Холодное сердце и огненная душа

      После событий той страшной ночи Нацу отрубился у себя на кровати и проспал до утра. Наконец тьма за окном сменилась ясным, солнечным днём. Несколько золотых лучей коснулись век спящего мальчика, и те задрожали. Медленно открывшись, явили миру алые, словно рубин, глаза, ранее бывшие серыми. — «Первое, что я увидел, открыв глаза, была моя комната, а сам я лежал на кровати. Всё-таки это был сон. Вау. Просто вау. В моей жизни было много странных и необычных вещей, но это что-то новенькое. Я собрал сокровище отца по частям, а потом на меня напали какие-то монстры. Кто же знал, что у меня такая богатая фантазия, хе-хе-хе. То-то Хошино удивится, услышав от меня этот рассказ. Ну да ладненько. Ночь прошла, день наступил, пора идти есть и искать приключения вместе с ней».       С этими мыслями Нацу встал с кровати, с удовлетворением отметив, что одет не в пижаму, а свою обычную одежду, вышел из комнаты и направился в ванную.       Это утро семьи Касей не забудет никто, так как оно началось с прогремевшего на весь дом мальчишеского крика.

***

— «Я уже говорил, что в моей жизни было много странных вещей, и меня теперь сложно удивить. Так вот… Беру все свои слова обратно! Больше никогда не скажу ничего подобного! Тот сон вовсе не был сном! Это была реальность! Я действительно собрал сокровище отца, после чего на меня напали монстры. Не знаю, как, но мне удалось их победить, или прогнать, или ещё что-то в этом роде. В общем, они оставили меня в покое, но не это главное. Мои глаза… Каким-то невероятным образом они изменили цвет! Они были серыми! Серыми, Карл! Как у моей мамы! А сейчас они красные, как у моего отца! Не знаю, радоваться тому, что я так на него похож или нет. И почему Акеми такая спокойная? У меня у одного тут что ли крыша едет?!» — Не принимай так близко к сердцу, Нацу. Всё не так уж и плохо. Точнее, совсем не плохо. Наоборот, очень хорошо. Этот медальон пробудил в себе наследие отца, поэтому твои глаза изменили цвет. Ты ведь у нас дитя огня. А алые глаза тебе очень даже идут. Теперь ты ещё больше похож на нашего отца. Разве это не здорово, — сказала Акеми с мягкой улыбкой, стоя к нему спиной и что-то делая с медальном в то время, как её брат сидел на своей кровати, пребывая в состоянии сильного шока. — Окей. Если ты так говоришь. Что ты делаешь? — спросил он, когда она наконец повернулась к нему. — Что это? — Парочка штрихов для твоего нового образа, — с этими словами она одела на его шею медальон, после чего подвела за плечи к зеркалу. Сама девушка встала рядом, скрестив на груди руки и улыбнувшись. Вид у неё был гордый и довольный собой.       До этого медальон держался на верёвочке, но сейчас это была блестящая на свету цепочка. Под ней по прежнему был белый шарф. — Тебе очень идёт, Нацу, — тепло улыбнулась Касей, смотря на новый образ брата. — Правда? — с удивлением спросил Нацу, повернув к ней голову. — Мне кажется, что это немного вызывающе. — «Я привык носить шарф, но не медальоны, тем более, на цепи. Никогда не считал себя модником. Этим в основном увлекается моя сестра, но не я. Для меня в первую очередь важны удобства и прочность». — Нет, это как раз то, что надо, — подмигнула она, показав большой палец. Она задумчиво осмотрела Нацу со всех сторон, сжав пальцами подбородок. — На твоём месте я бы ещё одела браслет или ещё что-то в этом роде. — «Эм… браслет? Зачем? Ничего не имею против них, просто это, опять же, непривычно».       Нацу удивлённо поднял одну бровь, всем своим видом выражая непонимание и неуверенность в этой идее. — Но это совсем не мой стиль. Да и зачем он мне сейчас? Я всего лишь иду в гости к Хошино. Мне ещё надо придумать, как объяснить ей тот факт, что мои глаза неожиданно изменили цвет, — эти слова вызвали на лице розовласки радость, её глаза засияли. Казалось, ещё немного, и она завизжит от переполняющего её счастья. Нацу уже привык к такому поведению сестры и не обращал особого внимания, но тут девушка ухватила его за плечи и быстро повела к выходу. Хотя, в основном толкала, а его ноги и тело ехали в указанном направлении. Какими бы тонкими и маленькими не были её руки с ладонями, сила в них была далеко не девичьей. — Как скажешь, Нацу. Иди. Чем быстрее, тем лучше. Не заставляй милую Хошино ждать, — счастливо проворковала она, продолжая «вести» его через весь дом до самой входной двери под удивлённый взглядом матери.       Услышав это имя, Нацу широко распахнул глаза, покраснев. — «Вот же… Акеми, блин. Знает ведь, что я не могу контролировать свои чувства и легко покраснею от одного только имени!» — Покажи ей, насколько ты крут! — как ни в чем не бывало продолжала она, «ведя» его уже по улице, в сторону нужного домика. — О чём ты говоришь? — решив прикинуться дурачком, лишь бы она от него отстала, пробормотал он. Но, как назло, покрывший щёки, румянец, было так легко не убрать. Душа наполнялась теплом при одном только упоминании синеволосой подруги, а сердце ускоряло свой ритм. — «Серьёзно, хватит уже. Я, конечно, хочу, чтобы Хошино узнала о моих чувствах к ней, но не сейчас же! Ещё не время!» — Если будешь делать, что я говорю, братишка, Хошино обязательно тебя влюбится! — остановившись перед домом семьи Локсар, воскликнула Касей. Взъерошив розовую шевелюру и показав большие пальцы, она побежала в обратную сторону. — Удачи тебе! — Да хватит уже! — крикнул он вслед сестре, но та уже была далеко, хотя, он всё ещё слышал её звонкий смех. — «Девушки… Иногда они такие странные.» — С этими мыслями он постучался. — Привет, Нацу, — дверь ему открыла Хошино. Она улыбнулась, поприветствовав друга, и тут же шокировано распахнула глаза — Ого! Что с твоими глазами? Почему они красные? — Не знаю, — пожал тот плечами, проходя в дом. — Прошлой ночью со мной произошло нечто странное.       