значат ли они что-то?

***

вторник

вечером после несильно тяжелого дня, сону принимал ванную. слава богу он почти закончил, осталось лишь нанести масочку на лицо, и можно ложиться в кровать. парень аккуратно нанес на лицо крем, смыв его водой, и следом еще один, но в этот раз подождав пять минут. пока он ждал, он решил позависать в телефоне, облокотившись на раковину. множество энджин вновь выложили много постов, на которые сону охотно стал отвечать, улыбаясь. он решил сделать им пару селфи с маской на лице, решив, что это будет даже мило. он пересмотрел пару, закинул на виверс и стал читать комментарии. это были невероятные люди, такие милые и комфортные. его фанаты самые лучшие. когда пришло время смывать маску, сону наклонился над раковиной, быстро умыл лицо, почувствовав на своей спине чужие руки… он дернулся, резко развернулся, протирая мягким полотенцем кожу. — ники? что ты тут… — сону вновь почувствовал мягкие ладони на своей талии. ники был достаточно выше его, и сону приходилось смотреть немного вверх, что было даже удобно. рики вновь мягко, неспеша целует, руками мнет чужую футболку медленно, растягивает момент. невозможно сказать, что он был резок или спешил, все действия были достаточно аккуратными и спокойными, поэтому сону по привычке уложил ладони на плечи, потянулся на носочках, чтобы углубить поцелуй. только спустя пару минут ники отпустил чужие губы, все также перебирая футболку сону на талии. — ты ведь ляжешь со мной? я жду тебя в комнате, — шепчет на ухо, приобняв. и следом уходит, мягко улыбнувшись. ах, этот японец… макнэ. и так происходило постоянно. нет, это началось совсем недавно, может, две недели назад. когда рики вдруг осознал, что хочет поцеловать сону, ким был в полном шоке и совсем ничего не понимал, когда чужие губы так сладко целовали его, кусали… сону запомнил это так надолго. он думал, что этого больше не повторится никогда, но… на следующую ночь, рики забрался в чужую постель, они проспали вместе, а на утро, пока мемберов не было в комнате, сладко-сладко целовал долгих минут пять. потом обнимал еще так тепло, что не хотелось вылезать с постели по каким-то очередным делам. так продолжилось и на следующий день. и дальше. они не говорили об этом, лишь целовались, всем было комфортно и приятно, даже слишком. ники никогда не заходил дальше: руки на талии, мягкие губы, которые сминали чужие так горячо и сладко… сону обожал это чувство. всех все устраивает. сону, закончив все процедуры быстро влетел в комнату, кинув телефон на тумбочку и полез вверх. ники там не было, как и обычно. он пришел немного позже, в своей коричневой пижаме, которую так любил сону… она была слишком мягкой, и сону, когда обнимал ники ночью, всегда мял ее пальцами. как будто для рики сделана. младший тут же тихо залез по лестнице вверх, укладываясь рядом с сону. совершенно без слов обнял его сзади, включил экран телефона, сделав яркость пониже, и продолжил зависать там, пока сону грелся. его объятья были самыми теплыми на свете, сону испытывал чувство эйфории, расслабления. ники неожиданно положил сверху чужой талии руку, и сону посильнее прижался спиной к чужой груди, мирно уснув.

