Свет в твоем окне

      Всё началось в один ясный весенний день, когда солнце ещё не жарило, но уже грело. Когда на деревьях распускались почки и бутоны ярких цветов.       На центральной площади столицы было многолюдно. Люди, волнительно перешептываясь, с восхищением и трепетом смотрели на молодого парня, что ловко жонглировал зажженными факелами. Представление длилось уже около часа, но мальчишка продолжал удерживать внимание своих зрителей. Огонь словно подчинялся парню, выделывая всё новые и новые трюки.       Зрители с восхищением хлопали в ладоши, когда ловкий артист выдувал пламя изо рта и создавал целые огненные статуи. «Магия» — шептались люди. «Он явно не человек». И возможно, оказались бы правы, верь они по-настоящему в потусторонние силы, но сейчас перед ними был искусный артист. Альфа с чарующим запахом древесного дыма. На вид ему было не больше тридцати, одет он соответствующе своей деятельности: кожаная черная жилетка на голое тело, что подчеркивала сильные красивые руки артиста. Упругая грудь, плоский живот и кубики пресса. Кожа, явно покрытая маслом, блестела бронзовым оттенком. На ногах были обтягивающие штаны, подчеркивающие тренированные икры. Высокие сапоги натерты до блеска.       Чёрные волосы парня были уложены в современную прическу, тёмные лисьи глаза отражали языки пламени, а на алых пухлых губах застыла чарующая улыбка.       Парень играючи перебрасывал факелы, рисовал пламенем только ему одному известные узоры. Казалось, что и сам он вот-вот вспыхнет, но альфа лишь смеялся, выбирая из толпы всё новых невольных ассистентов. Люди, со страхом в глазах, первыми становились его жертвами и уходили от него с восхищением. Он помогал им побороть свои страхи, он хотел научить их любить огонь так же, как любит его он.       Группа студентов, что-то бурно обсуждая, вышла на площадь. Они направились к ближайшему кафе, чтобы обсудить результаты теста. Толпа привлекла их внимание.       — Что там такое? — спросил один из альф.       — Да опять этот циркач развлекается, — отозвался один из омег. — Странная личность. Явно не местный, но полиция закрывает на него глаза. Он уже около месяца здесь тусуется, словно чего-то выжидая. Люди ведутся, уж больно эффектно выглядят его шоу.       В этот момент в воздух снова взмыли языки пламени, а толпа восторженно заверещала.       — Пусть развлекается, — хмыкнул один из студентов, разворачиваясь в сторону кафе. — У нас были дела поважнее.       Компания снова направилась по своим делам и лишь высокий светловолосый омега остался стоять на месте, завороженно наблюдая за бликами огня.       — Эй, Джемин, ты идешь? — окликнул его один из альф.       — Да, сейчас, — ответил омега, слегка повернув голову, а потом поспешил за друзьями, даже не замечая огненного взгляда, что скользнул следом.       Артист закончил представление и, собрав немногочисленную награду от восторженных зрителей, покидал свой инвентарь в большой кожаный рюкзак и поспешил в сторону кафе, где скрылись подростки. Не доходя пары метров, альфа свернул в подворотню. Рюкзак в его руках вспыхнул, исчезая, затем загорелась одежда, за пару мгновений меняя свой вид, и вот уже вместо яркого циркача в подворотне стоял парень в невзрачной толстовке с капюшоном, протёртых джинсах и потрескавшихся кроссовках. Прическа слегка потрепалась, и альфа поспешил её поправить. Осмотревшись по сторонам и убедившись, что никто не наблюдал за его чудесным преображением, альфа засунул руки в карманы толстовки и вышел на людную улицу.       Колокольчик оповестил официантов о новом посетителе. Альфа занял столик у окна, напротив что-то шумно обсуждающих студентов.       — Кофе, пожалуйста, — сказал альфа, даже не взглянув на подошедшего официанта, на что тот тихо фыркнул и удалился.       Парню было всё равно. Сейчас он видел лишь одного человека. Он не должен был упустить его. Только не в этот раз.       Омега за столиком напротив весело смеялся вместе с друзьями, и казалось, не замечал пристального взгляда. Вот только нервно постукивающие по столу пальцы, да напряженная спина говорили об обратном. Мальчишка чувствовал слежку, но боялся даже взглянуть в сторону преследователя. Альфа усмехнулся. Когда-то многим тварям он внушал ужас, а теперь… Теперь его не пнул только ленивый. В своем мире он стал изгоем, но омега не догадывался об этом, и поэтому едва не трясся под его взглядом. Зря, бояться нужно было альфе. Это он был здесь на птичьих правах, это за ним в любой момент могли прийти охотники, а этому мальчишке, что бросил на альфу мимолетный взгляд, остерегаться нечего.       — Ваш кофе, — со звоном поставил на стол чашку официант.       — Спасибо, — расщедрившись на взгляд и даже на улыбку, ответил альфа.       Официант буквально расцвел и, кивнув в ответ, удалился. Как же мало нужно современным омегам, а когда-то было время, когда из-за капризов этих созданий велись войны, гибли люди, лилась кровь. Он ещё помнил те времена. У него самого руки по локоть были в крови, но или это время изменилось, или он сам, так до конца и непонятно.       Сделав глоток, он почувствовал лишь тепло. Давненько он не ощущал вкуса человеческой пищи, это был один из признаков того, что конец близко, но ему очень хотелось побороться.       Его зовут Ли Джено. Он демон, что добровольно покинул ад из-за любви к человеку, но не уберег. Ангелы, что мнили себя судьями, уничтожили того, кому было предано сердце Джено. Многие считают, что у демонов его нет, но иногда именно создания тьмы могут любить искренне и безразмерно.       Джено тоже был подписан смертный приговор, но ему удалось сбежать из-под надзора. Он много лет скитался по свету, чувствуя, как уходят силы. Чары ангелов выматывали его, и лишь невинное существо, живущее на границе миров, могло снять с него надзор, но как же трудно оказалось его найти.       Границы стёрлись, а оборотни, что много лет считались хранителями миров, разбрелись по свету.       Силы уже были на пределе, ангелы вот-вот обнаружат его, и сопротивляться он уже не сможет.       Джено ещё раз посмотрел на мальчишку, что улыбался. Светлый, чистый волк, которого Джено почувствовал совсем случайно во время одного из своих представлений. В тот миг земля чуть не ушла из-под ног, и вдруг так сильно захотелось жить.       Мальчишка сбежал сразу же, как почувствовал на себе взгляд демона. Он всё понимал, но не спешил идти на контакт, ведь испокон веков демоны считались злом. Только Ли устал. Он хотел отдохнуть вдали от людей, от ангелов и их надзора. Он просто хотел быть как все. Глупо? Возможно, но увидев смерть дорогого человека, он понял, что эту боль ничем не вытянуть. Она терзает, и испытав всё это на себе, он не смог пожелать этого даже злейшему врагу.       Между тем компания начала собираться. Джено, допив свой кофе и бросив на стол пару купюр, вышел следом. Он шел, разглядывая витрины. Он знал дорогу наизусть. Уже не первый день вот так бредёт следом. Сейчас он проводит парнишку до дома. Тот торопливо заскочит в подъезд, закрывая дверь, а Джено опустится на лавочку и будет наблюдать за тем, как в окне на четвертом этаже зажжется свет, как дрогнет шторка и темный силуэт скроется из виду.       Джено привык к такой жизни. Он просидит под окнами до утра, просто боясь закрыть глаза, а утром всё начнется сначала. Почему бы не подойти и не потребовать свою свободу? Только омеге было страшно. Джено чувствовал это, а в его положении страх всё только усугубит.       Джемин шёл, не оглядываясь. Друзья разошлись по домам, а ему нужно было пройти ещё несколько кварталов. Омега издалека ощутил жар, что исходил от его преследователя. Этот демон ходит за ним уже чуть больше месяца, но ничего не предпринимает. Молчаливый конвой, как успел окрестить его омега. Первое время было страшно, ведь с самого детства ему говорили о том, что демоны существуют, чтобы сеять смуту и зло, что их огонь несет только смерть, но вот уже несколько недель омега наблюдает за тем, как этот огонь нес радость, счастье и улыбки. Джемин видел, как он был ласков к детям и вселял уверенность во взрослых. Огонь этого демона не обжигал, а в его черных глазах было столько боли, и как бы этот альфа не старался, он не смог бы скрыть её полностью. От волков вряд ли что-то можно скрыть, ведь когда-то много веков назад они были созданы для того, чтобы по справедливости судить распри ангелов и демонов, что никак не хотели жить в мире.       За свой недолгий век этот демон стал первым, кого почувствовал Джемин своим волчьим чутьем. Он давно уже ушёл из леса и думал, что все легенды остались там. Ан нет, они нашли его и здесь, в самом центре цивилизации, среди людей, далёких от магии.       Демон не торопился приближаться, а Джемин искоса поглядывал на своего спутника. Альфа был явно хорошо сложен. Даже мешковатая одежда не могла скрыть сильное тело, крепкие руки и неутомимые ноги.       Легкий ветерок трепал волосы спутника, донося до омеги легкий запах дыма. Не удушливого и тяжелого, а завораживающе яркого. Так пахнет костер в лесу, так пахнет осенью, когда дворники сжигают опавшую листву. Этот дым не предвестник смерти. Он часть чего-то нового.       Джемин вдохнул полной грудью, чувствуя, как немного кружится голова. Демоны не могут пахнуть так привлекательно! Настоящий ли это запах или иллюзия? Дедушка когда-то говорил, что у жутких демонов не бывает запаха, как и у прекрасных ангелов, вот только сейчас омега чувствовал запах сильного альфы и это путало.       Впереди показались стены родного дома, скоро их путешествие закончится, и они расстанутся до утра, чтобы завтра в немом молчании снова двинуться в путь. Всё это выглядело странно, но Джемин боялся. Всё ещё боялся того, что обратись он к демону, навлечет на себя вселенское зло. Открыв дверь подъезда, омега просочился внутрь и пошёл к себе. У него была небольшая квартирка, которую он снимал у улыбчивого дедушки, что приходил раз в месяц, забирал деньги и всегда шутил. Джемину нравилось это место, но он скучал по лесу. Нет, его оттуда никто не гнал. У него был дом, что опустел после смерти родителей. Он мог остаться там, но ребята часто рассказывали ему о городе, о его возможностях, и юному омеге захотелось научиться чему-то новому, более глобальному, чем смешивание корешков и травок.       И вот, Джемин уже заканчивал университет. Ему пророчили успешную карьеру юриста, ведь между людьми и волками всё ещё было много разногласий. Джемин хотел бороться за справедливость. Отношения людей и волков всё чаще походили на распри ангелов и демонов. Волков тоже считали злом, как и демонов, но Мин по себе знал, что ничто не может быть однозначно.       Войдя в квартиру омега бросил свою сумку в кресло и по привычке подошёл к окну. Демон обнаружился на скамейке напротив. Он опустил локти на колени и потирал виски, прикрыв глаза. Он выглядел вымотано. Джемин вдруг почувствовал, как стало даже жаль этого парня. С ним явно что-то происходило, но устойчивость внушаемых с детства стереотипов была сильнее.       Занимаясь домашними делами, омега то и дело бросал взгляд в окно. Альфа, Джемин решил, что это звучит менее устрашающе, откинулся на спинку лавочки и, казалось замер, не отводя взгляда от окна. Омегу смущало такое внимание, особенно когда он готовился ко сну. Ему казалось, что его соглядатай видит его даже сквозь стены.       Забравшись в кровать, Джемин натянул одеяло до самого подбородка и попытался успокоиться. Рука потянулась к выключателю, стало темно. Ветер трепал шторку, а запах дыма словно стал ближе, окутывая омегу словно в кокон, и Джемин поймал себя на мысли, что страх уходит.       Омега не знал, сколько прошло времени, но разбудило его чувство тревоги. Со двора доносился какой-то шум и блики яркого света то и дело освещали чёрное ночное небо.       