Не желаешь повторить, милашка?

Хан прижался бедрами, создавая трение между телами. Протяжный стон сорвался с губ старшего. Минхо подхватил Джисона под бедра, вынуждая того сразу обхватить ногами талию и прижаться грудью, чтобы не упасть. Не разрывая поцелуй, парень развернулся и направился в сторону ближайшей барной стойки. Руки сильней сжали мягкие бедра, вырывая из губ Джисона сдавленный вздох. Хан отстранился первым, сразу устремляя взгляд прямо в глаза Минхо, которые также следили за каждым его действием. Старший аккуратно усадил Хана на высокую платформу и принялся оставлять легкие быстрые поцелуи на кончиках губ, линии подбородка, медленно спускаясь к шее, на этот раз засасывая мягкую кожу до появления красноватых следов. Глаза Джисона блаженно закрылись, пальцы зарылись в шелковые волосы, иногда на несколько мгновений сжимая их в кулак, голова откинулась назад, предоставляя больше места для действий. Минхо провел кончиком языка по кадыку, спускаясь ниже к ложбинке, смачивая, а потом вновь засасывая. Пальцы сжали мягкие волосы, вынуждая старшего ухмыльнуться и прикусить небольшой участок кожи, оставляя горячую метку. Тихое шипение донеслось до ушей Минхо, от чего сердце в груди забилось быстрей. Руки медленно приподняли края футболки, оголяя плоский живот. Грудь быстро вздымалась при каждом рваном вдохе, кожа горела от нахлынувших предвкушения и желания. Холодная барная стойка каждый раз вынуждала тело Джисона покрываться мелкой дрожью, щекоча и заставляя вздрагивать. Минхо нежно, еле касаясь подушечками пальцев, провел линию от груди до пупка. Мягкая улыбка расцвела на лице, когда спина Хана прогнулась, подстраиваясь под действия Ли. Минхо оставил мокрый поцелуй на груди Джисона. Кончик языка обвел ареолу, задевая возбужденный сосок, одна рука сжала левую грудь, массируя. Тихие, прерывистые стоны Хана стали громче. Джисон рефлекторно прикрыл глаза одной рукой, полностью погружая себя в темноту, делая новые ощущения еще острей. Минхо поочередно покусывал, оставлял поцелуи на покрасневшем соске, не забывая то играться с другим, то щекотать короткими ногтями. Хан до белых вспышек перед глазами зажмурился, когда рука Михно аккуратно сжала истекавший естественной смазкой член. Ткань трусов вместе со штанами медленно намокала от просачивающегося предэякулята. Оставив наконец грудь младшего в покое, когда любое, даже самое невесомое прикосновение обжигало и заставляло вздрагивать, Минхо плавно опустился ниже, прокладывая дорожку быстрых, мокрых поцелуев, иногда прикусывая нежную кожу, от чего громкое шипение и вскрики Джисона разлетались по всему помещению. Резинка спортивных штанов в данную минуту казалось такой нелепой и явно лишней, от чего бармен поспешил избавиться от первого элемента одежды, сразу скидывая его куда-то под собственные ноги. Через намокшую ткань трусов просачивалась белесая жидкость, увидев которую, глаза Минхо засияли ярким огнем. Губы оставили несколько ленивых поцелуев по контуру резинки, кончик языка иногда проникал под нее, дразня. Зубы прикусывали нежную кожу живота, оставляя следы. Джисон с силой сжал в кулаке край поднятой футболки, когда теплое дыхание опалило возбужденный орган. Одна рука Минхо скользнула по ткани боксеров, проводя по очертанию члена, вынуждая Хана неожиданно, до жжения легких, задержать дыхание. Тихий смешок слетел с губ Минхо, когда он нарочито медленно стягивал мешавшую вещь с тела Джисона, после отбрасывая в сторону. Бармен оставил несколько меток на внутренних частях бедер, чередуя долгие и страстные засосы с быстрыми и резкими. Одна рука обхватила член Джисона и провела по всей длине, распределяя выделяемый предэякулят. Кончик языка протянул дорожку от яичек до основания члена, срывая тягучий стон с губ Хана. Одна рука сжала бедро, пока другая проводила по всей