Если один мужчина упустил свою удачу, значит, другой мужчина скоро ее поймает

Люцифер       Я снова облажался.       Похоже, в моих отношениях с Вики Уокер это стало обычным делом. Сначала я взбешусь, наговорю ей чего-нибудь или что-нибудь натворю со злости, а потом начинаю жалеть и ненавидеть себя за то, что так отвратительно поступил. Обычно она нормально к этому относилась. У нас уже сложилась своеобразная традиция – я либо демонстрирую ей свою ревность, либо показываю свое разочарование тем, что не могу с ней справиться. Это меня бесит, а она в ответ начинает злиться. Ее гнев постепенно угасает, а меня начинает сжирать чувство вины. Я приношу ей свои извинения, и мы миримся. Выделить. Копировать. Вставить.       Но на этот раз она не хотела принимать мои извинения. Ее номер был через стену от моего, и я слышал, как она ходит по комнате, но когда я постучал в дверь, она притворилась, будто ее нет в номере. Я отправил ей сообщение, которое она прочитала, но не ответила. Я дважды позвонил ей в номер по внутреннему телефону, но тоже безуспешно.       Я принял душ, ответил на несколько рабочих писем, а потом решил, что мне нужно выпить. Направляясь в бар, я в последний раз постучался к Вики. Она, как я и ожидал, не ответила. После того, как я минуту простоял в тишине около ее номера, я услышал движения за дверью. Я решил не упускать этот шанс и, прижавшись к двери лбом, сказал:             – Я собираюсь пойти вниз, чтобы перекусить. Я знаю, что я полный придурок. Если у тебя есть желание все мне высказать за бокалом вина и стейком, ты знаешь, где меня найти. – Я сделал несколько шагов, а потом повернулся. – Вики, надеюсь, ты придешь.       Первая порция виски пошла так хорошо, что я решил заказать вторую и вместо стейка перекусить орешками. Я уселся в углу, чтобы хорошо видеть вход и тех, кто заходит. Каждый раз, когда кто-нибудь появлялся, мое сердце сжималось. Потом я понимал, что это не она, и утолял свою печаль очередным глотком янтарной жидкости. После полутора часов ожидания и трех выпитых стаканов я решил отправиться спать.       Выходя из лифта, я споткнулся и чуть не упал на пол. Напротив номера Вики стоял поднос. Я снял металлическую крышку и обнаружил нетронутый чизбургер. Еще там лежал чизкейк, от которого был отломлен один кусочек, и… пробка от бутылки. Похоже, мы поужинали одним и тем же.       Я глубоко вздохнул и снова постучался в надежде, что она услышит мои извинения, – я не рассчитывал получить ответ. Но она ответила. И когда дверь открылась, то мысль о том, чтобы просить у нее прощения, внезапно улетучилась из моей головы.       Вики стояла передо мной совершенно голая, за исключением черного кружевного бюстгальтера и трусиков.