Джемину стало по-настоящему страшно, но ноги сами повели его к окну. Отодвинув шторку, омега замер в нерешительности. Во дворе трое мужчин в белых одеждах хлестали светящимися плетьми слабо сопротивляющегося альфу. Демон стоял на коленях, он был весь в крови от множества ран. Джемин словно почувствовал всю его боль и отчаяние. В руках одного из ангелов, а Джемин почему-то был уверен, что это именно они, блеснул серебряный клинок, и омега сам не понял, как сорвался к выходу. Эти ангелы явно вершили самосуд, и он, как надзорный орган должен был это прекратить. Несколько этажей пронеслись незаметно. Мин вылетел во двор, когда ангел уже поднес кинжал к пульсирующей вене на шее демона.       — Стойте! — крикнул омега. — Что здесь происходит?       Все трое повернулись в сторону запыхавшегося мальчишки.       — Не мешай нам, волчонок, — сказал мужчина, что явно был старше всех. — Мы пришли исполнить приговор.       — А кто его вынес? — с вызовом спросил Джемин, хотя внутри все дрожало. — Был суд? В чем вы обвиняете этого демона?       Ангел раздраженно сжал кулаки, но сдержанно ответил.       — Уже само то, что он живёт среди обычных людей — это преступление. Ты ничего не знаешь об этом демоне, мальчик. Высший совет Рая приговорил его к смерти.       — Я отменяю этот приговор до тех пор, пока вы не предоставите мне доказательства его вины.       — Что несет этот юнец? — возмутился один из младших ангелов. — Давайте закончим дело, у нас и без этого отшельника забот хватает. Он нам почти пятьдесят лет мозги пудрил.       — Этот мальчик имеет право требовать доказательств, — отметил старший ангел. — Но отменить вынесенный до его рождения приговор увы нет. Мы уйдем сейчас, чтобы собрать всё необходимое, но когда мы вернемся, уже ничего не сможет нас остановить.       Мужчина повернулся к демону, что едва дышал.       — Ты слышал меня, Ли Джено? Никто и ничто.       Ангелы исчезли, а демон без чувств упал на холодную землю. Кровь была везде, а из груди парня вырывались хрипы. Джемин понимал, что совесть не позволит ему оставить альфу здесь, но стоит ли тащить в дом демона? Омега пробежался взглядом по израненному телу и решив, что в таком состоянии парень ему явно ничего не сделает, все же решил подойти.       — Эй, ты встать сможешь? — неуверенно начал омега. — Ты вот только не рассчитывай, что я тебя на себе на четвертый этаж потащу. Ты вообще-то не пушинка. Слышишь меня?       Альфа не реагировал. Джемин покачал головой, но все же подхватил раненого под руку и попытался поднять.       — И чем ты им так не угодил, — причитал омега, с трудом поставив альфу на ноги.       — Полюбил, — прохрипел демон, а Джемин вздрогнул, но постарался взять себя в руки. Джено заметил его испуг и лишь выдохнул. — Оставь меня тут. Они скоро вернутся. Они отняли у меня всё, а я просто хотел жить. Я просто хотел быть как все. У меня могла бы быть семья, дети, но они… Они всё забрали. Решили, что я недостоин. Решили, что такой твари, как я, не место на этом свете. Я больше не хочу бороться. Я устал. Даже ты… Тот, кто пытался меня защитить, сейчас дрожишь от страха. Я не хочу так жить.       Джемин бросил на демона неуверенный взгляд. Чего это он на самом деле? Он столько учился, чтобы быть справедливым, а сейчас трусит. Какая разница: демон, ангел, волк, человек — сейчас этот Джено нуждался в его помощи, и Джемин не бросит его одного.       — Ну, дрожу я далеко не от страха, — слукавил волк. — Ночи ещё не теплые, а я не рассчитывал торчать на улице в столь легкой одежде. Так что, если не хочешь, чтобы я тут околел от холода, давай поднимайся в квартиру. Там всё обсудим. Я нужен тебе, признай это.       Демон посмотрел на омегу, что был одет в легкую пижаму, а на ногах были открытые тапочки и кивнул. Вместе они направились к подъезду. Джено и сам не рассчитывал на такой поворот событий. Чхве и его прихвостни появились слишком неожиданно. Джено считал, что у него ещё есть немного времени, а получилось… То, что именно этот мальчишка вступился за него, стало сюрпризом. Ли всё ещё считал, что волчонок боится его, но тот был довольно дерзок, общаясь с одним из высших ангелов. Вот только отсрочка была чрезвычайно мала. Ангелы всё равно вернутся, и теперь Джено понимал, что последняя надежда рушилась на глазах. Этот волк был слишком юн, чтобы оспорить приговор, выходит, что все легенды о чистом и невинном существе были лживыми? Так если у него нет шанса, зачем он усложняет жизнь этому прекрасному существу? От омеги приятно пахло сакурой. Этот аромат отгонял тревоги и успокаивал.       — Эй, не отключайся, — вывел альфу из размышлений голос младшего. — Мы ещё не пришли.       — Я всё ещё не понимаю, зачем я тебе, — сказал Ли. — Меня всё равно убьют. Ангелы никогда не меняют своих решений.       — Это мы ещё посмотрим, — хмыкнул Джемин, открывая дверь и втаскивая едва передвигающего ноги альфу в квартиру. — Должен быть способ тебя освободить, и я его найду.       — Но тебе-то это зачем?       — Я видел твой огонь. Он совсем не зло, а если то, что ты говорил про любовь — правда, то тебя и вовсе не в чем обвинять.       Джемин опустил альфу на небольшой диванчик на кухне.       — Извини, места у меня не так много. Ты посиди тут, а я сейчас принесу аптечку, чтобы обработать твои раны.       Омега хотел было уйти, но был пойман за запястье. Жар от кожи демона совсем не обжигал и было непривычно уютно и тепло.       — Как тебя зовут, спаситель? — улыбнулся альфа.       — Джемин. На Джемин, — ответил омега, не отводя взгляда от пальцев Ли на своем запястье.       — Ли Джено, — ответил демон. — Мне ничего не нужно, Джемин. Лишь душ и чистая одежда, а утром я уйду, чтобы не создавать тебе проблем.       — Никуда ты не пойдешь, понял? — возмутился омега. — Я разберусь с твоим приговором, слышишь? Ты под моей защитой.       Что-то сверкнуло в том месте, где альфа держал омегу за руку. Вспышка была мимолетной, но Джемин вдруг почувствовал всю тяжесть взятых на себя обязательств, а Джено вдруг понял, что давление надзора ослабло.       — Не думал, что такое ещё существует, — выдохнул омега. Его тело слегка подрагивало, а ноги казались ватными.       — Если магия не проявляет себя, это не значит, что её нет, малыш, — усмехнулся Джено.       — Эй, я, кажется, не упоминал о том, что прощу столь наглую бесцеремонность. Какой я тебе малыш? Мне почти двадцать пять.       — А мне тысяча, — ответил демон. — Для меня ты ещё ребенок, но ты прав, я повел себя некрасиво, извини. Иди спать, я справлюсь.       — Ты же понимаешь, что теперь я быстро тебя найду. Не рискуй. В гневе я страшен.       Джено улыбнулся, но кивнул. Омега выглядел забавно, но демон решил, что не будет рушить иллюзии относительно его суровости.       Джемин же просто снова и снова пытался убедить себя в том, что ему всё по силам, даже сразиться с ангелами, если до этого дойдет. Омега не знал почему, но все нутро кричало ему о том, что он должен спасти этого демона.       Положив на спинку дивана чистую футболку и штаны, и получив благодарный кивок, омега ушел к себе в комнату, забираясь под одеяло. Мысли путались. Он снова видел ангелов, что говорили о преступлении, видел растерзанного демона, что шептал что-то о любви. Он чувствовал ту боль, что терзала его подопечного через надзор. Древняя, сильная магия, что утянула за собой множество жизней. Но эту Джемин не отдаст. Он найдет способ разорвать эти невидимые цепи. Демон что-то знает об этом, завтра он расспросит Джено о том, почему Ли ворвался именно в его жизнь, а сейчас в голове пустеет, глаза закрываются, а аромат дыма убаюкивает, словно в колыбели. Омега засыпает, даже не догадываясь о том, что это Джено из последних сил отгоняет его тревожные мысли. Демон понимает, что омеге они ещё потребуются, ведь он сам не до конца понял, куда ввязался. Вот только не этого ли Джено хотел?       Альфа поднялся на ноги. Всё тело болело. Плети ангелов, как и плети демонов несли в себе разрушительную силу. Ведь убить столь могущественных существ не так-то просто. Джено знал, что эти раны будут затягиваться дольше обычных, и на время придется забыть об уличных шоу. Вот только нужно было отплатить омеге за доброту, но ведь за душой у него не было ни гроша. Да, он был обладателем самых могущественных сил во вселенной, но для себя решил, что должен жить честно. Только огонь и только безопасные шоу, что несут людям радость, а не смерть. Смертей было достаточно.       Альфа, придерживаясь за стену, побрёл в сторону ванной. Одежда на нем восстановлению не подлежала. Разорванная и пропитанная кровью она была ещё одним напоминанием о том, что он всего лишь сбежал, снова, что ничего ещё не закончилось.       Бросив бесполезные тряпки в урну, Джено включил воду. Теплые струи заскользили по телу, окрашиваясь в алый. Кровь смывалась, оставляя темные рубцы на смуглой коже.       Альфа медленно опустился на дно душевой, все кружилось вокруг, силы покидали.       Джено отдаленно слышал чьи-то голоса. Его звали, его просили вернуться, но альфа гнал от себя этот морок, ведь это были проделки надзора. Это ангелы пытались задурманить его сознание.       Чистые существа, а на деле такие же убийцы, жестокие палачи, что оправдывали свои зверства священным писанием и прочей ересью, что для него, демона, была лишь бессмысленным набором букв. Он жил сердцем. Оно пылало в его груди и готово было вот-вот сжечь своего носителя. Собрав всю волю в кулак, Джено сумел-таки подняться на ноги, выключить воду и натянуть штаны. Футболка так и осталась лежать нетронутой. Доковыляв до диванчика, демон рухнул на него, проваливаясь в свой личный ад, что терзал его не первый год.       Джемин проснулся от ненавязчивой мелодии будильника. Солнце ласково скользило по светлой коже омеги, заставляя его лениво потянуться. В университет можно было не торопиться, поэтому омега неторопливо повернулся, сел, запуская ноги в пушистые тапочки, и наконец, открыл глаза. Почему-то воспоминания о прошедшей ночи тут же навалились на парня, заставив подскочить и поспешить в сторону кухни.       Джемин сам не понял, почему с губ сорвался облегченный вздох, когда демон обнаружился на диване. Свернувшись в три погибели, альфа спал. Джемину стало его жаль, особенно когда взгляд скользнул по темным рубцам на бронзовой коже. Раны затянулись, но эти следы еще долго не пройдут. Джемин словно подсознательно чувствовал это.       Лицо Джено было напряжено, словно альфа пребывал в одном из своих худших кошмаров. На лбу и висках выступили капельки пота. Волосы прилипли к коже, а глазные яблоки беспокойно кружились под сомкнутыми веками.       Взгляд омеги зацепился за длинные ресницы, россыпь родинок и алые губы, что были плотно сжаты. «Красивый» — пронеслось в голове омеги, но он тут же отругал себя за эти мысли, ведь перед ним был самый настоящий демон. И тут же другая часть сознания омеги напомнила, что Джено оказался в таком состоянии из-за любви. Он любил, и его по всей видимости тоже, иначе никак нельзя объяснить столь жестокого поведения ангелов. Значит было что-то, за что можно любить демона. Может пришла пора избавиться от старых стереотипов?       Джемин аккуратно сдвинул мокрые пряди со лба альфы. Демон был горячим. Его температура на десяток градусов превышала человеческую, но совсем не обжигала. Ладонь невольно скользнула по скуле к щеке, а потом мизинец осторожно прочертил контур губ. Мягкие, горячие, живые. Омега резко убрал руку, боясь быть пойманным, и поспешил в ванную. Нужно было привести мысли в порядок.       В урне он заметил окровавленную одежду. В голову пришла мысль, что он мог и не проснуться. Мог не услышать, не почувствовать, упустить. Почему-то сердце сжалось. Этого нельзя допустить.       