Ты тоже много чего обещал.

Жожо просыпается от будильника. Забыл выключить. Просидел ночью до самого раннего утра, так ещё и разбудили в 12. Парень заходит в соцсети, как и всегда по утрам, и видит два непрочитанных сообщения, отправленных менее часа назад. От Вани. Сонливость даже исчезла на какие-то несколько секунд, Серёжа зашёл в диалог. 13 марта, 11:11am; Иван Бессмертных; Серёга, привет, я тут думал всю ночь. Я прекращаю стримить. Это начало меня слишком выматывать, весь чат на моих стримах пишет про тебя, им интересен уже давно не я, а другие ребята со мной. Тикток также забирает слишком много сил, а отдачи мало. Она не та. Скажешь своим как-нибудь? Сил пока не хватает. 13 марта, 11:14am, Иван Бессмертных; А, кстати, ещё момент. Давай временно прекратим общение. Я слишком устал, люди не воспринимают меня, как живого человека. Вообще. Поэтому временно я тебя внесу в чс. Я правда устал, извини, наверное. *Вы не можете отправлять сообщения этому пользователю, так как он ограничил круг лиц, которые могут ему писать.* -Какого хрена… — он застыл ровно в той позе, в которой и лежал, боясь пошевелиться. Это очередной кошмар? Может, Серёже просто показалось и там написано что-то другое? Или это другой человек? Посмотрел ещё раз. Нет. Это всё тот же Ваня. — Пошёл ты нахуй. Серёжа приподнялся, сел на кровать и просто застыл в таком положении. -Так много мне наобещал и в итоге просто… это? Это я что-то не так сделал?.. А… Да, он говорил, что я… Наговорил лишнего. — Кудрявый закрыл лицо руками и тяжело выдохнул. Серёжу предупреждали. Он пошёл на кухню. Ему говорили, в каких случаях лучше держать рот на замке. Ваня всегда давал понять намёками, что что-то не так. Подключил чайник. Но Серёжа никогда не слушал. Или делал вид этого. Ведь легче сделать вид, что всё в порядке, чем потом убиваться из-за ерунды? только вот теперь Серёжа один. Даже Ваня его оставил. Сел на стул и стал ждать, прокручивая те 2 сообщения. Говорил, что не оставит, а оставил. Столько раз Жожо пытался внушить самому себе, что он важен. Нужен. Есть те, кто его любят. Возможно, это даже было правдой. Но сейчас уже нет и этого. Серёжа по привычке впивается ногтями свободной руки в другую руку. «Ты заслужил.». Чайник тем временем кипит, но кудрявому это никак не мешает уродовать собственное тело и душу. Коньяк. У него на кухне где-то стоит коньяк. «Если я сделаю кофе с коньяком, меня ведь не должно унести в тильт?» — задаётся гениальным вопросом парень. «Не должно.» — отвечает сам себе. И вот спустя время он сидит перед открытой бутылкой коньяка, а рядом чашка с кофе и уже добавленным в него «секретным ингредиентом». Первый глоток, уже привычное тепло проходится по горлу. Серёжа включает телефон, чтобы посмотреть время. 15:23. почему так быстро… не может быть, чтобы он прошатался так несколько часов. Время… Ещё одна страшная тема для Серёжи. Он настолько боится не успеть пожить, боится, что жизнь будет скучной, что при любых разговорах о быстротечности времени сам меняет тему. А сейчас, оставшись в одиночестве, окунает туда себя сам. «Самый худший враг человека — он сам» — правильно говорят. Ни за что бы Серёжа не стал обсуждать, как он напуган тем, что его жизнь убегает, а он всё ещё никто. Или страх того, что он умрёт в любой момент, а то, что он хотел сделать, так и не закончено. Но сам он насилует себе мозг всем этими вещами потяжелее несмотря на то, что ему дискомфортно, ведь даже сейчас ему так плохо, а он ничего не решает, просто ноет. Но убегать постоянно он не может, а потому стойко терпит испытания от собственного мозга, которые должны были закончиться ещё полгода назад. Кофе выпит, настроение его никак не изменилось и кудрявый строчит информацию о сегодняшнем стриме в свой telegram канал. 13 марта, 16:41; «ребята, сегодня стрим в 5 вечера по МСК, как всегда. у меня новости для вас» Оборудование само себя не настроит. Оставив после себя грязную посуду и взяв бутылку с коньяком, Пешков направился к себе в комнату, которая скоро такими темпами станет его самым большим триггером. Самое страшное всегда почему-то происходило здесь.