* * *

            – Тебе так они понравились, когда лежали в пакете. Я подумала, тебе будет интересно узнать, как они смотрятся на мне.       Мои глаза уже заметили маленький яркий бантик, украшавший пояс ее трусиков. После того случая в офисе, когда я просил ее показать мне нижнее белье, которое она купила, я несколько недель не мог перестать по ночам фантазировать о том, как она надевает его для меня, а я, вцепившись зубами в этот самый бантик, стаскиваю кружевные стринги с ее восхитительных ног. Но мои фантазии не шли ни в какое сравнение с тем, что предстало перед моими глазами.       Вики была настолько восхитительной, что у меня перехватило дыхание. Эта шелковая светлая кожа, эти до безумия восхитительные формы, лишь слегка прикрытые откровенным кружевным бельем. Черт тебя дери, Вики. Ее пышная грудь, казалось, хотела вырваться на свободу из тесного бюстгальтера, и… я смог увидеть ее возбужденные соски, проступающие через ткань. Сочные, твердые розовые соски, которые молили о прикосновениях.       Я знал, что она смотрит на меня, но не мог отвести взгляд от ее тела. Когда я посмотрел ей в лицо, она прошептала:             – Что скажешь?       Вики медленно повернулась и остановилась, чтобы я мог хорошо рассмотреть ее ягодицы, разделенные тоненькой ниточкой стринг.       Когда она снова повернулась ко мне передом, наши взгляды встретились. Я был обезоружен. Больше всего на свете мне хотелось именно ее. Я хотел сделать это так, чтобы на ее коже остались следы, чтобы она выкрикивала мое имя, когда мои зубы и язык будут делать с ней невообразимые вещи. Это было бы безумием.             – Вики, ты чертовски красивая. Все это… твое тело, твое лицо. Ты вся красивая, и внутри, и снаружи, – хрипло пробормотал я с большим трудом. Это было нелегко, я чувствовал, что вся моя кровь прилила к нижней части моего тела.             – Теперь твоя очередь раздеться, – сказала она.       Я улыбнулся, так как решил, что она просто оговорилась, и это прозвучало очень мило. А потом… она икнула и захихикала.       Я старался заглушить голос разума, хотя он бил во все колокола. Я так сильно ее хотел. Но… Пробка от бутылки на подносе с едой. Невнятная речь. Икота и хихиканье.       Посмотрев через ее плечо, я заметил на кровати пустую бутылку из-под вина.             – Ты одна выпила всю бутылку?             – Да, и ничего, – икнула, – тебе не оставила.       Черт.       Я почти решился. Я почти позволил себе взять то, чего хотел с того момента, когда она впервые появилась в моей жизни. Но только сейчас до меня дошло, какой она была пьяной. И я вернулся с небес на землю. И вспомнил, что не могу.       Вики продолжала смотреть на меня стеклянными глазами. Я никак не мог заставить себя вернуться в свой номер. Я продолжал стоять и смотреть на ее шикарное тело.             – Люцифер, ты иногда так на меня смотришь. Готова поспорить, что ты хочешь отшлепать меня.             – Слово «отшлепать» недостаточно отражает то, что я хочу сделать с тобой.       Черт. Что я несу?       Вики смотрела вниз. Мой член предательски вырывался наружу через ширинку брюк, демонстрируя сильнейшую эрекцию. Я был дико возбужден и ничего не мог с этим поделать.             – Похоже, кое-кто очень рад меня видеть, хоть ты и пытаешься себя убедить в обратном. Может быть, я могу помочь тебе перестать чувствовать неловкость?       Вики убрала руки за спину.       Что она делает?       Она расстегнула бюстгальтер, и он упал на пол.       Нет, только не это.       Перед моими глазами предстала во всей красе ее обнаженная грудь. Я сглотнул, с трудом сдерживая желание схватить ее. Ее соски были возбуждены, а кожа вокруг них покрыта мурашками. Пышная и естественная, ее грудь совершенно не была похожа на силиконовый бюст Ости.       Вики, попрыгай передо мной. Я хочу посмотреть, как она тоже будет подпрыгивать.             – Дотронься до меня, – прошептала она.       Я спрятал руки за спину.             – Вики, я в обычные дни не могу дотронуться до тебя. А уж тем более сейчас, когда ты пьяна.             – Что со мной не так? Что тебя постоянно останавливает? Я же вижу, что ты меня хочешь. Ты всем сердцем любил эту дрянь Ости, а со мной ты не готов даже на самую малость. Просто скажи, что со мной не так. Я смогу это принять.       Как же я ненавидел саму мысль о том, что Вики связывает мою неприступность с Ости. Да, в некотором роде Ости имела отношение к моему поведению, но совершенно не в том смысле, в котором себе это представляла Вики.       Вики сделала два шага вперед и обвила руками мою шею. Прежде чем я успел что-нибудь сделать, ее губы прижались к моим.       Казалось, весь кислород улетучился в тот момент, когда я сдался своему желанию поцеловать ее. Я с силой схватил ее за волосы. Мои губы жадно целовали ее. Я почувствовал пьянящий сладкий вкус с легким ароматом вина. Удовольствие, которое я испытал в этот момент, было непередаваемым.       Мне потребовалось огромное усилие, чтобы оторваться от нее и не совершить огромную и непоправимую ошибку.       Прикрывая свою грудь, Вики наклонилась, подняла с пола бюстгальтер и надела. Было видно, как она расстроена. Такой я ее никогда раньше не видел. И мне не в чем было ее винить.       Ее глаза сверкали, когда она крикнула:             – Убирайся!             – Я не могу.             – Почему?             – Я не могу тебя оставить в таком состоянии.             – Да пошел ты, Люцифер! – Она раздраженно фыркнула и направилась к кровати. Вики упала лицом в подушку. Я не мог понять, плачет ли она или просто лежит в бессознательном состоянии. Она была так пьяна, что утром навряд ли вспомнила бы о том, что произошло. По крайней мере я на это очень рассчитывал.       Я продолжал стоять как дурак, засунув руки в карманы и наблюдая, как она лежит на животе.       Через несколько минут я подошел и присел на край кровати, затем положил на кровать ноги. Моя голова немного кружилась. Повернувшись к Вики, я смотрел, как она по-прежнему лежит, спрятав в подушку лицо и тяжело дыша.       Стараясь говорить мягко, я произнес:             – Вики. Чем я могу тебе помочь?       Мой взгляд остановился на ее полуобнаженной заднице. Член взрывался от возбуждения.             – Я знаю, это не имеет никакого смысла, – начал я, уверенный в том, что Вики все равно меня не слышит. – Мне так жаль, что я обидел тебя. Я теперь не знаю, как себя с тобой вести. Не подумай, что я отталкиваю тебя из-за того, что ты мне не нравишься. На самом деле все как раз наоборот, внутри меня постоянно происходит битва. Если честно, я уже давно пытаюсь подавить те чувства, которые испытываю к тебе. Я на сто процентов уверен в том, что я не тот мужчина, который тебе нужен. Ты мечтательница, Вики. Самая большая мечтательница из всех, кого я знаю. И ты заслуживаешь того, чтобы быть рядом с человеком, который не будет сдерживать твои мечты.       Закрыв глаза, я сделал глубокий вдох.             – Я из последних сил стараюсь не совершить ошибку. Если я позволю себе быть с тобой, то никогда тебя не отпущу. А это будет нечестно по отношению к тебе. Я мечтаю о том, чтобы раствориться в тебе, раствориться и не думать больше ни о чем. Ты бы, наверное, заявила на меня в полицию, если бы узнала, что мне бы хотелось с тобой сделать. Мои фантазии безумны. Ты так близко от меня, но на самом деле ты так далеко. Прости меня. Прости, что обидел тебя сегодня. Ты достойна лучшего. Ты достойна целого мира. И когда-нибудь ты осчастливишь какого-нибудь придурка, сделав его самым счастливым человеком на свете.       От этой мысли у меня заныло в груди. Я испытал физическую боль, лишь подумав о том, что Вики будет с другим мужчиной. Но я не мог быть с ней, и мне ничего не оставалось, кроме как смириться с тем, что когда-нибудь она от меня уйдет.       Ее дыхание замедлилось. Я был уверен, что она заснула. Единственное, чего я хотел в эту секунду, это зарыться лицом в ее волосы и вдыхать ее аромат. Я пошел на компромисс. Взбив другую подушку, я лег рядом с Вики, настолько близко, чтобы, не прикасаясь к ней, чувствовать ее аромат.       Я закрыл глаза и провалился.       Я испытывал почти абсолютное блаженство.