длине возбужденного органа. Губы запечатлели быстрый поцелуй на головке, пачкаясь в небольшом количестве предэякулята, который старший пошло слизал. Кончик языка надавил на головку, сразу проводя по кругу, спустился по одной из выступавших вен и вновь вернулся к началу. Повторив так несколько раз, Минхо наконец обхватил мокрыми губами головку Джисона, посасывая и играясь языком. Ли не спешил, а специально мучил младшего, от чего тот гортанно стонал имя бармена, прося ускориться и вобрать глубже. Но Минхо не собирался так быстро исполнять мольбы изнывавшего парня. Ему доставляло удовольствие видеть его в таком положении – таким открытым, громким и сладким. Низ живота приятно тянуло, возбужденный член требовал, чтобы ему уделили внимание. Температура тел обоих парней поднялась. Они горели, горели внутри, горели моментом, горели друг другом. Спустя несколько томительных секунд Минхо все же вобрал член Джисона глубже, а после резко вернулся к головке. С каждым разом член проникал все дальше. Рука помогала у основания, язык игрался с выступавшими венами и головкой. Минхо постарался расслабить стенки горла, когда вобрал член Хана полностью. Рука переместилась на яички, играясь. Громкие стоны оглушали и одновременно ласкали уши. Сильные руки массировали нежную кожу, оставляя бело-красные полосы. Низ живота Джисона сводило с каждой секундой все сильней. Зубы прикусили нижнюю губу, стараясь хоть как-то заглушить голос, но все тщетно. Тело приятно жгло, холодная стойка пекла, а член, изнывающий в пылающем плену, нещадно пульсировал, обильно заполняя чужой рот семенем. Руки сильней сжали кулаки, оставляя на ладонях полосы от коротких ногтей. Голова кружилась, легкие горели от недостатка воздуха в организме. Минхо наконец решил ускориться, каждый раз вбирая член до самого основания и возвращаясь к аккуратной головке. Втянутые щеки открывали вид на острые скулы. В уголках глаз скопилась влага, норовящая скатиться вниз. Руки продолжали играться с кожей, доставляя еще большее удовольствие Хану. Грудь резко вздымалась, недавно оставленные метки багровели, оставаясь на теле на следующие несколько дней. Тело затрясло, мышцы напряглись, когда Минхо резко вобрал член во всю длину, от чего головка уперлась в стенку расслабленного горла. Тихий смешок Минхо пустил такую яркую для Хана вибрацию, что ее оказалось достаточно, чтобы довести парня до долгожданного финала. Громкий крик слетел с раскрасневшихся от частых покусываний губ, а белесая жидкость молниеносно заполнила рот Минхо. Резкие вдохи доносились до ушей старшего, когда он выпустил из своего рта член Джисона, стараясь не проронить и капли. – Боже, Минхо, прости, – еле произнес Джисон, одной рукой стараясь отыскать стакан. – Вот, держи, – протянул он трясущейся рукой найденный бокал. Однако Минхо лишь хищно улыбнулся и убрал из рук младшего предмет, после чего потянул парня за руку, помогая принять сидячее положение. Руки Хана обернулись на плечах старшего, обнимая. Он наклонился ближе, упираясь своим лбом в чужой. Ресницы трепетали, тогда как глаза Минхо оказались закрытыми. Джисон оставил нежный поцелуй на кончике носа старшего, после касаясь век, щек, приближаясь к уху. Язык провел по мягкой мочке, а после лишь губами прикусывая ее. Руки Минхо сильней сжали бедра Джисона, большими пальцами поглаживая кожу. Бармен наклонил голову, вынуждая Хана прекратить измываться над ухом, и прошептал, задевая губы Джисона: – Мне нравится, как на тебе смотрится моя одежда. – И ты говоришь мне это только сейчас, когда большая часть твоей одежды на полу? – Снимать ее с тебя еще более упоительно, – ухмыльнулся старший, облизывая нижнюю губу. Минхо запечатлел на шее мокрый поцелуй и подхватил Джисона под бедра, поднимая с прохладной поверхности. Ноги младшего сразу обвили талию Ли, прижимаясь всем