Они прошли в кухню, где их уже ждал накрытый стол с кружками горячего чая. Сев за него и взяв в руку кружку, Нацу начал рассказ. — «Наверное, я никогда не перестану удивляться чудесам этого мира. Особенно, если это касается Нацу. Ещё вчера у него были серые глаза, а сейчас они алые, как рубин или спелая вишня. Я не люблю красный цвет, так как он ассоциируется у меня с кровью. Но в этот раз всё было иначе и новый цвет глаз Нацу не вызывал у меня отторжения. Наоборот, мне нравилось смотреть в его новые очи». — Мне нравится новый цвет твоих глаз. Они красивые, — улыбнулась синеволосая девушка.       От неожиданности Нацу едва не разлил чай. Его лицо вспыхнуло. — П… Правда? — спросил он, пребывая в шоке от услышанного. — Да, — кивнула она, по прежнему улыбаясь. — Какого бы цвета твои глаза не были, ты всё ещё Нацу Касей. Мой лучший друг. — «Её слова как бальзам на душу. Значит, мне не нужно переживать из-за их нового цвета. Они ей нравятся. Я ей нравлюсь таким, какой есть, пускай и как друг. Это… хе-хе… грустная правда». — Подумал Нацу со смущённой и вместе с тем горькой улыбкой. — «Ну да ладно. Главное, что её это ни капельки не напрягает. Пока мы вместе и можем вот так проводить время, меня всё устраивает. Вот бы это продолжалось целую вечность.» — Ты тоже мой лучший друг, Хоши, — тепло улыбнулся он девушке, отчего её щёки немного порозовели. — «Его слова как бальзам на душу. Когда он улыбается или говорит такие приятные вещи, моё сердце начинается биться быстрее, а внутри становится так тепло и хорошо. Вот бы это продолжалось целую вечность. Я, Нацу, и вкусный, горячий чай. А ещё моя семья, и все остальные жители лагеря. Это было бы идеально».       Она сделала глоток чая, блаженно прикрыв глаза, наслаждаясь его теплом, как снаружи, через держащие кружку пальцы, так и внутри. — «Хотя… тот факт, что мне приходится носить перчатки, пускай и красивые, чтобы случайно ничего не заморозить, немного портит общее впечатление. Они словно напоминание о том, что я… не совсем обычный маг».       Стоило ей об этом подумать, как она ощутила знакомую головную боль. Поморщившись, коснулась пальцами пульсирующего лба. Внезапно она услышала в своей голове шепот. Тот самый шепот, который не раз пытался заставить её поддаться своей тёмной стороне и начать делать плохие вещи, уничтожать всё вокруг, причинять боль, устроить во всём мире вечный ледниковый период. — Ты в порядке? — обеспокоенно спросил Нацу, заметив это. Девушка подняла на него взгляд и улыбнулась. — Да, я в порядке. Тебе не о чем беспокоиться. — «Это всего лишь головная боль, она скоро пройдет. Не придавай этому большого значения. Выкинь эти мысли из головы и забудь, что они вообще к тебе приходили». — Думала она про себя, с трудом сдерживаясь, чтобы снова не схватиться за голову. Боль в ней нарастала, как и количество мрачных мыслей. Она чувствовала, как в её руках концентрируется магия, сдерживаемая перчатками.       Нацу нахмурился, осознав, что она ему врёт. Наклонившись вперёд, он обхватил руками её покрасневшее лицо, заставив синие глаза удивлённо распахнуться и посмотреть на него. — Пожалуйста, не ври мне, Хоши, особенно если чувствуешь себя плохо. Мне больно видеть тебя такой. А ещё больнее, когда ты терпишь и ничего мне не рассказываешь. Пожалуйста, скажи мне, Хоши, в чем дело. Тебе плохо? — тихо спросил он, смотря ей в глаза.       Его голос спокоен, но в нём можно услышать боль, печаль, а также мольбу. Он очень беспокоился за подругу и не хотел, чтобы она скрывала от него свою боль. — «Не то, чтобы я не доверяю Нацу… Я верю ему. Верю всем своим сердцем. Но я не хочу, чтобы он узнал мою тайну. Можно попробовать соврать, но Нацу это сразу поймет. Да и хорошо это… врать другу. Может сказать правду… наполовину?» — Хорошо, — вздохнула она, беря руки Нацу в свои. Тепло его ладоней придало сил и уверенности. Обычно лёд от тепла тает, но не в этом случае. Это тепло согревало и наполняло силами. — Ты уже знаешь, что у меня есть проблемы с магией. Она связана с моими эмоциями, из-за чего часто теряю над ней контроль. В последнее время я чувствую себя странно. Не знаю, как это описать. Мою голову то и дело посещают странные, порой жуткие мысли.       Хошино неуверенно подняла взгляд на друга, как бы проверяя его реакцию. Его пальцы сжимали её руки, согревая. — Продолжай, — кивнул он, всем своим видом показывая, что внимательно слушает и перебивать не собирается. — Эти мысли… они… они говорят мне делать плохие вещи. Например, заморозить и уничтожить всё, что только попадётся мне на глаза. Причинять боль окружающим, также замораживая их, и… — она сглотнула, решив пропустить ту часть, где речь шла о крови. — В общем, создать вечную зиму или ледниковый период во всём мире. Не знаю, откуда только берутся эти странные мысли. Родители воспитывали меня хорошим человеком. Я не хочу делать все эти ужасные вещи. Но мысли продолжают настаивать. Говорят, что я зло. Совсем как это было в детстве, когда родители других детей запрещали им со мной общаться и играть, называя меня монстром. — Вздох. — Может, они были правы.       Услышав это, Нацу нахмурился, чувствуя, как вскипает кровь в его венах. Он хорошо знал, каким было детство Хошино, так как видел его собственными глазами, да и сам проходил через подобные трудности. Но слышать это снова, на сей раз от дорогой сердцу девушки, было ещё больнее и неприятнее, чем тогда. Он злился на тех, кто заставил Хошино считать себя чудовищем. — «Ну и что, что она маг льда? Магия бывает самая разная. Сама по себе она не добрая и не злая, всё зависит от того, кто её использует и с какой целью. Это всё равно, что считать пистолет злым просто потому, что он стреляет». — Кто посмел назвать тебя злой?! Не верь этой чепухе! — вспылил молчавший до сих пор Нацу, вскочив со своего места и сжав кулаки.       Хошино вздрогнула от этой неожиданной вспышки и удивлённо подняла взгляд. — «Нацу сердится. Неужели это его так зацепило? Хотя… да. Акеми говорила, что в детстве его тоже считали монстром из-за магии. Но он, в отличие от меня, не демон». — Не верь тем, кто говорит эту чепуху! Только тебе решать, быть на стороне добра или зла! И я знаю, что ты никогда не станешь причинять боль другим, особенно без причины! — говоря это, он ухватил девушку за плечи, смотря в её удивлённые, с сияющей в них благодарностью сапфировые глаза. — Гони эти мысли прочь! Не дай им испортить себе жизнь! Все они ошибаются! Ты никакое не зло! — Как я могу быть уверена? — «Этот вопрос сам собой вышел из моего рта. Наверное, я хотела услышать, что Нацу на это ответит. Каждое его слово наполняет мою душу теплом и верой в себя. Он прав. Только мне решать, какой быть. Я не должна слушать свою тёмную сторону. Я ведь не только демон, но ещё и человек».       