула за собой дверь. — Выкладываешь фотографии в соц.сети с каким-то фриком из тик-тока, это так теперь называются твои важные дела?! — голос Этери был громким с нотками неприязни, ей было противно только от одной мысли о том, что Евгению касался кто-то похожий на этого грязного мальчишку, который даже не знал как нужно правильно обращаться с женщинами, а только хотел успокоить свою похоть. Из груди Евгении вырвался шумный выдох, но она решила стоять стойко перед той, кто так ужасно поступил с её чувствами. — С каких пор вас интересует моя личная жизнь? Разве у нас с вами не отношения тренера и простой ученицы? — на своих последних словах Женя сделала особый акцент, буквально выплевывая в лицо Этери те самые слова, что когда то были услышаны именно с уст её тренера. И вмиг слишком громкая тишина витала в воздухе, пока сама Этери старалась успокоить свой пыл, а Евгения только и наслаждалась тем, что ей удалось заткнуть женщину всего парой слов, но как же ей хотелось чтобы все было по-другому. Женя не могла уступить в споре, который и вовсе казался слишком глупым. — Если вы пришли сюда просто помолчать, тогда можете уезжать обратно. Другого я от вас и не ожидала, Этери. — снова тот же нахальный тон и её руки почти сложились на груди, но у Тутберидзе были совсем другие планы на эту ночь. Понадобился всего один момент и резкий шаг вперед, прежде чем грубые руки Этери обхватили плечи её ученицы, а пересохшие и в некоторых местах потресканные губы впились в мягкие и сладкие словно сахарная вата губы Евгении. Все произошло слишком быстро, поэтому Женя не смогла отреагировать на такой жест протестом и бедной девочке оставалось лишь промычать что-то неразборчивое прямо в поцелуй, прикрывая свои глаза и полностью растворяясь в приятных ощущениях настойчивого поцелуя, который переходил во что-то неприличное, ведь единственными звуками, что заполняли узкий коридор были тяжёлые вздохи и прихлюпование губ, когда те вновь и вновь сталкивались друг с другом. Евгения чувствовала то, как низ её живота начинало слишком приятно скручивать от одного лишь поцелуя, от одного лишь ощущения того, что ей наконец удалось заполучить то, чего она так желала. Сама же Этери не теряла и минуты пока её острый и жадный язык начал играться с чужим, изучая каждый миллиметр чужого рта изнутри, не стесняясь ни смущающих звуков, ни того, что её руки уже давно блуждали на тонких бедрах Евгении, непристойно и грубо касаясь через мешающую ткань штанов и это только сильнее заводило саму Женю. Медленно рука Этери соскользнула с бедра прямо между ног девушки, наконец заставляя Медведеву разорвать поцелуй и сжать свои ноги между собой так сильно, чтобы рука её тренера не проскользнула дальше положенного. Взгляд девушки был настолько жалким, что буквально кричал взять её прямо здесь и сейчас, ведь она чувствовала то, как влажно и тепло становится внутри её нижнего белья лишь от нескольких прикосновений. Этери приняла такие действия от Евгении лишь за одобрительный старт и медленно её губы опустились к уху девушки, стараясь как можно нежнее прикусить мягкую мочку, обводя влажным языком ушную раковину, вызывая у Жени мурашки, которые прошлись по всей коже. Девушке было мало, всегда было мало прикосновений и случайных взглядов, она хотела чтобы Этери смотрела только на неё, касалась только её абсолютно везде и Медведева могла слишком быстро привыкнуть к новым чувствам, переходя больше к чертовой зависимости от женщины, которая могла бы ей в матери годиться. — Пожалуйста… — жалобный шепот вырвался из уст Евгении, когда губы женщины опустились к чувствительной шее и вместо того, чтобы оттолкнуть и проявить хоть капельку гордости, Женя откинула голову назад, открывая больше пространства для влажных поцелуев. — Пожалуйста что? Выражайся яснее. — строгий тон Этери вызвал мелкие вибрации по коже на шее Евгении и та уже готова была расплавиться в руках её любимой женщины. — Не здесь, пожалуйста…только не так… Касаясь спиной мягкой ткани наполненного плюшем одеяла, Женя могла растаять только от одного голодного взгляда женщины на её лицо и в тот же момент сама Этери изучала своими глазами каждый миллиметр слишком изумительного лица девушки, что бездвижно лежала под самой Тутберидзе и лишь грудь девушки слишком часто вздымалась от настолько возбуждающей не только ситуации, но и позы. Каждая гладкая и аккуратная черта лица Жени слишком подходила ей и всю эту картину разбавляли островатые скулы, четко очерчивая овал лица. Кончики пальцев Этери скользили по коже, начиная от немного густых бровей и заканчивая прямо на подбородке и все это очень сильно возбуждало