Скульптурное искусство бывает весьма ужасающим

      Пятничный вечер подходил к концу. На небе виднелись звёзды, мерцающие мелкими точками на сумеречной синеве. Лёгкий ветер приятно обдувал лицо и трепал короткие розовые волосы юноши, торопящегося на встречу к друзьям.       Сояма Хакуджи сильно опаздывал, молясь всем известным богам, чтобы подруга вновь не стала отчитывать его как маленького и рассказывать о важности пунктуальности. Он, Даки и Гютаро договорились заранее о встрече на выходных, найдя немного времени, чтобы провести весело конец рабочей недели вместе. Перед началом сессией Хакуджи не находил ни дня, чтобы повидаться со своими лучшими друзьями. Даже опоздание в семь с чем-то небольшим минут могло подпортить настроение Шабане.        Эта троица — не разлей вода. Даки — эффектная пепельноволосая блондинка, чья точеная фигура могла похвастаться изящными формами и составить конкуренцию моделям с подиума. Даже несмотря на обманчивую хрупкость и беззащитность, она могла кого угодно поставить на место: язык-то подвешен отлично. Однажды блондинка решила установить личный рекорд: за день ей призналось около двадцати парней в чувствах, но не на одно предложение пойти на свидание она не ответила взаимностью. Даки стерва и грубиянка, попробуй спроси у неё хоть одно слово из нецензурной лексики которого она не знает. Неправильно обратишься к ней — посыл на детородный орган обеспечен. Другом её стать практически невозможно. Это своего рода испытание, которое пройдут лишь избранные. Гютаро — старший брат Даки, который чуть сразу что готов заступиться за свою бестолковую, как он ее называет ласково, сестренку. А заступался он частенько, так как Даки часто дерзила и не следила за своим языком, чем и выходило ей боком. С первого взгляда и не скажешь, что они родственники, но вот характер гадкий разделили на двоих, только Даки более вспыльчивая, легко загорается ее мания конфликтовать, как спичка, если что не понравится. Гютаро сосредоточенный, спокойный, но в тихом омуте — черти водятся. Вместе они хоть горы свернут, обогнут весь земной шар и пройдут моря и океаны. Любимым их занятием было рисовать граффити где только вздумается. Так, мелкое хулиганство, за которое могли получить по голове, несколько раз даже в передряги встревали, но всегда выходили сухими из воды. Чертовская везучесть, не иначе. Спрашивается, что забыл среди этих двоих Аказа (прозвище что он себе дал)? Рослый, спортивный парень, с головой на плечах, но иногда на эту самую голову сваливались сиблинги Шабаны и тогда Хакуджи мог натворить с горяча вместе с ними дел. Так, дурное влияние лучших друзей, но не более. Жил вместе со своим отцом, за которым долго и трудно ухаживал, ввиду затянувшейся болезни того. Также Хакуджи занимался сорью. Кейзо стал не просто тренером для юноши, но и выступал в роли второго отца, который часто помогал в чем-то и давал советы, хотя Хакуджи говорил, что не нуждается в них. Свою силу Аказа использовал в качестве самообороны (для чего и пошел на сорью), но иногда она помогала вправить мозги особо одаренным личностям, не понимающих элементарных слов. Вот чем юноша мог действительно похвастаться, так это весьма интересной внешностью, в которой розовый цвет волос, напоминающий спелую малину, было не самым выделяющимся. Глаза. Светлые синие глаза в обрамлении пушистых ресниц розового цвета, как и волосы, не могли не притягивать интерес простых прохожих. Эти нежные цвета ресниц и прически даже как-то смягчали черты лица, делая Аказу более добродушным, оттеняли плещущуюся в глубине синевы глаз меланхолию, и стирали острые углы его непростого характера.       — Ну наконец-то пришел! Ты опоздал на грёбаные 7 минут! — Возмутилась Даки, сверля строгим взглдом изрядно запыхавшегося Хакуджи. — Даже мой брат пришёл раньше тебя! Не хочешь ли ты пояснить свое опоздание, зная, что такое не простительно по отношению ко мне?! — Не прекращая свою напасть продолжала Даки уже почти срываясь на громкий и властный голос.       — И тебе привет, Даки, — ровным тоном произнес Хакуджи, словно не услышав той тирады, которая на него свалилась. — Мне пришлось до сдавать долги. Тем более маршрутка застряла в пробке. Это еще чудо, что я опоздал всего лишь на пять минут.       — Семь! — Встряла Даки, нахмурив пуще прежнего тонкие бровки.       — Проехали. Аказа, чего будешь? — Решив разрядить обстановку, Гютаро перевёл тему разговора в более нейтральное русло.       — Я пас. Кстати, я видел, что тебя задержал препод в шараге. Че случилось? — Аказа последовал примеру друга, плавно переходя в другую тему для разговоров. Даки поутихла, понимая, что больше спорить бессмысленно.       — А это… Забей, просто докопался хер старый из-за фигни. Э, Даки, не смотри на меня так! Не наркота это! — Гютаро поспешил оправдаться, мол, никаких веществ он не пытался толкать студентам, но Даки снова завелась и начала обвинять несчастного горе-братца во всех смертных грехах. Аказа не без веселой ухмылки наблюдал за перебранкой сиблингов.       Беседа плавно перетекала с одной темы на другую, успевая обсудить все то, что у них троих скопилось на душе и выплеснуть это через шутки, рассказы о злых преподавателях, жалобах о сложности студенческой жизни, последних новостях и даже, загадывая наперед, обсудить очередную поездку в другой город. Но как только Даки с упоением начала рассказывать о том, как шикарна была она всю неделю и будет на следующей, и вообще всегда, Хакуджи захотелось отвлечься и пройтись взглядом по местному контингент бара. Пока глаза Аказы блуждали от большой компании изрядно выпивших красных лиц мужичья, парочки на вид стервозных, размалеванных девиц, до кучки стеснительных таких же, как и он, студентов, которым явно не было двадцати одного, пытающихся обмануть бармена и заказать алкоголь, в поле зрения попалась одна яркая фигура. Светлая макушка сразу же бросилась в глаза, выделяясь из толпы выпивох. Аказе эти волосы, длиною до плеч, напомнили пламя. Золотистые локоны, кончики которых плавно переходили в ярко-красный, только и наводили на ассоциацию с огнем. Незнакомец сидел через два столика лицом к Хакуджи. Сояма прикинул, что этот парень мог быть его ровесником или, что еще лучше, учиться с ним в одном университете. Незнакомец широко улыбался, а затем, прикрывая рот рукой, заливисто рассмеялся настолько громко, что, казалось, этот смех на мгновение перекрыл собой музыку и шумную толпу вместе взятых. Хакуджи подметил приятные глазу черты лица, прямую осанку и с какой энергично жестикуляцией этот парнишка болтал со своими друзьями. Броская прическа ни в какое сравнение не шла с глазами, цвет которых напомнил Хакуджи закатное солнце на берегу моря. Нет, перед ним, через два столика, сидело само «солнце».       Взгляд отвести получилось от незнакомца с большим трудом. Парень говорил с какой-то миловидной девушкой, сидевшей рядом с ним и сжимающей в своих тонких пальчиках стакан из-под пива. Даже она выделялась среди унылого стада, заполонившего бар, своими нежно-розовыми косами, цвет которых от корней до кончиков переходил в светло-зеленый. Аказа сразу подумал о прекрасном и изящном бутоне лотоса. Далее взгляд уперся в глубокое декольте, которое подчеркивало большой размер груди, напрочь выветривая невинный образ лотоса. Аказа незаметно двинул бровями вверх-вниз, оценивая формы этой особы. Впрочем, его не особо интересовала девица, когда более яркой личиной обладал парнишка, сидевший с «лотосом». О чем же они таком говорили, что то и дело, оба хихикали? Аказа не сразу заметил более блеклую фигуру, обнимающую за талию «лотос». Отстраненный юноша с темными волосами, зыркающий по всему залу на каждого, как заметил Аказа, мужчину, ревниво прижимался к девушке, но стоило "солнцу" обратиться к нему, как тут же взгляд гетерохромных глаз смягчался, появлялись смешинки и морщинки возле них. На плече сидела неподвижно белая змейка. Аказа удивленно пялился теперь не только на светловолосого юношу, но и на этого невысокого паренька и его ручную змею. Эта компашка явно самое необычное, что увидел за сегодня Сояма.       — Эй, идиота кусок!       Голос подруги выдернул Аказу из мира грез и оторвал от созерцания прекрасного лица. Он настолько залюбовался «огоньком», что не обращал никакого внимания на Даки и Гютаро, в то время как сиблинги Шабаны пытались достучаться до того. Даки вдобавок вылила почти целый стакан воды для придания бодрости Аказы.       — Э, какого хера?! — Завопил Хакуджи от неожиданного «холодного душа», стряхивая остатки воды с волос. Он поежился и выругался особенно громко, когда ледяная вода затекла под майку. теперь придется ждать. когда ткань высохнет и перестанет мерзко прилипать к телу.       — Доброе утро, красавица! —  Протянула Даки, гаденько хихикая и придумывая тысячу способов как ускользнут от упреков и брани лучшего друга. — Вроде не пил, а пьянющим взглядом сверлил того блондинчика за нами! Не стыдно? А, Сояма?! И не игнорируй нас!       — Мне жаль что так поступил, о моя наипрекраснейшая подруга! Ты не достойна дружбы со мной! — Аказа наигранно раскаялся, придумывая шутку-другую, но тут же осекся, осознавая, что его так легко спалила Даки. — И я не пялился на того чувака!       — Я тебя щас ужалю всеми жалами мира! Жаль ему тут! И ты смотрел на него! Ты в курсе, что это охренеть как крипово, что ты сейчас делал? Ты его, буквально, чуть ли не раздевал глазами! Я это заметила! Заметила!       — Да все, харе! Сама посмотри на него и убедись, что тот чувак необычно выглядит. Вот и залип на него! — Стараясь хоть как то усмирить Даки, Аказа пытался отвадить от себя подозрения в наглом рассматривании незнакомца. Даки присмирела, затем посмотрела с укором на широко ухмыляющегося брата, но посмотрела назад через плечо вместе с Гютаро на компашку.       — Да-а-а, хорош мужик, хорош, — протянул Гютаро, рассматривая бегло паренька.— Но ты в курсе, что ты сам мужик? Мда-а-а, Аказа пидорас… .       — Так, хватит! Я пошел в туалет. И не вздумайте выкинуть что-нибудь в мое отсутствие! — Вставая из-за столпа Аказа направился в сторону туалетной комнаты. Сиблинги еще раз посмотрели на блондина, поняли, что никакого интереса он для них не представляет и весь этот самый краткий интерес заключался только в оценке внешности — отвернулись и принялись изучать меню. Аказа чуял, что сегодня его разведут на еще литр светлого нефильтрованного.       «Возьми свои яйца в кулак, подойди и познакомься! "       Хакуджи быстрым шагом забежал в туалет, умыл лицо и посмотрел на свое отражение в пыльном зеркале, и вздохнул тяжко: синяки под глазами, явные признаки недосыпа и легкая небритость на лице могли явно отпугнуть того блондина. Тем более, тот незнакомец выглядел неотразимо и ухоженно. Хакуджи смыл разочарование на лице очередным напором холодной воды, промокнул остатки воды и вышел в зал.       «Почему там такое сборище людей? Черт, только не драка…»        Стараясь приблизиться к эпицентру потасовки, Аказа краем глаза заметил «огонька», который протискивался сквозь толпу, резко расталкивая столпившихся. Несчастного парня колотил со всей дури тот тип в маске со змеей (как успел Аказа заметить — змейка сидела на плече розововолосой девушки) и блокировать, а уж тем более отвечать не получалось. Вроде мелкий, а такой сильный и бойкий, думал Аказа, глядя на парня в маске. Аказу грубо отпихнули в сторону и только сам Сояма возразить, как молнией пронесся «огонек», оттаскивая вместе с «лотосом» своего друга. Тип в маске ругался, чуть ли не плевался ядом как его ручная змея (Аказа был уверен, что ползучий гад принадлежал к ядовитым видам змей), кричал угрозы в адрес перепуганного вусмерть и явно не ожидающего такого поворота событий бедолагу. Хакуджи шокировано смотрел вслед уходящей компашке к своему столу и видя, как те собираются, поспешил за ними.       «Если он сейчас уйдет — никогда в жизни такого парня больше не вижу. Сояма, давай-давай, шевели булками!»        Стараясь как можно быстрее подойти к «огоньку», Аказа вытянул руку и хотел похлопать по плечу, обращая на себя внимание. Но как только пальцы коснулись рубашки, под ногами непонятно откуда возник небольшой порожек и Сояма, не увидев препятствие, толкнул рукой вперед незнакомца и чуть не стал причиной сломанного носа у блондина. Благо, Хакуджи не растерялся, сумел сам удержать равновесие и поймать под локоть паренька. Блондин ойкнул, развернулся и удивленно посмотрел на Аказу.       В глазах напротив плескалось теплое янтарное море, в котором хотелось окунуться и застыть навеки, чтобы навсегда узреть красоту этих глаз. Аказа так и не отпустил руку незнакомца, продолжая восхищенно смотреть на это приятное лицо и глуповато улыбаться.       — Ой! Спасибо, что поймали! Вы сами как? Не ушиблись?       Аказа дар речи потерял. Всё что он хотел сказать, как ветром сдуло, и только оставалось глупо разевать рот, в попытке что-то ответить.       —Нет, это вы меня простите! Я не смотрел себе под ноги! — Очнувшись от созерцания очаровательных глаз, извинился Аказа. Кажется, попытка познакомиться нормально провалилась с треском.— Мне правда очень жаль… Как вы, я не сильно вас ударил?!       — Не переживайте, со мной всё в порядке! — Бодро ответил юноша и лучезарной улыбкой ослепил Аказу. Хотелось действительно зажмуриться от искрящегося оптимизма этого человека.       Аказа не хотя отпустил руку блондина, но как только тот почти переступил порог заведения и почти вышел, Сояма, не ведая, что творит, схватился за запястье того.       — Стойте! Можно узнать ваше имя?       — Простите, но я не знакомлюсь. И отпустите, пожалуйста, мою руку. — Незнакомец смирил серьезным взглядом и Хакуджи тут же выпустил из своей цепкой хватки «солнце». Стыд захлестнул с головой.       — Сояма Хакуджи! Меня зовут Сояма Хакуджи, — выпалил Аказа, словно не расслышав о чем говорил блондин. — У Вас довольно яркая внешность и я хотел бы узнать Ваше имя! Только и всего.        Блондин громко вздохнул, но все-таки сдался и произнес:        — Кеджуро Ренгоку. Думаю, я удовлетворил Ваш интерес. Теперь я могу пойти?       — Однако, какое красивое имя… Не против, если я провожу вас до дома?! — Хакуджи ляпнул очередную бестактную глупость. Затылок фантомно горел от подзатыльника Даки за такую чушь. Нет, он точно по голове получит, когда расскажет об этом.       — Нет, спасибо. — Кеджуро посмеялся, чем смутил еще больше Аказу. — Раз уж я так заинтересовал, то предлагаю встретиться в этом же месте. Завтра, около семи вечера. Не заняты в это время?        У Аказы перехватило дыхание, услышав про желание этого «солнца» встретиться с ним. Да это ж чистой воды везение! Аказа активно закивал, как китайский болванчик, соглашаясь.       — Да, самое то! До встречи!       Даже когда Кёджуро окончательно ушел из, Сояма продолжал провожать взглядом и счастливо смотреть вдаль. Он поверить не мог, что встретил сегодня такого человека. Аказа был на седьмом небе от радости.       — Вот ты где! Чего как вкопанный стоишь и пялишься на дверь? — Голос Даки снова выдернул из потока мыслей о предстоящей встрече с Кеджуро и вернул в серую реальность. Аказа перестал улыбаться. — Там чуть заварушка не началась, а ты шлялся где попало! Ладно, проехали. Тут Доума звонил, хотел встретиться с нами.       — По какому дело этот придурок нас зовёт? —  Раздраженно произнес Аказа, стоило услышать это ненавистное имя. Радость от предстоящей встречи улетучилась моментально.       — Сказал, что нужна помощь в мастерской. Объяснит все детали позже, как только придем. —  Дополнил Гютаро, явно не желая тащиться в ту злосчастную мастерскую.       — Это херло не может само справиться? Аргх! Хорошо, когда он хочет встретиться?       — Завтра, в полшестого, — ответила Даки, хватая Аказу под локоть и отводя к столику. Аказа чертыхнулся. Как же не вовремя! Завтра у него совсем другие планы, в которые этот Доума самым наглым образом умудрился вписаться!       — Если он задержит нас хоть на секунду — может забыть о помощи навсегда. Я завтра должен с Кеджуро встретиться, поэтому не намерен торчать до последнего.       — Какой Кеджуро? — Даки прищурилась, рассматривая друга с ног до головы, затем через его плечо глянула на столик, где сидел тот самый блондинчик с друзьями, и ухмыльнулась. — А, понятно! Так вот чего ты задержался! Того парня зовут Кеджуро? Успел подкатить шары, пока мы тебя искали по всему бару? — Рассмеялась Даки, но тут же получила слабый тычок локтем в бок от друга. — Эй!       — Все, кончай стебать… Ох, блять! — Хакуджи стукнул себя по лбу, когда понял, что он не спросил номер телефона Кеджуро. Но ничего, он найдет его по сети и спишется. А если Ренгоку сидит под другим именем в Интернете и не сможет даже предупредить, если не получится приехать? Аказа начинал переживать.       — Че такое? Номерочек забыл выклянчить? — Произнесла Даки, чуя, что оказалась абсолютно права.       — Твоя проницательность иногда пугает, Даки. Ладно, в дотку сегодня не поиграю. Слишком поздно. Но я не жалею, что увиделся с вами, засранцы.       — Ага, невзаимно, — в унисон произнесли сиблинги, обнимая крепко друга и хлопая по плечу. Аказа только ухмыльнулся, стискивая в объятиях друзей.        Аказа чуял, подходя уже к своему дому, что завтрашний денек выдастся непростым.