Вместо ответа Нацу взял её ладонь в свои руки и приложил к груди, дав ощутить быстрое биение сердца. — Ты самая добрая и милая девушка, какую я когда-либо встречал. Не считая, моих сестер, конечно. То, что ты маг льда, ещё не значит, что ты — зло. Грей тоже маг льда, но он не злой. Да, он ледышка и порой тот ещё придурок, но всё ещё мой друг. Твоя сестра Касуми тоже, хоть она и отлупила меня своей сумкой во время той встречи, — неловко улыбнулся он, вспоминая тот случай. Хошино тоже улыбнулась, вспомнив об этом. — Не суди людей по их внешности и прочим, отличным от наших, особенностям. Порой просто нужно узнать человека поближе. Посмотреть ему в глаза, ведь они зеркала души. — Он тепло улыбнулся, нежно сжимая пальцами её ладонь. — Твои глаза говорят сами за себя. Ты не злая, Хоши. Я не вру. — Спасибо, Нацу, — мягко улыбнулась девушка, сжимая его ладонь в ответ. — Ты всегда знаешь, что сказать. — У меня есть идея. Пойдём искать приключения, — Нацу вышел из-за стола, ведя за собой Хошино, так как её ладонь всё ещё была в его пальцах. — Найдем неподалеку какое-нибудь подземелье и погуляем немного. — А почему именно подземелье? — с любопытством спросила девушка, выгнув одну бровь. — «При упоминании подземелья мне тут же вспомнились мои любимые фэнтези игры, в которых мне не раз приходилось гулять по самым разным подземельям. Они были страшными, тёмными, большими, а ещё наполненными самыми разными, довольно жуткими и опасными тварями. Так что у меня эта идея, в отличие от Нацу, не наполняла энтузиазмом. Но я решила ему довериться. У нас, если что, есть магия. Надеюсь, этот день пройдет хорошо». — Для меня один из лучших способов развеяться. Это освежает голову и напоминает мне, кто я, — с улыбкой пояснил Нацу, сопровождая свои слова активной жестикуляцией. — «Понимаю. Я тоже люблю расслабиться, участвуя в приключении. Вот только эти приключения обычно происходили в играх, а не в реальности. Правда, играя в них, я особо не думала о том, кто или что я». — И… Это поможет мне осознать, что я добрая, а не злая? — она удивлённо склонила голову на бок. — Ага. Покажет, что не стоит волноваться. Ведь ты уже хорошая. Здесь, — он снова приложил её ладонь к сердцу. — Мне нравится твоё сердцебиение. Если оно говорит, что подземелье поможет мне, я ему верю. Идём в подземелье! — с улыбкой воскликнула девушка, вытянув перед собой кулак. — В подземелье! — вторил ей Нацу, стукнув о её кулак своим.       Засмеявшись, они взялись за руки и выбежали из дома, искать подземелье, где их ждут приключения. — Удачи вам! — крикнул им вслед Хару, который всё это время был в другой комнате, дабы никому не мешать. — Когда вернётесь, приготовлю ромашковый чай!

***

      За забором, что окружал весь лагерь, был лес, куда и направились наши герои, решив найти себе приключения. Сегодняшний день как нельзя кстати подходил для нового, весёлого, незабываемого приключения. Чистое голубое небо, солнышко, звонко поющие в небесах и на деревьях птички, лёгкий ветерок, что играет с густой листвой. Под ногами невысокая, ярко-зелёная травка. Она приятно щекочет обутые в сандалии, маленькие ступни синеволосой девушки. Растущие тут и там цветы всех цветов радуги радуют глаз. Глядя на всю эту красоту, Хошино почувствовала себя намного лучше. — «Нам вовсе необязательно искать подземелье. Это место нравится мне куда больше, чем тёмное, холодное и наверняка опасное подземелье. Если оно ему так нужно, можно было погулять в нем в игре, но нет. Мы должны погулять по настоящему подземелью. Если Нацу что-то задумал, переубеждать его бесполезно.» — Вздохнула синевласка, наблюдая за идущим рядом с ней Нацу. Он внимательно оглядывался по сторонам, ища вход или то, что могло бы его открыть.       В один момент он отпустил её руку, и стал уходить с тропинки то в одну, то в другую сторону, смотреть под камнями, дёргать ветки деревьев, стучать по их стволам, проверяя, настоящее это дерево или нет. — Значит… так ты ищешь подземелье? — нарушила молчание Хошино, так как ей немного надоело идти в тишине. — «Не то, чтобы я такой любитель много болтать. Просто этот поиск, скорее всего, надолго». — Да, — кивнул тот, не прекращая поиски. — Чаще всего ход замаскирован. Приходится переворачивать камни, искать везде. Иногда это очень долго. — «Я заметила.» — Если хочешь, могу ускорить этот процесс, — Нацу с удивлением повернулся к ней. — Как? — спросил он, смотря на неё взглядом любопытного ребенка. — «Что бы такое придумать. Не могу же я сказать, что демоны, даже полукровки, имеют сенсорные способности. Впрочем, некоторые маги тоже так могут». — Это называется сенсорика. Я прочитала о ней в одной из книг. Сейчас узнаем, чему я научилась, — с этими словами она вышла в середину леса и закрыла глаза. — «Думай об окружающей местности. Представь её настолько ярко, насколько можешь, и прислушайся к своим ощущениям. Нам нужен вход в подземелье. Вход в подземелье. Он где-то спрятан». — Хоть её глаза и были закрыты, она ясно видела окружающие её деревья, траву, камни и тропинку, на которой стояли она и Нацу. Внезапно в её поле зрения попало одно из деревьев. В отличие от других, оно было не коричневым, а тёмно-серым, ненастоящим. — «Бинго!» — Готово, — она довольно улыбнулась, уперев руку в бок, указывая большим пальцем себе за спину. — Вон то дерево сделано не из дерева. — Правда? Сейчас проверим, — Нацу подбежал к указанному дереву, обхватил руками одну из ветвей и потянул на себя.       