"Как на масленой неделе..."

Ночами морозцы сковывали то, что днем таяло на солнце. С утра лед становился блестящим и глазурью блестел на замерзших лужицах, на столбцах перил, на скатах крыш. Сосульки росли день ото дня. А днем под солнечными лучами все текло, и воробьи щебетали, чувствуя скорый приход весны. - Ишь, оголтелые, - беззлобно ворчал Иоанн, спускаясь во двор. Все было залито тем ярким светом, что бывает в конце зимы, когда небо ярко-синее, и в воздухе, во всем Божьем мире уже чувствуется, что позади суровые холода. Будут еще и ветра. И морозы – а все весною пахнет. Федька шел через двор, огибая лужи, чтобы не замочить алые сапожки. Шуба на нем была распахнута, а шапки и вовсе не было. Казалось, солнце играет его иссиня-черными кудрями. Царь засмотрелся на кравчего, вспомнилось, как сам, подобно солнцу, ласкал эти кудри сладкими и жаркими ночами. Федька заметил государя, подошел, кланяясь в пояс: - Доброго здоровьичка, государь. - И тебе не хворать, Федяша. Прищурился довольно. А Басманов и рад, видит, что царь в добром расположении духа. - А вот скажи-ка. Федя, Маслена скоро? - Так завтра, царь-батюшка, аккурат завтра и Маслена неделя начинается. Сверкнул шальными глазами – точно брызги неба, голубыми. И вдруг пропел: - Как на масленой неделе со стола блины летели… - Хорош, - усмехнулся в бороду Иван, запахнул шубу, накинутую на плечи. Хоть и тепло, да весной оно обманчиво. Это вон Федька холода не боится, да ему ли бояться, когда кровь горяча. - Довольно ли в поварне всего на Масленицу? - Довольно, государь, - стал отчитываться кравчий, - и творогу заготовлено впрок, и молока, и сливок, яиц и прочей снеди. Муки наилучшей с десяток мешков. Икорка есть, и рыбица красная, а кто сладкие блины любит – меду различного, гречишный, липовый, да варенье на меду, да еще… - Хорошо, - перебил его царь, - но после масленой недели Великий Пост начнется. - Так и для поста все есть, - нашелся Басманов, - и капусты квашеной три десятка бочек, огурцы соленые, яблок моченых кадушек десять, а то и поболее, и масло постное, а уж овощей различных… - Так ведь и в пост сладенького хочется, - прищурился царь, хитро усмехаясь. А Федор подмигнул ему и ответил: - Есть и в пост сладкое, ягоды, в меду томленые. Та же вишня… ой и сладка, ой и вкусна, государь. Вот и попробуете. - Неужто слаще, чем твои уста, Федяша? Хоть и сказал это царь тихо-тихо, да Федор услышал – даром, слух, как у кошки. - Так распробовать надобно. Велю в опочивальню принести на пробу. До поста еще время есть. Можно натешиться и узнать, что слаще, вишня, томленая в меду, или… Ай, что раздумывать, и то и другое сладко.