Никаких вас больше нет

Стоило упомянуть в разговоре Алину, как лицо Каразина исказила злоба. — Заткни пасть, упырь! Что ты знаешь о ней? О нас? В глазах этого человека читается гнев. Будто начинает рушиться то, на чем так долго держалась его борьба. О, быть может, Руневский и не знает всего, что их связывало, но даже из немногословных рассказов девушки он узнал достаточно. Достаточно, чтобы сделать необходимые выводы. А еще теперь он знает, что у Алины нежная кожа на руках. Руках, что оказались способны спасти его от верной гибели, вынув обжигающую ее саму пулю. Он знает о том, что бойкая на язык Алина по-девичьи смущенно опускает глаза, когда слышит в свой адрес комплименты. Он знает, что на животе у нее родинка, а на ступне маленький шрам от неудачной детской забавы. Знает, как она дрожит, если целовать ее в шею, и как стонет его имя. В мыслях невольно всплывают образы недавних дней (невольно ли?). Как она впервые поцеловала его, сама. Сначала нежно, а затем все настойчивее и жарче. Руневский отнюдь не считал свои надежды ложными, но видно боги действительно стали к нему благосклонны. Он вспомнил изгибы ее тела, ту самую родинку и то, как она обвивала руками его шею. Ее искаженное страстью лицо, горячечное дыхание и пальцы, впивающиеся в спину короткими ногтями и прижимающие к себе еще ближе. Такая хрупкая с виду, но какой же пожар она разожгла. Он уже никогда не выбросит из сознания ее заполошное Сашенька. Перед глазами образ прошлой ночи: она извивается и стонет под ним, умоляя не останавливаться. Если бы анархист мог это сейчас тоже увидеть, он бы, должно быть, обезумел. Руневскому впору дьявольски и победно улыбнуться, но он почти сдерживается. Достаточно и осознания того, что теперь он никогда не отдаст то, что обрел. — Никаких вас больше нет. Слова, сказанные вкрадчивым голосом, звучат набатом. И, если честно, ему плевать догадается ли Каразин об истинном положении вещей. Впрочем… — Ты убил ее своими бреднями. Ты теперь один. И это не такая уж и ложь, ведь Алина, которую знал этот человек, умерла уже давно.