Они услышали звук чего-то открывающегося и, повернувшись в его сторону, увидели, как в большом камне появился проход. — Ура! — Нацу подпрыгнул от радости, обнял покрасневшую Хошино и, схватив её за руку, с весёлым смехом побежал в подземелье. — «Надеюсь, мы об этом не пожалеем. В принципе, это не так уж и плохо. Становится жарче, а это не очень хорошо отражается на моей коже».       Новая локация встретила их, мягко говоря, недружелюбно. Земляной пол покрывали большие, плоские, серые камни, давая понять, что тут когда-то были люди. А забитые битком полки и прочие отверстия в стенах лишь подтверждали сей факт. Куда ни глянь, со всех сторон на них смотрели своими пустыми глазницами черепа разных форм и размеров.       На полках лежали не только черепа, но и скелеты. При виде них Нацу остановился. Идущая позади него Хошино хотела было спросить в чём дело, но стоило ей выглянуть из-за его спины, как она тут же всё поняла. В её горле застыл крик ужаса, зрачки сузились, тело начала бить мелкая дрожь. Она обхватила руками предплечье Нацу, спрятав лицо у него в плече. Ей не было видно, какое у него сейчас выражение лица и взгляд, сам он молчал, так сложно было понять, страшно ему или нет.       Какое-то время они молча стояли на входе, застыв, как два истукана. Нацу впереди, она позади, вцепившись в его руку как кошка. — «Если это место то, о чём я думаю, то его обитатели будут нам совершенно не рады. Надо повернуть назад, пока не поздно. Мне не нравится это место».       Но не успела она озвучить эту мысль, как Нацу быстро пошёл вперёд, ведя её за собой. — Смотри, Хоши, боевые перчатки! — его голос эхом разнёсся по подземелью, отталкиваясь от стен, как и их шаги.       Он подошёл к лежащей на полу паре покрытых броней перчаток, поднял и одел их. Они пришлись ему впору. Хошино молча шла рядом, желая сказать ему о своих опасениях, но не в силах произнести ни слова по вине собственного характера. — «Ну почему дар речи пропадает именно тогда, когда он так нужен?! Черт!»       Какое-то время ребята шли по подземелью молча. Несмотря на окружающую их мрачность, Хошино с удивлением поняла, что это место не такое страшное и опасное, каким казалось на первый взгляд. Оно было древним, потому здесь было так много костей. В данный момент её интуиция была спокойна, так что она немного расслабилась. Нацу, судя по всему, понял это раньше неё. Он быстро шёл вперёд, с любопытством оглядываясь по сторонам. — Спасибо за прогулку, Нацу, — нарушила тишину Хошино, одарив мальчика благодарной улыбкой. Ответом ей стала такая же, не менее теплая улыбка. — Да без проблем. Обращайся, — подмигнул он. — «И всё же Нацу очарователен». — Подай мне её, пожалуйста, — указал он на нужный ему предмет в стене. — Держи, — подала она ему лучину, которую он тут же зажёг. Вспыхнувший факел придал стенам золотистый оттенок, на них и на полу заиграли тени наших героев. — Ты уверен, что нам нужен факел? Ты же сам огненный маг. — «А ещё я хорошо вижу в темноте». — Оу… Ну… Я думаю, факел в подземелье это круто, — ответил он с неловкой улыбкой. — А, ну ладно, — пожала она плечами. — Как скажешь. Пусть он останется. — «Хоть я и проходила игровые миссии в подземельях, думаю, Нацу разбирается в них лучше меня».       Они продолжили путь, вновь погрузившись в молчании. В голове Нацу мелькнула мысль о том, что это своего рода свидание, но он тут же отбросил её. Ведь свидание должно проходить в куда более светлом и позитивном месте. Если однажды он всё же решится позвать её на свидание, то туда, где ей точно понравится. Хоть она и не возражала против прогулки по подземелью, было видно, что ей всё же не шибко комфортно. Ему и самому, если быть полностью честным, не слишком сильно нравилось данное место. Подземелья, в которых он был до этого, имели более дружелюбный вид, но коль они пришли сюда, то должны пройти до конца. Авось найдут скрытое в его недрах сокровище или ещё что-нибудь необычное. — Эй, Нацу, это место не кажется тебе немного… жутким? — осторожно спросила у друга Хошино, оглядываясь по сторонам. Чем больше ей на глаза попадалось костей, тем менее уверенно чувствовала она себя в этом месте. — Тебе страшно, Хоши? — повернулся к ней Нацу. На его лице и в глазах отражено беспокойство. — Если хочешь, мы можем уйти и заняться чем-нибудь ещё. Я это я, а ты это ты. Не подумай, что я считаю трусихой. Просто беспокоюсь. Тебе ведь и так нелегко. — Нет-нет, всё хорошо. Тебе не о чем беспокоиться, — замахала она перед собой руками, отрицательно качая головой. — Просто я не привыкла к таким необычным местам. — «Нацу прав, у нас с ним немного разные способы развлекаться, но если ему здесь нравится, я не буду мешать. К тому же, я не прощу себя, если брошу его здесь одного». — Это место лишь пытается казаться страшным. Просто здесь всего чересчур. О, монетка! Хороший знак! — вновь став позитивным, воскликнул Нацу, наклонившись и взяв лежащую на полу золотую монетку, после чего убрав в карман куртки. — «Надеюсь, ты прав». — Под «чересчур» ты имеешь в виду то, что здесь так много чере… — она прервалась на полуслове, когда неожиданно остановился и придержал её за руку, тоже остановив. — В чём дело? — она посмотрела вперёд и вздрогнула.       Впереди, не так далеко от них, спиной к ним, сидел огромный скелет. Услышав их голоса и шаги, он обернулся. — Эй, — обратился он к ним недовольным голосом, подойдя ближе. — Зачем вы здесь? Вы что, мародёры? — «Ой-ей… А вот и те местные жители, встречи с которыми я остерегалась». — Хошино нервно сглотнула и, воспользовавшись тем, что Нацу отпустил её ладонь, убрала руки за спину и незаметно сняла с них перчатки. — Простите за вторжение, мистер скелет. Мы не мародёры. Я и мой друг пришли сюда на прогулку. Клянусь, мы ничего здесь не трогали. Знаете, у меня есть магия, и я не побоюсь ей воспользоваться, если вы захотите нам навредить, — скороговоркой проговорила она, подняв перед собой светящиеся синим руки. — Погоди, Хоши. Не кипятись, — опустил её руки Нацу. — Дай нам минутку. — Ладно, — кивнул скелет. Нацу отвёл Хошино чуть поодаль от скелета и зашептал, прикрыв рукой рот. — У него там, наверное, сокровища, раз он подумал, что мы мародёры. Если мы хотим узнать, где оно, мы не должны использовать