Heads will roll

      Как бы Феликсу не было печально и лениво, но пришлось навести порядок в зале. Всё-таки неудобно, что Хёнджин, ранее спавший на удобной постели, будет жить в сраче. Хван предлагал своё участие. Несколько раз, но Ли упёрся в свою самостоятельность, не желая прибегать ни к чьей помощи. И он сделал это. Даже через силу помыл полы, пока художник, взявшись за голову, что-то искал в ноутбуке.       Второй причиной героического подвига — дело. Хёнджин расположился с компьютером на диване, пока детектив рассматривал и разбирал бумаги на полу. Они и правда очень странно составлены. На напечатанном тексте сверху были еле разборчивые пометки ручкой, некоторые предложения зачёркнуты или замазаны. Пугали и полупустые листы со страной шифровкой. Феликс в первую очередь схватился за досье старшего Хвана. Нужно хотя бы понимать психологический портрет их цели, который Хёнджин также успел составить. Мужчина в детстве жил в деревне. Его семья не имела достаточно денег. Хван даже не получил должного образования. Выполнял исправительные работы за частые хулиганства, среди которых: воровство, поддержание насилия, участие в нём, а также организация весьма опасных мероприятий, ведущих к порче имущества. Над печатным текстом в углу шла пометка ручкой: в подростковом возрасте хулиганства переросли в преступления, которые позволили подняться за счёт страха местных жителей и обеспечить немалыми денежными средствами. Сбежал из деревни в город со всеми деньгами, чтобы не отдавать партнёрам. Страница дальше была пустой. Сразу информация про основание компании.       Ли нахмурился, перечитывая ещё раз абзац. Он встряхнул головой, начиная копаться в листах. — Я если что-то пропустил, то это название высшего юридического учебного заведения, в котором он учился, — проговорил художник, с обречённым вздохом поворачивая ноутбук к детективу. Феликс знает это здание. Приходилось часто там бывать. Многие юристы и адвокаты проходили обучение там. Рядом высветилась таблица с поступающими тридцать два года назад, среди которых на первом месте старший Хван. Ли нервно усмехнулся, посмотрев на дату зачисления. За три месяца после побега так поднялся? Неплохо. — Он был никем, приехав в город. Никого не интересовал, пока не поступил в университет. Там можно отследить информацию в основном по учебным достижениям. И по некоторым инцидентам. — А поступил он туда как? Подкуп? — сомнительно предположил детектив.       Хёнджин задумчиво посмотрел в потолок и пожал плечами. — Предполагаю, работал он в сомнительном месте. Но я проверил всех торговцев на местном чёрном рынке, которые в те времена пользовались популярностью. Никого похожего на Хвана, — озадаченно проговорил художник. — Но то, что он некоторое время зарабатывал нелегально — точно. Иначе откуда такие деньги, чтобы купить место в юридическом. — Вопрос только где и у кого, — согласился Феликс. — Его бывший работодатель мог научить его заметать следы. Раз умом обделён, то… А что если он до сих пор здесь, но сделал другую жизнь? Более роскошную? — Тогда это могло объяснить, почему я не нашёл его, — щёлкнув пальцами, понимающе воскликнул Хёнджин. — Его имя стёрто, заменено на другое, которое имеет или имело такое влияние, что о прошлом даже в тайниках нет. Хотя… Сомневаюсь. — Нужно искать не в знаменитостях того времени… — А в экстренных новостях, где имя могло упоминаться единожды, но нести огромную катастрофу.       Хван и Ли улыбнулись друг другу, тут же смущённо возвращаясь к работе. Приятно говорить об одном и том же. Когда собеседник находится с тобой на одной волне. Не надо ему ничего объяснять, вы просто развиваете одну тему. Думать и правда сейчас легче.       Хёнджин несколькими нажатиями клавиш открыл новости приблизительных дат, в которых мог оказаться тот самый человек. Свернув их в отдельный документ, он проделал такую же операцию, но только в более глубоких источниках. Обычным людям даётся лишь та правда, о которой положено знать. А Хвану нужна вся. С незаконными новостями художник создал отдельную папку и вернулся к своему первоначальному делу. А именно, восстановление записей с камер. Снова… Каждый раз ломаются. Файл настолько древний и поломанный, что просто не выдерживает работы в нём.       