обеих, ведь в самом сексе была важна не только лишь похоть, но и моральная привязанность и полное доверие к своему выбору и именно поэтому Евгения никогда бы и не посмела пожалеть о своем выборе. Медленно, но верно одежда летела на холодный пол, пока каждая новая частичка кожи открывалась перед глазами Этери, давая еще больше пространства не только для мокрых и настойчивых поцелуев, но и для откровенных и таких заметных отметинах в виде засосов и следов от зубов, которые не исчезнут с белокурой кожи по волшебству. Все шло довольно медленно и щепетильно, ведь слишком порывистый настрой мог отпугнуть невинную и такую маленькую девушку как Женя и блондинка это прекрасно понимала, но все же некоторые её действия были более чем настойчивы, но эту ночь она не хотела посвящать лишь жаркому сексу, как изголодавшийся зверь. Она хотела показать любовь и наконец открыть свои чувства, чтобы дать понять, что все было более чем правдиво и каждое нежное и такое ласковое прикосновение буквально кричало об этом. Каждый мокрый след на груди, плечах и животе Евгении был пропитан не обычным желанием, а показателем того, что о девушке заботились как о самом прекрасном цветке, который столько лет женщина трепетно выращивала, не давая плохим насекомым повредить его. Томные вздохи вырывались из уст, медленно переходя в открытые стоны и в ту ночь Женя буквально открыла себя и свою душу человеку, которому она могла доверить не только свое сердце, но и себя саму. Пока грубоватые руки Этери блуждали по хрупкому телу, это самое тело просило большего, вызывая мурашки по всей коже и для Евгении это было впервые, ощущать когда желанный ею человек трогал её там, где бы она не позволила притронуться к себе любому другому. Кружевное белье темно-синего цвета так же быстро покинуло тело, открывая для Этери прекрасный вид половых губ, которые прикрывали собой все внутренние прелести и это только еще сильнее заставляло блондинку срываться, ведь возбуждение только сильнее росло, окутывая жаркой волной все тело и разум, времени думать не было и оставалось только действовать. Самым прекрасным зрелищем в жизни оказался не закат, а макушка блондинистых кудрявых волос между тонких ног. Медведева ощущала себя странно, но в то же время её тело реагировало на язык Этери только положительно, ведь ее влагалище уже слишком давно было пропитана всеми сладкими соками, а влажный язык блондинки только еще более сильнее заставлял Женю намокать. Выгибая спину девушка стонала тихо пытаясь сдерживать себя, пока Этери тщательно проскальзывала своим языком по маленькой бусинке — клитору, обводя вокруг кончиком, надавливая и посасывая и все это приносило удовольствие которое не могло бы сравниться ни с чем, что до этого в своей жизнь испытывала Евгения. Все было бы хорошо, если бы Тутберидзе не зашла слишком далеко, заставляя бедную девочку хныкать и молить о том, чтобы это никогда не заканчивалось, ведь как только тонкие пальцы проскользнули внутрь тесной дырочки, которая была уже достаточно мокрой, Женя буквально испытала на себе немой крик, ведь в горле и во рту пересохло настолько, что даже звука выдавить из себя она не смогла, а дыхание, которое и так было слишком быстрым и вовсе на секунду остановилось. Евгения напряглась всем телом, чувствуя как пальцы проникают глубже, но сама же Этери знала то, как правильно обращаться с девственницами и не навредить слишком сильно. Под правильным углом пальцы согнулись не проходя глубже, а наоборот собираясь в кучку и надавливая на нужную точку. Все было слишком замечательно до такой степени, что Женю начало потрясывать и в конечном итоге она не продержалась долго от ласк не только внутри своего тела, но и когда шершавый язык вместе с этим продолжал приносить удовольствие. С громким, гортанным стоном Медведева ощутила оргазм, что охватил ее тело, доводя до тряски ног и расплывчатого состояния. Девушка чувствовала себя слишком хорошо, но этого одного лишь раунда хватило, чтобы вывести её из нормального состояния и превратить ее в размякшую лужицу. Она плохо помнила то, что происходило дальше, прибывая в состоянии аффекта, но она точно ощутила на губах глубокий поцелуй, чувствуя странный вкус, но только с началом нового утра она поняла, что этим самым поцелуем Этери буквально дала ей опробовать саму себя на вкус. -А что же будет дальше с нами Тери? -Так нежно и отдышкой произнесла брюнетка. На что получила ещё один поцелуй в губы который вмиг способствовал забыть о своём вопросе. -Давай подумаем об этом потом, а сейчас не будем отвлекаться от этого наслаждения. -Текже нежно ответила Этери и продолжила покрывать брюнетку поцелуями.