на нём магию. К тому же, он не выглядит злым. — «Он прав. Я не чувствую от этого костяного парня опасности. Было бы жестоко атаковать его просто так». — Вот, смотри, — Нацу быстро подошёл к скелету, всем своим видом выражая решимость. Кулаки сжаты, в алых глазах огоньки. — Ну-ка, сдавайся! Говори где сокровища, если не хочешь стать горсткой пепла! — Остынь, Нацу! Не кипятись! — встала между ним и скелетом Хошино, к удивлению обеих сторон. — Ты же сам сказал, что он неплохой парень. Так зачем пускать в ход оскорбления и угрозы? — Она повернулась к великану скелету и поклонилась, не забыв при этом приподнять полы чёрного платья. — Простите нас, мистер скелет. Как я уже сказала, мы не мародёры. Меня зовут Хошино, а это мой друг, Нацу. — Привет, — помахал тот, впав в ступор из-за действий синеволосой подруги. — Мы пришли сюда прогуляться и освежить головы. Ну и, возможно, найти парочку сокровищ и необычностей, если вы, конечно, не против. Если против, мы не будем их трогать, — говоря это, она, как могла, подавляла свой страх, пытаясь сделать голос спокойным и как можно более дружелюбным, не забыв под конец улыбнуться. — Да нет, не против. Здесь есть сокровища, но они нам не нужны. Всё равно мы не можем выйти отсюда и воспользоваться ими. А вы… — тут его взгляд упал на платок, точнее, на украшающий его белый узор. — Ах! Так вы… Вы дочь Инессы? Принцесса? Господи! Простите мне мою грубость, принцесса! Я вас не сразу узнал! Вот я дурак! Как только не обратил внимание на платок, волосы и глаза, — кивнул он на выглядывающие из-под платка недлинные синие пряди и расширившиеся от удивления очи. — Вы же дочь бывшей прин… — Ничего страшного! С кем не бывает! Да, я дочь Инессы! Та самая! Единственная и неповторимая! Спасибо за разрешение! Нам с Нацу пора! Пока! Удачи! Еще увидимся! — оборвала она скелета очередной речью-скороговоркой, схватила Нацу за руку и быстрым шагом продолжила путь, второй рукой помахав на прощание. Великан помахал в ответ. — Ох, чуть не забыл. У меня же есть карта, — он достал из глазницы карту и протянул подбежавшей к нему синевласке. — Удачи вам в поисках! Я, если что, буду сидеть здесь, если вам вдруг понадобится моя помощь. — Благодарю, — поклонилась она и вернулась к ожидающему её Нацу. — Что это было? — спросил Нацу у Хошино, непонимающе склонив голову. — Откуда он знает твою маму? И почему он назвал тебя принцессой? — Без понятия, — пожала она плечами. — Папа почти ничего не рассказывал мне о прошлом мамы, кроме того, что она была весьма известна в магическом мире. Может это было её прозвищем. — «На самом деле, я знаю, почему этот костяной парень так отреагировал, когда увидел узор на моем платке, но Нацу сейчас это знать необязательно. Расскажу в другой раз». — Рад видеть, что тебе весело, — улыбнулся он, погладив её по голове. — Ну… Можно и так сказать. — Смущённо улыбнулась она. — «Быть дочерью знаменитости не так уж и плохо. Можно больше не беспокоиться о местных жителях». — Идём искать нашу следующую «жертву», — шутливо сказала Хошино, усмехнувшись и, ускорив шаг, пошла вперёд. — Стой, Хошино. Придержи коней, — Нацу придержал её за руку, заставив остановиться и с удивлением обернуться. — Что такое? — Ха-ха-ха. Рад видеть, что ты втянулась, Хоши, но в подземельях так себя не ведут, — Хошино подняла одну бровь. — Надо красться. — Красться? — «Как в играх с миссией стелс?» — Вот так. Смотри на меня, — Нацу стал медленно идти на цыпочках, немного присев. Следуя его примеру, Хошино приняла ту же позу и так же замедлила шаг, начав идти на цыпочках. — И не забывай смотреть по сторонам. — «Да. Прямо как в играх. Только монстры в них были совсем не дружелюбными».       Заметив впереди поворот, он дал ей команду остановиться и осторожно выглянул. У стены сидел огромный, больше прежнего, скелет в броне. В одной руке он держал меч, во второй щит. Неподалеку от него висела сделанная из черепов люстра, к ним были прикреплены горящие свечки. Сама люстра держалась за верёвку, другой конец которой привязан к крюку в стене.       Нацу воткнул факел в одну глазницу одного из черепов и повернулся к подруге. — Итак, этого монстра нам так просто не напугать и не задобрить, так что используем план «Б». Ты стреляешь льдом по верёвке, люстра падает, отвлекает монстра, мы вбегаем, — он показал пальцами бег. — Это будет элемент неожиданности. А у тебя появится возможность проявить себя в этом приключении. — Ого. Мне нравится этот план, — Улыбнулась девушка. — Звучит круто. — Ага. Ты готова? — Да. — Прежде чем начнем, хочу спросить. Ты точно сможешь попасть без шума в верёвку? — Да. — По шкале от одного до ста, — Нацу понизил голос до шёпота, — как точно ты можешь без шума попасть льдом в верёвку с пятнадцати метров? — Эм… — Хошино задумчиво опустила взгляд. — «Этого вопроса, тем более от Нацу, я совершенно не ожидала. Я думала, он всегда сначала действует, а потом думает». — От одного до ста. — 42, — неуверенно ответила она. — 42? — Нацу ойкнул, случайно повысив голос, и тут же прикрыл рот рукой. — Не знаю. Я себя не оценивала, — всё так же держа голос на шёпоте, ответила она. — Нет, это круто, нормас. Давай, стреляй в верёвку, — он указал на цель. — «Окей. Попытка не пытка. Игнил говорил, что на тренировках я показывала хорошие результаты.             Она выглянула из-за угла, прищурила один глаз, подняла правую руку с указательным пальцем и выпустила маленькую сосульку. Она попала точно в цель, перерезав верёвку. — Ого! — Нацу открыл рот, изумлённо распахнув глаза.       Верёвка порвалась, и люстра с грохотом упала на пол. Нацу и Хошино выбежали из-за угла с боевым кличем, в руках первого — огонь, в руках второй — лёд. Но когда выпущенный Нацу фаербол прошёл сквозь монстра, не причинив ему никакого вреда, они остановились. Оказалось, что это и не монстр вовсе, а иллюзия, похожая на голограмму, которая исчезала, стоило кому-то или чему-то её коснуться. — Этот монстр ненастоящий, — сказал Нацу Хошино после того, как несколько раз провёл по нему рукой. — Значит, идём дальше, — Хошино хотела уже продолжить путь, но её снова остановили. — Погоди минутку. Если кто-то здесь установил эту иллюзию, то, может, в этом месте что-то спрятано, — Нацу опустился на колени и стал внимательно осматривать пол. — «Ох, это надолго. В игре всё было быстрее и интереснее. Хотя, встречающиеся тут и там монстры порой здорово раздражали».       