Феликс перестал обращать внимание на возню сзади. Пыхтение Хёнджина стало вполне привычным. Ли отложил в сторону бумаги с «детством» от прочих, пересев на диван к Хвану. Одного взгляда на экран было достаточно для сочувствия. Правда тяжело выглядело. — Спорим, — нарушил тишину художник. — это был один из основателей «Venom».       Детектив не понимающе изогнул бровь. — Ты все дела на предположения делаешь? — будто осуждал Феликс. — Я просчитываю в голове всевозможные варианты и иду к более вероятному. Учитывая влиятельность мафии и то, как лидеры в них часто менялись… Все кроме нынешнего. Вполне возможно, — Хван самодовольно ухмыльнулся, медленно повернувшись к Ли. Тот так забавно строил сердитое лицо, что художник просто не мог прекратить делиться своим опытом. — Ну так? Спорим? — Что мы найдём там информацию? — уточнил детектив. — Нет, что информацию там найдёшь ты, — усмехнулся Хёнджин. — Минхо вынесет мне мозги, если я хотя бы подышу в сторону клуба. А ты можешь пролезть туда. Если нам понадобится. Феликс натянуто улыбнулся. Пока он с Хваном, то может меньше беспокоиться о мафии. Хотя… Если художник любитель поднасрать Минхо, то где гарантия, что мафиози не ответит тем же? К сожалению, Хёнджин не посвящает детектива какие у него с кем отношения, считая это лишней информацией. Ли сам не против проверить мафию. Лишний адреналин никогда не мешал. А если с этим появиться пропущенная информация… Феликс даже поблагодарит Минхо. В мыслях. Увидев, как на экране снова появилось табло с ошибкой, а губы Хёнджина растянулись в недовольную полоску, Ли хихикнул. Не все системы подчиняются Хвану. Облокотившись на спинку дивана, детектив раскинул руки по его бокам, начиная рассуждать: — Мистер Хван довольно простая личность, но очень осторожная. Это компенсирует его отсутствие более продуманных идей. Недостаток денег в прошлом, как правило, может оставить отпечаток в виде зависимости от них в будущем. Насилие в школе, подстрекательство — признак самоутверждения. Твой отец трусоватый обиженный мальчик, зависимый от денег. Я часто встречал таких людей, которые вечно винят всех вокруг в своей жизни. — Но не каждый из них нарцисс, способный стереть половину информации о себе и имеющий цель господства над страной, — приподнимая брови, пробурчал художник. — М, кстати за счёт переворота с помощью преступников. — Нет, конечно, — вздохнул детектив, понимая, что Хёнджин прав. — Но один из таких был серийным убийцей, который неаккуратно проткнул меня ножом в районе почек. Благо каким-то чудом их не задел. А шрам, сука, до сих пор чешется.       Хван слишком странно засмеялся. — Хве, который был популярен в апреле того года? — Феликс неуверенно кивнул на эту насмешку. — Да… Я организовал всё. Хотелось посмотреть, что будет если появится серийник. Изучение длилось недолго. Видно, я твоя судьба, детектив, раз ты ещё тогда мои дела брал. — Псих, — хмыкнул Ли, всё же смущённо улыбнувшись.       К сожалению, больше чем «психологический портрет» сделать не получилось. В бумагах было то, как он открыл компанию, но Хёнджин лишь предполагал, откуда появились средства. Была также карта всех точек компании. Феликс её долго вертел, рассматривал, искал в своём ноутбуке информацию о них. Они либо не работали, либо о них было ничтожно мало. Все сотрудники подписывали договор о неразглашении. Удобно, для параноика. Художник не был нигде, кроме главного здания. Будто знали, что младший Хван в будущем станет проблемой, поэтому не пускали его никуда. Тем не менее Хёнджин знал все выходы и входы, как они работают и где слепая зона камер. Отсутствие плана зданий его останавливало от проникновения. Схема здания? Хван пытался найти его, но архитекторы указывали лишь источник, когда строили. Хван проверял его и выяснил, что он также лишь для галочки указан. Очередная фальшивка. Врываться туда сейчас опасно. Лучше отложить опрометчивые шаги на отчаянные моменты.       Художник знал о незаконных договорах старшего. Опять же, они были в этих зданиях. Хёнджин их никогда не видел. Хван знал людей, с кем эти договоры были оформлены. Ни у кого из них на руках не было бумаг. Настоящих. Подделкой они ничего не докажут. Благодаря тому, что мужчина забрал оригиналы, у него теперь несколько предприятий. Все его «партнёры» могут сесть в тюрьму, если попытаются нарушить сделку.       