Восхождение Судьи Теней

Гений и злодейство — две вещи несовместные.

А.С. Пушкин

Подержи моё пиво, салага!

Р. Торчвик

Давайте я вам подотру сопли, детишки.

Д. дер Дункенхайлт.

Комната, как всегда, была укрыта полумраком, и лишь тлеющие дрова в камине давали хоть какой-то свет. Странно немного было видеть подобную картину перед собой, ведь обычно в комнате отца всегда ярко горело пламя в камине. Да и ему как-то казалось, что Дормин находил в самом пламени что-то интересное, или вполне возможно, в прошлом мужчины было что-то связанное или ассоциирующееся с огнем. Тем не менее, за последний месяц парень так и не узнал ответа на этот вопрос, сколько бы он ни спрашивал и сам ни думал об этом. Ироничным было то, что кроме камина в комнате была ещё старинная золотая люстра со свечами под потолком, и она ни разу за последний месяц не подарила ни лучика света этой комнате. К слову о прошедшем месяце, тот был весьма насыщенным и… не без странностей. Тренировки с отцом становились всё ожесточённее, а мужчина даже начал применять магию, из-за чего всё, что мог делать Куро — пытаться выжить. О попытке не то что победить, а всего лишь задеть Дормина не могло идти и речи. Но суть в том, что продолжительность тренировок постепенно сокращалась, отчего вчерашняя продлилась всего лишь три дня, когда начинали они с двух недель. Учёный говорил что-то о тяжести растягивания времени, истощении запасов маны и слишком сильной нагрузке на мозг Куро. Вначале парень поверил в объяснения отца, по большей мере из-за того, что множество историй, что рассказывал Дормин из своего прошлого, были весьма неоднозначными в плане того, кем был отец на самом деле: плохим человеком или всё же хорошим. Да и из-за того, что мужчина не боялся рассказывать о себе плохие вещи, гораздо скромнее осветляя свои хорошие поступки. То старый учёный освобождал рабов, то боролся с расовой ненавистью между разными королевствами, попутно то тут, то там спасая кого-то и обучая премудростям магии. То убивал неугодных, пытал самыми извращенными методами пленных, вёл жестокие войны до полного уничтожения… Второго было, конечно же, меньше, но проблема была в том, что всё это было сделано во время третьей жизни Дормина, а вот говорить о второй было как-то даже страшновато, чего только стоил эпизод с уничтожением целой населённой планеты… А ведь таких были десятки… Как бы то ни было, все эти истории показали Куро, что его отец не боится своего прошлого и не очень-то и собирается ему врать или что-то скрывать. Но ощущение скребущихся на душе кошек никуда не исчезло. Причиной этого чувства была внезапно прерванная тренировка пару недель назад. Первый и единственный раз, когда Ханагами удалось достать отца. Всего лишь лёгкая царапина на руке… Что? Почему? Куро так и не получил ни ответа, ни какого-нибудь намека. И это ещё не всё интересное и странное, что произошло за этот месяц. Ладно бы ещё просто присутствие и участие Дормина в его спаррингах с Мэй, что просто с запредельной скоростью обучалась и перенимала всё больше и больше от так называемых стилей Часовых. Так его подруга еще и не просто не отставала от него, а даже начинала перегонять в плане навыков. «Да она чёртов гений!» — такой была первая мысль Куро, когда девушка сходу, за пару ударов бокена и одной хорошей подсечки, чуть не уложила его на лопатки. А отец в это время просто сидел и загадочно улыбался. Допустим, что часто мелькающая Химеко просто приглядывает за Кианой, попутно ища зацепки касательно инцидента с извержением. Но! Какого чёрта Броня не оценила его костюм Хому??? Так ещё взяла и сдала в полицию! И какая разница, что он был латексный и в обтяжку? Так ещё и эти слова отца: «Ех… Ещё бы ты научился думать не только на поле боя…» — Тебя вообще не смутило, что ты пришел на знакомство с маленькой девочкой чуть ли не бдсм костюме латексном костюме? Нет, я бы ещё понял, если бы ей было больше восемнадцати, но… — размахивая трубкой с дымящимися травами, проговорил Дормин. — А что тут такого? — спросил парень и тут же увернулся от летящего в его сторону скрученного полотенца. — Объясни мне, опеньок, как научить тебя думать в обычной жизни? Ты же перерождённый мужчина, неужто молодое тело с молодыми гормонами взяло своё? — Ханагами молчал, вжавшись в кресло. — Благо, что за эти пол года тренировок ты научился думать во время боя, так что сгодишься на какую-то там S-ранговую валькирию, но кто же тебя защитит от твоей же тупости? Так и хотелось сказать отцу: «Да не тупой я!» — но желание не получить тем самым полотенцем было больше. Гораздо больше. — Ладно, все мы не идеальны, — с тяжелым вздохом, подытожил мужчина. — Лучше уж ты будешь полным идиотом в повседневности, но не сгинешь в первом же бою или не наломаешь дров, как я, — почти неслышно прошептал маг. Несмотря на то, что Куро все же услышал последние слова отца, тот решил быстро перевести тему на нечто более важное. — Что дальше? — неопределенно произнес парень. Мужчина закинул ногу на ногу и, отбросив трубку, оперся подбородком на руку. — Утром соберём твоих друзей, погуляем по городу, заскочим в какое-то кафе вечером, а дальше… Твой экзамен. «Экзамен?» — Последнее испытание — скажем так. Иль ты думал, что ничего такого не будет? — Куро замотал головой в отрицании. — Не зря же ты повысил тогда пару уровней, да и я уже обучил тебя необходимому минимуму, посмотрим, на что ты способен, а дальше… — Дормин призадумался, бросив взгляд на тлеющие угольки. Прошла минута, вторая, а мужчина так и сидел, уставившись на угли. В своё время практика показала, что лучше отца в такие моменты не тревожить, а то ещё какой-нибудь магией приголубит. Это, конечно, не будет так больно, как полотенцем, но лучше не испытывать судьбу. — Хах, будь что будет… Куро хотел было ещё что-то спросить, но пространство комнаты поплыло и, треснув, разлетелось осколками.