С этими мыслями она отошла к стене, где села, приняв позу лотоса, и стала ждать Нацу. Дабы хоть как-то себя развлечь, создала снежный шарик и стала перекидывать его из одной ладони в другую, после чего подбросила в воздух, где он рассыпался, распавшись на множество сияющих снежинок.       Через некоторое время она и вовсе заснула, положив голову на ладони и прикрыв глаза. — Эй, проснись! — потряс её за плечо Нацу. На его лице сияла улыбка, алые глаза выражали счастье. — Я медитировала, — она слегка покраснела, но всё же приняла его руку и встала на ноги, отряхнув подол тёмного платья. — Смотри, что я нашел, — он показал ей маленький золотой ключ. — Ключик! Он от того сундука, что мы видели по пути сюда? И теперь нам надо вернуться? — Не надо, а стоит. Вперёд и с песней! — он взял её за руку и бодро зашагал в обратную сторону, не заметив на лице девушки сомнение. — «Это приключение больше не кажется мне интересным. Оно стало каким-то скучным. Искать ключи, ходить туда-сюда, использовать их к сундукам, надеясь, что на сей раз он подойдёт. Эх… Никогда не нравились подобного рода квесты. Как же это скучно. Расстроится ли Нацу, если я скажу ему об этом? Хорошо, что идём быстро». — Вот здесь я нашел ключ, — Нацу остановился, указав на небольшую дыру в полу. — А поскольку ключ не подошёл к прошлому сундуку, думаю, он подойдёт к этому.       Он встал на колени и заглянул в туннель. Хошино последовала его примеру и тоже заглянула. На другой стороне было подземное озеро, посреди которого каменный островок. К нему вело несколько тропинок. На островке стоял большой, похожий на шкаф, сундук, замок на нём был в виде черепа, а крышку покрывал соответствующий узор. — Вот, — Нацу дал ей ключ. — У тебя снова есть возможность поучаствовать в приключении.       Туннель был достаточно большой, а сама Хошино худенькая. Она без труда прошла на другую сторону, хоть ей и пришлось ползти. Нацу прошел следом и с улыбкой показал большой палец. Она ответила тем же. — «Другое дело. Это уже интереснее». — Она повернула в замке ключ и дверца с лёгкостью отворилась. Из шкафа-сундука на неё уставился череп похожего на дракона скелета.       Она вскрикнула, отшатнулась и, потеряв равновесие, упала, начав ползти в обратную сторону, со страхом смотря на приближающееся к ней чудовище. — «Черт! Как же он меня напугал! Кто или что это, чёрт побери?! Он совсем не похож на своего товарища! От него я как раз-таки чую опасность! Что же делать? Что делать?» — Хошино! — услышала она позади себя крик Нацу и его быстро приближающиеся шаги. — Займи моё место, — прохрипел костяной монстр, выйдя из шкафа и стремительно приближаясь к ней. — Займи моё место. — Я не хочу занимать твоё место! У меня есть своё! — прокричала она, вытянув перед собой руки и превратив его в ледяную статую. Существо упало на спину вместе со шкафом. — Ледяной дождь! — прокричала она, вскочив на ноги и подняв руки. В воздухе появилось множество ледяных сосулек. Она опустила руки, и все они пронзили статую, отчего та рассыпалась на множество мелких кусочков вместе со шкафом.       Хошино упала на колени, тяжело дыша. Нацу подбежал к ней, и она обняла его, спрятав лицо в груди, крепко обхватив руками талию розоволосого. Он обнял синевласку в ответ, гладя по волосам и дрожащей спине. — Ты в порядке? Он не ранил тебя? — взволнованно спросил Нацу, осматривая её ранения, когда она отстранилась. — Нет, не ранил. Не успел. Я победила его раньше, чем он успел это сделать, — тихо ответила она, постепенно приводя в порядок дыхание. — Прости, что сделала это. Я помню, что сперва мы должны были его расспросить. Но он хотел, чтобы я заняла его место. Не знаю, что это значит, и знать не хочу. Я так испугалась! — она обхватила себя руками за плечи. — Тебе не за что извиняться, Хоши. Ты правильно сделала, что прикончила этого парня. Прости, что не пришел раньше. Не думаю, что мы смогли бы найти с ним общий язык. Даже с твоей добротой. Хотя… О! Ключ! — Заметив среди ледяных осколков, Нацу достал его. — Возвращаемся к первому сундуку! Уверен, на сей раз ключ подойдёт! Возьмём то, что внутри, и уйдем!       Нацу взял девушку за руку, собираясь поднять с земли, но она не сдвинулась с места и он с удивлением повернулся к ней. — Я должна была сказать это раньше, — она глубоко вздохнула и подняла на него виноватый взгляд. — Нацу, мне совсем не весело. — Почему ты раньше мне этого не сказала? Я думал, тебе весело. Ты выглядела такой счастливой, особенно после встречи с тем дружелюбным парнем, — Нацу присел на корточки, смотря на потупившую взгляд синеволосую девушку. — Ну… Я стараюсь делать всё, что ты говоришь. Ты ведь лучше меня разбираешься во всём этом. Но мне не нравится. Вернее, мне кажется скучной беготня туда-сюда, поиск ключей и бесконечные попытки открыть тот или иной сундук. Это потому что я злая? — она подняла на него взволнованно-испуганный взгляд. — Что? Нисколько! — Нацу сперва растерялся и также заволновался, но тут же нашёл решение, и с улыбкой предложил его Хошино. — Давай, теперь всё будет по-твоему! — Правда? — удивилась она. — «По моему?» — Да! Я вёл себя по-хамски, миледи, — он встал перед ней на колено, как это делали рыцари в историях, которые ему порой рассказывал Игнил. Он бросил факел в озеро, и тот затух, издав пронзительное шипение. — Ладно. Вон там ещё одна дверь. Что ты хочешь сделать?       Он помог ей встать на ноги, и они подошли к большой, железной двери с висящим на ней замком. — «Хм… Эта дверь железная, и в ней также есть замок. Не хочу снова бегать туда-сюда и искать к нему ключ. Можно сделать иначе. Так будет быстрее и проще. Не уверена, что это то, что должна делать миледи, но… А, ладно. Разберемся по ходу пьесы. Попытка не пытка». — Я открою нам путь. А если точнее, — она подняла правую руку, покрыв её льдом и придав тому форму клинка. — Разрублю.       