Феликс ходил как неприкаянный, то и дело заваривая кофе себе и Хёнджину. Время близилось к ночи, когда художник наконец восстановил файлы. Видео шло обрывками и жутко висло. Неприятно, но смотреть можно. Кабинет старшего Хвана примерно восемь лет назад. Общается с каким-то мужчиной с большой папкой в руках. По словам Хёнджина, это один из самых дорогих адвокатов. Сейчас, по прихоти художника, он сидит в психиатрической больнице. В тюрьме бы до него быстро добрались или выкупили. А в больнице он под постоянным присмотром Хёнджина. Хоть уже и не совсем в рассудке. — Зачем? — только и спросил Ли. — Он знает информацию во всех документах и как их можно использовать в суде, — объяснял Хван, с осторожностью перематывая запись вперёд. — У меня в запасе таких фигур много, но этот знает то, что нам нужно. Досье на него сделал ещё тогда, поэтому нам с Минхо удалось заставить его работать с нами. Минхо захотел его убрать, после того, как стал боссом мафии. Адвокат отказывается до сих пор рассказывать нам где документы его клиентов. Вот оно! — художник остановил запись на передачи какой-то странной сиреневой папке, сразу высвечивая ещё несколько изображений с камер, на которых она присутствует. — К адвокату мы вернёмся, он не играет особо важной роли. Только переводчик вот этого.       Детектив подсел ближе, с интересом всматриваясь в экран. Каждая сделка заканчивалась этим документом. В голове возникло сразу несколько идей.        Увлекательно… Как Феликс их перебирает, не озвучивая. Хёнджин невольно засмотрелся на него. Хван всегда думал, что для детектива у Ли было слишком милое личико. Тогда в «Ирэн Адлер» художнику понадобилась вся его наблюдательность, чтобы раскусить его. Хотя до самой беседы с ним Хёнджин всё не верил в свои опасения. Не раз выпадала возможность видеть лицо Ли так близко. Каждый чёртов раз Хван буквально зависал на наивных глазах, чей взгляд был холодным, на его забавных веснушках, никак не клеющиеся с его образом. Художник наслаждался возможностью видеть детектива близко. Он готов поклясться, такого наслаждения от игры (которой Феликс упорно сопротивляется до сих пор) эмоциями, Хёнджин никогда не испытывал. Всё словно… На другом уровне? Он жаждал всё больше и больше эмоций от Ли. Самая интересующее Хвана выражение было то, когда детектив размышляет над своими идеями. Ресницы дрожат, вместо кивков подтверждая какие-то догадки. Уголки губ слегка поднимались, выдавая скрытую улыбку. Ли поднёс указательный палец к ним, слегка покусывая его кожу. Хёнджин сам сейчас приоткрыл рот. Хочется как можно скорее запечатлеть это правда ангельское личико, усеянное милыми веснушками на картине. Хотя… Хван бы лучше в жизни им любовался.       «Звучит, как зависимость», — художник вздрогнул, от такого осознания. Он бездумно уставился в экран, приложив два пальца к артерии на шее. Пульс бешено стучал. Господи, что с происходит с Хёнджином?! Его это слегка бесило и расстраивало одновременно. Странная паника накрыла Хвана. Нет, он не может ей поддастся. Не сейчас. Никогда. Знать бы ещё почему, чтобы отбросить волнение в сторону. — Там все контракты? — наконец спросил Феликс, в ожидании ответа посмотрев на художника.       Хёнджин успел скрыть нервозность за самодовольством. Это было легко, учитывая, что именно он открыл эту находку. Давно, но это был он. — Не только, — Хван с гордостью проговорил это, тыча в экран ручкой. — Если собираешь строить империю, то тебе нужны записи о ней. Мистер Хван не дружит с техникой. Поэтому собирает всё в этой папке. Как ты правильно заметил, контракты, а также удобные точки для реализации плана, поставки товара, которые ему приносят деньги и прочее, что нужно для переворота, — художник перекрутил в пальцах ручку. — Мне как-то удалось заглянуть в неё. Информация на всех страницах зашифрована. Те же самые договоры переделаны на странный шрифт. Хуже, эта папка появляется только во время контрактов. В остальное время я её не мог найти. — А перевод шрифта знают только адвокат и Хван, — понимающе кивнул Ли, задумчиво кусая губы. — Я бы не стал делать папку главной целью. — Нам до неё не добраться, не зная точных планов, — согласился Хёнджин, потянувшись за кружкой с кофе. — Но даже идиоты не станут их говорить людям, которые хотят их убить. Нам надо её выудить, чтобы подобрать лучший вариант обернуть его идеи против себя. — Похитив папку, мы добудем информацию о каверзных встречах и местах, припишем ему твои выходки, те которые самые масштабные, и НИС вполне могут его брать, — довольно улыбнулся детектив, спускаясь обратно на пол. — Осталось только отгадать, в прямом смысле, распорядок «гения», — Хван молча продолжал смотреть сквозь компьютер, что напрягло Феликса. Он попытался заглянуть в лицо художника, но как нарочно его скрывали выбившиеся из хвоста волосы. Ли снова почувствовал в груди колющее чувство. Хорошо, что он уже знает, как с ним поступать. — Что-то ещё есть? Нам что-то мешает?       