Страх

В тёмном помещении раздался отвратительный скрип деревянной двери. По комнате разлился тусклый свет, что заставило недавно очнувшуюся Лилию болезнено сщурить глаза. Девушка едва ли смогла привстать на локтях, в голове, которая и без того по ощущениям вот-вот должна была расколоться, будто бы посилился целый рой пчёл. Однако в данной ситуации своё внимание приходилось обращать не на боль. Превзнемогая ломоту во всём теле, она, уже привыкнув к свету, обратила свой взор на тёмный, едва знакомый силуэт. Это был высокий, широкоплечий мужчина. На нём была длинная, достигающая самого пола, мантия, а на голове красовалась огромная конусовидная шляпа. В руках он держал посох, который своими очертаниями напоминал подсолнух. Предмет был обвит различными лозами с многочисленными шипами, а в центре что-то беспокойно металось туда-сюда. Перед глазами замелькали мутные воспоминания, но на этом девушка решила не зацикливаться. — Кто... Кто вы? — От мерзкой усмешки незнакомца по телу пробежались тонны липких мурашек, Лилия невольно содрогнулась, а затем вновь попыталась лучше разглядеть человека, который до сих пор продолжал стоять там, так и не удостоив её ответом. Страшно Очевидно, что мужчина не имеел никаких добрых намерений по отношению к ней. Иначе зачем бы ему заперать её на ключ в этом странном месте, которое по виду больше походило на тюремную камеру? Обшарпаные каменные стены, грязный пол, наручники, которые весели прямо рядом с девушкой. Так же здесь было пыльно и очень неприятно пахло. Наконец, повернув голову левее, она обнаружила источник мерзкого запаха, о чем тут же пожалела. Почти рядом с ней лежал уже явно не свежий нагой труп, как ей удалось разглядеть, молодого мужчины. Разорванные щеки и губы, пустые выпученые глаза, выбитые зубы, что валялись неподалёку. Тело мужчины буквально насквозь проросло странными лозами с, на вид, очень колючими шипами. Эти растения плелись отовсюду и везде, даже изо рта несчасного. Теперь Лили наконец поняла, что по полу были разбросаны куски мяса и конечности, которых у трупа не доставало. Из-за шока девушка не могла отвести глаз от страшного зрелища, тело буквально онемело. Она закрыла рот рукой, чтобы не закричать от ужаса, к горлу подступила рвота, а на глазах появились слезы. Страшно. Остатки неперевареного завтрака рвутся наружу. Сердечко Лилии бешено заколотилось. До этого момента такие картины девушка могла лицезреть лишь в самых ужасных кошмарах после просмотра ужастиков со своим лучшим другом. Но если раньше она могла прижаться к нему, чтобы он подбодрил и успокоил, дал понять, что это был всего лишь сон, то сейчас Лили осознавала, что это не дурацкая игра её больной фантазии. Это было наяву, совершенно реально. От мыслей её отвлёк незнакомец, решивший наконец обратить внимание на неё. Мужчина в несколько шагов преодолел растояние между ними и брезгливо отпихнул ногой труп к самой дальней стене. Он присел на корточки напротив Белой Лилии. А глаз, который, как оказалось, являлся тем самым беспокойным центром внутри цветка, впился острым взглядом в её искажённое в ужасе личико. Девушка с неописуемым страхом подняла свои красивые алые глаза, в которых читался откровенный ужас после увиденного. Неожиданно в голову нахлынули воспоминания, её тело мелко затряслось, а по щекам потекли слезы. Страшно. Страх и ужас буквально пронзают тело насквозь. — Ванилла?.. — Трясущимися губами прошептала она. Лилия была уверена, что её друг сейчас всё объяснит, скажет, что это не правда, что она просто поймала сильный глюк после просмотра очередного фильма ужасов. Он крепко-крепко прижмет её к себе и будет долго-долго гладить по голове, говоря, что всё будет хорошо. Они посмеются, а затем пойдут на кухню пить чай с печеньками и болтать обо всем на свете. Но почему же этого не происходит? Почему он ничего не делает, ничего не говорит и лишь смотрит на неё с пустотой глазах? Почему у него на лице такая незнакомая, в какой-то степени отвратильно-обворожительная улыбка? — Ванилла!.. — Девушка готова разрыдаться, она пытается достучаться до друга, она ничего не понимает, ей страшно. — Ах, моя милая, моя глупая, наивная Лили! — Шепчет мужчина, будто в бреду. Он нежно заправляет белую прядь волос за ухо девченки, которая, судя по всему, уже давно перестала понимать