Она нанесла удар клинком крест-накрест и что есть сил пнула. Она упала, разделённая на четыре части, подняв немалый грохот. Ребята прошли сквозь неё, оказавшись перед мостом, что вёл через пропасть. Со всех сторон её окружали испещренные пещерами стены. Хошино ступила на мост, оглядываясь по сторонам и держа клинок наготове. На её лице решительное выражение, синие, с вытянувшимися зрачками, глазами, сверкают в полумраке. — Сработало! Это было круто! Ты права, Хоши. Так намного проще и быстрее. А я то парился со всеми поисками и ключами. Надо было просто сжечь её к чёртовой матери! Ну и что теперь? — не успел он договорить, как девушка побежала вперёд, подняв перед собой светящиеся синим руки. — «Я всё ещё не отошла после того происшествия со скелетом. Я была напугана, в какой-то степени расстроена, а ещё недовольна. Не просто недовольна, я была сердита. Что о себе возомнили жители данного подземелья? Они считают, что если я маленькая, хрупкая девочка, то это значит, что меня можно пугать до полусмерти и делать прочие жуткие вещи? Ну уж нет! Так не пойдет! Коль Нацу разрешил мне делать здесь всё, что я захочу, я это сделаю! Не знаю, почему, но мне очень хочется заморозить здесь всё к чёртовой матери! Устрою им Новый год!»       Хошино побежала вперёд, издав пронзительный, боевой клич, вытянув в обе стороны руки, замораживая всё, что попадется ей на глаза. Лёд покрыл стены пещеры, потолок, удерживающие его деревянные балки, торчащие из-под потолка толстые корни. С потолка один за другим посыпались громадные камни. Один из них едва не прибил Нацу, но тот успел отскочить в сторону. — Мда… Сейчас ей действительно весело. А ты молодец, Хоши, — сказал он ей с нервной улыбкой и каплей над головой. — Спасибо, парниша, — она остановилась и с улыбкой повернулась к нему. Поднявший вокруг неё холодный, с парящими в нём снежинками и синими лепестками ветер развеял волосы и подол платья, вкупе со сверкающими в полумраке кошачьими глазами это придало ей довольно жуткий вид.       Увлёкшись заморозкой окружающего её пространства, она не заметила появления других местных жителей, которым явно не понравилась её идея с заморозкой подземелья.       В отличие от прошлых, встреченных ими монстров, эти лишь отдаленно походили на людей. Передвигались на четвереньках, цепляясь руками и ногами за покрывающие стены корни, выглядывая из дыры в потолке. У них были вытянутые головы и подобие морды, сверкающие зелёные глаза, а их тела опутала паутина.       Заметив, что Хошино бежит дальше, к следующей двери, они поползли по стене за ней. — «Снова дверь. Заморозить и разрушить. Заморозить и разрушить! А? Что?»       Стоило ей поднять руку со светящейся в ней синей магией, как ту что-то остановило, заставив выронить синий шарик. Она повернула голову и поморщилась. Тем, что остановило руку, была приклеившаяся к её запястью паутина. Её источником были наблюдающие за ней со стены скелеты. Ещё двое выпустили новый заряд паутины, что приклеилась к её плечу и локтю. — «Фу, какая гадость! Ненавижу паутину! Чёрт! А они сильные! Они стали тянуть её на себя, все вместе. Не будь я такой сильной, они бы уже давно оторвали меня от земли». — Держись, Хоши! Я иду! — побежал к ней по мосту через обрыв Нацу. — Защищайся! Используй лёд для защиты! — «Я не должна быть обузой для Нацу. Защити меня, сила льда!»       Она отдала мысленный приказ льду, и он покрыл паутину, быстро ползя по ней вверх. Дойдя до того, кто её выпустил, мгновенно покрыл собой тело скелета, после чего рассыпался на множество мелких кусочков. Тоже самое произошло с остальными. Их нити, как и они сами, замёрзли, а после рассыпались. — Так держать, Хоши! — поддерживал её с середины моста Нацу. — Покажи им, где раки зимуют! — «Да! Кормите мой лёд, мерзкие твари!»       Покрыв льдом всё ещё прикреплённую к её рукам паутину, она использовала её как хлыст, нанося удары направо и налево, сбивая сидящих на стене скелетов в пропасть, превращая их в груду костей. Разбивая стены, за которыми прятались их товарищи, и пронзая их тела сосульками, прикрепляя к стене.       Она кружилась на месте, безумно смеясь. Её внутренний демон был очень доволен. Это выражалось в её узких зрачках, выступивших на лице венах, а также удлинившихся клыках и когтях, чего Нацу, к её счастью, не видел. — «Сила мороза!» — Осторожнее, Хоши! — крикнул Нацу, уворачиваясь падающих с потолка, покрытых льдом камней. — Кажется, наша прогулка подходит к концу. Я рад, что ты повеселилась, но теперь нам пора домой! Игнил может хватится!       Зовя разошедшуюся не на шутку девушку, Нацу не заметил, как позади него появился самый большой из всех живущих в этом подземелье скелетов. Он вылез из пропасти, заметив стоящего рядом с ней розоволосого парнишку, схватил того рукой и потащил наверх, к дыре. Пальцы скелета сжимали Нацу так крепко, что у того заболели ребра, а руки были плотно прижаты к телу, из-за чего он не мог призвать на помощь пламя. — Хошино! Помоги! — закричал он, дергаясь всем телом, пытаясь хоть как-то выбраться из мёртвой, в прямом смысле этого слова, хватки. — Нацу? — услышав его крик, девушка обернулся. Увидев, что его забирает чудовище великан, очень испугалась и в тоже время разозлилась. Зашипев не хуже рассерженной кошки, прищурив окрасившиеся в алый глаза, она прыгнула на стенку и полезла по ней словно человек паук, работая когтистыми руками и помогая себе ногами.       Она залезла в дыру, куда монстр унес её друга, и осмотрелась по сторонам. — «Куда это чудовище унесло Нацу? Ему лучше вернуть моего друга по хорошему, или я за себя не отвечаю! Никто не смеет причинять боль близким мне людям! Никто!»       