Хёнджин медленно покачал головой, быстро находя что-то в ноутбуке. Он подтянул его ближе к себе, будто боясь, что детектив это увидит. Лицо Хвана всегда было тяжело прочесть. Наверное, лишь Феликс замечал, когда он заходит в тупик. — Всё в порядке, — Ли не видел лжи на его лице. Просто чувствовал на подсознательном уровне. Художник, с привычной ухмылкой, задумчиво проговорил. — Я не знаю каким образом, но планы этого мудака могут поставить под угрозу обнаружения мафию, наёмников, торговцев и дилеров. Это их и пугает. А когда хищники боятся, становятся более агрессивными. Я уже был в подобных ситуациях три года назад. Поэтому, мой совет, лишний раз не доставать кого-то из них.       Детектив недоверчиво прищурился. — Мы отказываем себе в каких именно источниках? — Если не уверен, не лезь в верхушку. Ошибочно проверишь — я тебя, если повезёт, избитого домой привезу. — О, ты собрался меня уже спасать? — съязвил Феликс на предупреждение, ехидно улыбаясь.       Хенджин драматично развёл руками, ака добродетель. Ли не спорил по поводу вмешательства. Дело требует тишины. Вот только все зацепки ведут в преступные круги. Именно поэтому на это замечание детектив не стал ничего говорить. Он хорошо знает себя и ничего не обещает из-за этого. Феликс пойдёт туда, если не будет выхода. Безрассудно. Хван, который ас в том мире, говорит не рисковать. Хотя абсолютно каждый его шаг рулетка. Ли когда-нибудь кого-то слушал? Он влез в эту историю лишь потому что азарт был сильнее слов окружающих. Детектив постарается избегать громких историй. С главной целью: лишь бы не узнал Хёнджин.

***

      Они закончили на том моменте? Нет, конечно нет. Им нужен третий человек, который будет их останавливать прежде чем дуэт детекторов вспомнит о существование времени суток. Хёнджин и Феликс перерыли все информационные источники. Цеплялись даже за самое мелкое, чтобы выстроить логическую цепочку. Но это приводило в ещё один тупик и затея отметалась. Возвращались к старым темам. Разжевали их как могли и ничего нового не вынесли. На середине ночи, когда Ли начал клевать носом, блокнот с заметками был исписан заметками, несколько раз перечёркнут и даже Хван успел на некоторых страницах что-то невнятное нарисовать. Детектив всё же рискнул и зашёл в базу НИС, через пропуск Чанбина (морально готовясь на казнь старшего). Но он дал лишь список лиц, которых допрашивать замучаешься. Слишком много. Стоило отсеить некоторых хотя бы самим. Пришлось бежать в круглосуточный магазин за энергетиками, так как кофе уже не помогало. Феликс дважды пробежал эту дистанцию. В первый раз паспорт забыл.       Время занимали и споры. У них они были не громкими. Феликс не конфликтный человек, Хёнджин терпеть не может повышать голос. Оба считают, что разбираются в каких-то сферах лучше, чем другой. Делить людей на полезных и бесполезных оказалось не самой удачной затеей. То им нужен один для закрытия этого пробела, но он в остальном бесполезен, а другой, который более полезен не может восстановить пробелы. Недосып только усиливал недопонимание. Говорили на одну тему разными словами, не понимая этого. В итоге, рассмотр жертв оставили на потом, занеся их также в зацепки.       Ли возвращался с кухни, с печальным известием об окончании запаса бодрости, когда заметил лучи солнца в зале. «Ох, блять», — опомнился детектив, потирая ноющие виски. — «Доброе утро, нахуй. Так приятно спалось. Стоило поставить будильник, чтобы хотя бы час поспать». Феликс посмотрел в сторону Хвана. Тот свернулся клубочком в углу дивана, положив голову на его спинку. Ли вздохнул. Наверняка ему сейчас ещё паршивее. Всё же, каким бы дьяволом художник себя не считал, он тоже человек. Они сейчас разбирают его жизнь. Феликс понимает какого разгребать собственные проблемы, не говорить никому о своих чувствах, о том, что постоянно крутится в голове. И каким бы гением ты ни был, на эти вопросы ответов нет. Возможно, просто не хочется на них отвечать. Одно из основных правил детективов: не расследовать дела связанные с их социальным кругом и особенно семьёй. Ли догадывается почему. И от этого устаёшь сильнее.       