***

среда

в гримерке полно людей, вокруг все носятся, где-то снимаются будущие видео, которые будут выложены на канал группы. сону рассматривает себя в зеркале, проверяя внешний вид. как всегда самый идеальный. самооценка приподнимается, улыбка ползет вверх, как в зеркале сзади появляется нишимура. вновь большие ладони на бедрах, удивленное лицо сону и чужое дыхание на шее. сону хочет убрать чужие наглые руки, но ники делает это быстрее, разглядывая двух парней в зеркале. — скажи же идеально смотримся, — снова шепчет. сону отводит взгляд в сторону, задумываясь. ведь и правда, слишком хорошо. сону красив, сексуален, может сразить на повал любого лишь своим темным взглядом, и подкрашенными глазами. красиво облизывает губы, на которые нанесен легкий блеск, из-за которого нишимура срочно хочет… поцеловать. незаметно хватает за руку, уводит его из тучи этой толпы и они попадают в пустую комнату. тут также стоит пару зеркал, около них много кисточек, разных штук для макияжа, сумки и вокруг зеркал еле-еле светит свет. сама комната темная. ники долго не думает — времени у них и так нет. сону упирается в шкафчик рядом с одним из этих зеркал, чувствует рядом чужие руки, которые прижимают к поверхности, приближается… он именно сексуален сейчас. если ранее, дома, в общежитии, он выглядит как уютный котенок, отросшая челка, на вид уложенная, милый, мягкий взгляд и приятные, нежные губы… то сейчас, перед съемками, когда на его волосах тонна лака, которая делает из него секс-парня, губы блестят от легкой помады, шея приоткрыта из-за трех расстегнутых сверху пуговиц, и ненавистные обтягивающие джинсы… сону сходит с ума. эти два рики и ники совершенно разные. прямо в эту минуту он обдает губы сону горячим выдохом, почему-то медлит, смотрит так серьезно. не как в общежитии… совсем не так. приближается ближе, касается верхней губой чужой, нижней, быстро вовлекает в поцелуй, даже не касаясь сону. это странно. обычно его руки можно заметить либо на талии, либо на шее сону. — ты такой… странный сегодня, — улыбается ким, проговаривая негромкие слова в самые губы. интимность момента переваливает за восемьдесят. — просто нет времени, подожди до дома, — японец оставляет мелкий чмок на щеке, и уходит первым. сону еще пару минут упирается в тумбочку руками, рассматривает на щеке след от чужой помады. свои мокрые губы после поцелуя, на которых ни следа от блеска. чертов рики все сожрал. придется накрасить снова.

***

четверг

хисын, сону, сонхун и ники вместе ужинают на общей кухне. умничка хён приготовил свой любимый рамен вместе с джеем, поэтому компания из четырех парней прямо сейчас употребляют пищу. сонхун почти сразу все доедает, уносит тарелку в мойку, посмотрев на сону напоминающим взглядом. сегодня он моет посуду. — эх, ну почему снова я… — ким вздыхает, допивает свой вкусный чай с мятой и встает, чтобы начать прибирать. хисын встает следом. — давай, сону-я, а мы спать, — ли машет рукой и улыбается на последок, оставив сону с проблемной кучей посуды и нишимуру, который уже три минуты елозит палочки по тарелке, смотря куда-то в одну точку. — ты не хочешь мне помочь, рики? — подает голос сону. — м-м, — младший встает из-за стола, оставляя тарелку на нем, и подходит к сону ближе. по привычке утыкается носом в шею, вдыхает приятный аромат и смеется. — не очень желаю. но чем быстрее ты закончишь, тем быстрее… — рики запинается, переводит взгляд на сону, который спокойно мыл посуду, но тот резко останавливается, почувствовав взгляд. поворачивается к ники, который, к слову, непозволимо близко, и сам поддается к нему, мокрой рукой схватившись за шею. поцелуй недолгий, скорее, обещающий долгую ночь будущих поцелуев. ники управляет поцелуем, ведет по нижней губе языком, из-за чего сону улыбается, все же отстранившись. как-никак их могут заметить. — иди уже в комнату… — неловко отводит взгляд, продолжив мыть посуду, и рики кивает, тихо сворачивая в темный коридор. спустя долгие двадцать минут, ники чувствует, как кровать аккуратно проваливается под чужим телом, и видит сону, который переползает через рики и отворачивается на другой край?.. рики сначала не совсем понимает, что произошло, после чего откладывает телефон и ползет ближе к сону, касаясь его плеча. — сону-хён? — вполголоса. — что-то случилось? следом нишимура слышит, как сону плачет. эти звуки он точно не спутает… но почему? что произошло у сону? — не молчи, хён… — рики привстает, кладет руку на чужую спину, недолго гладит в разные стороны, чтобы хоть как-то успокоить сону, но тот не реагирует. — меня… тошнит. я не знаю п-почему… — сону будто задыхается в слезах, чувствуя, как рвота настигает его с каждой секундой все больше. — ники! — он резко хватает его за руку. — пожалуйста, воды… принеси скорее… ники срывается быстро на кухню, вылетает из комнаты, схватив бутылку воды со стола и возвращается также быстро, прыгнув на кровать. передает бутылку, приподнимает сону за спину и ждет пока тот хорошо попьет. вытирает чужие, мокрые дорожки от слез, и когда тот передает бутылку, откидывает ее в конец кровати, укладывает сону на подушку обратно. — тебе лучше? — беспокойно. — да… уже немного лучше. я не знаю, что это, ники… не отвечает. лишь аккуратно переползает через сону на другую сторону, устраивается на подушке и тянет сону к себе поближе. ким лишь рад, посильнее жмется к ники, в шею носом тыкается, всхлипывает, обнимает двумя руками. успокаивается не сразу, спустя время, и рики гладит его по волосам аккуратно, не быстро. такие движения нишимуры и правда вещают покой, успокоение. он заботлив, и даже сейчас повел себя очень заботливо по отношению к сону, это так грело сердце, непонятно почему… сону недолго думал об этом и после уснул, еле слышно сопел в чужую шею, пока рики гладил его всю ночь.

