Нелегко...

Тяжело. Тяжело сдерживаться, когда смотришь на очередную фотосессию своего парня. Тяжело просто смотреть без возможности дотрагиваться кончиками пальцев до этого тела, губами до такого прекрасного лица. Феликс выглядел так неописуемо чудесно, что было тяжело. Не то, чтобы веснушчатый никогда не был таким, как раз наоборот. Чудесный он постоянно. Но сейчас, в этой тоненькой футболке, или в этой майке без рукавов, или в этом кардигане с дырочками, или в этих джинсах, скрывающих худые ноги, и с макияжем, подчёркивающим его маленькие веснушки, улыбающиеся глаза, пухлые губы... - Последний аутфит. Сцена в ванной. Быстро переодеваться, - прервал самые пошлые мечтательные мысли главный фотограф. - Как ты? Сильно устал? - Чанбин, наконец, нашёл возможность подойти к Феликсу, который весь день, не уйдя на перерыв, потратил на фотосессию. - Ох, Бинни, не важно, как сильно я устал, главное, что всем должны понравиться эти фотографии! - всё так же солнечно, практически без устали, с улыбкой ответил Ли. Как будто и не он вовсе пару минут назад ставил всех на колени одним своим сексуальным взглядом, пошлыми ухмылками и приоткрываниями рта. - А самому-то тебе нравится результат? - Пока что да. Мне нравится показывать свою новую сторону.. Такую.. Ну ты понимаешь. - Да.. - на секунду завис Чанбин, прокручивая в голове всё то, что он увидел сегодня, - ты молодец! Осталось совсем немного, ты справишься! (а вот сам Со, кажется, нет.) - Спасибо, я побежал к новой локации, - получив одобрительную улыбку и нежные похлопывания по спине, Феликс направился туда, где его уже ждали стилисты и фотографы. Блять. Как же тяжело. Чанбин не был уверен, что выдержит фотографии парня в ванной.. Но он знал, что пришёл на фотосессию не только ради фотографий. И понимал, что Феликс умолял его прийти не только ради моральной поддержки. - Вот так, откинь голову назад. Хорошо. Теперь в камеру смотри. Хорошо. Взгляд снизу, ага, - постоянно балаболил оператор, пока Чанбин стоял позади камер и откровенно раздевал взглядом младшего. Хотя и раздевать было не нужно: мокрая одежда, если приглядеться, мало что скрывала. Кстати об этом... широкие штаны Чанбина тоже недостаточно скрывали возбуждения Со, да и облегающая футболка совсем прилипла к телу. У Чанбина не было сил. И, кажется, с минуты на минуту у него сорвёт тормоза. Эта просвечивающая белая рубашка, мокрые джинсы, влажные волосы и.. бусы. Эти чёртовы бусы, которыми хотелось притянуть худощавое тело к себе, а потом слегка душить ими, втрахивая податливое тело в бортик ванной... Блять.Теперь не просто тяжело. Невыносимо. - Хорошо, Феликс, ты можешь быть свободен, иди переодевайся и согревайся, - скомандовал главный, - На сегодня всё, можете быть свободны! ДА. Чанбин не сдержал низкого стона и, словно хищник, стремительно приблизился к своей "жертве" - Ты останешься лежать здесь. Чёёрт, он забыл... - Чего уставились? - поворачиваясь к стаффу, - Вы можете идти все, я ему помогу. И не смейте.. не приходите больше сюда, - стараясь сдержать агрессивный тон, произнёс Со. "Ебаный собственник" - Ли улыбнулся своим мыслям, да и не на шутку возбудился от такого старшего. - Чанбин~а, - игриво произнёс Феликс низким голосом, опрокидывая голову с бортика ванной, - не волнуйся, я уже всё уладил. Не злись. - Чертёнок, - старший, наклонясь, впился в губы Ли, грубо покусывая их и сжимая горло ладонью, - ты же знаешь, как я слаб перед таким тобой, - разрывая поцелуй и смотря прямо в глаза, прошептал он на ухо младшему. Чанбин взял Ликса за волосы, несильно оттянул голову, оголяя шею, и в один миг оказался в ванной, усевшись прямо на бедра младшего. Он проводил по оголённой влажной шее Ли языком, оставляя засосы и покусывая. Феликс стонал и не мог пошевелиться. Слишком хорошо. И невыносимо тяжело. Чанбин, отстранившись от шеи, резко схватил блондина за бусы и грубо притянул к себе, заставляя тела помняться местами. Теперь спина Чанбина была прижата к ванной, тогда как Феликс сидел между ног брюнета, опираясь ладошками на его грудь. Со положил одну руку на тонкую талию танцора, притягивая ближе, заставляя свой пах тереться о бугорок Ли. - Ты чувствуешь, что я уже на пределе, солнце? - Оу, так быстро, Бинни, неужели я был так хорош сегодня... Феликс опустился к штанам Со, став на четвереньки и оттопырив зад. Он принялся стягивать треники с боксерами зубами. Чанбин ловко помог младшему, тем самым оголив пульсирующий орган. Пухлые губы Феликса обхватили головку, язык юрко стал облизывать член. Со резко схватил парня за волосы, приподнимая бёдра, тем самым давая понять, что ему совсем не нравятся эти игры. Ли уловил сразу же и не стал мучить старшего, поэтому взял член во всю длину, стараясь двигаться как можно быстрее. Подавляя рвотный рефлекс, он быстро опускал и поднимал голову, стонами создавая вибрацию в безумно возбужденном теле. Чанбин, грубо