Ты любишь меня, верно?

      Безопасное место выглядело так же, как и прежде. Предметы лежали на своих местах, стулья аккуратно задвинуты, а пол до безумия — по меркам той ситуации — чист. Оно и неудивительно: после окончания инфекции прошло всего ничего! Меньше месяца! Это даже не до конца укладывалось в голове… Неужели все, через что они прошли, в самом деле закончилось? Больше нет зараженных, пустых городов и потерянной надежды? Все в самом деле пришло в норму, как и было до инфекции? Да, это правда. Но, пожалуй, нужно гораздо больше времени, чтобы подобный расклад событий осознать и принять.       И хотя мир постепенно возвращался в привычный ритм жизни, главная тайна между бывшими жителями Безопасного Места оставалась за занавесом: почему, в конце концов, Марк надумал с собой покончить еще тогда, в той лаборатории в чаще леса, и что ему тогда насказал Мистер П? Да и самому Персону, если честно, тоже не помешало бы узнать о последних новостях и о том, что происходило в том страшном здании в его отсутствие. Все они, по правде говоря, разошлись не на очень хорошей ноте, потому что Марк вполне себе верил в то, что больше никого из друзей никогда не увидит. Смерть ему была практически предначертана судьбой, и каково же было его удивление, когда он очнулся в больнице — в плохом состоянии, но зато живой. Им явно было что обсудить и о чем поговорить. И все же как же Марк был рад их всех видеть… Никто, кроме Персона, больше не пострадал, и это самое главное. О своей жертве он не жалел: важно, что она оправдалась и что в итоге противоядие обнаружили.       — И что конкретно вы хотите знать? — спрашивает Марк, смотря на Зиззи. Он и стал главным инициатором разговора, а остальные, особенно Зиззи, поддержали. Впрочем, это рано или поздно в любом случае случилось бы, так что Персон был к этому готов. Он очень хотел поделиться со всем тем, что вынашивал в себе так долго… А сейчас, когда все бывшие жители Безопасного Места, — не считая детей, — снова в сборе, это самое подходящее время.       — Все, Марк, — отвечает зебра. — А то твои записки, которые ты оставил… По ним без контекста не совсем была понятна ситуация, особенно… В тот момент.       Персон усмехнулся: как же они старательно старались избегать слов «смерть» и «самоубийство» в его сторону. Разве это может быть оскорблением, если Марк именно это и сделал?       — Да, было лишь ощущение, что ты член какого-то культа, — подключилась Кэтрин, убрав руки за голову и облокотившись о спинку дивана.       — Культ — это еще не страшно. Страшно то, что Марк натворил в итоге, — с ноткой строгости в голосе проговорил Догги.       — Ладно-ладно, я вас понял. Сейчас все расскажу… — Марк вздохнул, со смирением принимая то, что его друзья думают, что он совершил попытку самоубийства просто так, без видимой на то причины. Персон, пожалуй, тоже злился бы на самого себя, если бы не знал правды… — Начнем с простого. Лилит. Вы читали ту оставленную мной записку?       — Ты зачем про это исчадие ада вспомнил?! — воскликнула Кэтрин, дернувшись. Что ж, учитывая, что, по словам Догги, Калвер была в тот момент в истерике, она явно ничего не читала или, быть может, просто подзабыла.       — Читала, — кивнула Зиззи, — там вроде бы было что-то про ваших родителей, да?.. Вы, что ли, как-то связаны родственно? Хотя и сейчас, и тогда я ничего не поняла…       — Да, — положительно покачал головой Марк. — Для тех, кто не знает, Лилит — моя сестра. И опять же для тех, кто не знает: я вырос в приемной семье и находился в одном приюте вместе с Кэтрин, так что о своей родной семье ничего почти не знал. И да, Моника — ее настоящее имя, — он слегка помолчал, но, увидя вопросы в глазах многих, продолжил: — Предвещая ваши вопросы, я проверил все данные, потому что в начале тоже ей не поверил. Я не так давно был… У нашей биологической матери. Ее убил зараженный. А на кухне того дома висела фотография, на которой была изображена, наверное, моя кровная мать и Лилит до… Покраски волос. В действительности она моя сестра или нет — я уже не узнаю. Всевозможные источники ответов на вопросы, увы, мертвы, — Марк хотел закончить свой монолог, но зацепился за последнее сказанное им слово. — Ах да, о смерти… Если верно понимаю, она, как и было указано в записке, пожертвовала собой ради нас. Это же мне и подтвердил Мистер П. Моника сейчас тоже числится в пропавших, так что я не думаю, что нам врали…       — Стоп, так это ты ездил к своей биологической матери? Я думала, это был кто-то другой… — заявила Кэтрин.       — Лилит попросила меня кое о чем, и я хотел выполнить ее просьбу… Впрочем, это тоже было в записке. — начал Марк. — Но, к сожалению, ничего, кроме разлагающегося трупа, больше не нашел.       — Но как это возможно? — удивилась Зиззи. — Шанс того, что именно она, будучи предателем и будучи твоей сестрой, попросится во время инфекции в Безопасное Место, ничтожно мал!       — И тем не менее не равен нулю, — добавил Пони, поправляя очки.       — И все же… Мне кажется, что верить ее словам полностью тоже нельзя. Кто знает, для чего ей это было нужно и для каких целей она была с Мистером П заодно… — подала голос Банни, и Марк замер от ее спокойного, но одновременно и беспокоящегося тона. Как же давно Персон не слышал ее голоса… Ради этого определенно стоило выживать.       — Я лишь делюсь тем, что сам узнал, — произнес Марк.       — Слава богу, я в биологической семье была единственным ребенком, — потянулась Кэтрин. — У меня подобных сюрпризов происходить не должно… Но, Марк, предлагаю тебе отказаться от этой сумасшедшей родственницы. Ты все равно лучший в своем роде!       — Вот уж спасибо за комплимент… — брови Персона поплыли наверх. — Но о мертвом человеке я бы все равно предпочел так не выражаться…       — Знаешь, учитывая, каких ужасных дел она натворила… — начала защищать себя Кэтрин.       — Калвер, сейчас не время, — практически шуточно, но с намеком шикнул на девушку Догги.       — Спасибо, Догги, — поблагодарила его зебра, на что тот подмигнул. — Ладно, с Лилит все ясно. А что насчет… Разговора с Мистером П?       — Думаю, в таком случае нужно зайти издалека… — выдохнул Марк и посмотрел на Калвер. — Кэтрин, пожалуйста, прежде чем на меня посылать все проклятия мира, просто дослушай меня до конца.       — Мне уже интересно, что ты там собирался рассказывать, Персон… — прищурилась Кэтрин.       — Ну явно то, что тебе может очень не понравиться… Да и нам всем тоже, — очень проницательно заметил Догги. — Не волнуйся, Марк, я проконтролирую, если что, ситуацию. Кэтрин ведь у нас уже взрослая девочка, правильно?       — Да не надо со мной нянчиться, как с ребенком, дядя-полицейский! — воскликнула Кэтрин, легонько ударив пса в плечо.       — В таком случае я начинаю… — Марк, проигнорировав перепалку офицеров, заговорил. — Во время нашего привала, когда мы отправились в «путешествие» к Мистеру П, я получил от него… Шприц вместе с запиской. И инструкцией к применению.       — Мне уже не нравится, куда это заворачивает… — Догги поморщился. — Только не говори, что ты…       — Да, я его вколол со всей жидкостью, — продолжил за пса Марк. — Простите, что не рассказал раньше. Мне было нельзя…       — Но почему, Марк?! — удивленно воскликнула Зиззи. А на лице Кэтрин, пускай она и пыталась из всех сил молчать, одна эмоция быстро сменяла другую. Персон никак не мог избавиться от ощущения, что он снова их предал… Прям как тогда, когда молчал о записках Мистера П. — Зачем… Зачем ты это сделал?!       — А это уже вторая часть истории… — как-то горько усмехнулся Персон. — Это было сигналом для Мистера П, что я готов пойти на его условия. И об условиях поговорим потом. Тогда я не знал, что находится в том шприце, а времени проверять у меня не было, поэтому просто ввел все в себя. В каком-то смысле у меня не было выбора, иначе… — он обвел взглядом всех присутствующих и на пару секунд остановился на Банни. — Иначе пострадать могли бы вы. Вас риску более я подвергать был не намерен…       — Персон, да ты больной! — не выдержала Кэтрин. — То есть ты в самом деле решил вколоть какой-то непонятный шприц с какой-то непонятной жидкостью от не менее больного, сумасшедшего Мистера П?! Чем ты руководствовался тогда?! Когда ты вообще умудрился это сделать, ты же постоянно был на виду?!       — Впервые за долгое время согласен с миньончиком, — задумчиво проговорил Догги. — Она дело говорит.       — Если знать Мистера П, то он просто так меня бы не убил. Слишком простая смерть… Вспоминая характер его записок и вспоминая его поведение на Аванпосте, он уже был не в духе. А когда мы пришли к нему уже во второй раз, он жаждал кровавой расправы — в частности из-за меня — и мести, — Марк скрепил руки в замок. — Да и… У него была возможность убить меня или кого-то из вас гораздо раньше. Соответственно, он преследовал другие цели. Поверьте детективу на слово. В конце концов, во время инфекции смерть — это не самое страшное…       — И то есть в тот момент ты размышлял точно так же? — хмыкнул Догги. — Твой поступок не был импульсивным?       — Речь заходила о ваших жизнях. У меня не было выбора! — чуть повысил голос Марк. — А вколол это я тогда, когда остался на дежурстве на той поляне.       — Так вот почему ты захотел тогда остаться один! — Кэтрин словно осенило.       — И да, и нет. У меня была бессонница, я все равно не уснул бы. А так… Да, это была единственная возможность вколоть шприц, — поправил Персон Калвер. Марк тогда боялся смотреть в сторону Банни, ведь в ту ночь, практически сразу после того, как та жидкость оказалась в теле парня, она к нему пришла. Вполне возможно, что крольчиха сейчас думает о том, что она могла бы его остановить, если бы пришла на пару минут раньше. И Марку за это стыдно. А Банни как раз об этом и думала.       — Это какое-то безумие… В голове не укладывается… — Зиззи свела пальцы к переносице, а Пони в качестве поддержки дотронулся до ее плеч. — А что в итоге было в том шприце? Ты выяснил?       — Да. Введя его, я оказался заражен. Наполовину, — равнодушно ответил Марк. — Ровно настолько, чтобы не превратиться и чтобы быть в адекватном состоянии. Если бы еще одна капля, тогда бы я стал зараженным. Во всяком случае, так сказал Мистер П.       — Почему ты об этом так спокойно говоришь?! — возмутилась Кэтрин.       — Мне к-кажется, ч-что ты т-тогда был ч-чересчур б-бледным, — все это время молчавший Фокси заговорил. Он верно подметил. Хоть Марк тогда был в полном сознании и полностью отдавал отчет своим действиям, ему уже тогда было… Не совсем хорошо. Скорее, легкое недомогание.       — И споткнулся я тогда не потому, что споткнулся, а потому, что у меня по телу судороги прошли. Пришлось выкручиваться… — добавил Персон.       — Знакомое ощущение при заражении… — погладил свою щетину Догги. — Уму непостижимо! Как тебе удалось все это скрыть?! Ты, дружочек, удивляешь меня с каждым днем все больше!       — Забавно, что я ничего не заметила… — как-то разочарованно проговорила Банни.       — Да и я тоже… — поддержала крольчиху Зиззи. Кэтрин же просто поджала губы. Марк не мог разгадать, что у них на уме. Неужели он в самом деле совершил ошибку? Или им просто стыдно? Как разгадать эти жесты?       — В любом случае все уже закончилось. Я же жив и здоров вроде как… — постарался разрядить обстановку Персон. — Я говорю, а вы просто слушаете. Верно?       — Верно-то верно, но ситуация все равно получилась некрасивой… — покачал головой Догги. С ним были согласны все.       — Ладно, нет смысла обсуждать то, что уже прошло. Это правда, — взяла себя в руки Зиззи. — Что было дальше, Марк?       — А дальше… — Персон задумчиво повел губами в разные стороны. — А дальше разговор с Мистером П. В остальное время вы были со мной.       — Я вся внимание! — Кэтрин выпрямилась и пододвинулась к Марку, чтобы точно ничего не пропустить.       Персон, смотря в одну точку, помолчал несколько секунд. Нужно было собраться с мыслями, потому что настала самая тяжелая часть разговора. Остальные отнеслись с пониманием. Даже Калвер. Даже… Даже Банни. — Я наслышан о том, что вы думаете, что я тогда предпринял попытку самоубийства беспричинно. Просто так. И я не смею вас винить: у меня были бы точно такие же мысли, если бы я ни о чем не знал, но… — Марк встретился взглядом с крольчихой и вновь сделал паузу. Ему было интереснее всего узнать ее мнение, узнать ее мысли… А она, кажется, лишь поддерживала, подбадривающе улыбаясь. Это придало сил. — Если сильно сокращать, Мистер П манипулировал мной. Он поставил мне ультиматум: либо я, либо вы. Выбор был очевиден… — тот вздохнул. — Ту записку Лилит я получил от него. И окончательно зараженным — Кэтрин вспомнит мои слова — я стал тоже из-за Мистера П: он дал мне пузырек с тем самым зельем, параллельно объяснив, что было в шприце и что будет с вами, если я его не приму. В том огромном пузырьке была львиная доза заражения, и мне нужно было его выпить, чтобы у нас появился шанс заполучить противоядие. По его словам, у меня было еще где-то полчаса на то, чтобы вам помочь и закончить начатое.       — Вот же сукин сын! — не выдержав, Догги ударил кулаком по столу. Фокси дернулся. Пес поспешил извиниться перед всеми и приобнял лиса за плечо.       — И это еще мягко сказано… — согласилась с Догги Рейн. — Ну и тварь ваш Мистер П…       — Это еще не все. Здесь мы подходим к тому, почему я… Вскрылся, — называть вещи своими именами Марку было тоже трудно. Он после тех событий еще ни разу со своими друзьями не говорил об этом, не говорил о суициде и о прочих ужасных вещах… — Дело в том, что противоядие мне бы не помогло. Мистер П не был бы Мистером П, если бы позволил мне просто «жить»… — Персон прочистил горло, тем самым сделав еще паузу. — В общем, по «великим» замыслам Мистера П, я должен был умереть через пару недель после принятия зелья. Дело в том, что я выпил чересчур много в сумме со шприцом, поэтому… Ни противоядие, ни что-нибудь еще мне бы не помогло; ничего из этого не вывело бы токсины. Я в любом случае должен был умереть — это был лишь вопрос времени, — Зиззи, Кэтрин, Рейн и Фокси сильно изменились в лице. — Я не знаю, насколько агрессивным я мог бы быть в виде зараженного, учитывая, сколько в моем теле было яда… К тому же, идея того, что я буду так или иначе пытаться кого-то убить, особенно кого-нибудь из вас, мне совершенно не нравилась, да и… — Марку нужно было подобрать верные слова. — Да и я не хотел вас обременять собой. Вы в любом случае не знали всего того, чего мне насказал Мистер П, и пытались бы найти противоядие для меня, которого и не существовало. Вот я и принял решение покончить с собой, потому что был так или иначе обречен. Лучше сразу, чем ходить еще несколько недель, а потом все равно погибнуть, но с принесенным остальным вредом. Но в итоге я и не заметил, как этим самым себя и спас…       — Но почему ты мне тогда ничего не рассказал? Почему ты меня обманул?! Почему ты сказал, что лишь заражен?! — эмоционально спросила Кэтрин. Марк ее понимал. Он в самом деле ее обманул… Предал, можно сказать.       — Представь, что бы тогда было: ты бы не об убийстве Мистера П думала, а о том, как меня спасти, когда меня уже не спасти, — ответил Персон, смотря прямо на Калвер. — А зная тебя… И, зная о том, что ты, когда вы нашли мой «труп», впала в истерику… Я не мог повесить на тебя или кого-то еще такой груз и рисковать. На тот момент я был не тем человеком, за которого стоило переживать, — он увидел, как Кэтрин уже открыла рот, чтобы ему возразить, но опередил ее: — Вам было что терять, а мне — нет. Я ни о чем не жалею и рад, что Мистер П вас не тронул. Одна жизнь взамен на много других… Вполне равноценный обмен, — Марк провел рукой по лицу и тяжело вздохнул. — Но мне правда жаль, что вам пришлось застать меня в таком… Состоянии. А с другой стороны… Только самоубийство, как ни странно, и помогло мне выжить…       В комнате воцарилось молчание на долгие минуты. Все думали о чем-то своем; о чем-то важном. С первого раза слова Персона в голове, разумеется, не укладывались, так что необходимо было время, чтобы это все принять и переварить. Марк понимал и послушно ждал. Зато он ощутил, как стало легче дышать: наконец, он рассказал обо всем, о чем должен был еще давным-давно. Ему хотелось верить, что та стена, возникшая за период их разлуки, будет разрушена. Все-таки жители Безопасного Места не враги друг другу. Они прошли через слишком много препятствий, чтобы плохо друг к другу относиться.       — Марк… Прости меня за то, что сказала тебе тогда, в больнице… — первой заговорила Кэтрин очень виноватым тоном. — Ну, про то, что хочу тебя ударить… Я не знала всей ситуации…       — Все в порядке, Кэтрин, — улыбнулся искренне Персон. — Если не за это, то меня определенно все равно есть за что бить.       — Эх, дружочек, тебе бы к психиатру обратиться, — или кто там этим занимается, — чтобы головушку свою вылечить… А то мне ни твои мысли, ни твои слова не нравятся… — заявил Догги. Через секунду он поднялся и потянулся к Марку, чтобы потрепать его по голове. — Но мне жаль, дружочек, что все так вышло. Извини ты нас с миньончиком. Очень плохо мы о тебе думали…       — Да знаю, что обратиться надо… Я займусь этим… — Персон неиронично вспомнил про свои запястья. Но сейчас это было неважно. Важно то, что друзья приняли его правду. Важно то, что не отвернулись… Марк боялся такого расклада событий больше всего, и, к счастью, ничего из опасений не подтвердилось…       — Вижу, у вас с Лилит семейная наклонность к смерти. Интересно, почему… — подметила Рейн. Никто не понял: это была такая шутка или просто замечание?       — Кстати, о Лилит… — Марк вновь заговорил. — Если бы не она, я бы, наверное, умер в том же кабинете Мистера П. Как понимаю, именно она выпила половину того пузырька и вследствие этого умерла. Ну, в записке она писала об этом…       — И самопожертвование у вас тоже в крови, как я вижу… — подхватил мысль Рейн Догги. — В любом случае приятно, что в последние часы своей жизни она встала на правильную сторону.       — Хоть какой-то прок от нее, — проворчала Кэтрин. И хотя по отношению к мертвому человеку она выражалась некорректно, в глубине души все были с ней согласны…       — Извините?.. — Марк точно не знал, как ему реагировать. Догги и Кэтрин неожиданно засмеялись, назвав Персона «героем». И все это было так по-простому, так по-домашнему, что и Марку стало смешно. Наверное, только так и нужно было поставить жирную точку на инфекции и всем том кошмаре, который они пережили. Ведь «завтра» точно настанет. И «послезавтра» тоже настанет. Теперь есть надежда. Теперь все закончилось.               Ну а все дальнейшие события мы с вами знаем;)