***

пятница

весь день сону был сам не свой. голова была забита мыслями с самого утра, как ни странно. все было лишь об одном. японец. никогда сону, за эти почти три недели, не думал, что у него могут быть и правда какие-то сильные чувства к ники… да, понятно, что он был интересен, ведь не зря давал целовать себя, трогать. но осознав, что ники просто нравится как парень, сону впал в шок. ему нельзя. ни в коем случае. это запретные чувства, ники айдол, сону тоже, они парни! они не могут влюбиться, не могут встречаться. да они и целоваться-то не могут, но позволяют себе такую слабость, потому что хочется, влечет сильно. сону не понимал что ему делать. ники-то с такими мыслями ходил неделю как. после одного случая, когда они с сону заснули вместе впервые в таких объятьях, когда на утро хисын-хён глупо пошутил что они «парочка», внутри нишимуры что-то громко разбилось. он чувствовал к своему хену нечто большее, чем просто интерес и желание. его хотелось оберегать, греть ночами, обнимать, заботиться, разговаривать «ни о чем», целовать, говорить приятные слова. это похоже на… влюбленность. оба парня просто пали в шок, ни надеясь на спасение. ники знал, что надо говорить. знал, что если не сейчас, то уже никогда. собирался неделю уже, никак не получалось, потому что не хватает смелости. это ведь неправильно, ненормально. они парни, у них карьера, полно камер, людей, фанатов, ребят из команды, которые не так поймут, может даже не примут. будут осуждающе смотреть. ники, которому всего шестнадцать, мучался с этими мыслями намного тяжелее, чем сону. хотя и ему было тяжело. на ники смотреть было невозможно весь эн-оклок, который они снимали сегодня. он был сам не свой, не смеялся, не шутил, часто отворачивался от камеры. мысли были забиты. оно не должно влиять на работу, но так получается. так выходит. сону тоже человек, и он не может контролировать эмоции так часто, хоть это и работа айдола. ники нравился, безумно нравился. красивый парень, японской внешности, высок, умен, хорошо целуется, заботлив, милый, смешной, да и просто приятный, как человек. идеал ведь? сону вдруг подумал о том, каково с ним встречаться… уютные объятья с утра, быстрый кофе с булочками и мятным шоколадом, любимым сону, быстрые поцелуи в щеку, пока никто не видит, слова поддержки, слова о любви, нежный взгляд, всегда направленный только на сону, когда он говорит. вечерние поцелуи, просмотры дорам, совместные, уютные тренировки в зале, красивые, отточенные движения рики и радостные вопли сону, ведь японец так идеален. сону замечтался… — эй, ким сону! выпал из реальности. рики наблюдал за ним все это время. сону был погружен в свои мысли не меньше, чем рики. подходить к нему с поцелуями теперь было опасно. но вечером все же пришлось. хоть и было немного видно, что ким избегал ники, но ему все же удалось выхватить его и запереть у них в комнате. вдвоем. — что ты делаешь? — а ты что делаешь? полдня бегаешь от меня, ким сону, это не похоже на тебя, — ники выставил одну руку на стенку, к которой прижался старший. — да потому что… потому что… меня