Заметив сидящее у стены чудовище, она выпрыгнула из дыры и приземлилась на ноги, приняв боевую позу. Её глаза вновь стали синими и с нормальными зрачками, так как здесь был Нацу. Чудовище держало его в руках, закутывая в паутину, словно паук муху. — Помоги мне, Хоши! Но не используй лёд! А то я… — он не успел договорить, так как паутина закрыла ему рот. — Немедленно отпусти его! Или узнаешь ледяной гнев! — прокричала девушка, идя навстречу чудовищу, всем своим видом показывая, что шутить не намерена. Стены и пол под её ногами начали покрываться льдом, начал идти снег. — «Я покажу тебе, что значит связываться с дочерью снега!»       Перед глазами Нацу всплыл момент, когда он плохо сказал о Джераре, и она рассердилась. ***       Нацу обернулся, собираясь что-то сказать, да так и застыл.       Наверное, это был первый и, он надеялся, последний раз, когда он испытывает это непривычное, жуткое, невыносимое чувство леденящего кровь и парализующего тело страха. Причиной ему была вставшая на ноги, подошедшая к нему почти вплотную и наклонившаяся к лицу девушка. А если точнее, её глаза. Некогда насыщенно синие, они потемнели, став словно море во время шторма. Никто и никогда ещё не смотрел на него с таким холодом. В них не было ненависти или злобы. Взгляд синеволосой девушки, её лицо со сжатыми в тонкую полоску губами и напряженная, с кулаками поза, предупреждали. — Не смей так о нём говорить, — прошептала, нет, прошипела она, четко проговаривая каждое слово. — Ты ничего не знаешь. Даже если ты мой друг, Нацу, я никому не позволю говорить о Джераре плохо. Надеюсь, ты меня понял. ***       Сейчас она выглядела точно так же. Этот холодный взгляд тёмно-синих глаз, эти сжатые в тонкую полоску губы, кулаки, даже развевающиеся на холодном ветру волосы и полы платья — все они предупреждали.       Чудовище никак не отреагировало на её угрозы, всем своим видом давая понять, что ему всё равно. — Это ты зря, — еле слышно промычал из-под паутины Нацу. — Вот значит как. Прекрасно.       Хошино упала на колени, приложив ладони к земле. Из-под её пальцев вышло несколько ледяных цепей. Они обхватили тело монстра, словно кокон, не давая вырваться и тем более пошевелиться. — Я не чудовище и не зло, я умею быть доброй и милой. Но если вы причините боль моей семье и друзьям, пеняете на себя. Скажи спасибо, что не сделала ледяной статуей. Советую подумать о своем поведении, мистер костяной монстр, — с этими словами она подошла к упавшему на землю, всё ещё в паутине Нацу. В её руках появилась уже знакомая ледяная коса. Взмах, и её длинное, изогнутое лезвие перерезает сковывающую его тело паутину, освободив его. — Хошино! — он вскочил на ноги и побежал к ней. — Нацу! — она отбросила исчезнувшую в синих лепестках косу и побежала навстречу.       Они крепко обняли друг друга, смеясь. Нацу обхватил её руками за талию и, приподняв в воздух, раскрутил. — Это было так круто! Ты самый лучший ледяной маг в мире! Грей тебе в подметки не годится! — с улыбкой воскликнул Нацу, опустив подругу на ноги. — Честно, в какой-то момент я даже испугался и подумал, что ты заморозишь его вместе со мной. — Никогда, — она отрицательно покачала головой, одарив Касея очаровательной улыбкой. — Зачем мне замораживать своего лучшего друга и жениха? — Хошино… — «Хоть мы и являемся женихом и невестой лишь формально, и она по прежнему фрэндзонит меня, её слова о том, что я её лучший друг и жених, сделали меня невероятно счастливым. Да и то, что она спасла меня от чудовища, аки принцесса своего рыцаря… это один из лучших моментов в моей жизни».

***

      После этого они пошли обратно, к выходу из подземелья, захватив с собой самый первый сундук. Выйдя из подземелья, поставили его на холме, откуда открывался хороший вид на разгорающийся на горизонте закат, и стали пробовать к нему собранные на обратной дороге ключи. — Спасибо, Нацу! — с улыбкой повернулась к нему синевласка, положив на плечо голову и наслаждаясь прекрасным закатом. — Это был невероятный опыт. — «Что может быть лучше, чем сидеть рядом с лучшим другом, положив на его плечо голову и смотреть на этот чудесный закат. Алый, как и его глаза. Особенно после того, как у вас было невероятное и весёлое приключение. Не жизнь, а сказка». — А я что говорил? Подземелья освежают голову, — сказал Нацу с нежным взглядом и мягкой улыбкой, положив ладонь на её голову. — Это точно. А ведь надо было всего лишь дать себе волю. Я и не знала, что замораживать и разрушать может быть так весело, — сказать, что слова девушки вызвали у Нацу ступор и даже шок, ничего не сказать. — «Хи-хи. Кажется, он неправильно меня понял. Видел бы он сейчас своё лицо». — Эм… — неуверенно протянул он, ощутив пробежавший по спине мороз. — В смысле, разрушать и замораживать настоящее зло, — усмехнулась она, смотря, как побледневшее лицо Нацу вновь становится нормального персикового оттенка. — Ты права. Это круто, — нервно улыбнулся он, убрав руку за голову. — Надо будет сходить ещё. А есть другие подземелья? — Давай лучше в следующий раз сходим с тобой… ну… в парк или в кафе. В город, в общем. — «Кажется, любовь Нацу к подземельям поугасла. Оно и неудивительно. Его там чуть не прикончили». — Звучит неплохо. — Вот, попробуй этот ключ, — он протянул ей последний, серебряный.       На сей раз сундук открылся. — Ух ты! Сокровище! — их глазам предстали сверкающие золото и драгоценные камни. — «Хорошо, что мы пошли в это подземелье».       В следующем эпизоде: «В дальних уголках подсознания болезнь, именуемая страх, пирует в душах тех, кто не в силах превозмочь её мощь.       Нацу медленно отступает от воды к берегу… море кажется ему алым… словно в нем не вода, а кровь… Его всего трясет. Но тут его ладони сжимают бледные девичьи пальчики, распространяя по ним холод. Подняв взгляд, он видит перед собой обрамленное синими прядями, мило улыбающееся лицо.       В следующий момент он с криком бросается ей на руки, повиснув, как коала. Хошино заметно волнуется. Стоящая позади них Акеми задумчиво потирает рукой подбородок. Над ее головой зажигается лампочка. — Ну, как у меня получилось? — спрашивает Нацу девочек с нервной улыбкой, сидя на обломке скалы, прижав колени к груди. — Это наш хлеб с маслом. Нельзя портить чужой хлеб с маслом, брат. — Отвечает ему Акеми с выражением лица «покерфейс». Хошино молча выжимает волосы и подол платья.