происходящее. — Какая же ты у меня глупенькая, маленькая Лили! Сильные руки обхватывают её тело, заключая в невероятно крепких, но таких чужих объятиях. Девчушке кажется, что сейчас всё её внутренности вылезут наружу, а кости попросту проломятся под давлением. Тем временем Ванилла продолжает шептать ей всякий бред, пока его голос не срывается на истерический смех. Белой Лилии страшно. Её друг никогда себя так не вёл, да и не за что бы не стал пугать и без того зашуганную подругу! — Отпусти... Отпусти меня!.. — Девушка безуспешно упирается ручонками в мощную грудь. Её голосок, как и маленькое тельце, дрожит. Мужчина начинает целовать Лилию. Его губы проходят буквально везде: он целует её в макушку, целует её щеки и даже подрагивающие веки. Слизывает солёные слёзы. Затем он отстраняется и припадает губами к её руке. Пальчики, ладошка, запястье, кисть – всё становится мокрым от горячих поцелуев. Девочка не смеет ему мешать, страх полностью сковывает тело, сейчас Лили может лишь обречённо наблюдать за действиями её любимого друга, который явно находится не в том состоянии, чтобы мыслить трезво. И к сожалению она это осознаёт. Ванилла нежно прижимается щекой к бледной ручке Белой Лилии, блаженно прикрыв разноцветные глаза. — Лили... — Шепчет он и приближается к её застывшему в ужасе личику, не прекращая при этом держать руку девушки у лица. — Почему ты бросила меня, Лили? Почему ты оставила меня одного? Ужас. Лилия совсем перестаёт понимать, что здесь происходит. Но девчонка не сдаётся, искренне желает понять, почему её друг говорит так. Ей становится обидно от слов Ваннилы, но она молчит. Молчит и молчит, обдумывает ситуацию, каждое сказанное им слово, каждый жест друга, каждый выдох и вдох. Но она не может понять. И постепенно это начинает сводить с ума. Взгляд, которым прожигает её мужчина похож на взгляд несчастного котёнка, которого оставили умерать на улице любимые хозяева. Но в чём же она виновата? Что она сделала не так? Почему он говорит ей такие вещи? — Ванилла, — тихо произносит его имя девушка. — Я не... — По помещению разносится хруст, а за ним громкий девичий крик. Больно. — Почему!? — Обезумевший друг кричит на Лилию, продолжая сжимать сломаную ручонку в своей руке. Она кричит, тщетно пытается вырвать руку. Ванилла буквально швыряет девченку к стене и, подойдя, грозно нависает над её маленьким съеженным тельцем. Он хватает Лили за волосы на затылке, где как раз образовалась рана, в результате столкновения девичьей головы со стеной. Мужчина грубо тянет её на верх, заставляя встать перед ним на колени и смотреть прямо в глаза. Больно. Голова так сильно болит. Девушка всхлипывает, перед глазами всё плывёт. Она хватается единственой целой рукой за его запястье, но её друг, кажется, даже не обращает на это внимание. Страшно, как же страшно. Страшно и так больно. Она совсем ничего не понимает. Почему Ванилла ведёт себя так? Почему они оказались в этом страшном месте и где их друзья?.. По телу проходит дрожь, когда в голове возникают ужасные картины распотрошенных тел друзей. Подобные тем, которые лицезрела девушка несколько минут назад. Она старается не думать о этих ужасных вещах, но тем не менее вопросов меньше не становится. Неожиданно девушка чувствует, как что-то шершавое и довольно колючее начинает ползти по её лодыжкам, забираясь под потрёпанное зелёное платье, полностью обвивая худенькие ножки. И это заставляет её внутрености заледенеть от ужаса. Девушка болезнено мычит и дёргается, нежная расцарапаная кожа начинает саднить. В следующее мгновение Белая Лилия осознала, что лозы расползлись не только по ногам, но и по всему остальному телу. Талия, шея и даже грудь – абсолютно всё оказалось в их власти. Девчушка вновь закричала от боли, когда колючие растения вздёрнули её за руки, потревожив тем самым сломаную конечность, про которую она, к слову, уже успела забыть. Горячие слезы с ещё большей силой потекли по бледным щекам, Лили с мольбой посмотрела на друга, который стоял теперь в полуметре от неё. Взгляд Ваниллы изучающе бродил по хрупкой фигуре, а лицо было задумчиво. Когда мужчина прекрыл глаза, слегка стукнув посохом по полу, лозы резко сомкнулись на одежде девушки, оцарапывая кожу вновь. Белая Лилия заплакала и задергалась, тем самым причиняя себе больше боли. С