***

-Так вот, народ, я вас ещё не предупредил. Ваня сказал, что стримить больше не будет. Ему сейчас очень тяжело морально, не пишите ему плохое, пожалуйста. На что надеялся Сергей? Его чат никогда не славился особенно высоким уровнем понимания. Конечно, все восприняли всё как шутку. «а почему сам ваня не скажет» vikta__4 «АЭАХАЗАХАХАХАЗАХВХВХ» ssssssssss9 «опять рофлят над нами, заебали» mamatvoya «ваня можешь выходить уже АХАХАХ» deepenis «а че случилось то опять» eer2g -Я не шучу, ребят. Я бы показал сообщение, но там слишком личное, — пожалел. Зря, зря, зря сказал. Сейчас опять будут шутки про их «влюблённость». Блять. — в смысле, что ему плохо. — Делает глоток из бутылки. Чат взрывается. — Нет, ребята, всё со мной хорошо, просто немного грустно. Нет, не из-за Вани. — Вздох. Серёжа включает мелодию. Ту самую, что должна играть у него в голове при смерти. Парень молчит, читая чат. Люди начали пугаться, те, кто не были на стриме, лишь больше путались. Полнейшая неразбериха. Пешков уже собирался отключать стрим совсем или попытаться поговорить с чатом, но ему позвонили. Кудрявый отключает временно микрофон и смотрит на экран: «Неизвестный номер». -Да? Кто? Вань, ты?.. -Если бы. — Голос незнакомый. — Ты же Серёжа, если я правильно понял? -А вы кто? -Я близкий друг Вани, Лёша. Навряд ли ты знаешь обо мне. А вот я тебя знаю, кажется. Серёжа ведь? -Да… Это я. А что… почему ты вообще мне звонишь? -Мне тут Ваня написал кое-что. Текст один важный. И сказал все вопросы тебе задавать. И дал номер. -Так… подожди, я отойду с места, а то тут стрим идёт. — Слышится шорох и через пару секунд Серёжа возвращается. — Так вот. Слушаю? Что за вопросы-то? -По поводу ваших с ним отношений. Тот текст… Как бы сказать. Ваня мёртв. -Чего… Это розыгрыш какой-то? -Тебе его предсмертную записку показать, где он напрямую про тебя пишет? -Если вы сейчас сидите с Ваней и смеётесь надо мной, то не смешно. За трубкой слышится тяжёлый вздох. -Мужик, мне не до анекдотов сейчас. Я серьёзно. Чё у вас такого случилось, что его это окончательно добило? Он относительно держался ещё последнюю неделю. -…Я… Почему я должен верить тебе? — накатывает паника. А вдруг он не врёт, что, если Ваня правда погиб? Его Ванечка? Как же так, если и намёка на суицид не было. Как… -Заебал, блять. Я хотел с тобой разобраться и выяснить, что не так, так как мне Ваня ниче не объяснил нормально. Прислал эту хуйню с прощаниями, упомянул тебя и всё. Я еду к нему сломя голову, звоню его маме, но не успеваю. Она приезжает раньше, а там труп Ванька в петле. Думал, хоть ты нормально объяснишь, раз уж в записке для меня он о тебе сказал. А ты какую-то хуйню несёшь и оправдываешься. Иди стримь дальше, медийная личность, блять. И гудки. гудки, гудки, гудки. В голове звенит, слёзы уже давно высохли и протекли по тем же дорожкам несколько раз. Приступ паники, неожиданность. Чувство предательства. Жгучее чувство того, что тебя бросили, как ненужного уродского щенка в январе на морозе где-то на отшибе города, чувство, которое жжёт где-то в груди. Настолько горячее, что ощущение, будто грудь проткнули десятком спиц. Адская боль. Ноги подкашиваются, Серёжа упирается рукой в стену и стоит. Надо как-то завершить стрим. Он не сможет его вести. Благо, в маскировке негативных эмоций Пешков мастер, потому он делает несколько глотков алкоголя для «пробуждения», подходит к столу, включает микрофон. -Ребята, мне тут сказали одну очень неприятную новость, которую я не хочу говорить вам. Не переживайте, мне просто немного грустно. Извините пожалуйста, что приходится оффать стрим так резко, я просто не в состоянии сейчас. В другой раз постримим, хорошо? В чате начали сыпаться по сотне сообщений в секунду, настолько разные по содержанию и реакции, что было просто бессмысленно пытаться понять, какого мнения об этой ситуации большинство. Жожо вздыхает и останавливает стрим. -Простите. — сказал, когда уже никто не слышал. Как всегда, поздно. Встаёт с места, медленно подходит к кровати и просто падает на неё. Эмоции наконец начинают появляться. Он один и именно в этот момент, когда никто не видит, его демоны просыпаются. Его друзья говорили, что громко он их называет «демонами» и Серёже хотелось бы, чтобы это было правдой. Но, к сожалению, он сам и его мысли — самое болезненное и тяжёлое в его жизни. Самое огромное наказание. «Как вообще можно любить себя, когда твой мозг подкидывает тебе такое.» — проносится в голове. Именно подобные мысли частые гости его сознания. Мысли про любовь к себе. Серёжа всегда относился к себе с отвращением, если не из-за внешности, то из-за поведения, а если и там мимо, то он всегда стыдился того, о чём думает. Его поток мыслей — нескончаемый ад. То, что он никому никогда не выскажет. Да и некому уже, по правде говоря. -Ещё один человек отказался от тебя, Серёжа. — произносит он вслух. — Этот ещё и умер. Чёрт… — он вспоминает про того самого друга, Лёшу, наверное, стоит попытаться спросить про сообщение Вани. Извиниться за сказанное и спросить... Набирает его номер и… он заблокирован. Лёша занёс Серого в чс. -Замечательно. — говорит шёпотом кудрявый. — Ладно, хер с вами всеми, и одному замечательно. «Кого ты пытаешься обмануть?» — случайная мысль в голове. Но ведь Серёжа никого не обманывал, он был всю жизнь один и не жаловался, ему так тоже вполне комфортно живётся!.. «Дело привычки. Ты цепляешься за людей, как та самая шавка, выкинутая в мороз. Каждый раз думаешь, что вот, кто-то тебя полюбит, кому-то ты нужен… Нет. Признай, что хуёво тебе одному. Сейчас не перед кем образы выстраивать. Подумай. Ты ведь не можешь без общества. Или ты забыл те вечера…?» -Хватит. Хватит. Никто мне не нужен. Хватит. Я не хочу о том периоде. Поток мыслей не останавливается, Серёжа теряет контроль над тем, о чём он думает. Или уже потерял? Был ли вообще у него этот контроль? «Даже твой хвалёный Ваня? Вон как убиваешься. Стрим даже остановил. Не нужны были бы тебе люди — тебе было бы похуй, лицемерная ты скотина.» -Блядский ёбанный мозг, как же я тебя ненавижу и как же я устал… — Берёт бутылку и делает пару глотков. «А знаешь, что смешно? Ты-то людям действительно не нужен. Они вот не притворяются, в отличие от тебя. Ванюша твой даже тебя не предупредил. Не написал ничего. А если бы Лёша тебе не позвонил? Ты бы так и продолжал быть наивным ебланом, уверенным в том, что твой друг просто устал.» Предел. Серёжа делает ещё глоток коньяка. В глазах уже всё совсем плывёт. Алкоголь и нервы вместе — ядерное сочетание. Парень поднимается и идёт в ванную комнату. За тем, что должно было остаться там навсегда нетронутым.