Умывшись и приведя себя в порядок, Джемин поспешил на кухню. Нужно было приготовить завтрак и выдвигаться на учебу. О том, что он будет делать с посторонним альфой в своей квартире, пока не подумал, но выпускать его в город было небезопасно.       Джено сидел на диване и смотрел в одну точку. Он выглядел немного сонным, но пытался бороться с этим.       — Мог бы и дальше спать, — сказал Джемин. — Я тебя не гоню.       — Не могу, — ответил Ли. — Я бы с радостью, но не могу.       — Кошмары, — кивнул Джемин, принимаясь за приготовление завтрака. — Понимаю, может снотворного?       Демон хмыкнул.       — Может сразу к праотцам? Чхве только и ждет того момента, когда я ослаблю бдительность. А ты держишь у себя эту гадость?       — Почему же гадость? — пожал плечами омега, ловя себя на мысли, что впервые готовит завтрак на двоих. — В течку очень хорошо помогает. Спокойно спишь и мысли разные в голову не лезут.       — А с альфами не пробовал общаться? Говорят, полезнее всякой химии.       — Не до альф сейчас, — отмахнулся Джемин. — Диплом на носу.       На поставил на стол перед альфой омлет и свежие тосты с джемом. Демон осторожно втянул носом воздух, а Джемин фыркнул.       — Готовить меня учил дедушка. Еще никто не отравился.       — Дело не в тебе, — ответил Джено. — Я почти тридцать лет, с последней стычки с ангелами, не чувствовал запахов и вкуса, а сегодня что-то явно изменилось. Тебе неожиданно удалось ослабить чары Чхве.       — Я польщен, — хмыкнул На. — А кто этот Чхве такой?       — Один из верховных ангелов Рая. Великая сила.       Джемин почувствовал легкий холодок, пробежавший по телу. Такого он явно не ожидал. Разве ему, юному волку, соперничать с высшими чинами? Но он ведь уже ступил на эту тропу и назад хода не было.       — И почему же этот ангел тебя так невзлюбил? Я помню про любовь и прочее, но есть ведь ещё что-то, не так ли?       Джено грустно вздохнул, его взгляд в миг наполнился болью.       — У Чхве был воспитанник. Он был ему как сын, шебутной рисковый парнишка ангел. Он скитался по мирам, выполняя поручения своего наставника. Мы часто пересекались с ним и даже, не смотря на все предрассудки, нас можно было назвать друзьями. Однажды мы повстречали омегу, что был нежен и прекрасен как цветок. Мы оба полюбили. Вот только в отличии от демонов, ангелам, чтобы показаться людям, надо лишиться крыльев. Я… Я не думал, что он сделает это. Я был в шоке, но сердцу не прикажешь и омега выбрал меня, а моему единственному другу предстояло исчезнуть навсегда. Он ни в чем нас не винил. Он понимал, что наши шансы были равны, и омега выбрал того, к кому тянулось его сердце. Вот только его наставник не захотел понимать. Он был в ярости. Он обвинил нас в убийстве невинного существа. Моему омеге удалось спрятать меня. Он закрыл меня собой и приказал жить. Я не мог нарушить клятвы, данной умирающему. Я жил, прятался в надежде однажды найти того, кто сможет снять с меня надзор ангелов. В легенде говорилось о чистом невинном существе, обитающем на границе миров.       — И ты решил, что это я? — с сомнением спросил На.       Демон кивнул, наблюдая за тем, как омега громко рассмеялся, а в его глазах собрались слезы. Это выглядело странно, но Джено не торопился что-то спрашивать, надеясь, что Джемин сам расскажет ему о том, что его так рассмешило.       — Боюсь тебя разочаровать, мой друг, но ты ошибся. От моей невинности уже ничего не осталось. Я взял на душу грех. Убил ни в чём неповинное дитя, но тогда мне казалось, что это был единственный выход.       — И сейчас ты сожалеешь об этом?       Джемин задумчиво свел брови, а потом посмотрел на альфу и отрицательно помотал головой.       — Нет. Вернись назад, я бы, не задумываясь, поступил бы так же. Я ничего не смог бы дать этому ребенку. Мне самому было не так много лет. Это был первый курс университета. Я был наивен и верил в любовь до гроба. Альфа был красив, обходителен, шептал на ушко всякие глупости, а потом затащил меня в постель. Он взял меня силой, было больно. Все вокруг рушилось, розовые очки разлетелись на осколки. Когда я понял, что жду ребенка, я пошел к нему. Я понимал, что жить с этим человеком я не смогу, но вырастить малыша в одиночку мне было не по силам. У меня почти не осталось денег. Всё, что осталось от родителей, уходило на жилье. Я хотел попросить у альфы денег, но он лишь посмеялся. Сказал, что раз я сам нагулял себе проблемы, должен сам с ними разбираться. Я сам, понимаешь? Я был в ярости. Я был в отчаянии, я… Я ненавидел себя, его и ребенка. Я нашел в дедушкиных книгах рецепт особого отвара, я… Я спровоцировал выкидыш, месяц провалялся в больнице, а потом начал всё сначала. Жизнь начала налаживаться, появились друзья. Я начал получать повышенную стипендию, как лучший студент на курсе. Никто, кроме меня и того альфы, не знал о произошедшем. Ему было невыгодно трепаться, а потом он и вовсе уехал из города, а я… С тех пор не подпускал к себе альф ближе, чем на метр. Прослыл недотрогой, но мне было всё равно. В течку я старался отлежаться дома, чтобы снова не стать чьей-нибудь игрушкой.       — Тогда почему ты впустил меня? — спросил Джено, глядя в глаза омеги.       — Сам в шоке, — усмехнулся На. — Но почему-то захотелось тебе помочь. Не знаю. Сперва я испугался твоего жара, но потом начал понимать, что ты не желаешь мне зла. И твой запах… Он успокаивает, а я ведь всегда думал, что…       — Демоны не имеют запаха, — усмехнулся Ли. — Это такая же ложь, как и то, что демоны рождены убивать.       — Ты хочешь убедить меня в том, что за всю свою тысячу лет ты никого не убил? Прости, но в это трудно поверить.       — Вот и не верь, — улыбнулся Джено. — Не верь никому, кроме себя. Ты прав, я убивал. Много убивал, и ни о чем не жалею, но это были такие же демоны, как я сам, или ангелы Чхве, что любят нападать со спины. Мерзкие твари. Они понимали, что лицом к лицу им со мной не справиться. Перед родом человеческим я чист. Только одного не уберег.       Джено вздохнул, отодвигая тарелку. Кусок в горло не лез от нахлынувших воспоминаний. Прошло чуть больше пятидесяти лет, а он помнил все так хорошо, словно это было вчера.       Вспомнилось, как появился друг, предупредив о нападении, а потом просто рассыпался пеплом на их пороге. Вспомнились нервные сборы, десять ангелов, что окружили их в лесу. Вспомнились застывшие мертвые глаза самого родного человека на земле. Вспомнилась ярость, с которой он убивал нападавших ангелов, их кровь на своих руках, а потом слёзы и боль.       Джено сам хоронил любимого, целуя на прощание холодные руки. Да, годы смягчили боль потери, награждая новой. Надзор с каждым годом терзал всё сильнее.       — Тщ, — шепнул Джемин, а демон почувствовал холодные ладошки на висках. — Все хорошо. Успокойся. Твоя боль слишком сильна, я чувствую, но это не выход терзать себя ею снова и снова.       — Прости, — выдохнул демон. — Я совсем забыл, что теперь ты тоже можешь чувствовать это.       Ли коснулся рук омеги и протянул их к своим губам, даря коже мимолетный поцелуй.       — Я больше так не буду.       — Ловлю на слове, — ответил нервно На, аккуратно вытаскивая свои руки из больших ладоней альфы. — И вот это было лишним.       — Зато тебе стало легче, — пожал плечами Ли.       Джемин прислушался к себе, понимая, что чужой боли в нем, действительно, не осталось.       — Как ты это делаешь?       — Магия. Слышал о такой? — усмехнулся Джено.       — Да ну тебя, — фыркнул омега и начал собирать посуду. — Я сейчас уйду в университет, а ты сиди тихо и попытайся поспать. Видок у тебя не очень.       Ли развел руками и откинулся на спинку дивана.       — А если они вернутся? — спросил он, прикрыв глаза.       — Не должны, но на всякий случай я оставлю защитный амулет. Он не впустит ангелов в квартиру, но и тебя, прости, из нее не выпустит.       — Мне некуда идти, — ответил Джено. — Моё состояние сейчас не слишком-то подходит для уличных шоу. Но ты не беспокойся, я возмещу тебе все затраты, когда встану на ноги.       — Забей, — отмахнулся На. — Это сейчас не так важно. Отдыхай.       Джемин убрал посуду и отправился к себе переодеваться. Ладони всё ещё горели в тех местах, где их коснулись губы демона. Омега не понимал своей реакции, но ему понравилось. Никто ещё никогда не заботился о нем вот так, забирая боль.       Переодевшись, омега вышел из комнаты и посмотрел на Джено, что, свернувшись в три погибели, пытался устроиться на диване. Джемин боролся с собой, но все-таки решился и уверенно произнес:       — Иди, ложись на кровать. Этот диван не предназначен для сна.       — Но я…       — Иди, пока я не передумал, — ответил На. — Меня не будет пару часов, надеюсь, ты не натворишь глупостей.       Джено осторожно поднялся и, придерживаясь за стену, сделал несколько шагов.       — Да, мой друг, тебе явно не до глупостей, — сказал омега, поднырнув под руку демона и помогая тому добраться до кровати. — Всё, отдыхай.       — Будь осторожен, — посмотрел на младшего Ли. — Не хочу, чтобы кто-то ещё пострадал из-за меня.       — Мне ничего не грозит, — ответил Джемин.       — Ты не знаешь Чхве.       — А он не знает меня. Не думай ни о чём. Мы справимся. Я не знаю, сколько в этом городе проживает волков, но мы найдем того, кто поможет.       — Ты ещё веришь во всё это? В невинное существо и прочее.       — Я верю, и ты должен. Мы найдем его.       Джемин потрепал альфу по темным волосам и, сам смутившись своему порыву, побежал к выходу, на ходу бросив: «Не скучай. Я скоро». Повесив на дверь старый дедушкин амулет, омега шепнул знакомые с детства слова заговора и направился в университет.       Издревле волки умели защищать себя от ангелов и демонов. Эти создания никак не хотели мириться с тем, что именно за оборотнями закрепили решающее слово. Они пытались истребить их, но высшие силы никогда не позволяли волчьей нации исчезнуть навсегда, возрождая её в телах человеческих. Никому не дано было сломить веру волков в справедливость. Вот только как водится, она у каждого своя. Джемин слышал, что случались межклановые войны, а иногда даже в одной семье могли появиться те, кто вставал на противоположную сторону. Так было и в его клане когда-то. Его родители погибли защищая заветы ангелов, а Джемин… Сегодня Джемин ступил на опасный путь, пытаясь спасти одного единственного демона, что достаточно настрадался за свою долгую жизнь.       На лекциях Джемин старался держаться поближе к толпе. Он понимал, что люди не лучшая защита от ангелов. Они их попросту не видели, но могли стать хорошим щитом.       Почему-то омега был уверен, что ангелу не потребуется много времени, чтобы собрать доказательства. Джемин чувствовал, что они придут, и был совсем не удивлен, увидев Чхве и его подручных ангелов на площади у университета.       — Куда ты спрятал демона, волчонок? — спросил старший. — Ты же понимаешь, что его смерть — это вопрос времени. Тебе не удастся его долго прятать. Он должен понести наказание за свои преступления.       — Вы так толком и не объяснили мне, в чем его вина, — заметил Джемин, чувствуя на себе недовольные взгляды ангелов. Люди вокруг них как-то быстро рассосались, словно и не было их вовсе, словно они находились не посреди университета с кучей студентов, а на отдаленной от цивилизации местности.       — Итак, я хочу выслушать ваши аргументы. Джено мне всё рассказал, теперь я хочу выслушать вас, чтобы принять верное решение.       При упоминании имени демона, ангелы скривились.       — Ты не сможешь прятать его вечно.       — Спорим, — усмехнулся На. — Итак, если вам нечего сказать, то прошу меня оставить, у меня много дел.       — Этот демон убил невинное существо!       — Не знал, что падшие считаются таковыми, это во-первых, а во-вторых, вашего воспитанника, господин Чхве, убило ваше же проклятие. Ваша братия сама истребляет себе подобных, стоит лишь им начать мечтать.       — Я вижу Ли уже прочистил тебе мозги. Он обманом завладел сердцем омеги. Он…       — Заставил себя полюбить? Заставил омегу отдать за него жизнь? Знаете, это немного не та ситуация. Если бы не жертва омеги, вам бы не понадобилось столько лет, чтобы найти Джено. Это дано лишь искренним чувствам.       — И ты веришь ему, демону, чьи руки по локоть в крови?       — А какие у меня основания верить вам? Ваши руки не чище. Извините, мне пора.       Джемин развернулся и пошел к главному корпусу.       — Я все равно найду его, На Джемин! Слышишь? Твоей силы не хватит, чтобы защитить его и, поверь мне, если ты по-прежнему будешь стоять у меня на пути, я тебя уничтожу.       — Удачи! — ответил омега и поспешил скрыться за дверью. В здании было полно народу и впервые это успокаивало.       Оставаться в городе было нельзя. Здесь было множество помех, что ослабляли силу заговорённых амулетов. Нужно было вернуться в лес, хотя бы на то время, пока они не найдут того, кто избавит демона от надзора.       Почему Джемин верил Джено? Да потому что он видел боль в глазах старшего. Её не подделаешь, её даже нарочно врагу не пожелаешь. Оформить академический отпуск было несложно. Ректор немного посокрушался, ведь из-за пары месяцев парень потеряет целый год, но Джемин даже не представлял, насколько затянутся их поиски.       Идя домой, омега оглядывался по сторонам, ведь помнил о том, что Джено говорил о подручных Чхве.       — Они нападают со спины, — шепнул омега, резко уходя в сторону от прицельного удара кинжала.       Ангел сперва растерялся, а потом попытался начать атаку снова. Джемин отскочил в сторону и, оттолкнув зазевавшегося противника, побежал прочь, но ловкая подножка заставила его потерять равновесие и рухнуть на пол, сдирая кожу на предплечьях.       — Попался? — подошли к нему двое. — Босс велел найти демона любым способом. Когда ты умрешь, твоя защита падет и демон снова станет видим нашим радарам. Его не трудно будет уничтожить. Он уже сломлен. От таких тварей нужно избавляться сразу.       — А вы чем их лучше? — спросил Джемин, ловко извернувшись и обращаясь. Если ангелы так бесцеремонно нападают, значит позаботились о свидетелях.       Небольшой серый волк петлял между дворами, пытаясь скрыться от преследования. Спустя лишь с десяток кварталов ему это удалось. Ангелы затерялись где-то в пути. Джемин был измотан, предплечья ныли, но нужно было вернуться домой, к Джено, и попытаться пробраться в лес. Там им помогут.       Стиснув зубы на своем рюкзаке, серый волк неторопливо направился в сторону дома. Его могли уже ждать там, и нужно было быть готовым ко всему.       Джемину было страшно. Сегодня он оказался на грани смерти и все из-за какого-то постороннего альфы. Ещё года два назад омега бы посмеялся над этим, но сейчас было не до смеха.       Ангелы, действительно, дежурили у подъезда, но в своем истинном обличии у омеги были преимущества. Волк мог пролезть туда, куда человеку доступ был закрыт.       Обойдя дом, Джемин протиснулся в отдушину подвального помещения. Он знал, что та всегда открыта. У их консьержа был большой рыжий кот, который вот таким способом выбирался на прогулку.       В доме было тихо. На вернул себе человеческий облик и поспешил в квартиру. Несколько поворотов ключа, и омега ввалился в квартиру, захлопывая дверь и закрывая её на все замки. Амулет на месте, но от него веет жаром, а значит, кто-то пытался проникнуть в защищенное помещение или выбраться из него. Спустя мгновение в коридоре появился демон. Он был напуган, взбешен и растерян одновременно. Его черный взгляд просканировал омегу, замечая грязь и спекшуюся кровь на содранных предплечьях.       — Это они, да? — прошипел альфа. — Они пытались добраться до меня с помощью тебя? Я почувствовал боль, я хотел выйти, но твой амулет не пустил. Я хотел помочь. Ты не должен рисковать собой из-за меня. Я…       — Заткнись! Просто помолчи, хорошо? — ответил омега, сползая по стене на пол.       — Мин…       — Всё хорошо, — остановил попытку альфы приблизиться Джемин. — Со мной всё хорошо, но нам нужно убираться отсюда как можно скорее. Они дежурят у подъезда. Амулет не выдержит постоянных атак. Нужно собираться. Твоя магия сможет не оставить нас голодными.       — Что ты хочешь?       — Я хочу пойти в лес и попросить защиты у волков.       — Они не станут мне помогать, — помотал головой демон.       — Они помогут мне, а ты — моя задача. Я решил, что справлюсь, но мне нужны их знания. Возьми всё, что в силах унести, но учти, что уходить нам придется не совсем обычным способом.       Джено лишь покачал головой. Он видел, как вымотан был омега, и не стал перечить, хотя хотелось устроить ему хорошую взбучку.       Альфа сразу почувствовал тревогу, что было странно. Он чувствовал страх, боль, злость и усталость младшего. Эта связь была странной, не так она должна была проявляться у защитника и его подзащитного, а это… Это было похоже на кое-что другое, но Джено гнал от себя эти мысли. Так не бывает.       Находясь в одиночестве, он о многом успел подумать, например о том, что окутанным запахом омеги спится спокойнее, о том, что давненько в его жизни не было такого вкусного завтрака и мягкой постели. О том, что лучи солнца напоминают ему о Джемине и его улыбке. Омега был здесь в каждой вещи, в каждой безделушке, включая маленькие фигурки троллей на кухонной полке. Этот мир был чужим, он принадлежал омеге, и альфа должен был чувствовать себя в нем неуютно, но Джено снова и снова посещала мысль о том, что он дома.       Идти в лес было немного боязно, и снова Джено боялся не за себя, а за Джемина. Как его примут волки? Не откажут ли в помощи? Не навредят?       Джено бродил по кухне, собирая продукты в свой походный рюкзак. Он научился прятать его между мирами. В лесу первое время им необходимы будут продукты, потом, разведав обстановку, они приспособятся.       Взяв с подоконника аптечку, демон вернулся к младшему, что по-прежнему сидел на полу в прихожей, прикрыв глаза, и тяжело дышал. Выдохнув, альфа опустился рядом и осторожно взял в свою ладонь руку омеги.       — Оставь, — открыл глаза На. — Это пройдет. Ты всё собрал?       — Всё, что поможет нам не умереть с голоду. К слову, у тебя в холодильнике не слишком большой выбор.       Джемин хмыкнул, а потом зашипел, когда влажная ткань коснулась раны.       — Потерпи, — ответил Джено, подув на воспалившуюся кожу.       Его теплое дыхание успокаивало, Джемин словно завороженный смотрел на старшего, он и не думал, что демонам присуща такая нежность. Боль утихала, уходили тревоги.       — Ты можешь менять сущность? — спросил омега, когда альфа отложил аптечку в сторону. — Нам предстоит пролезть в очень маленькое окошко.       — Насколько маленькое? — спросил Ли, убедившись, что раны хорошо обработаны.       — Его оставили для кота. Большого упитанного кота.       Джено хмыкнул, а спустя мгновение о ноги Джемина терся пушистый чёрный кот с большими зелеными глазами.       — Отлично, — улыбнулся Джемин, потрепав животное за ушком. — Жди меня здесь, я сейчас.       Омега поднялся, зашёл в комнату, вытащил из комода связку тяжелых ржавых ключей, написал записку хозяину квартиры и, оставив пару купюр в качестве задатка, он вернулся к Джено, что послушно сидел у двери, виляя хвостом. Крепче сжав лямки рюкзака, омега открыл дверь и огляделся. В подъезде было пусто.       — Идем, — сказал На. Размотав амулет с двери, он тут же обмотал его вокруг шеи кота, на что Джено недовольно мяукнул.       — Да, я знаю, что пока он на тебе, ты не сможешь превратиться обратно, но так они тебя не почувствуют, понимаешь?       Кот лишь фыркнул, ударив Джемина по руке хвостом.       — Не дуйся, — улыбнулся На, закидывая рюкзак на плечо и поднимая демона на руки.       До подвала они добрались благополучно.       — Так, а теперь не отставай, — сказал Джемин, опустив кота на пол и обращаясь. Волк снова подхватил свой рюкзак зубами и кивнув коту, направился к лазу.       Джено не отставал. Выбравшись на улицу, они ещё несколько кварталов бежали вот так. Странная из них вышла компания: волк, что больше напоминал добродушного пса, нёс в зубах увесистый рюкзак, а рядом с ним изящно переступая с лапы на лапу шёл черный кот, на шее которого переливался диковинный ошейник.       Добравшись до автобусной остановки и спрятавшись за небольшой ларек с кофе, Джемин преобразился и, закинув рюкзак на плечо, присел на корточки напротив Джено. Кот мяукнул.       — Я не считаю это хорошей идеей, — сказал На. — Когда ты такой маленький тебя легче спрятать. Силы амулета слабы, а ехать нам долго. Полезай вон лучше в рюкзак.       Кот зашипел и зло посмотрел на омегу.       — Что? Я о тебе же забочусь, дурень, — возмутился Джемин. — Как хочешь, но я тебя предупредил. Если они нас найдут, отдуваться будешь сам.       На размотал веревку амулета с шеи кота, что тут же преобразился в парня, что смотрел на омегу недобрым взглядом.       — Подумаешь цаца. Я тебя не боюсь, можешь не стараться, — фыркнул Джемин, поднимаясь и собираясь было уже идти к остановке, но был перехвачен за руку.       — Дай сюда, — сказал Ли, забирая из ладони младшего побрякушку и вешая себе на шею.       Джемин лишь покачал головой и потянул альфу к подъехавшему автобусу.       — Далеко ехать? — спросил Джено, что всё ещё выглядел хмуро. Джемин не понимал его реакции, ну что с того, чтобы побыть немножечко котом? Почему этот демон дуется?       — До конца. Где-то пару часов. Конечная этого автобуса у небольшой деревеньки, за ней лес, а там ещё полчаса пешком и будет посёлок волков, в котором я вырос. Там у меня есть дом, так что без крыши над головой не останемся. Я не был в нём пять лет, там, наверное, многое изменилось.       Джено лишь покачал головой. Он не испытывал такого оптимизма. Скитаясь, он много слышал о распрях между кланами. Говорят, что счёт шел на сотни жертв. Демон надеялся, что деревню Джемина этот ужас обошел стороной, но расслабляться было рано.       Омега молча смотрел в окно, а Ли пытался взять себя в руки. Чего он на самом деле? Джемин же думал о нём, но только мысль о том, что на них нападут, не давала покоя. Как он смог бы защитить младшего в образе кота и без возможности использовать силы? Джемин пытался спасти его никчемную душонку, забывая о себе, и это категорически не нравилось альфе.       Автобус размеренно покачивался, а Джено ощутил тяжесть на своем плече. Джемин дремал, сморенный беготнёй. Сейчас Ли мог детальнее его разглядеть. Омега был ещё таким юным, нежным. Светлая кожа, длинные реснички, тонкие, но такие манящие губы.       Джено помотал головой, отгоняя наваждение, но оно никуда не пропало. Этого омегу хотелось поцеловать, защищать и укрывать от всех невзгод в своих объятиях.       Джемин совсем не походил на того, кого он когда-то любил, но это было только к лучшему, ведь альфа совсем не хотел обмануться сам и обмануть омегу, что сейчас так доверчиво жался к нему.       Автобус качнуло, голова Джемина едва не соскользнула с плеча альфы, но Джено успел среагировать, прижимая омегу к себе и позволяя тому устроиться поудобнее.       За окном городские пейзажи сменились сельскими, маленькие деревушки, поля, на горизонте чернел лес, не было видно ему конца, и только очертания гор, прячущих свои верхушки в облаках, доказывали то, что ничего не бывает бесконечным.       Водитель объявил о том, что следующая остановка конечная. В автобусе кроме Джено и Джемина остался лишь пожилой омега с внуком, да зрелый альфа с двумя большими сумками.       — Приехали? — приподнялся омега, и заметив, что все это время спал на груди альфы, немного смутился. Его щек коснулся легкий румянец, что придавал ему очарования. — Ты извини, я…       — Всё в порядке, — улыбнулся Джено, поправив топорщащиеся светлые пряди на голове омеги. — Выспался?       Джемин кивнул, отворачиваясь к окну.       — Здесь многое изменилось, — сказал он, переводя тему. — Деревня выглядит заброшенной.       — Да потому что никого и не осталось почти, — вклинился в разговор пожилой омега. — Молодежь вся в город перебралась, а мы, старики, не вечные. А вы что ли местные? Что-то не припомню я вас.       — У меня друг когда-то жил в этой деревне. Его отец был лесником.       — А, хорошая была семья. Жаль их, — с грустью сказал старший.       — А что… Что с ними случилось, дедушка? — спросил Джемин, чувствуя, как слезы собираются в глазах.       — Отец с сыном в лес ушли, да не вернулись, а омега слёг с горя, да так и приставился в одиночестве.       — И что? Их не искали даже? — спросил Джено.       — А чего искать-то, — подал голос зрелый альфа. — Волки их загрызли. Страшная резня была в то время. Отец с сыном влезли туда, куда не просили, за это и поплатились.       Джемин растерянно хлопал ресницами. Слёзы всё-таки скатились по щекам. Джено притянул младшего к себе. Что-то подобное он и ожидал, но сдаваться было рано.       Автобус остановился, пассажиры направились к выходу. Солнце медленно клонилось к земле. Их спутники уже скрылись в деревне, а Джено и Джемин всё ещё стояли на остановке. Младший пытался взять себя в руки, а демон не торопил.       — Знаешь, я даже не вспоминал об этом месте все эти годы, — тихо сказал На. — Но я ведь не думал, что всё будет так. У нас было мирное поселение, мы никогда не враждовали с людьми. Лесник и вожак были хорошими друзьями. Я не могу понять, почему это произошло.       — Власть сменилась, — пожал плечами Джено. — Нам нужно идти, иначе придется добираться в темноте. Не лучшее решение в нашем случае.       — Да, пойдем, — кивнул Джемин.       Омега пошел вперед, Джено покачал головой и поймал его за руку. Джемин натянул улыбку, ему было приятно внимание старшего, особенно сейчас, когда он не знал, что ждало его там, в деревне.       Лес зарос с того момента, как Джемин был здесь в последний раз. Деревья казались выше, трава гуще. Шли молча, потому что говорить особо было не о чем. Вот только молчание не напрягало, в нем было уютно.       Вскоре между деревьями начали появляться силуэты небольших домиков. Сердце Джемина замерло и сжалось. Когда-то эта деревня была самым родным местом на свете. Она казалась большой и красивой. Сейчас омега видел лишь маленькие покосившиеся домики, покрывшиеся мхом и плесенью.       В деревне, кажется, не было ни одной живой души. Омега неторопливо шел вдоль домиков, вспоминая своё детство. Джено внимательно наблюдал за ним и вовремя оказался рядом, когда Джемин буквально рухнул на колени и взвыл от переполняемой боли.       На самой окраине деревни можно было заметить гору костей, черепов и почти разложившихся тканей. Сюда, видимо, скинули тела всех убитых волков.       Джемин плакал, его трясло, а Джено по-прежнему молча прижимал его к себе. Он нежно коснулся губами макушки омеги.       — Малыш, это было давно, — тихо сказал демон.       — Я… Я ведь даже не знал. Я думал, что у них всё хорошо. Посмотри на это. Я…       — Ты ни в чём не виноват, слышишь? Ты не смог бы им помочь. Ты бы и сам оказался в этой братской могиле. Успокойся, давай зайдем в дом. Который из них твой?       Джемин дрожащей рукой указал на небольшой домик, что стоял отдаленно и выглядел уютно. Вокруг него разрослась высокая трава.       — Ключи в рюкзаке, — прохрипел омега. Джено забрал у младшего сумку и открыл, сразу замечая связку ржавых ключей.       — Идём, — сказал Ли, подхватывая младшего под руку.       — Я сам, — всхлипнул На. — Я должен быть сильным.       — Ты никому ничего не должен, — ответил Джено, открывая тяжелый замок. — Иди в дом. Я открою ставни.       Джемин несмело переступил порог. Раз замки были на месте, значит, напавшие на деревню не занимались мародерством. Омега облегченно выдохнул, понимая, что всё в доме было на своих местах.       Ставни со скрипом распахнулись, впуская в дом свежий воздух. Джемин поспешил открыть все окна, чтобы выпустить из помещений запах сырости. Джено вошел в дом спустя пару минут. В его руках был большой рюкзак.       — Здесь продукты, — ответил он на невысказанный вопрос.       — Нужно заняться ужином, — кивнул Джемин. — Ты ел что-нибудь пока меня не было?       Альфа покачал головой.       — Почему? — удивленно посмотрел на старшего На.       — Тебя ждал, — ответил демон. — Боялся, что без тебя еда снова потеряет вкус. Может глупо, но…       Джено не дали закончить крепкие объятия. Джемин в два шага оказался рядом, просто уткнувшись куда-то между ключиц альфы и вдыхая его аромат.       Демон прижал его к себе, снова понимая, что в его сердце расцветают сады, а Джемин… Омега был его самым прекрасным цветком.       Джемин же думал о том, что слишком быстро привязался, что ещё возможно пожалеет об этом, вот только понимал, что потерял голову не сегодня и не вчера, а тогда, когда впервые увидел этого демона и его огненное шоу на одной из площадей города.       Стемнело быстро. Поужинав, парни расположились на небольшом диванчике.       — И что теперь? — спросил Джено. — Волков здесь нет и помочь нам некому.       — А я на что? — спросил Джемин. — Да, живых мы тут не нашли, но осталась энергия мертвых и древние книги. Мой дедушка был местным знахарем и шаманом. Он сам составлял справочники и писал книги, но у него было много и других, доставшихся ему от предков. Они все здесь. Да, я ещё не занимался этим, но ведь никогда не поздно начать. Я не отдам тебя им, понимаешь? Чего бы мне это не стоило.       — Почему? — спросил Джено, повернувшись к омеге и глядя ему в глаза. Сейчас, при свете луны, они казались волшебными.       — Потому что мне не всё равно? — неуверенно сказал Мин. — Я ещё сам не до конца понял почему, но на подсознательном уровне понимаю, что если не будет тебя, не смогу жить и я. Ты перевернул мою жизнь. Я слишком привык к твоему молчаливому присутствию. И мне слишком понравилось видеть столь могущественного демона под своими окнами.       — Знаешь, когда я видел свет в твоем окне, то гасли звезды в вышине. И как маяк в ночи — одно твое окно. И на душе было спокойно, хотя я снова и снова повторял себе о том, что оно горит к себе маня, совсем не для меня.       — А вот здесь ты ошибаешься, — улыбнулся Джемин, опустив голову на плечо демона. Джено повернул голову с интересом посмотрев на младшего. — Я не гасил свет как раз таки из-за тебя. Я хотел, чтобы ты видел, что я не сплю и не пытался проникнуть в мою голову, наслав какой-нибудь демонический дурман. Признаться честно, сперва мне было очень страшно, потом стало любопытно, а потом… Потом я просто ждал, когда ты решишь подойти.       — Прости, что напугал, но тогда я действительно видел в тебе своё единственное спасение.       — И ты не ошибся. Я обязательно тебя спасу, правда я пока ещё не знаю как, но я обязательно что-нибудь придумаю.       — Верю, — улыбнулся Ли. — Я обещал не сдаваться.       — Расскажи мне о нём. О человеке, что одновременно смог пленить сердца ангела и демона. Каким он был?       — Очень сильным, — ответил Джено. — Иногда я даже завидовал его силе, ведь я бы так не смог. Он так отчаянно защищал меня, а я… Я не смог спасти то единственное, что было дорого в жизни.       — Не вини себя, — посмотрел на демона омега. — Он сам выбрал такой путь. Он решил, что твоя жизнь дороже его. Он решил, что ты должен жить, так не потрать его подарок зря. Мы обязательно найдем выход.       — Нам нужно отдохнуть. Завтра будет новый день, и мы подумаем над тем, что можно сделать.       — У меня в доме две спальни: моя и родительская, но… — омега немного смутился, но продолжил. — Ты не мог бы поспать со мной. Я… После всего, что я увидел, мне…       — Страшно. Понимаю, но я сам мучаюсь кошмарами, и ты знаешь это.       — Так может, вдвоём нам будет проще справиться с ними?       Пока Джемин стелил постель, Джено стоял у окна и вглядывался в чернеющий лес. Ему казалось, что они слишком легко отделались, что ангелы уже близко. Демону казалось, что он видел чьи-то силуэты среди деревьев.       Омега напевал какую-то песенку на непонятном языке и становилось спокойнее.       — Что это за язык? — спросил альфа, когда младший встал рядом.       — Венгерский, кажется, — ответил омега. — Этой песенке меня научил дедушка. Он сказал, что она защитит от невзгод и отгонит кошмары. Он часто напевал мне её. Рядом с ним было спокойно, казалось, что он целый мир, а когда его не стало, цвета померкли. Родители не особо вникали в то, что он говорил, а зря. Так и погибли втянутые в совсем не нашу войну. Идём спать. Чхве не сломить защиту волков, даже несмотря на то, что все они мертвы, их сила живет в каждом миллиметре этого места. Пока здесь есть тот, кто верит, барьер будет держаться. Я здесь, и я верю.       Джемин потянул Джено в сторону кровати.       — Сними футболку, — сказал омега, копошась в своем рюкзаке.       — Зачем?       — Я купил мазь от синяков, думаю, она немного смягчит твою боль, — сказал Джемин, помахав тюбиком.       Альфа лишь пожал плечами, но потянул наверх светлую ткань. На пробежался взглядом по упругой груди, покрытой темными полосами, а потом выдавил на ладонь немного мази.       — Может я сам? — неуверенно спросил Ли.       — Сиди и не дергайся.       Ладошка омеги коснулась горячей кожи, а с губ Джемина снова срывались слова на непонятном языке.       — Это…       — Заговор на твой амулет, — ответил, фыркнув омега. — Не перебивай.       Амулет, висевший на груди, как-то резко нагрелся, а потом стал холодным, как ледышка.       — Всё, теперь спать, — сказал На, откинувшись на подушку.       Джено опустился следом, действительно, чувствуя облегчение. Тело болело меньше, а ощущение Джемина рядом успокаивало.       Омега повернулся к старшему, и их взгляды встретились. Они просто смотрели друг на друга, пока омега не уснул. Спустя минут пятнадцать, которые Джено провел за любованием нежными чертами омеги, альфа тоже погрузился в крепкий здоровый сон без кошмаров, чтобы утром проснуться в объятиях друг друга.       Две недели прошли незаметно. Джено восстанавливал силы, а омега штудировал древние книги. Постепенно они приспосабливались к жизни вне цивилизации.       Границы между ними медленно стирались, отношения становились нежнее.       Омега любил украдкой наблюдать за тем, как Джено колет дрова для печи во дворе или пытается смазать старые скрипучие петли на ставнях. Они собрали всё уцелевшее в домах: книги, инструменты, кое-где нашлись годные крупы.       Джемин обустраивал дом, выметая из углов паутину, стирал вещи и все чаще напевал дедушкину песенку, веря, что она защитит и его, и человека, что стал дорог.       Они много говорили и по-прежнему засыпали вместе. Джемин укладывал голову на обнаженную грудь старшего и, крепко обнимая, тихо шептал слова заговора. Джено целовал его в макушку, и они засыпали в надежде, что новый день принесет им новые открытия. Они не говорили друг другу о чувствах, но оба понимали, что больше не чужие друг другу.       И в этот раз всё было почти как всегда. Они проснулись, Джено по обычаю поцеловал омегу в лоб, отмечая про себя, что Джемин был теплее обычного. Они позавтракали, а потом омега занялся очередной книгой, а Джено новой порцией дров. Он работал без футболки, и конечно чувствовал взгляды младшего, вот только сегодня что-то явно шло не так. Джемин настойчиво отводил взгляд.       