запустив руку в волосы парня, трахал рот Ли, и вода то и дело плескалась из-за движений его бёдер, создавая очень неприличные звуки.. Да кого это волновало? Всё, что сейчас было, есть и будет между ними, - очень и очень неприлично. Феликс почувствовал, как его голову за волосы с силой оттащили от желанного органа, и заставили посмотреть в затуманенные глаза, полные страсти, желания, продолжения... Чанбин сжал талию Ли и перевернул его спиной, поставив раком. Схватив за бусы и потянув на себя, Бин прижал спину младшего к своей груди, создавая трение между стояком и упругими ягодицами танцора. Старший начал медленно стягивать мокрую одежду Ликса, покусывая ушко и оставляя засосы на спине, а потом расстегнул джинсы и снял их вместе с бельём. Феликс оказался полностью обнаженным, тогда как Со всё еще был в чёрной футболке. Она стала мокрая, обтянула накачанную грудь старшего и открыла вид на возбуждённые соски. Младший завёл ладошки за спину, пытаясь снять чёртову футболку Со, но тот резко потянул бусы и на секунду перекрыл доступ воздуха к лёгким. Тогда Ли понял: он сейчас жертва, добыча, и он не имеет право делать что-то без разрешения хищника. Пальцы Со, отпустив бусы, легли на соски Ликса, сжимая бусинки. Одна рука опустилась на возбуждённый орган блондина, и тот громко простонал, схватившись руками за бортик ванной. - Ну же, Со, почему ты тянешь? Мы оба хотим этого... - умоляюще шептал младший, запрокидывая голову на плечо парню. - Как ты меня назвал? - убрав руку с груди и снова потянув за бусы, прорычал старший. - Бинни.. накажи меня.. я поступал сегодня так отвратительно, возьми же меня. грубо. прямо здесь. чтобы все слышали мои крики. чтобы вся вода была за пределами ванной. пожа.. - Феликса прервал грубый поцелуй. Чанбин, прижимая их тела невыносимо близко, буквально пожирал младшего, мучил низкими стонами в поцелуй и лёгкими движениями по его члену. - Умоляй меня. - Бинни.. Прошу.. Чанбин.. Переместив руку на свой член, старший раздвинул ягодицы Ли и грубо вошёл во всю длину. Феликс гортанно простонал. Тяжело. Сносит крышу. Почувствовав глубокий толчок, Феликс упал на четвереньки, выставив зад. Старший резво начал втрахивать хрупкое тело в дно ванной, одной рукой придерживая парня за ягодицы, а другой натягивая бусы на шее Ли так, чтобы он стоял, закинув голову вверх и чувствовав лёгкое удушье, но не смел подниматься с четверенек. Кажется, Со был готов кончить от одного вида, но, грубо хрипя, сдерживал желание, чтобы насладиться Феликсом целиком и полностью, чувствовать его как можно дольше. Феликс сорвался на крик, когда старший буквально вдавил его в бортик ванной, выплёскивая оставшуюся воду. Со двигался всё быстрее, хотя это казалось невозможным. Оба чувствовали, что уже совсем на пределе. Тогда Чанбин, не хотя, грубо толкнулся последний раз, и вышел из Ли, надрачивая себе одной рукой. Другой он развернул дрожащего, скулящего Феликса и положил его на спину на бортик ванной, наблюдая, как тот быстро водит рукой по своему стволу и закатывает глаза. Приблизившись, Чанбин соединил их члены и одновременно начал надрачивать, делая небольшие, резкие движения бедрами. Ли громко, низко вскрикнул, а Чанбин издал грубое рычание прямо в ухо Ли, заставляя волны мурашек пронестись по телу блондина. Они кончили одновременно, пачкая руку Чанбина, свои тела, ванную... Старший обессиленно упал на размякшее тело Ли. Оба пытались восстановить тяжёлое дыхание и набрать в лёгкие побольше воздуха. Они задыхались.. задыхались друг другом. Им было всё равно на шумы недалеко, на то, что их, скорее всего, видели и слышали как минимум человек двадцать, несмотря на то, что ванная была скрыта за углом большого зала. - Бинни.. я хочу тебя.. ещё, пожалуйста, - пытаясь перевести дыхание, обрывисто, еле понятно хныкал младший, чувствуя ужасную пустоту между ягодицами. - Нет уж, сладкий, - вымученно и с ухмылкой ответил Со, - ты сам виноват. И ты знаешь, что сделал. И ты знаешь, почему я поступил так. - Можем ли мы.. пойти спать вместе.. к тебе? - Против никто не будет.. только вот встать сейчас будет проблемно... Старший отстранился от тела Феликса, касаясь носиком его щёк и проводя кончиком по его веснушкам. Ни мокрая одежда, ни сбитое к чертям дыхание, ни кто-либо во внешнем мире не мог прервать эти минуты, когда Чанбин и Феликс дышали в унисон, их языки сливались в танце, пальцы переплетались и нежность, искренность, любовь витали вокруг, были в каждой их клеточке, а они делились этим друг с другом, задыхаясь в потоке снова и снова. Легко... так легко на душе, в голове, в сердце, в каждой клеточке.. Там летают бабочки, расцветают ромашки, рождаются песни, танцы... Переплетаются судьбы, души, оставаясь частичками в чужом человеке, который становится самым близким, самым родным.. Тем самым, с кем и тяжело, и так неимоверно легко, и всё в своё время.