телом. Хан полностью доверял Минхо, дрожь в теле была такой приятной и сладкой, что пальцы ног подогнулись, а зубы прикусили нижнюю губу. Глаза блаженно закрылись, когда в нос ударил запах тела Минхо с легкой примесью пота. Вереница чередующихся быстрый и долгих, тягучих поцелуев покрывала шею. Тихие стоны Минхо щекотали кончики ушей Джисона, от чего на лице появилась слабая ухмылка. Хан пропустил сквозь пальцы шелковистые волосы Ли, то сжимая их, то массируя кожу. Язык коснулся мочки уха, обводя по контуру, оставляя разгоряченный след. Холодный метал на долю секунды уколол рецепторы. Джисон наслаждался каждой секундой, пока находился в руках Минхо, пока чувствовал его тело рядом со своим, пока его губы оставляли жаркие поцелуи, чередуя с долгими засосами, от которых багровела кожа. Море эмоций медленно соединялось с бурей ощущений, перетекая в небывалый ранее шторм, когда перед глазами лишь яркие вспышки, а сердце так отчаянно бьется в груди, то и дело норовя выпрыгнуть. Минхо медленно, специально растягивая момент, приближался к одному из столов, которые ранее так старательно протирал младший. Он аккуратно опустил Джисона на прохладную поверхность, от чего тело Хана вновь покрылось мурашками, что не осталось не замеченным от Минхо. С губ младшего сорвался тихий неожиданный вздох, и глаза резко раскрылись. Ресницы трепетали, пока Джисон с интересом рассматривал лицо старшего. Темно-карие, такие красивые и глубокие глаза, что в них можно было открыть затерянные, не виданные ранее миры, в которых с легкостью можно потеряться, и Джисон не уверен, что желал бы найти оттуда выход. Острый нос и родинка, которую довольно сложно заметить, хоть та и находилась на видном месте, и скулы, которые хотелось покрыть поцелуями. Светлая кожа так и манила к ней прикоснуться, провести, еле касаясь, подушечками пальцев, очерчивая линию челюсти. Пухлые губы что-то тихо нашептывали. Приятный, мелодичный голос, от которого все внутри сжималось в тугой узел и с каждой секундой стягивалось все ощутимей. Сильные руки блуждали по нагому телу, оставляя бело-красные следы, короткие ноготки щекотали и, одновременно, будоражили кожу. – Минхо, Минхо, Минхо, – нашептывал Джисон, пока старший оставлял дорожку поцелуев от ключицы к груди, вновь задевая возбужденные красные соски. Губы обжигали кожу, от чего Хан то и дело тяжело вздыхал. – Доверишься мне? – вдруг сладко протянул бармен, задевая губы Джисона. – Да, – простонал младший, когда Минхо, еле касаясь ноготками, провел по бедру. Ли загадочно улыбнулся и отстранился, вытягивая одну руку, чтобы помочь Хану слезть со стола и стянуть футболку, после чего тут же развернул спиной к себе. Ладони младшего с хлопком оперлись на стол, чтобы не упасть на него животом. Хан посмотрел на Минхо из-за плеча, стараясь разглядеть, что собирался сделать старший. Ли засосал кожу между лопаток и провел пальцами по линии позвоночника, чувствуя, как прогибается спина, следуя за его движениями, второй рукой нежно оглаживал одну ягодицу. Джисон прикусил нижнюю губу, стараясь сдержать рвущийся на волю громкий стон. Минхо опустился на колени, вновь проводя рукой по небольшому участку линии позвоночника, чувствуя, как под подушечками пальцев появилась гусиная кожа. Старший запечатлел кроткие поцелуи на ягодицах, покусывал, засасывал мягкую кожу, оставляя следы, с каждой секундой все больше наслаждаясь громкими, сладкими стонами, что слетали с губ Джисона. – Расслабься, пожалуйста, – попросил Минхо, оставляя последние нежные поцелуи на ягодицах, прежде чем раздвинуть их ладонями и кончиком языка коснуться сжатого колечка мышц. – О, боже, – Джисон дернулся от новых ощущений, не сразу понимая, что его только что попросили сделать. И лишь когда Минхо ласково позвал Хана и повторил просьбу, тот смог разобрать слова и