Альфе стало тревожно. Что-то определенно происходило, и это ему совсем не нравилось. Джемин выглядел слегка потерянно, и Джено не выдержал. Отложив топор в сторону, альфа направился к крыльцу, где омега настойчиво прятался за большую книгу. Смахнув испарину со лба, Джено опустился на ступеньку рядом с омегой. Нос уловил усилившийся запах сакуры, и все становилось на свои места.       — Ты меня боишься? — нарушил тишину Ли.       — Я себя боюсь, — ответил Джемин. — Я… В последнее время я привык в такие дни глушить свои инстинкты успокоительными и снотворным, но теперь…. Теперь у меня нет ни того, ни другого, но есть сильный и независимый альфа. Я… Мы не связаны, мы просто люди, объединённые одной целью…       — Я думал, что между нами что-то большее, но если ты считаешь, что я не тот, кто может помочь тебе, я могу переждать это время в одном из пустых домов.       Альфа хотел подняться, но Джемин поймал его за руку и потянул назад.       — Подожди. Это так сложно. Я… Я сам не понимаю, что со мной происходит. Я хочу быть с тобой, но… Черт! Мы не знаем, что будет завтра, а тут… Ты же понимаешь, что мы сотрём последние границы, отмотать назад уже ничего не получится. Я не хочу вешать на тебя какие-либо обязательства. Я просто тот, кому дано избавить тебя от надзора, а дальше ты будешь свободен и волен скрыться в любом из трёх миров. Я… Я не хочу оставаться один с разбитым сердцем из-за одной маленькой слабости. У тебя впереди вечность, а волки смертны.       — Я пришел на землю не для того, чтобы прожить здесь вечность. Я пошел за человеком и мечтал о простой человеческой жизни. Да, увы, не вышло, и ты прав, я волен уйти, потому что меня здесь ничего вроде бы не держит, — выдохнул Джено, глядя куда-то в глубь леса. — Вот только я понял, что заблуждаюсь. Мне очень хочется жить. Столько лет, скрываясь от ангелов Чхве, я думал лишь о том, что однажды я найду своё спасение, а потом я встретил тебя…       — С эти мы уже разобрались, — поднял на старшего глаза Джемин и тут же пожалел об этом, ведь альфа был по-прежнему без рубашки. Его слегка влажная от пота кожа блестела. От нее исходил приятный запах дыма, что слегка кружил голову. Джемин сглотнул и попытался продолжить. — Я не то чистое существо, что ты искал. Я даже в дедушкиных книжках не нашел ничего подобного, хотя волки могли и не догадываться о том, что создатель возложил на них ещё и такую роль. Помимо того, что мы являемся вечным камнем преткновения, так еще оказалось, что можем снимать надзор одних с других. Это несправедливо, ведь таким образом волки становятся постоянной мишенью, что для одних, что для других.       — Но и в тех, и в других есть силы, чтобы вас защитить. Ты видел меня в не лучшем состоянии, но благодаря тебе я смог восстановиться. Я чувствую, как бурлят силы во мне, и поверь мне, я смогу тебя защитить. Прошлое ушло, будущее зависит только от нас. Сейчас есть лишь настоящее. Ты дорог мне, я никогда не смогу оставить тебя добровольно. Ты нужен мне, На Джемин. Подумай об этом, но я приму любое твое решение.       Альфа поднялся и, потрепав младшего по светлой макушке, направился к оставшимся дровам. Он понимал сомнения омеги, и не торопил. Да, у него у самого была куча вопросов, ведь он видел тени ангелов, что возможно уже не первый день мелькают на окраинах деревни. Джемин снова и снова повторял о том, что барьер волков им не пробить, но Джено не слепой, он видел, что младшему тоже страшно. Они оба понимали, что переступи они черту, их жизнь уже не будет прежней.       Джемин смотрел на альфу, что снова взял в руки топор. Мышцы напряглись, тело стало рельефнее, хотелось коснуться, оказаться в этих сильных руках.       Да, между ними была пропасть, и не только возрастная, но омега понимал, что за всю свою жизнь ещё не встречал столь прекрасного альфу. Заботливого, нежного, в меру строгого, справедливого и ещё больше удивляло то, что этот мужчина даже не был человеком. Он относился к нации, что много лет считалась злом.       Джено не был злом. Джемин был уверен в этом, и омега почти был готов нырнуть в омут с головой, вот только нависшая над альфой угроза не давала расслабляться. Джемин должен был найти способ спасти дорогого человека.       Омега снова посмотрел на книгу, что держал в руках. Дедушкиных рукописей осталось не так много, но ответ так и не находился.       Течка давала о себе знать, отдаваясь легкой дрожью в пальцах. Запах альфы словно впитался в кожу и был везде, не давая сосредоточиться. Подул ветер, и омега решил, что стоит перебраться на террасу.       Собрав книги, Джемин поднялся, но слабость тут же дала о себе знать. Омегу повело, и он поспешил ухватиться за перила. Книги рассыпались по полу, привлекая внимание Джено.       — Мин? Все хорошо? — спросил демон, подбегая к омеге и заключая его в объятия. — Милый, ты слышишь меня?       Джемин словно оцепенел. Его взгляд зацепился за одну из книг, что лежала на полу. При падении она раскрылась, привлекая к себе внимание почти отчаявшегося парня. Крупный заголовок отвечал на все вопросы омеги, но в то же время пугал еще больше.       «Пограничные, — гласил заголовок. — Дети, что родились в союзе существ разных миров. Дети, живущие на границе миров. Их силы велики, их не может коснуться ни проклятие, ни заговор. Они могут разрушить любые магические оковы. Пограничные дети — награда рода, но в то же время и проклятие. Они появляются очень редко, ведь три мира все ещё не могут прийти к согласию. Перед таким ребенком обязаны склонить головы существа всех трёх миров. Они будущее этого мира».       — Мин? С тобой все хорошо? — с тревогой спросил Джено, разворачивая омегу к себе и глядя в его глаза. — Что-то болит?       Джемин смотрел на обеспокоенного альфу, и слезы собрались в глазах. Неужели все было так просто? Дети — самые чистые существа на планете, а дети двух наций невольно становятся живущими на границе миров. Джено должен был спасти собственный сын, но Мин… Он понимал, что в их случае выход был только один, но готов ли он сам взять на себя столь огромную ответственность? Ведь однажды он уже отказался от столь драгоценного подарка. Достоин ли?       — Малыш, не молчи. Ты меня пугаешь.       — Прости, — наконец, взяв себя в руки, ответил На. — Со мной все хорошо, голова немного закружилась. Я пойду посижу немного. Так бывает.       — Это не нормально, — фыркнул Джено, помогая омеге собрать книги. Он конечно же заметил, как младший как-то слишком резко прижал одну из них к себе.       — Это пройдет, — отмахнулся На. — Ты закончил с дровами? Я могу заняться ужином?       — Сиди-ка ты тут. Я сам. Мне всё ещё не нравится твоя бледность.       — Я не больной, я… — Джемин почувствовал, как краснеет. — У меня просто давно никого не было, а тут ты, твой запах… Это временное явление.       — И все же посиди-ка ты здесь, — ответил Ли, зажигая несколько свечей, поскольку солнце уже клонилось к земле и деревья мало пропускали свет.       Сложив книги стопкой на стол, Джено еще раз посмотрел на устроившегося в кресле младшего и, покачав головой, пошёл на улицу разжигать печь.       Джено всё ещё казалось, что он слышит тревожный стук чужого сердца. Омега был явно чем-то напуган и этот страх не был похож на тот, что он чувствовал в первые их встречи, не напоминал этот страх и тот, что испытал омега при встрече с ангелами Чхве. Это было что-то иное, и Джено не находил себе места, тревожно поглядывая в окно на омегу, погруженного в чтение. Что-то изменилось, но свет в окне по-прежнему внушал спокойствие и надежду.       Ужинали молча, Джемин лишь иногда бросал на старшего уж слишком задумчивые взгляды. Омега пытался убедить себя, что он справится, что Джено сможет защитить и его, и малыша, что он будет носить под сердцем, ведь как прочитал Мин в той же книге, полудемоны так же сильны, как и их родители, и ещё в утробе могут начать проявлять свой характер, выматывая своего папу. Джемин не боялся за себя, он всё уже решил. Он боялся, что ослабнет защитный барьер и ангелам удастся их найти.       — Ты что-то задумал, — прервал размышления омеги демон. — Так книжка, что ты так трепетно прижимал к себе, оказалась полезной?       Джемин внимательно посмотрел на альфу, что пытался выглядеть незаинтересованно, но в то же время был натянут, как струна. Интересно, как он воспримет новость о том, что, чтобы выжить, ему нужно стать отцом? Рискнет ли? Ведь с того момента, как малыш начнет расти, на него ляжет ответственность сразу за две жизни.       — Там есть кое-что, что поможет нам, но это потребует огромных сил как от тебя, так и от меня.       — Главное, чтобы это не причинило тебе вреда, а с остальным я как-нибудь справлюсь.       Джемин прикусил губу. Он не понимал, почему не хотел раскрывать перед альфой весь план, возможно потому, что ещё сам не готов был произнести это вслух.       — У всякого действия в нашем случае могут быть свои риски, но мне хотелось бы быть уверенным в том, что, что бы ни происходило, ты не откажешься от своей цели. Ты должен жить, понимаешь?       — Если только с тобой, — ответил Джено, глядя на омегу, что несмело улыбнулся. На душе стало спокойнее.       Они ещё немного поговорили о всякой ерунде. Джемин пытался отвлечь и себя, и Джено, но чувствовал, что ароматы вокруг становятся словно насыщеннее, а тело накрывает приятной истомой. Омега неосознанно потянулся.       — Думаю, тебе надо отдохнуть, — сказал Джено. — Ты иди, а я устроюсь здесь.       — Почему? — спросил Джемин. — Мне кажется, что границы между нами стёрлись.       — Но ты ещё утром сам пытался строить между нами какие-то стены.       — Был дураком, каюсь. Надеюсь, мои сомнения тебя несильно ранили?       Джемин взял Джено за руку, чувствуя, как от этого прикосновения мурашки побежали по коже.       — Думаю, я найду в себе силы закрыть на то глаза, — улыбнулся демон, притягивая омегу к себе и, утыкаясь носом в светлую макушку, вдохнул полной грудью насыщенный аромат. — Но ты сам уверен в том, что делаешь?       — Как никогда, — ответил На, чувствуя невесомые поцелуи, что заскользили по лицу. Губы демона были горячими, но этот жар не обжигал, а согревал изнутри. — Я хочу быть с тобой.       Джемин потянул старшего в спальню, по пути туша все свечи. Тусклый свет из окна освещал им путь. Запах альфы заставлял забыть обо всём, но Джемин уже четко определил свою цель.       Омега скинул с плеч альфы рубашку, что тот успел накинуть, и прижался ближе. Джено опустился поцелуями по щекам младшего, забирая в плен такие манящие губы. Руки потянули наверх футболку омеги. Джемин не сопротивлялся, отвечая на поцелуи. Мгновение без губ старшего и, кажется он задохнется, но Джено снова тянет его на себя. Тело омеги дрожит, и Джемин чувствует, как начинает намокать белье. Он тянет демона в сторону кровати, Джено на минутку колеблется, но омега не намерен останавливаться. Желание и жар окутывают его тело. Джемин опускается на кровать и тянет с себя ненужные сейчас тряпки.       Джено едва в силах сдержать восторженный вздох, он и не думал, что способен вот так потерять голову, но вид обнаженного омеги на простынях окончательно лишает возможности здраво мыслить.       Джемин смотрит на альфу подернутым поволокой взглядом. Он полностью раскрыт перед ним. Бледная кожа при свете луны кажется почти прозрачной. Омега откинулся на спину и пошло раздвинул ноги, согнутые в коленях. Аккуратный член, налившийся кровью, на розовой головке появилась прозрачная капелька, которую омега тут же размазал большим пальцем. Красивая ладонь пару раз скользнула по стволу. С губ Джемина сорвался сладкий стон. Он слегка прогнулся, а потом его ладонь скользнула дальше. Омега откровенно ласкал себя, а Джено не мог оторвать от него взгляда, хотя возбужденный член уже болезненно терся о грубую ткань штанов.       