Чертёнок №13 или кого должен любить Птица

— Ха! Я ещё никому не давал прогнуть себя под чужую систему! — Птица самодовольно развалился на диване, закидывая ногу на ногу. — Даже интересно посмотреть на твои попытки, Игорь. — Ага… — прошелестел Гром, щёлкая клавиатурой и кивая своим мыслям. — Подключи-ка вот это к телевизору, я знаю, ты умеешь. Птиц приподнял бровь, всматриваясь в экран, и пожал плечами, мол, без проблем. Ленивые движения, смешинка в глазах — всё указывало на то, что Птица уверен в неудавшемся плане Серёжи и Игоря. Они-то решили его перевоспитать, направить на путь истинный, пустить в плавание по океану нравственности. Ещё бы в монастырь к батюшке сдали, чес слово. — Боже, Игорь, — Птица подпёр голову кулаком, насмешливо покосившись на майора, — мультики? Серьёзно? — Ты смотри-смотри. — Гром кивнул на плазму и уселся поудобнее. — Шаву подай, пожалуйста. — Всё для Вас, Игорюша. «Кого должен любить чёрт?.. Себя и только себя. Внимание. Внимание, класс. Будьте внимательны.» Птица подался вперёд, навострив слух. Учитель-чёрт пернатому очень даже понравился. Мудрое существо! Игорь незаметно следил за Разумовским, всё вроде как шло по плану. «И вся любовь.» «Но мало только любить себя. Любовь у нас, чертей, это любовь к себе плюс полное, стопроцентное на-чха-тель-ство на других!» — Вот! Мужик дело говорит. — Закивал Птица. — Дальше смотри. — Буркнул Игорь, складывая ладони домиком и упираясь локтями в колени. Если уж и «Чертёнок №13» не поможет, то всегда есть проверенное средство — Кот Леопольд. «Я ему на звонок Барбариков поставлю, — пообещал себе Гром, — по пять раз на дню звонить буду. Что такое доброта, что такое доброта…» Птица присвистнул. — Вот эта явно отличница, — он потряс майора за плечо, чтобы тот посмотрел на девочку-чертёнка с метлой, которая (не метла) наколдовала свою копию и гору «поклонников». — Я б ей вообще за год пять поставил. Гром хмыкнул. — Не сомневаюсь. «Да-а, Тринадцатый, плохо у тебя с любовью. Двойка тебе, по любви. Так кого же всё-таки должен любить чёрт?» — Себя. — Жуя принесённые Игорем печенюшки, ответил Птица. Дракончик в мультфильме отошёл от чертёнка и заговорил: «Меня. Тебя. Всех. Хочешь сахару, а?» — И всё? — Птица разочарованно проводил взглядом убегающие титры. — Игорь, давай ещё посмотрим. — Он подполз к Грому под бочок и уложил голову на плечо. — Давай ещё посмотрим, м? Игорь фыркнул и затрясся. — Щекотно, эй! — Давай посмотрим, И-иго-о-орь! — Птица захихикал, укладывая полицейского на спину и утыкаясь носом в чужую шею. — Мне понравились те чертята. — Ты сам, как чертёнок, — усмехнулся Гром, зарываясь пятернёй в рыжие волосы. — Ты хоть что-нибудь уяснил из того, что увидел? — Конечно. Игорь зажмурился и мысленно замурлыкал под осторожными поцелуями, покрывавшими лицо. — И кого же всё-таки должен любить Птица? — Себя. — Хмыкнул Разумовский, подтаскивая майора к себе. — И? — Ну, ладно-ладно. Тебя. Гром засмеялся и выставил руку перед аккуратным птичьим носом. — А ещё? — Хочешь сахару? — Смотря в серые глаза, Птица невесомо чмокнул игореву ладонь. — Ничего ты так и не усвоил. — По-доброму улыбнулся Игорь. — Вот и повод пересмотреть. — Птица понизил голос, наклоняясь ближе. — Только позже. Игорь притянул его к себе, шуточно лизнул в уголок губ и поплыл под тяжёлым жёлтым взглядом.

***

— Вы точно мультики смотрели? — Недоверчиво переспросил Сергей, наблюдая, как Игорь, стоя у зеркала, оценивает свою покрасневшую шею. — По началу да… — Гром оттянул ворот футболки и приподнял брови — плечи с ключицами тоже отхватили. — Нет, в смысле, мы досмотрели, а потом… Ну… — Понял я, понял. — Разумовский прокружился в кресле, посмеиваясь. — Я, кстати, в очередь встал так-то. — О, не. — Майор покачал головой. — Не сегодня. — Я подожду. Полицейский доковылял до стола и присел на него. — Он хоть что-нибудь понял? — Сергей с улыбкой осмотрел Игоря. — Поверь, я спрашивал то же самое. Мужчины рассмеялись, а Птиц… Птиц видел третий сон с чёртиками и Громом.