выдохнуть, стараясь успокоиться. Почувствовав, как младший медленно расслаблялся, Минхо вновь подался вперед, проводя языком по кругу, смачивая мышцы. И как только напряжение и какое-либо сопротивление окончательно исчезло, бармен надавил кончиком на дырочку, проникая внутрь. Звонкое аханье разнеслось по всему клубу, оглушая обоих. Щеки Джисона запунцовели, глаза закрылись, когда старший принялся каждый раз проникать языком, медленно смачивая и растягивая анус. Мелкая дрожь покрывала тело младшего, заставляя каждый раз вздрагивать от взрывных ощущений. В какой-то момент Хан, прогибаясь в спине и оттопыривая попу, принялся подаваться навстречу острому языку бармена, стараясь насадиться сильней. Голос срывался, а слетавшее с губ имя кружило голову. Горячий язык дразнил, то проникая внутрь, то резко выходя, проводил по стенкам, обводил по кругу. Одной рукой Минхо массировал яички, другой царапал ягодицы, заставляя Джисона прогибаться до хруста спины. Вновь набухший член обильно истекал естественной смазкой, прося, чтобы к нему прикоснулись, что попытался сделать младший, но не смог удержаться и тут же упал животом на прохладную поверхность стола, сильней оттопыривая попу. Пальцы ног подогнулись, когда Минхо прикусил одну ягодицу, оставляя след зубов, после засосал кожу, проводя по ней языком. Джисон опустил одну руку на свой член, проводя по всей длине и распространяя белесую жидкость, но вскоре был прерван внезапным ударом по руке. – Не трогай себя, Хани, – хриплый голос казался таким тихим и, одновременно, оглушающим. Джисон был не в силах ответить, поэтому лишь коротко кивнул, что-то промычав. Кривая ухмылка растянулась на лице Минхо, когда он вновь прикусил кожу, оставляя темную метку, после чего подул на нее, стараясь охладить. – Минхо, пожалуйста, – простонал Хан, подаваясь ягодицами назад. – У меня нет презерватива, поэтому думаю... – Мне все равно, – приподнимаясь на локтях и из-за плеча смотря на старшего, заверил Джисон. – Минхо, пожалуйста. – Тогда подожди немного, – ответил Минхо с каплей сомнения. Минхо наспех расстегнул джинсы, опуская их вместе с боксерами до колен, после чего облизнул свои пальцы, обильно смачивая, и подставил сначала один к влажному колечку мышц, сразу проталкивая до конца, и прокрутил, проводя по стенкам. Повторив действие несколько раз, он добавил второй палец, продолжая растягивать и подготавливать младшего. Минхо разводил их в стороны, сгибал, вытаскивал и вновь вставлял, каждый раз получая ответную реакцию в виде рваных вдохов и тихой мантры Хана, шептавшего имя бармена. Джисон продолжал насаживаться на пальцы, каждый раз задевая членом край стола, создавая бóльшее трение. Хан и не заметил, как Минхо добавил третий палец. – Поднимись, – приказным тоном произнес Ли, одновременно вытаскивая пальцы и проводя членом между ягодиц младшего, создавая трение. Предэякулят Минхо каплями стекал по коже Джисона, щекоча парня. Джисон оттолкнулся от стола и выполнил просьбу. Одной рукой Минхо нежно обхватил челюсть младшего, поворачивая его лицо к себе так, чтобы соединить их губы в страстном и мокром поцелуе, переплетая языки, пока вторая рука опустилась на аккуратный член, большим пальцем надавливая на уретру. Резким толчком член Минхо вошел до основания. Звонкий стон растворился в поцелуе, а в уголках глаз собралась влага. Минхо не торопился, чувствуя, как Джисон напрягся, сжимая член внутри себя. Ли провел по члену Хана, стараясь отвлечь, пока языком щекотал небо. И лишь когда Джисон окончательно расслабился и самостоятельно сделал поступающее движение бедрами, Минхо мысленно выдохнул. Первые толчки казались такими медленными и осторожными, что Хан невольно нахмурился, повторяя движение бедрами, но более требовательно, показывая, что с ним все в порядке, и он, действительно, готов. Минхо не стал