***

Кровать — очень интересный и даже немного мистический предмет мебели. Ходят слухи, что изначально в фразе «Все дороги ведут в Рим» вместо слова «Рим» было слово «кровать». Ещё говорят, что кровать подобна черной дыре, и гравитация в пределах кровати стремится к бесконечности — нужно же как-то объяснить, почему каждое утро так сложно вырваться из объятий этого предмета мебели. Вот и Куро сейчас, закутавшись в одеяло аки гусеница, ворочался в попытках увернутся от так ненавистных ему лучей солнца. А солнечные зайчики были очень настырными и проворными, и как бы парень ни крутился, всё было бесполезно. Ещё и этот приятный запах со стороны кухни. Видимо, кто-то жарил блины. К звуку шкворчания на сковородке добавился свист закипевшего чайника, такой пронзительный, что хотелось метнуть ещё не зазвонивший будильник… Настолько захотелось, что буквально за миг он оказался в паре сантиметров от свистящего чайника в твердой хватке мужчины. Парень же, не услышав грохота, резко скатился с кровати, и уже через секунду в кровать влетел тот самый будильник, да не просто влетел, а словно пуля прошил всю кровать и в конечном итоге впечатался в закутанную в одеяло башку Куро. Со стороны упомянутого предмета мебели послышалась ругань сразу на нескольких языках. Вначале был японский, потом затесался немецкий, дальше же был русский, а под конец ещё и украинский приехал. Причём все словечки были переняты от отца в один славный день, когда тот увидел за плитой Киану… Единственное, что пострадало в тот день — это их мужская гордость, ибо отказать красивой девушке и просто очаровательному ребенку представители сильного пола просто не смогли. Ах, ну да, ещё пришлось покупать новую плиту вместе с кастрюлей… Ибо странная фиолетовая жижа проплавила оба предмета почти насквозь, и только магия Дормина спасла их от новой дырки в бетонном перекрытии между этажами. Куро тем временем резко перестал ругаться. Причиной тому была нависшая над ним тень с лопаткой в руке. — Если ты не прекратишь сквернословить, этот кухонный инструмент окажется в месте, где никогда не светит солнце, смекаешь? — парень поднял голову и увидел поистине дьявольскую улыбку на лице Дормина. «Лучше бы он не возвращал эмоции! Теперь он ещё страшнее!» Улыбка растянулась сильнее, и тут в голову Ханагами пришло осознание его оплошности. Отец же считывает поверхностные мысли (по крайней мере, он так думал). На деле же, по большей мере Дормин не то чтобы считывал поверхностные мысли, скорее объединял это с опытом общения с разными личности, приправляя всё недюжинным умом. «Пасите-памагите! МЕНЯ УБЬЯВАТЬ БУДУТ!» — мысленно заорал парень, увидев, как лопатка превратилась в трёхметровое полотенце. Внезапно со стороны сходовой клетки послышался звук стремительных шагов. Дверь с грохотом открылась, явив миру одну очень голодную девушку в одних лишь черных трусиках и белой майке. Почти что прозрачной майке… Картина маслом. Если Дормин без каких-либо проблем сохранял стоическое выражение, то вот Куро уже было совсем не до смеха. Красный оттенок начал медленно наползать на лицо, а где-то что-то начало пробуждаться, правда ненадолго. Полотенце резко обрушилось на парня, да с такой силой, что сложилось чувство, будто его сейчас разрубят пополам. Так мало того, полотенце еще и пришлось прямо по причинному месту. — Уф, — раздалось из-за продырявленной кровати, что магическим образом медленно затягивала дырку. [Найт: Так! технари вы мои ненаглядные!!! Всем ЦЫЦ «отверстие» — это то, что предусматривается чертежом или задумкой, а вот «дырка» — это уже