Детектив не считает Хёнджина дьяволом, гадом или кем-то подобным. Сейчас. Феликс сейчас изучает его настоящего, а не ту оболочку, за которой гонялся. Схватив по дороге плед, Ли аккуратно набросил его на Хвана. — Не стоит, — сонно проговорил художник, пугая Феликса. — Я просто глаза прикрыл. Сейчас… Пять минут и вернусь.       Ли хихикнул. Художник сам продолжал укутываться в плед, щурясь из-за солнечных лучей. Капризный, как ребёнок. Детектив приложил немало усилий, чтобы положить сопротивляющегося Хёнджина в горизонтальное положение, чудесным образом впихнув подушку под голову. — Уймись. Горизонтальное положение полезнее. Дай себе хотя бы час отдыха, — устало фыркнул Феликс, получая блокнотом в лицо. — Хёнджин! Я тебя к дивану привяжу сейчас!       Хван сквозь сон усмехнулся. — Не, детектив, в нашем случае сверху буду я.       Ли закатил глаза. Даже сонный кокетничает. Детектив привыкнет к этому? Нет. Но надеется, в скором временем научиться игнорировать.       Феликс сел на другой край дивана, где осталось свободное место. Продолжая осматривать бумаги, Ли не замечает, как сам клюёт носом. Когда картинка перед глазами сама начала расплываться, тогда он и сдался. Голова болела и отказывалась нормально работать. Детектив закрыл глаза, скрестив руки на груди. Даже если напрячься, то ни одна адекватная идея в голову не приходила. Любая сложная мысль била в голову острой болью. Хочется думать только о горячей ванной, в которой так и хотелось расслабиться. Вообще о чём-то тёплом. Интересно, усталость берёт вверх, потому что Феликс давно нормально не спал? Стоит над этим задуматься. Сестра через полмесяца приедет. Ли ускорился из-за этого, хотя обычно даёт отчёт себе. Отдых важен для его работоспособности. Детектив не хочет, чтобы сестра видела все его авантюры и особенно эту. Ради этого он и уехал так далеко. Чтобы защитить Рей. Хм, к сожалению, нашёлся один, который её нашёл.       Резкий звонок заставил подскочить обоих парней. Звонил телефон Хёнджина. Хван кое-как смог снять трубку, не проснувшись до конца. Феликса ток прошиб. Он схватился за телефон. «Я отключился на час?!» — Ли в шоке уставился на экран. — А? Туан, не смей ничего им говорить! Конфликт с арендодателями нам ни к чему, — Ли слышал всю обречённость во вздохе Хвана. Он встал, шатаясь из стороны в сторону. Под глазами появились еле заметные синяки, волосы торчали в разные стороны, а взгляд был абсолютно тупым. Детектив усмехнулся. Многие видят городского манипулятора таким… Домашним? Нет, определённо нет. Смешно видеть почти идеального человека лохматым чудиком. — Туан, я сейчас приеду. Не смей выходить из зала!       Хёнджин недовольно надулся, посмотрев на молчащий телефон. Видимо разрядился. Хван поплёлся в ванную. Немного подумав, Феликс пошёл за ним, замечая, что сам поспал бы ещё. Художник не стал закрывать дверь, слыша за собой шаркающие шаги. Облокотившись о дверной косяк, Ли сонно наблюдал, как Хёнджин приводит себя в порядок. — Ты же такси вызовешь? — хрипло уточнил он. — До автобуса не доберёшься в таком состоянии.       Хван сосредоточился на своём отражении, лишь бы не подогревать странные ощущения в животе. — Волнуешься? — усмехнулся художник. — Мне бы пригодилась помощь, когда я буду лезть в мафию, — развеял все надежды детектив.       Хёнджин отложил сторону расчёску, хмуро повернувшись к Феликсу. — Я хоть и сказал, что «Venom» мог в прошлом способствовать старику, но не говорил тебе бежать прямо сейчас и проверять его, — голос Хвана звучал жёстко. Ли аж поморщился из-за тронутой гордости. — Мы напарники. Я не обязан слушать твои приказы.       Художник с хитрой улыбкой повернулся к детективу, облизнув пересохшие губы. Феликс заметно напрягся, что не осталось без внимания. — А стоит привыкнуть, — подмигнув, вернулся к своим делам Хёнджин.       Ли цыкнул, возвращаясь в зал. Он уже был в «Venom» и даже план помнит. Детектив найдёт то, что нужно даже без помощи Хвана. Если это поможет выйти из тупика стоит рискнуть жизнью. Только обидно будет, если риск не оправдается. Хёнджин только строит теорию. Обычно, она работала великолепно. Но они такие туманные, что Феликс сам с трудом верит в их существование.