более медлить. Шлепки стали резкими и звонкими, разносившимися эхом по всему помещению. Сладкие стоны и рваные вдохи витали в воздухе. Тяжелое дыхание обжигало. Слетавшие с губ имена, произносимые хриплыми, надрывающимися голосами, будоражили и возбуждали с неистовой силой. Низ живота тянуло, грудь пылала. Пот прохладными каплями стекал по шее и спине. Минхо покрывал поцелуями заднюю часть шеи, опускаясь к лопаткам, проводя кончиком языка, запечатлевал поцелуи-бабочки, кусал, засасывал кожу. Одной рукой старший сдержанно сжимал горло Джисона, лишая того привычного уровня кислорода. Легкое головокружение добавляло легкости, от чего ощущения становились отчетливей и горячей. Минхо давится воздухом, хрипит уставшим голосом, иногда произнося имя младшего. Член приятно пульсировал в теплом плену, каждый раз задевая нужный комочек мышц, который Ли нашел некоторое время назад. Джисон ослабленными руками держался за стол, стараясь вновь не упасть. Горло пересохло от частых и громких вскриков. Сердце бешено билось в груди, легкие приятно горели, низ живота сводило с каждым толчком старшего все сильней. Рука Минхо методично проводила по всей длине члена Хана, пока поступающие толчки каждый раз проносились новой ударной волной наслаждения по всему телу. Старший неожиданно, даже для себя самого, прикусил плечо Джисона, оставляя след и вызывая хриплый вздох Хана. И этого оказалось достаточно, чтобы довести младшего до своего пика. Громкий стон вырвался из самых низов горла, разносясь по всему помещению. Сперма брызнула на стол, пачкая поверхность и руку Минхо, которая по-прежнему обхватывала член. Ли чувствовал, как медленно сжимались стенки вокруг его органа, создавая еще больше трение. Он сделал последние несколько точных толчков по простате и быстро вышел из Хана, обильно кончая на спину и ягодицы. Тяжелое и сбитое дыхание звучало в ушах двух парней. Красные щеки казались еще более темными, а кожа горячей. Сердца бились в унисон, а уставшие, счастливые улыбки украшали лица. Джисон обессилено развернулся лицом к Минхо и оперся ягодицами на край стола, притягивая старшего ближе, ладонями обхватывая лицо, и нежно и сладко поцеловал в губы. Ладони Ли тут же легли на бедра Хана, большими пальцами оглаживая кожу. – Не желаешь позже повторить? – отстранившись на несколько секунд, чтобы вдохнуть воздуха, поинтересовался Минхо. Хан лишь усмехнулся и уткнулся носом в шею, оставляя мелкие, быстрые поцелуи. – Не желаешь повторить, милашка? – вновь повторил вопрос Минхо, обнимая парня за талию. Джисон отстранился от шеи старшего и вновь устремил свой взгляд прямо в такие манящие, прекрасные глаза Минхо. Подмечая мысленно все больше мелких деталей, которые ранее были сокрыты, Джисон и не заметил, как загадочно прищурился, слегка откидывая голову назад и прикусывая нижнюю губу. Бармен с опьяняющим интересом следил за Ханом, наслаждаясь каждым его движением, каждой его частичкой, буквально всем, что касалось этого парня. Язык смочил растянувшиеся губы Минхо в довольной улыбке, от чего те заблестели в обволакивающем их свете. Руки Джисона вновь обхватили лицо старшего, притягивая ближе, чтобы соединить губы в медленном, ленивом, но таком желанном и сладком поцелуе. И Минхо с большой радостью поддался младшему, целуя так трепетно и чувственно, что перед глазами вновь возникали искры. – Что бы ты ни подразумевал под этим, я согласен. Определенно, да, – Джисон прикусил нижнюю губу Минхо, посасывая, после чего вновь поцеловал, приобнимая за плечи и прижимаясь всем телом. – Тем более я оставил у тебя дома свою одежду, – наконец закончил Хан, показывая свою самую искреннюю и счастливую улыбку. – Хитрюга, – Минхо взъерошил волосы младшего, – продумал все с самого начала? – Возможно, – загадочно ответил Джисон и оставил быстрый поцелуй в уголке губ Ли.

