Шелест пожелтевших страниц

      — "Never wanted to DANCE with nobody, not YOU! Never wanted to dance with nobody but--" — Чуя мурлыкал себе под нос в такт песни в наушниках, перелистывая очередную пожелтевшую страницу, как вдруг его взгляд наткнулся на фигуру, которая маячила около одного из книжных шкафов около стены напротив.       Высокий парень в жилетке, чуть светлее чем жилетка Накахары, с коротковатыми, чуть вьющимися, то ли каштанового, то ли темно-русого с примесью другого оттенка волосами, перемещался от горы книг на столе неподалёку к полке и в обратном направлении.       Непохож он на работника библиотеки. Неужели... это студент, который отрабатывает какой-то свой жалкий учебный должок? Рыжий ухмыльнулся собственным мыслям, потому что не думал, что сегодня встретит подобного кадра здесь.       Он хотел вернуться обратно к чтению материала, но какая-то маленькая лампочка успела зажечься в голове, мигала, не могла ставить парня, ты-меня-отвлекаешь-почему-этот-шкаф-недалеко-от-моего-кресла, в покое.       Чуя с неким недоумением и капелькой недовольства смотрел на спину человека, который случайным образом оказался в то же время, в том же месте, что и второкурсник.       От шкафа к формирующейся стопке книг для кафедры, а потом назад - бережная перестановка, доведение до идеального состояния и полки, и стопки. Туда-сюда. И так уже который раз? Сколько времени прошло?       Стоп, что... Неужели Чуя сейчас сидит и пялится на абсолютно незнакомого ему студента? «Ц,» — он чертыхнулся в кресле, подумав о том, куда, на к-о-г-о уплыли драгоценные секунды подготовки.       — «...легким щеголем блеснет и разлетится недолговечное слово француза; затейливо придумает свое, не всякому доступное, умно-худощавое слово немец» — нет, этот странный высокий шатен еще и издевается — бурчит еще что-то себе под нос. Да ладно, если бы это было совсем тихо, но до Накахары же долетело.       Неизвестно почему, но какая-то раздражительность, точнее даже чувство непонимания всего, что здесь происходит, непонимания, почему драгоценные часы чтения литературы уничтожаются на глазах, постепенно умножалось в грудной клетке.       — «В разговорах с сими властителями он очень искусно умел польстить каждому...» — ах, как чудно!       Всë. Терпение Чуи лопнуло. Он перекинул ноги, ботинки щелкнули о пол. Рыжий вскочил, а через пару мгновений молнией подлетел к литератору.       — Эй, уважаемый, — Накахара даже не сразу обратил своё внимание на то, что «господин студент», погруженный в творчество классиков, выше его сантиметров на 20.       За окликом последовало лëгкое похлопывание по плечу, которое несомненно привлекло внимание.