***

      Феликсу было жаль Хёнджина. Ему после бессонной ночи пришлось ехать на работу. Ли хотя бы днём отоспаться успел, прежде чем посетить «Venom». Лучшее время, как он уже ранее выяснил — ночь. В потоке гостей его труднее заметить. Детектив вышел пораньше, чтобы разведать обстановку. И, к сожалению, его опасения подтвердились. Мафия усилила охрану. На всех входах, даже на запасных, дежурили люди. Больше всего Феликс боялся лисов. Зная, что там Чонин, а он почти всегда липнет к Ли как только его видит, нервозность усиливается. Он уже ловил детектива за попыткой влезть в клуб. Правда тогда Ян так и ничего не заподозрил.       Детектив на безопасном расстоянии осмотрел «Venom». Возможности тихо проскользнуть куда-то нет. Внутрь проходить мимо охраны рискованно. Все заботятся о входящих внутрь, а не выходящих. Лучше оставить парадный вход, как способ побега. Феликс сверился с планом здания. Выход был один: по канализации попасть в вентиляцию цокольного этажа. Он ведёт в одну из комнат. Наверное, один из архивов или складов. Ли ненавидел канализации. Каждый раз противно в них лазить. Но выбирать не приходиться.       Дождавшись время открытия клуба, детектив скрылся за крышкой люка. Было желание всё-таки вернуться назад, дожидаясь команд от Хёнджина… Что за бредовые мысли? Гордость Феликса сломается от такого. Если он начал, то закончит это дело.       На удивление, стоки были сухими. Эта часть давно не используется. Ли аж выдохнул. Запах всё ещё оставался, но был не таким сильным. Обычно детектива ещё на лестнице начинает выворачивать, что потом портит координацию. А вот с вентиляцией пришлось повозиться. Она была довольно узкой. Ребёнок свободно мог бы перемещаться, Феликсу же приходилось прикладывать все силы, чтобы вписаться в поворот. Ли замирал, когда железо под ним издавало многообещающий звук. Трубы старые, могли в любой момент обвалиться. Пыхтя, детектив всё-таки добрался до решётки.       Свет тускло освещал комнату. Здесь скорее даже темно, чем светло. Тихо. Либо Феликс сейчас на самом нижнем этаже, либо комнаты со звукоизоляцией. Щурясь, Ли всматривается в темноту, пытаясь обнаружить какие-нибудь силуэты. Задержав дыхание, детектив аккуратно снял решётку. На удивление, шума почти не было. Кряхтя, детектив аккуратно выполз из тесной вентиляции, с облегчением выдыхая. «Такими темпами меня скоро спасатели будут доставать из каких-то трущоб», — про себя усмехнулся Феликс. Отряхнувшись, Ли встал, потихоньку привыкая к полутемноте. Всё же архив. Детектив по-хозяйски подошёл к замеченному шкафчику с пожелтевшими бумагами. Необъяснимая радость вперемешку с тревогой поселилась в его груди. Так просто не может повести!       Феликс прищурился, читая надписи на ячейках. Глаза немного побаливали от подобной нагрузки. «Так, отчёты о складах с оружием, отчёты по устранению врагов, информация от Хван Хёнджина… «Интересно», — Ли боролся с желанием влезть в другие ящики. Если бы тревога быть пойманным не напоминала о себе, он бы это сделал. Детектив присел на корточки, читая последнюю. — «Досье основателей». Лицо Феликса озарила азартная улыбка. Вот оно! Маленькая вероятность заполнить пробел. В ту же минуту детектив неуверенно сел на холодный пол, прикусив кожу на сгибе указательного пальца. «Слишком легко», — подумал Ли, нервно оглядываясь. Бесплатный сыр только в мышеловке, так почему она до сих пор не захлопнулась? Детектив достал из кармана штанов тонкую иглу, использующую обычно как отмычку. Не стоит рисковать больше, чем он уже делает. Феликс просунул её в отверстие между ящиками и легонько отодвинул нужную ему ячейку. Ничего. Ни газа, ни ловушек. Это не успокаивало. Наоборот ещё больше напрягало. Неужели сюда и правда так редко заходят, что даже не утруждают себя в охране? Пускай и самой примитивной. Ли не знал, что ему больше будет противно: разочарование в Минхо, которого боится даже правительство, или слишком быстрое выполнение дела. Детектив не любит быстрые игры.       