*****

Оставшееся до открытия время парни провели в повторной уборке помещения, иногда обмениваясь теплыми улыбками и легкими касаниями, когда находились неподалеку друг от друга. Минхо еще раз проверил подготовленные для полиции материалы, расфасованные продукты и наличие всех ингредиентов для алкогольных позиций в барах. Ближе к шести вечера стали появляться остальные работники, выходившие на сегодняшнюю смену, чтобы успеть подготовить место и сделать заготовки. Кто-то внимательно осматривал рабочее место на наличие изъянов, чтобы вовремя их устранить, но, к счастью, таковых не оказалось. Коллеги Минхо приветливо улыбались раннему гостю в лице Джисона, кто-то даже успел познакомиться с ним и перекинуться парой фраз. Ли практически не отходил от Хана ни на шаг, четко контролируя ситуацию, однако для волнений повода не находилось. Джисон чувствовал себя более чем уверенно и довольно. Его не смущали новые лица и изучающие взгляды. Сейчас парню все казалось таким спокойным и органичным, таким естественным и теплым, что даже быстро менявшаяся обстановка вокруг не смогла помешать его прекрасному настрою. Когда в помещение уверенной и одновременно элегантной походкой вошел Директор Юн в сопровождении заместителя Мина, все работники выстроились в две линии, приветствуя начальство. Джисон тихонько сел поодаль, за один из столов, стараясь не оставлять следов на идеально чистой поверхности мебели. Он внимательно наблюдал за статным мужчиной, который, окинув всех подчиненных быстрым взглядом, сказал приветственную речь, настраивая на работу, – скорее всего, как показалось Хану, это их маленькая традиция перед началом каждой смены – и после направился в помещение для персонала, уводя за собой Минхо и оставляя остальных работников на попечение своего заместителя. Бармен, прежде чем скрыться за дверью, посмотрел в сторону Джисона, посылая легкую улыбку, давая понять, что все хорошо и он скоро вернется, после чего исчез. Хан тяжело вздохнул, когда понял, что остался один. Он не знал, куда себя деть, да и чем занять руки, чтобы не чувствовать себя странно. Работники сновали со всех сторон, торопливо проверяя технику и интерьер. Иногда они поспешно кивали Джисону, давая понять, что он совсем здесь не лишний и никого не смущал. Однако, даже зная это, внутри что-то не давало покоя. Низ живота неприятно свело, а пальцы ног подогнулись. В это самое время Минхо стоял в кабинете директора, показывая подготовленную документацию и флешку с видео, на котором четко запечатлено подтверждение вчерашнего ужаса. Мужчина быстро просмотрел все необходимое, проверил документы работников, которые оставили письменные свидетельства, после чего облокотился на спинку кожаного кресла и скрестил на груди руки. – Хорошая работа, Лино. Однако, что здесь делает этот парень? – Помогал мне с уборкой и подготовкой к сегодняшнему вечеру, – спокойно ответил Минхо, присаживаясь на диван. – Так вы знакомы? И давно? – Вчера и познакомились, – Минхо подался вперед, чтобы налить себе стакан воды. – Ты сказал ему, что мы собираемся сообщить полиции о вчерашнем происшествии? – глаза мужчины сузились, пытаясь распознать вероятность даже самой малой и незначительной лжи. – Да, рассказал. Но он попросил сделать это как можно тише, если Вы понимаете, что я имею в виду. Могу его позвать, если хотите, – Минхо не чувствовал себя неуютно в данный момент. Наоборот, его переполняли энергия и уверенность в себе, способствуя такому поведению. – Я понял, – директор Юн кивнул головой. – Что-то еще? Я вижу, что ты не до конца высказался. – Ничего особенного, – пожал плечами Минхо, залпом опустошая стакан воды, который до