Джено хотелось смотреть на этот прекрасный цветок. Какое право он имел сорвать его. Он же демон. Он зло.       — Джено, — вернул его в реальность голос омеги, что уже добрался до самого заветного и растягивал себя двумя пальцами. Его бедра и ладони были в прозрачной смазке. Джемин прогибался каждый раз, когда его длинные аккуратные пальцы скрывались в воспаленной дырочке. Альфа был не в силах бороться с собой и своими чувствами. Он больше не мог обманывать себя, он безумно хотел этого омегу и дело было совсем не в витающем вокруг запахе сакуры. Дело было в самом Джемине. Ласковом, решительном, немного ранимом, но сильном духом.       Джено скинул с себя штаны и поспешил к младшему, чтобы забрать его в плен нежных поцелуев. Джемин всем нутром потянулся к старшему. Ему хотелось, чтобы кожа к коже, чтобы одно дыхание на двоих.       Они потерялись в поцелуях, но оба хотели большего. Джено медленно вел дорожку влажных поцелуев по груди к животу омеги, кусая, засасывая, лаская языком, оставляя метки. Спустившись ниже он обвел языком головку члена омеги, захватывая в плен напряженную плоть, сжимая ее губами, лаская языком. Джемин прогнулся сильнее, но крепкие руки альфы прижали его к матрасу.       Омега не сдерживал эмоции, срывая голос, а альфа между тем уже добрался пальцами до истекающего смазкой и ещё немного растянутого ануса омеги. Джемин ловко насаживался на пальцы альфы, но хотелось большего. Когда Джено снова облизал головку, дразня языком чувствительную кожу, а его палец в очередной раз задел простату, Джемин сорвался в один из умопомрачительных оргазмов. Он с криком кончил, наблюдая за тем, как альфа проглотил всё без остатка и потянулся за поцелуем.       Между тем, Джемин не собирался останавливаться. Член снова тяжелел, а смазки, кажется, стало ещё больше. Ловко перехватив инициативу, омега толкнул альфу на кровать, забираясь сверху. Твердая плоть оказалась аккурат меж упругих половинок. Омега накрыл губы альфы своими, сплетая языки, а потом взял в руку внушительный член альфы, и стал неторопливо двигать попой, чтобы чувствительная кожа головки то и дело проезжалась по пульсирующему влажному анусу.       — Мин, ты нарываешься, — прорычал альфа.       — Я знаю, — хихикнул омега, снова направляя член альфы в себя и словно соскальзывая.       Джено был на пределе и готов был вот-вот перевернуть омегу и резко войти, но у Джемина был другой план. Уперевшись одной рукой в грудь альфы, а второй всё ещё сжимая плоть старшего, он начал медленно насаживаться на член демона, кусая губы от нахлынувшего ощущения наполненности. Это и в сравнение ни шло с его пальцами, что все эти годы были единственным утешением одинокого омеги. Джено прикрыл глаза, сжимая бедра младшего. Останутся синяки. Но было всё равно, потому что наслаждение на лице альфы останется в памяти на долгие годы.       Когда Джемин опустился до конца, оба замерли, чтобы привыкнуть к этому непередаваемому чувству единства, а потом крышу сорвало. Джемин ненасытно опускался на член старшего, а Джено подавался ему навстречу. Их тела переплелись, а адекватные мысли покинули голову, но Джемин все еще помнил ради чего всё это началось, и когда альфа тихо шепнул: «Мин, я сейчас кончу, нам надо остановиться» и попытался отстраниться, омега припал к его губам, задвигав бедрами сильнее. Дезориентированный ласками Джено с громким рыком кончил глубоко в омегу, а потом Джемин почувствовал, как распускается узел. Он был огненным, как и писали в книге. Он, казалось, выжигал все нутро, и боль вперемешку с наслаждением накрыли омегу с головой, вышибая слезы.       — Минни, прости, я…       — Заткнись! — прошипел омега. — Помолчи, пожалуйста. Всё хорошо, слышишь? Я в порядке.       Вопреки словам по щекам омеги текли крупные слезы. Джено притянул младшего к себе, устраивая его у себя на груди.       — Это было так необходимо? — спросил демон, целуя младшего в макушку.       — Только нашему сыну дано снять твой надзор. Он — то невинное существо, что живет на границе миров, потому что он создание двух из них.       Джемина затрясло от очередной волны оргазма и огня, что прожигал плоть.       — Я так тебя люблю. Я не отдам им тебя, чего бы мне это не стоило.       — Я тоже люблю тебя, малыш, но все это слишком рискованно. Думаешь, у ангелов хватит терпения ждать девять месяцев.       — Ну пятьдесят же лет ждали, — всхлипнул Джемин, прижимаясь к старшему, что гладил его по голове.       Джемин читал об этом. Эта сцепка несла в себе очищение огнем. Его плоть проходила испытание, подготавливая организм к появлению в нем полудемона. В книжке это было простым описанием и наполовину не походило на то, что происходило с ним сейчас, но омега ни о чём не жалел, чувствуя крепкие объятия, легкие поглаживания и нежные поцелуи, что отгоняли боль. Джемин медленно засыпал.       Джено смотрел на спящего омегу и думал о том, что всё же не ошибся. Сама судьба свела их друг с другом, подарив второй шанс. Омега морщился во сне, и Джено знал, даже не так, он вместе с ним переживал эту боль, ведь огонь был частью него самого. Джено понимал, что это ещё цветочки и дальше будет тяжелее, но он верил, что они справятся. Вместе.       Бледность сошла с лица омеги, сменяясь здоровым румянцем и это определенно успокаивало. Поцеловав Джемина в лоб, альфа прикрыл глаза, проваливаясь в легкую дрему, нарушаемую иногда очередной волной оргазма. Сцепка с демоном могла затянуться и на сутки, главное найти положение, удобное для обоих. Джемин спал в его объятиях, как в колыбели, но альфа понимал, что завтра им обоим это грозит жуткой болью в пояснице.       Утро для омеги наступило далеко за полдень. Солнце уже снова клонилось к земле, касаясь верхушек деревьев.       Джемин потянулся, чувствуя ноющую боль во всем теле. Джено рядом не наблюдалось — это тревожило. Не заботясь об одежде, омега выбежал во двор, оглядываясь по сторонам. Сердце тревожно колотилось в груди.       — Ты, конечно, прекрасен, родной, но тебе не кажется, что погода совсем не располагает для прогулок голышом?       Джемин обернулся, замечая альфу, стоящего у кромки леса. В его руках было два ведра с чистой водой. Омега тут же побежал в его сторону, обнимая и тихо всхлипывая где-то в районе шеи демона.       Джено аккуратно поставил вёдра на землю и обнял омегу в ответ.       — Ну ты чего? — растерялся альфа. — Все хорошо.       — Я так испугался. Думал, что ты ушёл или чего хуже, я ведь вчера не обновил защиту.       — Глупый, ну куда я от тебя уйду? Тем более теперь, когда я должен оберегать тебя от всех невзгод в два раза сильнее.       Джемин почувствовал, что краснеет.       — Я ходил за водой. Тебе нужно принять теплую ванную. Успокаивайся давай. Идем. Я думал ты проснешься позже, но видимо твой организм сильнее. Ничего не болит?       — Спина немного, — ответил омега, когда Джено взял его за руку и повел к большому корыту, что служило им ванной.       — Ещё бы, почти шестнадцать часов в одной позе.       — Сколько? — вылупил глаза на демона омега.       — Ты был очень вымотан, поэтому и не заметил, — пожал плечами Джено, выливая воду в корыто. — Это мы ещё легко отделались. Мне говорили, что при моем зачатии сцепка длилась больше суток.       Джено стянул с себя штаны и залез в воду. Спустя пару минут он поманил омегу к себе.       — Идём. Думаю, что тебе сегодня ещё понадобятся силы, а сейчас я стану твоим персональный мойщиком.       — Вот ещё, — фыркнул омега, но погрузился в теплую воду, оказываясь в родных руках. Губы потянулись к губам, руки заскользили по ароматной коже. Безумие снова накрыло с головой. Вода выплескивалась через края, корыто покачивалось под плавными толчками. Альфа снова погружался в податливое тело омеги. Джемин откинулся на спинку, цепляясь за плечи старшего, позволяя демону вытворять с его телом всё, что тому взбредет в голову.       Джено закинул ноги младшего к себе на плечи и двигался ритмично, наблюдая за тем, как вперемешку со стонами с губ омеги слетали слова уже такого знакомого заговора. Амулет на груди снова нагрелся, а потом обжег холодом. Омега с громким криком кончил, прижимая альфу к себе. Джено снова оказался в капкане, кончая в омегу и снова чувствуя набухающий узел.       — Упс, — сказал он, уткнувшись в шею младшего.       Джемин засмеялся, а потом поцеловал старшего.       Так они и жили, погружаясь друг в друга без остатка. Первые два месяца они снова узнавали друг друга, проводя в постели не один час. Ещё они много говорили о будущем, о настоящем, казалось, не было тем, которые бы они не обсудили.       Третий месяц начался тяжело. Джемин почувствовал, что больше, действительно, не один. Начались головокружения, тошнота, даже обмороки. Джено прижимал к себе напуганного омегу, вытирал его слезы и шептал, что всё будет хорошо.       Малыш рос, выматывая папочку, но Джемин с восторгом в глазах крутился перед зеркалом, рассматривая все изменения в своем теле. Невероятное счастье он чувствовал, когда Джено осторожно обнимал его со спины, укладывая свои ладони на круглый живот и шептал всякие глупости. В этот момент успокаивался и папа, и малыш, и казалось, что всё налаживалось.       Они уже больше полугода жили вдали от цивилизации и ещё ни разу не пожалели об этом. Где-то на седьмом месяце беременности Джемин едва не упал с лестницы. Он почувствовал, что словно летит в темноту. Перед глазами потемнело, и если бы Джено не почувствовал тревогу, кто знает, чем это могло закончиться.       Джемину тяжело было ходить, ноги отекали, казалось, что внутри пожар, а снаружи на него навесили цепи.       Ангелы то ли чувствуя, что добыча уплывает от них, то ли просто потеряв терпение терзали демона с помощью надзора, что тоже оседало тяжелым грузом на плечи омеги.       На восьмом месяце беременности Джемин слег. У него едва хватило сил, чтобы улыбаться и убеждать альфу в том, что им не нужны никакие врачи.       — Но кто-то должен помочь тебе родить, — пытался достучаться до омеги Ли.       — У меня есть ты, зачем мне кто-то другой? — снова и снова повторял Джемин.       Джено не отходил от него ни на секунду. Он уже миллион раз пожалел о том, что втянул Джемина во всё это, но в то же время он понимал, что только рядом с ним снова почувствовал себя живым.       Он кормил и поил омегу, протирал его влажным полотенцем и просил Создателя не отбирать у него сердце. Его Джемина.       На девятом месяце омега всё чаще находился в полубреду. Его тело было огненным, Джено как мог пытался снизить температуру, понимая, что для человека и даже для волка она была слишком высокой. Альфа совсем забил на себя, оброс, почти ничего не ел, но по-прежнему носил омегу на руках, купал в прохладной ванной и стелил чистую постель.       Джено понимал, что находился на грани безумия, но не мог опустить руки. Он даже не заметил, что амулет больше не холодит кожу, а тени на границе становятся всё четче.       Демон уже сбился со счета. Все дни приобрели для него одно лицо: бледного, худого, бредящего омеги, от которого остался лишь живот.       Проведя утренние процедуры для мужа, да они решились на этот шаг, когда омега был ещё в сознании, Джено занялся приготовлением обеда для На. Он совсем не заметил чужаков на границе, вот только инстинкты не подвели. Он отпрыгнул в сторону от прицельного удара клинка.       — Как низко, снова нападаете со спины, — прорычал Джено. В нем скопилось много злости на этих существ, ведь по сути только по их вине его мальчик сейчас так мучается. Это их надзор ослабил его организм. Что они сделали плохого? Джено вспомнил, как одного омегу он уже потерял из-за них. Второго он им не отдаст.       