Поджимая губы, Феликс принялся осторожно листать папки, ища самого первого лидера. Судя по пыли на бумагах, не трогали их давно. О! Безымянная папка! Похоже, это то, что нужно. Тонкая. Информации в ней не много. Буквально два листа. Ли раздражённо прорычал. Обидно, когда реальность не соответствует ожиданиям. Так, одна из бумаг завещание. Красной ручкой было подписано внизу страницы: «СБЕЖАЛ». Так вот, что стало с первым боссом. Детектив засмеялся, быстро фотографируя лист. По завещанию можно найти безымянного человека. В таких бумагах (особенно для мафии) имя не играет большого значения. Но как бы Феликс не щурился, вторую бумагу он так и не мог понять. Это… Картинка? Без света Ли её не разберёт. Всё ещё сомневаясь в своём решении, детектив медленно свернул бумагу и упрятал к себе в карман. Эти папки судя по всему не проверяют. Никто даже не заметит пропажу.       Детектив смотрит на дверь, продумывая план выхода. Намётки уже были снаружи, но проще ориентироваться на местности. Главное выбраться в зал незамеченным, дальше можно выдохнуть и спокойно вернуться домой. Интересно… А Хёнджин уже там? Высыпается наверняка. В глаза Феликса ударил резкий свет экрана, вынуждая его зажмуриться. Для полумрака это слишком раздражающий свет. Как только удалось разлепить глаза, Ли увидел источник света. Старый экран, на котором светились странные точки. Они заинтересовали детектива и он подошёл ближе. Карта. Судя по обозначениям это лес. Феликс вспомнил слова Чонина о том, что лес их не интересует, схему камеры, которые оставил в машине Нгуёт. Она была похожа на эту. Не исключено, что подкупленная часть Адских Лисов помогла добыть её. Ян хоть и говорил о ненужности этой территории, но Минхо похоже и за ней следит. И, судя по месту хранения, не сильно об этом распространяется. Мафии важно иметь все точки под контролем. Ли нахмурился. Что-то он не припомнит такое расположение камер на старой схеме. Он ухмыльнулся: «Они постоянно меняют расположение камер, чтобы отлавливать нарушителей». Тогда Минхо в курсе о Нгуёте. Детектив сфоткал новую схему. Вероятность выйти из тупика увеличилась.       Феликс тихо вышел за дверь, осматривая яркий коридор. Никого не было слышно. Всё-таки эти стены поглощают звук. Ли почувствовал себя в бункере, быстрыми, в то же время осторожными шагами, двигаясь по длинному коридору. В конце была крутая лестница. Она чем-то заляпана, но детектив решил не выяснять природу жидкости. Стоило уловить подозрительные шумы, детектив сразу прятался в тень, прикрывая рот и нос рукой. К счастью, добрался до первого этажа Феликс без приключений. Дверь спрятана за барной стойкой. Ли сам не понял каким чудом он оттуда вышел. Можно сказать, повезло.       После тихого «бункера», музыка клуба неприятно била уши. Феликс потерялся в толпе, чувствуя, как пространство теряется. Стоило подумать об этом моменте. Ли остановился посреди извивающихся людей, переминаясь с ноги на ногу. Стоять посреди клуба мафии было бы подозрительно. А так создавалось ощущение танца пока трезвого посетителя. Детектив старался держаться подальше от людей. Однако, девушки как будто специально липли к нему. Феликс почувствовал дискомфорт от столь дерзкого напора. Ли отворачивался от них, цепляясь слегка расфокусированным взглядом за что-нибудь, кроме людей. Почему-то каждый считает своим долгом подойти к нему, если детектив даже просто мельком глянул на него. Боже, почему эти вызывающие девицы не смотрят на тех, кто действительно их хочет? Феликсу вообще до них дела нет. Никогда не привлекали.       Тут он почувствовал лютый холод в затылок. Как будто кто-то на него смотрит. И… Повернувшись, Ли понял, кто это. Из другого конца зала, с хитрым прищуром, его прожигал взглядом Чонин, дружелюбно улыбаясь. Возможно это свет так упал, но эта улыбка приобрела хищный оскал. Отпив красную жидкость из своего бокала, Ян направился в сторону детектива. Понимая, что отступать уже поздно, детектив закусил губу, пытаясь что-то придумать. «Хёнджин меня убьёт, если я сейчас не выкручусь», — всплыла тревожная мысль.       Феликса резко потянули назад за плечо, что он чуть не упал на задницу. Его вовремя поддержали за плечо. — Ты в курсе, что тебе не стоит здесь появляться?! — Ли смотрел на своего спасителя, как на ангела. Хотя больше недели назад, он бы вряд ли назвал так Сынмина. Бросив короткий взгляд на надвигающуюся проблему, Ким крепко сжал предплечье детектива. — Только молчи.       