всё тем же задумчивым выражение лица Ванилла подошёл к девушке и погладил её по плечу. Лили не понимала действий её друга. Он буквально пожирал глазами почти полностью оголенное тело, заставляя свою подругу на сей раз чувствать не только страх, но и смущение. От его прикосновений по телу пробегали мурашки, а внизу живота скручивался узел. Эти чувства были чужды Белой Лилии, они заставляли её чувствовать себя страно, совершенно непривычно. Возможно, она даже забыла о боли на какое-то время, однако встретевшись с холодным взглядом гетерохромных глаз, девушка спустилась с небес на землю. А тем, что заставило её на землю буквально рухнуть, стало прикосновение чужих губ к собственым. Грубый, властный, не такой, каким Лилия представляла свой первый поцелуй. Быть может она и была влюблена в Ваниллу, тайно восхищалась им, каждую ночь рыдала в подушку, даже думала о непристойных вещах, представляя его. Но сейчас Лили чётко понимала, что мужчина не в себе, что его действия неосознанные, неправильные. И осознание этого дало ей силы сопротивляться из-за всех сил. Впрочем, её другу было всё равно. Хочет она того или нет – это уже не важно. Тем временем руки блондина стали бродить по худощавому телу, изучая каждый миллиметр. Он забирался Лилии под разорваное платье, мял оголённые груди, гладил талию и расцарапаные бёдра. От нехватки воздуха у девушки начала кружиться голова. Но на этот раз Ванилла помиловал несчастную и отстранился. Девчушка дышала тяжело и глубоко, стараясь по максимуму насладить своё тело кислородом. Мужчина, не теряя времени стал целовать, кусать и оставлять засосы на тоненькой шейке, острой ключице, на плечах, груди и животе. Единственное чем могла ответить Лилия на такие действия – стоны и всхлипы. Бедняга уже смирилась со своей участью быть изнасилованной собственным другом, который некогда был для неё идеалом, предметом обожания. Тогда почему же так мерзко? Почему единственное, что она чувствует — отвращение, от осознания собственной никчемности, когда, казалось бы, должна быть на седьмом небе от счастья? Отстранившись, Ванилла начал раздеваться. Когда последний предмет одежды отлетел куда-то в сторону, девушка начала сотрясаться в рыданиях и попытка хоть как повлиять на ситуацию. Как же страшно, как же больно. Мужчина плюхнулся на какое-то старое кресло, положив посох рядом с собой, а затем колючие растения поднесли изувеченное тело девочки к нему. Лили опустилась прямо перед ним на колени, довольно сильно их разордав. Девушка подняла свои опухшие заплаканые глаза на друга, смотря на него сверху вниз. — Надеюсь, мне не нужно говорить тебе, что делать? — Теперь голос друга был низким, грубым, совсем не знакомым. Ванилла положил руку на голову Лилии и, намотав волосы на руку приблизил её личико к своему изнывающему от нетерпения члену, буквально заставляя прикоснуться к нему алыми губками. Девчонка захныкала и задергалась, ей было мерзко и отвратительно, она просто не хотела этого. И всё же мужчине одним резким пинком в живот удалось усмерить Белую Лилию. Бедняжка согнулась пополам от невыносимой боли в животе. — Будь хорошей девочкой, Лили, я ведь совсем не хочу делать тебе больно, — на его лице появилась ухмылка, но выражение лица оставалось серьёзным, а в глазах всё так же царила пугающая пустота. Понимая, что она уже ничего не сможет сделать, Лилия решила окончательно сдаться. Всё её тело было как один сплошной синяк, она уже просто не могла это терпеть. Хныкнув, девушка приоткрыла маленький ротик и поддалась вперёд, стараясь, как бы противно ей не было, вобрать половой орган как можно глубже. Почти сразу же девушка подавилась собственной слюной, начала кашлять и задыхаться. Она была совершенно неопытна и лишь однажды слышала о таком от каких-то старшекурсниц. Мужчину же это нисколько не смутило, сжав её волосы до покалывания на голове, он вошёл в её ротик до самого основания члена, так, что Лили упёрлась носиком ему в лобок. Лилия ещё сильнее задергалась в панике. Голова гудела, уголки рта неприятно саднило, а к горлу подступила рвота. Из глаз с новой силой хлынули слезы, однако чем больше она пыталась вырваться, тем сильнее шипастые лозы сжимались на всём её теле, вновь причиняя ужасающую боль. Мужчина простонал, откинув голову назад. Он начал непрерывно быстро двигать