непредусмотренное недоразумение] — Дядюшка Дормин! Подошедшая на приятный запах из комнаты Куро Киана, увидев знакомого ей мужчину, тут же набросилась на него с объятиями. Впрочем, этому нет ничего удивительного: за последний месяц его отец очень часто заглядывал к ним и готовил что-то вкусное, рассказывая интересные истории из жизни. А все мы знаем, что для именитой БакаТуна комбинация из вкусной готовки и крутых-крутых историй является прямым путем к сердечку. Кроме того, сама Киана, решив, что отпускать Дормина просто недопустимо, решила следовать советам своего отца о том, как покорить мальчика! А Куро и так уже никуда не денется! Тем времен учёный подхватил девушку, завертевшись с ней на месте, даже не обращая внимания на её компрометирующий вид. Оказавшись за пару оборотов возле стола, Дормин ловко усадил девушку за стул и направился в сторону плиты, выложив последний блинчик на стопку. Подцепив другой рукой чайник, мужчина попутно начал разливать кипяток в четвёрку кружек. — Йяда! — истекая слюнями, промямлила Киана, медленно вставая и направляясь в сторону вкусняшек. Правда вот что Дормин, что Куро были другого мнения. Первый, осмотрев ту с ног до головы, щелкнул пальцами, отчего та не только телепортировалась назад на кресло, так ещё и на бедрах девушки оказалась пара коротких черных шортиков. Каслана была настолько увлечена попытками притянуть к себе силой мысли блинчики, что и в этот раз не стала свидетелем творения магии. А ведь это уже было далеко не раз и не два, когда старик использовал магию при девушке. То Киана посчитает это каким-то фокусом, то ловкостью рук, то просто будет увлечена уплетанием умопомрачительного угря в очень вкусном соусе. Что же до парня, то тот уже сидел в кресле со стеклянным взглядом, придерживая за плечо Киану, что, похоже, заметила смену обстановки. — Ба, ну почему так долго, дядюшка Дормин, я кушать хочу, — тем временем, живот девушки прорычал подобно стае медведей, отчего девушка хоть и покраснела, но не без энтузиазма тыкнула себе пальцем в живот. — Вот видите! Я есть хочу! Мужчина начал разливать кленовый сироп на стопку блинов, бросив взгляд в сторону дверей. Там стояла одетая в меру короткую черную юбку, полосатую блузку и тонкое серо-голубое пальто Райден Мэй, что уже готовилась постучать в дверной косяк. — Мэй-тян! — Киана почти мгновенно оказалась возле девушки и, подхватив ту под руку попутно прижав к груди, потащила к столу. — Привет, Мэй, — Куро поприветствовал девушку теплой улыбкой, не забыв отодвинуть стул, как подобает настоящему джентльмену. Дормин же незаметно для девушек показал большой палец своему сыну. — Здравствуйте Дормин-сенпай, — Мэй, будучи уже усаженной на стул между Кианой и Куро, слегка наклонила голову в знак уважения. — Я же говорил тебе, не нужно всех этих приставок и поклонов, можно просто «Дормин». Девушка кивнула в знак согласия и перевела взгляд на свою тарелку, где уже располагалась небольшая стопка аппетитно пахнущих блинов. Хороший нюх девушки вместе с опытом в готовке начали вычленять возможные ингредиенты, но даже так оставалась пара незнакомых «оттенков». «Надо будет попросить рецепт…» — Итак, сегодня у нас субота, а значит, — дети, не отрываясь от еды, начали прислушиваться к мужчине, — как я и обещал Куро, сегодня не будет никаких тренировок, одни лишь развлечения. Есть предложения? — Игровые автоматы! — выкрикнула Киана, даже не дав ничего сказать другим. Мэй с Куро незаметно переглянулись и кивнули в знак согласия. … Именно так и начался последний день пока что живой и шумной Нагазоры…