На этот раз, Феликс не будет спорить. Чонин остановился около них, сохраняя дежурную улыбку. Честно, для полного образа ещё лисьего хвоста не хватало. — Отмечаем что-то? — вместо приветствия, полюбопытствовал Ян, всматриваясь в доброжелательные черты лица информатора.       Ли всё ещё потупливал и не мог разобрать, что было на душе у Сынмина. Ким лишь гордо улыбнулся, сложив руки в карманы брюк. — Чонинни, ты сам знаешь, что твой босс предложил мне очень выгодный обмен информацией. Я всегда рад новой прибыли, — детектив с нескрываемым возмущением всем телом повернулся к Киму. Он опять за своё?! Нет, стоп. Сынмин будет на стороне Хёнджина, если что-то вдруг произойдёт. Да и Чан бы ему не позволил просто так общаться с мафией. — А у Ёнбока здесь проходила встреча. Обговаривали подробности заказа. Да?       Феликс опомнился, с улыбкой кивнув. — Да, стоит поблагодарить тебя, Чонин. Ты указал на нужную клиентуру, — Ли был уверен в своей убедительности, так как Ян довольно поднял бокал в символ его счастья.       Наверняка мафиози не отпустил бы их сейчас. Чонин же любитель поболтать. Однако у Кима были другие планы. — Извини за столь скорый отъезд, но нам нужно спешить. Ёнбок мне ещё для моих дел нужен, — информатор со всей силой потянул на за собой детектива в сторону выхода. — Ещё увидимся!       Феликс не специалист по звуковым интонациям, но эта фраза показалась больше угрозой. Отчего-то Ли не волновал именно Ян. Он боялся, что о его поступке узнает Хёнджин. Хотя почему? Что именно можно ожидать от Хвана? В том то и дело, в качестве напарника, это загадка.       Парни оба вдохнули полной грудью, оказавшись на улице. Детектив заметил с какой тревогой на него смотрел Сынмин и ехидно улыбнулся. Последняя их встреча была отвратительной. И хоть Ким извинился, неприятный осадок остался. Они не знали, как долго не смогут смотреть в глаза друг другу. Феликс глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. Если нормально обсудить проблему, то сейчас. В конце концов, информатор сейчас здорово его выручил. — Ты следишь за мной? Совесть мучает? — едко проговорил Ли, слыша в ответ обречённый вздох. — Да, я немного мудак. Все не без греха. У меня хотя бы совесть есть и вину свою заглаживаю, — хмыкнул Сынмин. — То есть, оправдываться не будешь? — хитро прищурился Ли. — Нет конечно, — гордо ухмыльнулся Ким, смотря в телефон. — А ты что здесь делаешь? Не смог Хёнджина приструнить на вечеринке? Теряешь форму.       Детектив поджал губы, посмотрев в сторону. Ах, к чёрту, всё равно узнает! — Только не кричи, но мы собираемся… Я с Хёнджином работаю вместе, чтобы наконец посадили его отца, — Феликс с наглой улыбкой посмотрел на информатора, видя испуг на его лице.       Он потёр переносицу, прикрывая глаза. — Опять ставишь свою жизнь под угрозу, — обречённо проговорил Сынмин. — И это всё, что ты хочешь сказать? — удивился Ли. — Я уже тебе говорил, если ты хочешь смерти, то я не в праве тебя останавливать, — развёл руками Ким, останавливая взгляд на подъехавшей машине.        Ого, а вот это что-то новое. Взгляд информатора тут же стал мягким, а губы еле скрывают улыбку. «Влюблённый щенок?» — не мог поверить в это Феликс. Сынмин всегда старался быть сдержанным, когда дело касалось чувств. Но лицо всё выдавало. Ли каждый раз думал, что если Ким будет испытывать чувства, то все поймут только по его лицу. Но ещё больше его удивила машина. — С ума сойти, — детектив озорно улыбался, как мальчишка. Информатор смущённо посмотрел в пол, пока Феликс приветливо махнул водителю за тонированными стёклами. — У вас с Крисом это действительно?        Сынмин отвернулся от него вообще. — Действительно что? Я не понимаю, — Ли хихикнул, замечая покрасневшие уши. — Встречаетесь? Любите друг друга? — детектив прокашлялся, дабы не засмеяться в полный голос. — Трахаетесь?       Ким возмущённо пихнул Феликса. Ли плохо разбирался в темах любви. Потому что это казалось чем-то незнакомым. Но детектив никогда, никогда не упускал возможности подразнить друзей, когда они так смешно смущаются. — Иди в жопу, Ли! — и быстрыми шагами Сынмин направился к машине. — Я рад, что вы нашли друг друга, старики! — Нахал! — на последок уже прокричал ему Чан из машины, прежде как надавить на газ.