головой несчастной взад-вперёд. Сейчас ему было абсолютно плевать, что там с ней происходит, он думал только о своих потребностях. Пускай это и продолжалось минут 15, для Лилии это время, казалось, сравнилось с бесконечностью. Ванилла наконец позволил ей отстраниться. Девушка начала тяжело дышать и кашлять, перед глазами вновь всё поплыло, а тело совсем не слушалось свою хозяйку, она полностью обмякла в объятиях колючих растений, которые в мгновение ока переместили её на колени к мужчине. Тот вновь принялся обнимать и ласкать свою подругу, говорить ей о том, какая же она у него всё таки наивная. — Ванилла.. Прошу, пожалуйста, не надо... — Просипела девушка, смотря на него опустевшими глазами. С каждой секундой становилось всё больнее. Хмыкнув, он схватил девушку за ягодицы и грубо насадил на свой стоящий колом член. В унисон удовлетворенному рыку послышался рваный вскрик. Казалось, будто внутрь вставили тысячу раскалённых ножей. Ванилла вошёл слишком резко, не подготовив к этому свою маленькую подружку. Сейчас над ним преобладали животные инстинкты и его мало что беспокоило. Девочка была ещё просто не готова к такому, не так она мечтала лишиться девственности. От обиды и боли по щекам текли слезы. Лилия начала захлёбываться в рыданиях и мольбах отпустить её, хотя, впрочем, это опять было безрезультатно. Мужчина продолжал трахать несчастную, а растения всё сильнее сжимались на ней, впиваясь в тонкую бледную кожу, оставляя кроваво-красные следы. Боль была невыносимой, всё тело ломило и ныло. Сейчас Лилия желала умереть, потерять сознание, исчезнуть, да хоть что-нибудь, лишь бы не чувствовать того, что сейчас с ней делал её насильник лучший друг! Кричать не было сил, она окончательно сорвала голос. По щекам девушки безмолвно стекали горячие слезы, а пустые бледно-красные глаза были направлены куда-то в сторону, лишь бы не видеть лица Ваниллы, не слышать его блаженных стонов, не чувствовать тепла его разгоряченного тела... Только боль, никаких чувств, кроме боли словно и не осталось в этом ужасном, невероятно жестоком мире. Её взгляд привлекло разбитое зеркало, которое висело над небольшим умывальником. Именно там сейчас валялось обезображенное тело человека. Как же сильно её тошнит от этого зрелеща. Неожиданно для Лилии, Ванилла схватил её под локоть и толкнул в сторону этого самого умывальника. Путы ослабли, из-за чего девушка потеряла равновесие и, споткнувшись о труп, едва ли не поздоровалась лбом с острым углом раковины. Оперевшись на неё Лили взглянула в зеркало, она увидела, что мужчина пристроился сзади и встретилась с ним взглядом, от чего тут же постаралась опустить глаза. Очень больно сжав её нижнюю челюсть мужчина заставил девчонку вновь поднять голову и, наклонившись к уху, горячо прошептал: — Не смей отводить глаза от меня, Лили, если не хочешь, чтобы я стал последним, что ты увидишь в своей жизни... — Одновременно со всхлипом девчушки его вторая рука легла ей на живот, Ванилла постарался как можно сильнее прижать её худенькое тело к крепкому торсу. Её сейчас вырвет. Лили повиновалась и, стараясь удержаться на трясущихся руках, стала смотреть на весь тот ужас, что вытворял с ней мужчина. Блондин же тем временем продолжал с гортанным рычанием насиловать свою любимую жертву подругу. Из уст беловолосой выходили лишь полу-стоны полу-хрипы. Тело окончательно отказало своей хозяйке, но она лишь обречено рассуждала о том, как ей придётся жить после этого. А выживет ли она вообще? Отвращение, боль, слёзы и обида стали самым главным коктейлем её чувств. Красноглазая начала замечать, что движения мужчины стале резче и гораздо быстрее, по всему помещению раздовались громкие стоны вкупе с утробным рычанием. Всё это предвещало скорый конец её мучениям. Тело Ваниллы содрогнулось в последний раз, затем девочка почувствовала, как изнутри её заполнило чем-то липким и горячим. Наконец её тело больше ничто не держало. Белая Лилия рухнула рядом со своим "сокамерником" и девушку вырвало прямо здесь. Но отползти от всего этого ужаса уже просто не хватало сил, поэтому беловолосая осталась лежать там, в луже собственной рвоты, слез и соплей. Она ничего не могла поделать. Тело девченки дрожало, словно осенний лист на ветру. Послышался щелчок замка и удаляющиеся шаги. Но ей по прежнему так больно.