Может, к чёрту это… И просто быть собой?

— Я тебя ненавижу. Я сидела в тёмной ванной комнате в своей квартире, дома. Я не могла оттуда выйти. Сколько мне было лет? Лет 7, возможно. Я помню слова брата о том, что такая, как я не заслуживает жизни. И я определённо помню, что сначала долго плакала и кричала — я боялась темноты больше всего. Что же было потом? Потом я сидела, прижавшись спиной к двери и представляла людей перед собой, с которыми я и разговаривала про себя. Они отвлекали меня. — Чтоб ты сдохла. Это всё происходит из-за тебя. Ты — ничтожество для родителей. Тут уже я в классе так восьмом. Бабушка со злостью смотрела на меня, а я не могла поднять своего взгляда. Меня поразила огромная боль. Это не было моей провокацией, она лишь выпустила на мне свою злость. Но после этого я выбежала из дома, быстро одевшись с мыслями о самоубийстве. Я помню, что тогда стояла у трассы и смотрела на быстро проезжающие машины, сильно плакала и представляла, как моё тело размажет по трассе. Однако я встретила двух одноклассников и улыбнулась в ответ на их «Привет». И тогда я поняла, что я всё ещё могу притворяться. Я всё ещё могу отыгрывать любимую дочь — отличницу, которая всегда улыбается. Я улыбнулась и пошла домой. — Вспоминай и чахни. Сказала мне моя лучшая подруга, когда я была в шестом классе. Мы сильно поругались и всё, что я чувствовала — это боль. Я помню, как сползла на колени и громко истериковала. Она сказала мне это на то, что я «благодарна за все моменты прекрасные и нет в нашей дружбе». Это было очень больно. — Нельзя никому доверять и показывать своих эмоций. А это именно то, что говорили мне родители на протяжении всей моей жизни. Возможно, поэтому у меня и тогда, и сейчас есть большие проблемы с эмоциями. Если же я показывала свои эмоции, то они называли меня слабачкой. — Ты заслуживаешь смерти. Мой брат приложил нож к моему горлу и смотрел на меня, улыбаясь. Он наблюдал за реакцией и явно наслаждался. Я не смела и двинуться. Сколько мне было? Лет 6, думаю. Он проводил лезвие по моей шее, я задерживала дыхание и боялась закрыть глаза. Он говорил мне гадости, оскорблял и всё проводил лезвие по шее. И отпустил лишь когда ударил кулаком в живот. — Я молодой гусь, перед тобою клянусь, всегда буду слушаться. Аминь. Пока я не повторяла эти слова, его тело придавливало меня к полу. Рукой он сжимал мою шею, другой держал руки. Честно говоря, я всегда пыталась дать отпор. Но что я могу сделать, когда этот амбал был старше меня на лет семь, а мне было всего 3-4? К сожалению, после того, как я повторяла за ним, он бил меня по голове и только тогда отпускал. — Просто не разговаривай с ним, и всё прекратится. Моя мать всегда смотрела куда-то в сторону, либо занималась своими делами, когда я подходила к ней жаловаться на брата. И так каждый раз. Но она никогда не пыталась понять, что он сам подходит ко мне и использует как грушу для битья. Либо понимала, но молчала. Видимо, по её мнению, я заслуживала это. Так думал и отец. — Да, я бил тебя с твоих лет… так трёх? Когда мне было 18, мой брат и я заговорили об этом. Он не извинился, он просто принял факт, что правда это делал. А потом сказал, что мне пора это отпустить и жить дальше. Я бы и сама хотела, но я лишь стала чаще вспоминать эти моменты.

_________________________________________________________

Я так громко кричала про себя каждый день. И никто не слышал меня. Зато я улыбалась, разве это не самое важное? Улыбка. Подавлять свои чувства и заниматься учёбой — вот путь, которому я следовала всю свою жизнь. И что теперь? Теперь я бросила это всё. Я хочу измениться и хочу быть счастливой. И одновременно с этим я хочу умереть. Почему в ситуации, когда мне делают больно, я сразу думаю о смерти? Я хочу внимания, хочу, чтобы меня обняли и сказали, что любят? Я постоянно молча кричала, что хочу, чтобы меня любили. Когда мне этого ожидать? Я правда всегда пыталась быть лучшей, я пыталась быть хорошей подругой, дочерью, сестрой? Может, к чёрту это… И просто быть собой?