Джено обернулся, замечая таких знакомых ангелов. Чхве по обычаю стоял в центре и смотрел на демона свысока.       — Э, как тебя потрепало, — усмехнулся один из ангелов. — Что? С волками жить по-волчьи выть? Где же твой защитник? Сдулся? Надоело ему с тобой сюсюкаться.       Джено чувствовал ярость, что бурлила в нём, сорвав с груди амулет, что теперь был без надобности, он швырнул в ангела огненный шар.       — Не смей говорить о нем своим грязным ртом!       Ангел отскочил, но тут же Джено почувствовал два мощных удара плетью.       — Да как ты смеешь, щенок, — возмутился Чхве.       Удары посыпались с новой силой. Кровь текла по телу, но Джено смог-таки хорошенько обжечь одного из нападавших. Ангел вспыхнул, как спичка, вот только этого было мало. Два ангела продолжали изматывать его, а Чхве держал наготове серебряный клинок, что был единственным действующим оружием против демона. Остальное оружие лишь калечило, но не могло отнимать жизни.       Джено терял силы, все тело снова было усыпано открытыми ранами, но сдаться — значит потерять всё. Плети окутали тело, Чхве усмехнулся, доставая клинок из ножен, и хотел было сделать шаг, но раздался громкий отчаянный крик, а по периметру деревни начали появляться огненные силуэты, что постепенно обретали форму волков.       — Отошли от него, — голос больше был похож на рык.       Джемин стоял на крыльце и опирался на самую крупную особь. Пальцы омеги путались в огненной шерсти. Волк был ростом чуть больше полутора метров, его окружало яркое пламя. Зверь злобно скалился и рычал.       Джемин на его фоне выглядел совсем крошечным. Худой, бледный с мешками под глазами и большим животом. В глазах омеги была та же ярость, с которой огненные духи смотрели на ангелов.       — Я что-то непонятное сказал? — спросил На.       Джено видел, как тяжело было младшему, как он едва стоял на ногах, но твердая опора в виде волка не давала рухнуть без чувств. Джено не до конца понимал то, что происходит, и видел, что ангелы тоже растеряны.       — Отпустите его, — грозно сказал На.       — Да пошел ты, — отозвался один из ангелов. — Сам на ногах едва стоишь, а туда же. Вы тут, как я погляжу, даром времени не теряли. Да твои предки поди в гробу перевернулись, когда ты лёг под демона. И зверьков твоих я не боюсь, зря стараешься, силы бы поберег, а то твой ублюдок так и сдохнет в утробе.       Джено попытался вырваться и добраться до ангела, чтобы поджечь его гнилую душонку, но один из волков, охраняющих деревню, сделал это за него. Резкий прыжок и ангел снова горел, но огонь волка в отличии от огня демона не обжигал. Он сжигал дотла. Ангел осыпался пеплом, один из кнутов исчез.       — Ещё желающие? — спросил Джемин. Сейчас он совсем не был похож на себя и это пугало. — Никто не имеет права прикасаться к моей семье.       — Да ты… — второй ангел размахнулся и хотел было ударить омегу кнутом, но волк, стоящий рядом с Мином закрыл его собой, перехватывая зубами кнут, что тут же вспыхнул огнем.       — Я сказал, что никто, — голос, казалось, отражался отовсюду, и он совсем не был похож на голос омеги. Это был не он. Это было что-то потустороннее. Второй ангел вспыхнул ярким пламенем, с громким криком оседая пеплом.       Джемин, потерявший опору, рухнул на крыльцо.       — Минни, — бросился к нему Джено, пытаясь привести омегу в чувства. Младший был огненным, а из его груди вырывались хрипы. Штаны на омеге промокли насквозь, а это означало только одно — ему пришло время рожать.       Джено последние месяцы пытался подготовить себя к этому событию, но сейчас не знал, что делать. Джемин заметался в руках альфы, а потом громко закричал, распахнув глаза.       — Джено, — цеплялся за демона омега.       — Я здесь, милый. Всё хорошо. Сейчас я отнесу тебя в комнату. Видимо наш малыш решил появиться на свет. Потерпи.       Ли поднял омегу на руки и обернулся на Чхве, что был окружен огненными сущностями. Ангел больше не выглядел высокомерно, но всё ещё был собран.       — Прикажи им отступить, — сказал ангел, посмотрев на Джено.       — Для чего? Чтобы ты, как и твои твари, напал на меня со спины? Нет уж. Постой пока тут и подумай о жизни, а после того, как я приму своего сына, мы с тобой поговорим. Извини, у меня есть дела поважнее.       — Я нужен тебе. Твой омежка не справится с силой ребенка. Если, находясь в утробе, он вытворяет такое, — Чхве обвел рукой огненных волков, — то представь, что будет дальше. Я признаю свое поражение, Джено. Только искренняя любовь может породить столь мощную сущность. Да, ты прав, во многом мы слепы, если дело касается родных людей. Он был мне сыном, и я не мог до конца понять того, ради чего он бросил всё. Теперь, видя вас, понимаю. Прикажи им отпустить меня, и я помогу тебе сдержать огонь, что терзает Джемина.       — Почему я должен тебе верить? — спросил Ли, прижимая к себе горячего омегу. На коже младшего начали появляться волдыри, и было по-настоящему страшно.       — У тебя нет другого выхода, — ответил с грустной улыбкой Чхве. — Он умрет, подарив ребенку жизнь. Ты этого хочешь?       Джено понимал, что ангел говорит всё верно, но довериться было сложно.       — Пусть он отдаст нам свой кинжал, и мы уйдем, — сказал крупный волк.       Джено посмотрел на Чхве, что лишь хмыкнул и протянул серебряный кинжал зверю. Дух крепко сжал его в пасти и растворился, оставив после себя слегка подпаленную траву. Стало тихо, и в этой тишине отчетливо слышались хрипы Джемина.       — Неси его в дом немедленно, — сказал ангел торопливо приближаясь. Его белый плащ развевался на ветру. — Мы можем не успеть.       Джено поспешил за старшим, укладывая омегу на кровать.       — Отчаянный, — покачал головой Чхве. — Как и его папаша.       — Вы…       — Знал его родителей, — кивнул ангел, протирая лицо омеги смоченной в прохладной воде тканью. — Честные были люди. Согласились приютить у себя пограничного ребенка, но погибли от рук демонов, пытающихся этого ребенка присвоить.       — Для чего? — спросил Джено, крепко сжимая ладонь омеги.       — В таких детях колоссальная сила и пойдет она во благо или во зло зависит от того, в каких условиях вырастет малыш.       — И что стало с тем ребенком? — спросил Джено, наблюдая за тем, как ангел ощупывает живот омеги. Ревности не было, Чхве воспринимался как старший товарищ или даже отец. Без своих прихвостней, надменного взгляда и кинжала, он был вполне адекватным человеком.       — С ребенком, — выдохнул ангел. — Его убил собственный отец.       — Почему? — удивился Джено.       — После появления демонов, волки просекли, что ребенок необычный. Они воспитывали его как принца, а потом он вырос и захотел власти. Он устроил резню, уничтожал целые деревни, пока однажды не напоролся на мой клинок. Это был единственный способ остановить кровопролитие. У меня было два сына, и обоих я потерял. Так что не допускай моих ошибок.       Стало тихо, каждый думал о своём, пока тишину не нарушил надрывный крик Джемина. Чхве командовал демоном, а Джено понимал, что не время возмущаться. Ангелу каким-то способом удавалось держать огонь под контролем. Джемин кричал, плакал, и Джено понимал, что тоже не в силах сдержать слез.       Когда комнату наполнил детский плач, Джено едва не рухнул. Ангел держал верещащего ребенка в своей белой накидке, что была испачкана кровью, и что-то шептал.       — Что вы…       — Заткнись! — послышался хриплый голос Джемина. — Помолчи, пожалуйста. Это защитный заговор, но откуда он его знает?       — У меня была долгая жизнь, малыш, — ответил Чхве, закончив и посмотрев на пару, что крепко держалась за руки. — Отдыхай. Теперь вам ничего не грозит.       Ангел передал ребенка в руки немного растерянного альфы, а потом направился к выходу.       — Здесь моя миссия, кажется, завершена, — улыбнулся ангел, а Джено в миг почувствовал легкость. Вся боль ушла, а раны начали затягиваться.       — Не повторяйте моих ошибок, — повторил Чхве. — Воспитайте его достойным человеком.       Ангел перешагнул порог, растворяясь. Джено ещё немного посмотрел на то место, где стоял ангел, а потом его внимание привлек кряхтящий малыш, что ещё был плотно закутан в шелковый плащ ангела.       — Дай мне на него посмотреть, — тихо сказал омега.       Джено подошел к кровати и опустил ребенка на грудь омеге.       — Красивый, — улыбнулся Дженмин.       — Весь в тебя, — ответил Джено, а потом наклонился, забирая в плен губы мужа. Он безумно по нему скучал.       Спустя неделю Джемин уже практически восстановился. Джено почти не выпускал его из объятий. Он снова боялся увидеть омегу на грани жизни и смерти. Своего сына, маленького альфу, они назвали Ренджуном. Малыш окреп и пара решила вернуться в город. Пришлось попотеть, чтобы заработать денег, но уже через год Джено перевез свое семейство в новый дом, а спустя еще два он несмело снова шагнул в лес, где в одной из деревень к нему навстречу вышел седовласый старец в белых одеждах.       — Ты сильно сдал, мой друг, — хмыкнул Джено, устраиваясь на поваленном дереве. — Прошло всего три года. Три человеческих года, как мы виделись в последний раз, а ты стал похож на немощного старика.       — Мне больше не за чем жить, — ответил ангел. — Много лет целью моей жизни был ты, а теперь… Теперь осталось лишь дожить свой век.       — А если я снова подарю тебе смысл? — спросил Джено. — За годы нашего знакомства я понял, что ты силен, смел и упрям. Ты мудр и лишь чувства могут сделать тебя безумным, но и это иногда идет на пользу. Мне нужна твоя помощь, Чхве.       — Не думал, что услышу это от тебя. И что же ты хочешь мне предложить?       — Я хочу отказаться от своей демонической сущности и стать человеком.       — Ну в этом я тебе не помощник, тут твой волчонок справится и без меня.       — Ты прав, Джемин уже нашел нужный ритуал, и вот-вот мы осуществим задуманное, но наш сын по-прежнему останется обладателем огромной силы. После ритуала я уже не смогу помочь ему справиться с ней. Ренджуну нужен наставник. Помню, ты говорил, что совершил много ошибок, так мы хотим дать тебе шанс исправить их.       — Твой муж не пустит меня на порог, — хмыкнул Чхве.       — Это была его идея. Признаться честно, я сперва был против, но Мин убедил меня в том, что ты помог Ренджуну появиться на свет и не сможешь причинить ему вреда. Он говорил, что-то про тот заговор, что ты шептал при рождении ребенка. Мой муж верит тебе, а я привык верить ему.       — И как ты себе это представляешь? — спросил Чхве. — Я хоть и поклялся защищать малыша перед Создателем, но в няньки я не нанимался.       — А как насчет того, чтобы быть ему дедушкой? Мудрым наставником и учителем? Мы с Минни совсем одни на этом свете. Ты тоже, так почему бы нам не стать поддержкой друг для друга?       — Ты это серьезно? — с сомнением спросил Чхве.       — Когда я шел сюда, я ещё сомневался, но увидев, во что ты себя превратил, решил твердо. Собирайся. Я обещал сыну приехать с гостем.       — Джено, я…       Демон видел, как повлажнели глаза старшего. Сердце сжалось, Ли не думал, что когда-то увидит своего соперника таким, но всем свойственно меняться.       — Я два раза повторять не буду, — улыбнулся Ли, видя, как засуетился старший.       Да, теперь у них всё будет хорошо. Теперь они будут жить одной большой семьей, а после ритуала подарят Ренжуну братика, а то и не одного. Демоническая сущность больше не будет висеть угрозой над жизнью любимого мужа. Альфа всё решил. Он хочет состариться рядом с Джемином. Он нашел свой дом, свой свет в окне, что до сих пор является маяком счастливой жизни Ли Джено.