это достало! — что? поцелуи со мной? так и скажи! скажи в лицо, что ты не хочешь больше, и перестану! — почти криком. — да нет же, идиот! достало это чертово чувство, что я хочу больше, чем поцелуев с тобой! — резко, почти не подумав, кидает сону и опускает взгляд. надо продолжать. — ты… ты даже не знаешь, как долго я думал о том, что ты просто чертовски нравишься мне, ники. что я хочу простое человеческое каждый день получать такие поцелуи, не скрываться от всех, каждый раз просыпаться с тобой, заботиться, проводить время вместе… как пара. да ты нравишься мне, рики… но я, черт возьми, знаю, что ничего не получится! я айдол, ты тоже, мы одна большая, популярная группа на всю корею, японию, да что там, и другие страны. нас не примут так просто… мы… да я вообще не могу нравиться тебе! ты ведь просто целовался со мной и… — ты нравишься мне, ким сону! также сильно нравишься, ты даже не замечал. я целовал тебя со всей любовью в глазах, нежностью, только и мечтал о тебе последнюю неделю точно! знаешь, как тяжело было мне? а ты просто стал избегать, так легко что ли? я хочу встречаться с тобой! и мне все равно, что скажут хены и другие, почему я не могу любить того, кто мне нравится? кого я хочу? — ники сжимает чужие плечи двумя руками, не отводя взгляда от сону. тот начинает реветь, облизывает соленые губы, на которых остаются капли слез. поцелуй — чувственный, мокрый, немного влажный, ники вновь управляет процессом, сводит кима с ума, обнимает за талию двумя руками так, что сону почти не чувствует землю под ногами. настолько чудесный, настолько волшебный. если бы сону сказали, что он влюбится когда-нибудь так сильно, он бы ни за что не поверил. — ты ведь согласен быть моим, правильно? — после поцелуя, так серьезно, с переживанием в глазах, выдает рики. — я…я согласен, я… хочу. что же нам делать со всем этим, рики? — расскажем. мы — те, кого мемберы очень любят и не дадут в обиду. более никому знать не надо. наше — остается нашим, наши чувства тоже. я хочу целовать тебя по утрам при всех, ни капли не стесняясь. — дурак ведь! я буду стесняться при всех… — сону сверкает глазами, несильно пихает рики в грудь и улыбается. — привыкнешь. хочу, чтобы знали, что ты все же мой. — мистер собственник? — есть немного.

***

сону несильно ворочается, закинув ногу на ники. уже раннее утро, и все ребята давно встали, наблюдая довольно милу картину: ники совсем без футболки, сверху него сону в уютной пижаме, весь окутал младшего руками и ногами, лежит на его груди, пока рики свободно и комфортно обнимает одной рукой за спину. они хорошики. — как думаешь, давно у них это? — спокойный вопрос от чонсона, который складывал свои постиранные вещи в шкаф. — не знаю. они то светятся как лампочки недавно купленные, то грустные ходят, опущенные в воду. я видел их целующимися. камера засняла в гримерке, прикинь? слава богу, что я успел стереть… — лидер стоит позади чонсона, наблюдая, как он складывает одежду. — спасибо, что мы не такие палевные, да, хён? — именно, чонвони… — смеется. чонвон и джей тоже хранят маленький секрет. только тсс…