этого вертел в руках. – Просто хотел предложить сменить замки на VIP-комнатах и сделать единую сенсорную ключ-карту. До сих пор не могу понять, почему Вы решили оставить обычные замки, – послышался тихий смешок. – Сам не знаю, да и проблем с этим не было, но я тоже, если честно, подумываю на этот счет. Возможно, в ближайшее время попрошу заместителя Мина разобраться с этим. Что-то еще, Лино? – Может, – аккуратно начал Ли, поворачиваясь к директору, – все же стоит поменять политику заведения? Хоть немного? – Минхо быстро облизнул губы и переплел пальцы в замок, стараясь скрыть волнение. Директор Юн тяжело вздохнул и оперся локтями о стол, пальцами одной руки массируя переносицу. – Минхо, – протяжно начал мужчина, – ты свободен. Можешь идти домой. Разговор окончен. – Но как же смена? – возразил Ли, вставая на ноги и мысленно закрывая недавнюю тему разговора. – Тебе нужно отдохнуть. Так что просто иди, – мужчина помахал рукой, давая понять, что Ли стоит покинуть кабинет как можно скорей. И Минхо не стал более терять время. Он осторожно поставил на стол свой стакан и вышел за дверь, не забывая попрощаться и уважительно поклониться. Минхо поспешил вернуться к Джисону, чтобы предложить прогуляться или зайти перекусить куда-нибудь в более спокойное место. За весь день они толком так и не успели покушать, однако пустота в желудке только сейчас дала о себе знать. Когда Минхо вышел в главный зал, телефон в заднем кармане завибрировал, привлекая к себе внимание. Ли на минуту остановился, чтобы посмотреть, от кого пришло сообщение. Высветившееся на экране имя заставило губы растянуться в ухмылке, а само содержание и вовсе счастливо улыбнуться. От кого: Намра «Я официально стала тетей! Племянницу назвали Кан Хара. В выходные ждем тебя в гости. Спасибо тебе, что согласился отработать без меня. Век должна буду, дядя Минхо» Отправив быстрый ответ с поздравлением, Минхо убрал телефон обратно в задний карман и поспешил к столу, за которым его дожидался Хан. – Почему улыбаешься? – поинтересовался Джисон, теребя край свободного кроя футболки. – Коллега, с которой я должен был работать вчера в паре, написала, что стала тетей, – с легкой улыбкой на лице ответил Минхо, доставая и разворачивая телефон экраном к Хану, чтобы тот прочитал сообщение. – Поздравляю, – тихо ответил Хан, в глазах которого загорелись искорки счастья. – Дядя Минхо, а неплохо звучит, – задумчиво произнес Ли, постукивая указательным пальцем по губам. – Я хорошо общаюсь с их семьей, так что, думаю, через некоторое время это прозвище войдет в их семейный обиход. Нужно потихоньку привыкать, – счастливо заключил старший и посмотрел на Джисона, который все это время не сводил с него сверкающих глаз. – Надеюсь, у меня будет шанс услышать это вживую, – мечтательно проговорил Хан, подходя ближе к Минхо. – Обязательно, – ответил Ли, наклоняясь вперед, соединяя их губы в ленивом и таком сладком поцелуе. – А теперь пойдем куда-нибудь, нам нужно поесть. – Давай к тебе, – предложил Хан. – Закажем доставку, ты познакомишь меня со своими котами, а потом посмотрим какой-нибудь фильм. Как тебе идея? – Идеально, – заключил Минхо, переплетая их руки и направляясь к выходу, по пути не забывая попрощаться с коллегами.

*****

От кого: Директор Юн «Ли Минхо, я правда доволен проделанной тобой работой. Более того, я безмерно тобой горжусь. Ты прекрасный работник, а твои альтруистические наклонности просто бесподобны. Но в следующий раз, пожалуйста, если решишь поразвлечься в клубе со своим, как я понял, будущим или уже нынешним парнем, будь добр, выключай камеры» «И да, я согласен поменять политику заведения, маленький ты чертенок»