***

Пальцы слегка дрожат, давно Пешков не ощущал эту холодную металлическую пластинку у себя в руке. Поднимает взгляд к зеркалу. -Я обещал тебе, Ваня, больше никогда не возвращаться к такому состоянию. Но знаешь, в чём проблема? Ты тоже много чего обещал мне. Например, никогда не сдаваться. Помнишь тот разговор? А сколько раз ты меня этими словами мотивировал? Говорил, что нужно быть сильным до конца и обещал, что всегда таким будешь? Что в итоге, блять? — Выдох. Серёжа поднимает левый рукав футболки, слегка его заворачивает на плече для фиксации и делает первый, резкий надрез. По старым шрамам, на том же месте. — Раньше я тебе говорил, что не чувствую боли, когда режусь. Я врал. А сейчас… *смех* Сейчас я действительно её не чувствую. Второй надрез, частично прошедший как раз по предыдущему. Парень даже не дёрнулся. Никаких чувств, никаких эмоций. Даже мыслей уже никаких. Серёжа вновь упал в это болото, только вот в прошлый раз его спасли. Ему помог Ваня. Затаскал его по врачам. А теперь Пешков совсем один в этой квартире, а единственное, что ему «помогает» — на деле разрушает его. Парень всё ещё слегка шатается на месте из-за выпитого коньяка и кровотечения: порезы глубокие, а алкоголь и вовсе ухудшает состояние. Третий порез. Вена. -Знаешь, кто ты, Серёжа? — смотрит на себя Пешков в зеркало, еле стоящий на ногах, с левой рукой в крови. — Ты жалкое ничтожество. Никаких более адекватных развлечений не нашёл? Ты абсолютно ненормальный. Смотрю на тебя, вроде должен быть глубоко несчастный человек, переживающий полнейший пиздец в жизни? Может, нуждающийся в помощи? Но в зеркале я почему-то вижу клоуна. Развлекайся дальше, раз тебе так скучно. И вот Серёжа промывает порезы, прижимает марлю, чтобы остановить кровь. Как тогда, несколько месяцев назад. Всё по новой. Его дни превращаются в жуткую рутину, день сурка. Самобичевание сменяет себя литрами алкоголя или новыми порезами. А иногда вместе. Он уже не выберется, теперь уж точно. Цирк одного клоуна закончился на нём.