***

      Дазай медленно развернулся. Кх, удивительно: на него раздраженно смотрел не очень высокий, сантиметров на 20 ниже его, рыжий парень. Рыжие брови мило, как отметил про себя Осаму, сдвинулись к переносице.       — Что-то не так? — дружелюбно спросил третьекурсник и как-то хитро ухмыльнулся.       — В-вы... ты.. ты мешаешь мне заниматься, — Чуя на секунду замялся, не зная, как бы получше обратиться к этому «уважаемому» — хотел на «Вы», но подумал, что этот чертëнок не достоин такой «официальщены». — Разве тише нельзя декларировать?       — А тебе что, не нравится Гоголь?       Да он словно издевается.       — На данный момент мне нравится Кант, — громким шепотом проговорил Чуя.       — Хм, но это же довольно скучно. Думаю, у него точно нет ничего про чертей.       — А тебя в литературе только черти интересуют? — если высокий решил поиздеваться, то Чуя не хотел от него отставать.       — Ну, если учитывать, что прямо сейчас передо мной один такой рыжий и стоит, то сделай выводы сам, — ещё не хватало сделать «подмиг-подмиг», но Дазай только вновь чуть улыбнулся, поудобнее опершись рукой о шкаф сзади.       От такого, казалось бы, нахальства у Накахары округлились глаза.       — Ты это сейчас кого чëртом назвал? — повышать голос не очень как-то хотелось — всë-таки они в библиотеке.       — Да ладно тебе, рыжик, я не со зла, — всë также, как-то немного даже и весело проговорил Дазай. Он принял решение вернуться к работе, начал было разворачиваться, но чужая рука снова легла к нему на плечо, разворачивая обратно.       — Тебя просто попросили не мешать, а ты тут уже прозвищами для незнакомых людей раскидываешься?       — Ой да ладно тебе, если так хочешь, можем и просто познакомиться.       Этот дружелюбный, непонятно, поддельный ли, настоящий ли, тон все больше и больше раздражал Чую.       Секунд на десять повисла тишина. Осаму принял решение полностью повернуться к своему новому знакомому, отложив свое задание. Второкурсник сделал пару шагов назад и скрестил руки на груди.       — Если уж тебе так интересно, если ты на самом деле хотел со мной познакомиться, на деле лишь использовав предлог попросить меня декларировать потише, то могу и представиться: я — Дазай Осаму.       — Не хотел я с тобой знакомиться, — Накахара всë еще был слегка раздражен, но внезапно появившуюся "дипломатичность" шатена он про себя отметил.       — Ц, Чуя я, Накахара Чуя, второй курс, — он смотрел на третьекурсника из-под чуть растрепанных рыжих волос.       — С Вами приятно познакомиться, молодой человек, только не бросайтесь так резко на людей в следующий раз.       Чуя не замечал того, с каким интересом смотрел на него третьекурсник. Смотрел, осматривал с ног до головы, не мог понять, как раньше не замечал рыжика в университете в принципе.       — Ты на каком факультете учишься?       — Журналистика, — казалось, что Чуя словно не хотел продолжать беседу, но это лишь к.а.з.а.л.о.с.ь. На самом деле, сам он тоже пытался рассмотреть своего нового знакомого, но пытался не делать это слишком открыто и очевидно.       — О, так мы почти коллеги.       Заметив чуть приподнятую в недоумении рыжую бровь, Дазай решил пояснить:       — Я отношусь конкретно к филологии. История литературы, сама литература, все дела, мировая литература — все, что только пожелаешь.       — А цитировал ты тут что на весь зал?       — Ха-ха, — Осаму радовало то, что его новый *сим-па-тич-ный* знакомый тоже немного влился в диалог, — Николай Васильевич Гоголь, «Мëртвые души», потрясающее, однако для многих скучное произведение. Советую таким занудам как ты, кстати говоря.       — Да не зануда я, — проговорил Накахара чуть громче, почувствовав себя в определённый момент чуть свободнее в разговоре с этим книжным червëм, — раздражал ты меня своим Гоголем, вот я и вспылил, хоть и не хотел.       Чуя, словно подкрадываясь, подошëл ближе к шкафу, развернулся к книгам спиной и встал в точно такую же позу, как и Осаму. Рядом с ним расположился.       — Я не ожидал, что кто-то здесь так яро отреагирует на отработку моего наказания.       — Так ты еще и хулиган?! — рыжик повернул голову в сторону Дазая, пытаясь заглянуть ему в лицо.       — Да ла-а-адно, ладно, не прям-таки наказание — отрабатываю прогулы. А ты что, успел испугаться? Подумал, что связался с «бан-ди-том»? — проговорив последнее слово по слогам, шатен в такт каждому слогу развернул голову к рыжику.       Теперь они смотрели друг другу прямо в глаза.       Одна пара карих, другая пара голубых глаз смотрели друг на друга.       — А у тебя ничего такие глаза, противный ты третьекурсник, — после минутного молчания Чуя безусловно сам не ожидал, что из него вырвется что-то подобное.       — Спасибо, конечно, но что это нас на комплименты пробило, а?! — и снова эта издевательски шутливая манера в голосе.       Накахара снова лишь цыкнул в ответ, а потом резко чуть шагнул вперёд. Желание отвлечься от этого должника и вернуться к своей литературе было необыкновенным.       Что это вообще на него нашло?! «Нашёл блин удобное время с третьим курсом знакомства заводить!»       — Эй.       Его легонько схватили за рукав. Чуя остановился.       «Да неужели?!...» — пронеслось в голове.       — Мы еще не договорили, рыжик.       Дазай легонько потянул на себя медленно развернувшегося второкурсника.       Снова Накахара прямо перед Осаму. Даже теперь чуть-чуть ближе.       — А может быть, — шатен не отрывал взгляд от невероятно красивых глаз, — мы продолжим наш разговор за пределами библиотеки?       — А мистер-немного-хам-Дазай-Осаму хочет продолжить только разговор или знакомство в принципе?       — Я слышу приглашение на свидание?       — Нет, глупый, на свидание я тебя как-то и не собирался звать ни в каком будущем.       Чуя знал, что его злость улетучивалась с каждой секундой. Ему не хотелось злиться на человека, который его заинтересовал.       — Ладно, я хочу продолжить с тобой «знакомство в принципе».       Дазай хотел перенять манеру Чуи, но у него не вышло.       Он дал возможность отдëрнуть руку второкурснику.       В библиотеке воцарилась минутная тишина. Тишина, нарушенная брошенной — «Тогда это я тебя потом обязательно позову на свидание» — фразой Осаму.